Беззвучный крик

— Смотрите, — начал Цезугера, — Как только Рейко проснется, не напоминаем ей не о чем плохом, ясно? — получив одобрительные кивки, хантер продолжил: — Нельзя «давить» на её нервную систему. Киллуа, раз ты так важен для неё, ходи рядом, покажи что-нибудь, что окажется для неё приятным. А и, Джунко, советую извиниться перед ней, твой удар был довольно сильным, так что на её затылке остался видимый синяк. Слыша тихие мычания со стороны, где была уложена Рейко, все повернулись в её сторону. Красноглазая девочка, сонно протерев глаза, зевнула, будто у неё нет никаких проблем, а сейчас — она проснулась, как и происходит самым обычным утром. Уставившись в одну точку, девочка медленно моргала, проясняя ситуацию у себя в голове. Шикнув, она потерла синяк на затылке, явно готовясь убить того смельчака. — Рей? Киллуа присел на корточки рядом с Итами, обвив руками колени, пока Биски порекомендовала оставить их одних, а, если Рейко вновь выйдет из себя, то у Цезугеры есть успокоительное в шприце, которое он сразу всучил Золдику «на всякий случай». Закатив глаза, мальчишка принял его, но использовать не намеревался. Хантер отчетливо объяснил, что в клане Рейко всё держится на эмоциях, и она вполне может перестать контролировать свои движения из-за того, что случилось на волейбольном поле. Но, осмотрев альбиноса, Рейко сделала еще более уставший взгляд, отображающий все испытываемые ею эмоции. — Сволочь. — Разве не котёнок? — даже не обиделся Киллуа, ставя обе руки по бокам от головы девочки, наблюдая, как она, раскрывшись, щелкнула его по лбу. — Я вас обоих на колени поставлю под палящим солнцем и с бетонными плитами на коленях, слышишь? — голос у девочки похож на змеиное шипение. — Прости меня. — поцеловав девочку куда-то в висок, прошептал синеглазый, — Обещаю, что больше так делать не будем. — Не обещай то, чего выполнить не сможешь. — упираясь ладонью в бледное лицо напротив, Рейко резко отодвигает его от себя и тем самым сбивает с ног, — Ты же Киллуа, а он — Гон. Вы просто не сможете пропустить вулкан, вы обязательно туда сиганете. — Не преувеличивай. — мальчик потирает побитое бедро. — Я не преувеличиваю, я это предвидела. … — Ты злишься? — Злюсь? Я? Я в бешенстве! Рейко готова была схватится за чужую шевелюру и кинуть парня в стену. Чем вызвано такое желание она сама не понимала, но старалась удержать себя: если только схватится за его волосы, будет ничем не лучше своей матери. Рейко краснеет от злости, сжимает руки до побелевших костяшек и впившихся в кожу ногтей, и резко выдыхает. — А знаешь, что? Мне плевать. Хоть в пасть зверю кидайтесь — мне всё равно. Громко топая каблуками, Рейкео пошла на маяк, откуда открывался отличный вид на берег сияющего моря под ночным звездным небом, где сейчас находились все члены команды, слушая печальную NPS-женщину, которая и рассказала, что да как в этом городе. Она уже переключила маяк на режим луча, который указал в определенную точку над водой и продолжала свою история про жестоких пиратов, которые верили, что в священной подводной пещере Бога Моря есть невиданные свету сокровища, хотя на самом деле их там нету и никогда не было. — Наконец-то я снова могу смотреть отсюда на океан. — мечтательно сказала NPS запрограмированную фразу. — Восход солнца… Лодки, возвращающиеся с уловом… Воду, искрящуюся множеством цветов… Для меня этот вид — настоящее сокровище! С громким «пуф», мир сделал «скриншот» этого момента, когда женщина, опираясь о подоконник, смотрела в окно на море и превратил всё это в карту «Прибрежная Полоса», забирая и её в том числе. — Отлично! Мы получили «Прибрежную Полосу»! — поймал карточку радостный Гон. — Давай используем «Клон», чтобы сделать две копии! — сказал на это Киллуа, всё время стоящий позади ожидающих конца рассказа человек. — Мы возьмем копии. — твердо сказал Горейну. — Да. Вы заслужили право оригинал. — согласился Цезугера. Немного поговорив с уходящим и повеселившимся здесь Хисокой, отказывающегося от не интересующих его игровых карт, который был готов прийти на помощь в любой момент, стоит только связаться с ним через Книгу, Гон попрощался с ним за всех тех, для кого Моро до сих пор не был на графе выше, чем «Подозрительный клоун-злодей». Несмотря на то, сколько времени провела команда за игрой с Рейзором, на улице было достаточно темно, лишь светлая-светлая Луна, не скрытая тучами или облаками, отчетливо давала увидеть мир перед собой. Но вот Рейко было не до этого. Где-то здесь, в такой зоне, где будет отчетливо видна команда, находилось три человека. Застыв на месте, пока команда обсуждала свои дальнейшие планы, Рейко оглядывала территорию, стараясь найти источник сильной ауры и лишних звуков. Пусть у нее и хороший слух, но проблема в том, что объект вне зоны досягаемости, так что даже голоса слышно не будет — лишь аура и шаги, и то потребуется сильно напрячься. — Другой игрок использовал «Контакт», чтобы с Вами связаться. — проговорил голос из неожиданно призванной книги Цезугеры. — Сколько лет, сколько зим. Узнал, кто это? — раздался спокойный голос Генцуру из книги, когда все мгновенно напряглись. — Генцуру! Что надо? — грубо ответил Хантер. — Во-первых, хочу вас поздравить… — Ты о чём? — подкосил по дурака Цезугера. - Ха-ха-ха. Дурачком не прикидывайся! Обещаю, что оставлю вас в живых, а взамен вы отдадите «Прибрежную Полосу». — поставил свои условия подрывник. — Сам добывай её, раз так хочется, лентяй. — вставила свои пять копеек Рейко, явно не желая отдавать карту этому ублюдку не только потому, что её надо от него защищать, но и потому, что она не выдержит второго надругательство над её слабым сердцем… В её-то тринадцать лет. — Ха-ха! Ну, мне немного интересно посмотреть, сможете ли вы нас одолеть. — протянул блондин на том конце, — Если согласен на сделку, то в течении часа приходи ко входу в Масадору один. Если не сделаете этого, то мы заберем карту силой. Бежать от нас бесполезно… — продолжал угрожать злодей. — …У нас много копий сопровождения. Ха-ха-ха… После минутной паузы он начал перечислять имена тех, кто входил в состав Единого Фронта, распавшегося после того, как те прознали про прохождение «квеста» для добычи «Прибережной Полосы». В конце перечисления, он сказал проверить папку, где имена знакомых людей были затемнены, в отличие от остальных, что означало или их уход из игры, или и кончину. — Генцуру!!! — не выдержав, закричал Фрикс, — Я Гон Фрикс! Я буду твоим противником! — Гон-кун? — напрягся блондин, чтобы вспомнить говорящего с ним, - Значит ты один из тех пятерых детей? Кажется, у вас есть «Счастливый Александрит». Я займусь вами, как только разберусь с Цезугерой, или вы сейчас хотите отдать мне карту? — Губу закатай. — рыкнула на него красноглазка, придерживаемая Киллуа, напоминающего о больном сердце новоиспеченной старушки. Ладно, шутить об этом нельзя — и у детей такое случается — но Рейко повеселела и, кажется, стала чуть лояльнее, но тут же выдернула свою руку. — Сейчас же иди сюда! — злобно закричал на подрывника Фрикс, указывая в книгу пальцем, — Я сражусь с тобой! Ведь вы у меня тоже…! Преградив путь к книге, Биски на пару с Джунко старались всеми силами утянуть разгоряченного черноволосого куда по-дальше от Цезугеры, ведущего разговор со скоро отключившимся Генцуру. — Генцуру не знает вашей силы, поэтому думает, что у меня оригинал «Прибрежной Полосы». Они хотят оригинальную карту. — убрал книгу однозвездочный хантер, — Мы попытаемся выиграть как можно больше времени. Используйте его, чтобы подлечиться. Если хотите пройти игру, у вас нет иного выбора кроме как сражаться с ними. И только у вас есть шанс на победу! — гордо поднял голову Цезугера, но всё же опустил взгляд обратно вниз, — Но знаешь, Гон, только что твои действия были эгоистичными и глупыми. Если бы они приняли твой вызов и пришли, чтобы случилось с Киллуа, учитывая его раны, и Рейко, для которой сейчас полностью противопоказано стрессовые ситуации? — Гон поджал губы, понимая, как мог подставить своих друзей из-за собственной несдержанности. Рейко мотает головой, припоминая эгоизм Гона, когда тот желал победы, и никак не сохранности Киллуа, хотя знал о последствиях. Хотя она признает, что часто Гон очень спокоен и беспокоиться за них, и не сдержан лишь в тех момента, когда он сталкивается с несправедливостью или осознает, что его друзьям угрожает опасность. Такое поведение связано с его мировоззрением и принципами. И эта ситуация со звонком Генцуру — это подтверждает, ведь катализатором послужили именно смерти товарищей. Для Гона друзья — его семья и опора, он без раздумий готов рискнуть ради них жизнью и знает, что в ответ они сделают то же самое. Нет, это не оправдание. Уберечь друзей от смерти и сломать им жизнь травмой стоят на одном уровне. —…Теряя контроль над эмоциями, ты подвергаешь опасности не только себя, но и своих друзей! — продолжал отчитывать его Цезугера, неожиданно замолчав и получив извинения от Фрикса, который, надеемся, понял свою оплошность, — Ну, ладно… — смирился хантер, — Всё зависит от «Сопровождения», — поднял он тему вопроса о подрывниках, — Если будем уклоняться от их сопровождения, то сможем выиграть довольно много времени. Но если его (времени) пройдет слишком много, они могут переключить внимание на вас. По моим подсчетам, у них есть одна неделя. Неделя? Полный бред. Они могут заявится и завтра, и через три дня. Нет никакой гарантии в словах тех людей. — Я иду с Цезугерой. — подал голос Горейну, — А вы что будете делать? Если мы выиграем вам время, это значит, что мы — союзники. — Нет, постой. Мало выгоды в объединении с ними, — перебил его Цезугера, — Противник знает, что восемь из нас объединили силы. Значит мы не можем быть приманкой, пока вы устраняете Генцуру. Это значит, что оставлять оригиналы двух последних карт, которые они ищут, в одной команде опасно. Поэтому мое предложение выиграть время — не предложение союза, это сделка. Мы можем выиграть три недели. Если у нас это получится, вы дадите нам «Счастливый Александрит»? — Вы же сказали, что у нас максимум одна неделя, а не три. — вставила слово Джунко, подняв руку. Прикрытые глаза явно не могли показать скрытых чувств, решивших заменить чувство самосохранения и просто кинуть это дело, но она явна ждала более подходящих правил и объяснений, что помогут ей урегулировать ситуацию в своей голове и составить дальнейший план действий. — Это если мы будем убегать. — пояснил Цезугера, — Если надо, можем и нападать. — Понятно, но мы можем просто сказать, как получить «Счастливый Александрит». — предпринял попытку Киллуа сохранить карту. — Нет, мы знаем, как. Но у Горейну и остальных осталось мало свободных слотов. Больше нет смысла отдавать все наши карты крестьянам. Напомнив об отведенном времени и последующим действиям, включая составление плана по победе над Генцуру, Охотник вместе со своей командой и Горейну отправились задерживать команду врага в Масадору. Разумеется, три недели — малый срок. Биски быстро раздала всем указания, решив не медлить не секунды: Киллуа должен будет сконцентрироваться на исцелении и разработке стратегии борьбы с Генцуру, в этом ему будет помогать Рейко, которая прекратит на время тренировки и будет заниматься усилением Рэн, а также продвинутыми техниками Нэн, и, конечно, если захочет, может попытаться выучить новое строение оружия, которое ей придется по душе. Гон с Джунко же продолжат тренироваться вместе с Биски, где девушки станут тренерами или соперниками Фрикса, а Крюгер, в свою очередь, постараться превысить лимит аурозапаса у Джунко, чтобы манипуляция ей давалась легче. Как не посмотри, девчонка своим контролем ветра может запросто лишить человека кислорода или перерезать ему глотку, как хорошо, что эта способность в руках столь доброго ребенка, не способного на убийство. — Ай, за что? — тихо прошипел Гон после получения щелбана в лоб от Джунко, пока парочка шла позади всех обратно в карьер. — За произошедшее, — склонила голову Джунко, медленно открыв глаза, чем и заставила Гона дернуться. В конце концов она редко их открывает — только во время недовольства, злости и опасности, — Скажи… Как ты видишь ситуацию, если бы Киллуа остался без рук? — …Думаю, я бы помогал ему во всем, чтобы ему не захотелось — это же я виноват в этом. — Ты снова о нем не подумал. — укоризненно глянула на него Джунко, — Ты бы сгладил свое чувство вины, но Киллуа горд. Очень горд… Я не пытаюсь тебя осадить, просто хочу предостеречь от похожих ситуаций в будущем. Ты вновь можешь стать эгоистом, и подвергнешь тех, кто тебя окружает, опасности. Я бы хотела, чтобы в ситуациях, когда ты понимал, что желаешь победы или…мести, то, в первую очередь, думай о близких: что случиться с ними, когда ты используешь их для победы, что случиться с ними, пострадай ты, и что случиться с тобой, когда ты поймешь, что потерял их. — Я понял. Мне стоит извиниться перед Киллуа за всё! И перед Рейко! — приободрившись, сказал Гон, явно осознавший, что провёл некую «цепную реакцию» когда из-за того, что пострадал Киллуа, пострадала и Рейко. А если заглянуть в будущее, то в таком случае могут пострадать и те люди, которые любят Итами — её дедушка, брат, друзья и… Джунко.