Компьютерный вирус

Небольшой уютный офис, новенький стационарный компьютер, чашка ароматного кофе, оставляющая на столе ровный светло-коричневый след… И программы, программы, программы. Обстановка, в которой работала Альфис, после выхода на Поверхность изменилась не так уж сильно. Пространства и пыли стало поменьше, бумаг, комнатных растений и, как ни странно, ответственности — побольше. Альфис больше не Королевский Учёный. Альфис — ведущий программист в «МТТ». Занесло её на сей пост, правда, не сразу. Первые несколько лет она мыкалась по человеческим фирмам, постоянно отвлекаясь на обслуживание своего творения, а после свадьбы с Андайн решила, что ей надоело постоянно куда-то устраиваться и увольняться, то и дело срываясь к подопечному и оправдываясь за это. Да и доход «МТТ» обещала куда больший. Альфис перешла под начало лучшего друга насовсем. У Меттатона не забалуешь. То усовершенствуй базу данных, то разработай приложение для новой модели меттафона, то проведи техосмотр перед гастролями, а то бросай всё и срочно несись в телестудию — спасать звезду от непредвиденной поломки. Труда не оберёшься — проспать нельзя, строчить фанфики половину рабочего дня нельзя, а в ответ на просьбу уйти пораньше ради просмотра идущего по телевизору аниме Меттатон только обворожительно улыбнётся: «Альфи, ты злоупотребляешь нашими дружескими отношениями. Ты можешь посмотреть это аниме в Интернете после работы». Плюсы, конечно, тоже имелись — высокая зарплата и возможность время от времени путешествовать по миру на правах механика при звезде. Так, на всякий случай. Обычно в какой-нибудь Италии или Болгарии услуги Альфис не требовались: Меттатон проходил техосмотр и косметический ремонт перед каждым турне, а в процессе разъездов вёл себя максимально осторожно, чтобы не сорвать самому себе серию грандиозных выступлений. Ящерка частенько бывала предоставлена сама себе и могла проводить время, как заблагорассудится: купаться в море, ходить в музеи, забегать в иноземные рестораны… Могла, но заставляла себя через силу. Ради эксклюзивных фотографий для Андайн, которую в такие поездки не брали. По правде говоря, её пугали толпы народа — иностранцев, туристов, многочисленного персонала, скакавшего на цыпочках вокруг её друга, ещё более многочисленных фанатов… Заграница заграницей, а больше всего ей хотелось затариться чипсами, залезть под одеяло и погрузиться в просмотр очередного многосерийного аниме… Натура интроверта непобедима — что бы там сладко ни распевал Меттатон о том, какая райская у неё жизнь, и с каким бы удовольствием ни шутил, что она организовала самой себе челлендж «Собери работодателя своими руками». Именно таким непритязательным, но дорогим сердцу способом Альфис твёрдо решила провести предстоящие выходные. Позади остались очередные гастроли, разум мучительно перемалывал остатки мыслей в стиле «А отличались ли чем-нибудь корейцы от вьетнамцев?», и всё, чего хотелось, — это нежиться в постели под бочком у Андайн. Не срослось. Утром в субботу Меттатон что-то написал в Фейсбуке — что-то небольшое, незначительное, чисто бытового характера, но, правда, с большим для него количеством ошибок и опечаток. В ответ на замечание об этом он прислал: «О, ты права, навернае, у миня слитела ьтарнея, пйду заряжусь». И пропал. Альфис была склонна всё списать на переутомление — всё же и робота эти турне знатно выматывали, как бы он ни хорохорился, — но всё оказалось гораздо хуже. Вечером того же дня Меттатон позвонил — и не смог внятно сказать ни одного слова. Он сильно заикался, в его голосе было куда больше металлических призвуков, чем обычно, а имитация человеческой артикуляции делала ситуацию ещё хуже — судя по звуку, зубы робота здорово клацали друг о друга. Не зная, чего в ней было больше — страха за друга или досады — Альфис извинилась перед Андайн, быстро собралась и помчалась к Меттатону. Несмотря на довольно ограниченный объём времени, что Меттатону и Альфис удавалось проводить наедине, были в их общении своеобразные приятные мелочи, что грели душу и были для ящерки знаком особенной близости. Так, например, у Меттатона имелись ключи от их с Андайн дома — а у Альфис ключи от дома Меттатона и всех помещений в нём. Предполагалось, что в случае необходимости один может нанести визит другому без предупреждения. Меттатон обычно этим пользовался, чтобы прийти с утра пораньше в какой-нибудь праздник, чаще всего в день рождения, и помочь Андайн с уборкой и готовкой праздничного обеда: сама ящерка каждый раз клялась, что обязательно встанет чуть свет, и каждый раз её невозможно было отодрать от кровати. Что до визитов Альфис… К сожалению, чаще всего ей приходилось открывать двери дома Меттатона своим ключом вот так — трясущимися руками и с мольбами на языке. На пороге её встретил безмолвно парящий в воздухе Напстаблук. Поспешно утерев слезинки, привидение покачнулось и полетело вглубь первого этажа — туда, где располагалась кладовая и по совместительству миниатюрная ремонтная мастерская. Меттатон сидел там. От его вида Альфис передёрнуло. Обычно эмоциональный робот сейчас сидел в одной позе в низеньком креслице и смотрел прямо перед собой ничего не выражающим взглядом. Услышав шаги и тревожный оклик ящерки, он повернул голову и… посмотрел сквозь подругу. Сфокусировать зрение ему, похоже, не удавалось. Губы чуть дёрнулись — вероятно, в попытке позвать на помощь — но и только. Ни одна конечность не шевельнулась. Его словно парализовало. — Меттатон… Б-б-блин, я должна была среагировать раньше… Х-хорошо, что это случилось уже дома, а не на гастролях… Ч-чёрт… — Альфис принялась судорожно натягивать белый халат, мыть руки и раскладывать инструменты. — Д-давно он так? В с-смысле — совсем вот так? — Минут десять… — грустно вздохнул Напстаблук. — Утром он немного путался в словах и решил поспать… Но после подзарядки стало хуже. У него заглючила голосовая коробка… Потом нарушились движения… Он очень испугался и начал звонить тебе… Я тоже хотел позвонить, но подумал, что ты и так всё поняла, а я не должен усиливать панику… — С-слушай, — Альфис попыталась собраться с духом. — Сейчас будет сложно. П-помоги перекувырнуть его на кушетку. К счастью, в мини-мастерской имелась кушетка на колёсиках, регулируемая по высоте. Альфис сконструировала её сама, рассчитав для роста и веса Меттатона. Сейчас она пришлась как никогда кстати. Минут пятнадцать совместных усилий и пыхтений — и робот опрокинулся спиной на ложе. Альфис беспокоилась, что не удастся выпрямить ноги, но нет — скрипнув, они разогнулись. Результаты исследований не показывали ничего хорошего. Тело Меттатона представляло собой средоточие программных сбоев, практически полностью парализовавших все его системы. Нарушилась речь, отключились сенсорные датчики, утратились способности держать равновесие, координировать движения и усваивать пищу монстров, отказала блокировка против воды, барахлил аккумулятор, а двигатель просто не позволил бы взлететь… Удивительно, как робот вообще умудрился выдать хотя бы минимальную реакцию на появление учёной. Такое количество неполадок не просто мешало управлять механической конструкцией — оно угрожало разорвать связи души с телом. Душа. Альфис метнулась осматривать самое важное. Однако розовое сердце выглядело на удивление здоровым. Светлый, чистый цвет, умеренное свечение, ровная, мерная пульсация. Только магические связи заметно ослабели в борьбе за контроль над телом. — Это что-то чисто механическое… И не связанное с магией. Разве что косвенно по последствиям… Но что это?.. Альфис в задумчивости села за анализ результатов. К счастью, долго ломать голову не пришлось. — Что я наделала… Гастроли выдались действительно бурными. Меттатон зачем-то согласился на предложение устроить тур по азиатским странам, и по сравнению с прошлым туром по Западной Европе это оказалось чем-то сродни стихийному бедствию. Огромные толпы народа, экзотический климат, экзотическая кухня — Меттатона обкормили человеческими блюдами из монстропродуктов, и отказаться он не мог, — плотный график выступлений и встреч с фанатами, масса «левых» мероприятий, ряд неприятных случаев в стиле проблем на таможне, прорыва сантехники в отеле, едва не погубившего часть реквизита, или сломавшегося транспорта… На обратном пути, в самолёте, Меттатон пожаловался на барахлящий винчестер — и было бы удивительно, если после такой суеты у него не случилось бы никаких проблем с организмом. Винчестер и впрямь пора было менять — текущий служил не первый год. Обычно Альфис собирала новые детали и устройства для друга медленно и тщательно — пусть отвлекаясь на лапшу, мангу и болтовню с Андайн, но зато не на коленке, скрупулёзно, всё перепроверяя и обдумывая. В этот же раз ящерка ощущала себя настолько задолбавшейся, что опрометчиво решила поставить роботу временную замену — пока сама не отдохнёт. Она поговорила об этом с другом, тот, видя, насколько она устала от суеты и перелётов, искренне её пожалел и уступил… Зря он это сделал. Если бы он решил, как обычно, встать в позу и требовать нормальный полноценный винчестер, ничего бы не случилось. У Альфис залежалась использованная, но вполне рабочая модель от какой-то другой техники, которая в принципе могла подойти. Ящерка толком не помнила, откуда вынула это устройство, но посчитала, что всё будет в порядке. То, что винчестер может быть заражён, ей и в голову не пришло — она полагала, что у неё в запасе есть только проверенные запчасти… Да. Речь шла о заражении. Бедный робот словил мощный компьютерный вирус. И виновата в этом была только она. А также её лень, прокрастинация и халатность. — Прости, Меттатон… — на глаза навернулись слёзы. Робот не среагировал. — За что прости?.. — робко поинтересовался Напстаблук. Альфис почти вздрогнула — за время напряжённых размышлений она умудрилась позабыть, что призрак вообще находится тут. — За вирус. Я з-з-занесла ему вирусню. Хотела временно откреститься от работы и отдохнуть… Поделом. — И что теперь делать?.. — Создавать антивирусную программу и з-запускать лечение. А для этого мне н-нужно изучить проблему поплотнее. На сей раз нужно учесть все нюансы… Это не та с-с-ситуация, в которой можно лажать. И действовать нужно быстро. Альфис отзвонилась Андайн, сообщив, что домой она сегодня не вернётся, и углубилась в работу. Напстаблук маячил поблизости, явно не зная, что хуже: оставить брата одного и вернуться к своим делам или «стоять над душой» у ящерки, абсолютно ничем не помогая. Обстановку немного разрядила приехавшая к вечеру Андайн — она отвлекла привидение, уведя его и принявшись развлекать и утешать разговорами. Альфис осталась с больным наедине, внимательно наблюдая за работой повреждённых программ и отслеживая коды. Приходилось постоянно держать друга включённым — хотя Альфис передёргивало от его вида. Психологически ей было бы куда легче отключить Меттатона полностью. Видеть, как он страдает, как отчаянно силится хотя бы пошевелиться, как безжизненно выглядит, оставаясь, кажется, в сознании, было попросту невыносимо. — П-п-потерпи, прошу… — тихо уговаривала она его. — Обещаю, я б-больше н-никогда не воспользуюсь непроверенным оборудованием… Н-ни за что… И даже после гастролей… Я… Скоро будет готово… Процесс, впрочем, затянулся. Ящерка старалась как следует сосредоточиться, но к исходу ночи символы кодов так и прыгали перед глазами. Она пила кофе, но бодрости это прибавляло лишь ненадолго. Она торопилась, но не была ни в чём уверена. Она понимала, что спешка может погубить, но остановиться и передохнуть себе не позволяла. Кто знает, куда бы она себя загнала, если бы не вмешалась Андайн, заставившая её лечь спать. Меттатон боролся стоически. Альфис проверяла его душу каждые полчаса — та с неизменным упорством продолжала держаться за тело и сражаться за контроль. Цвет, правда, изменился на чуть более тёмный, и свечение стало более ярким и нездоровым, но то не были последствия вируса. Программа не способна повредить душе. Меттатон просто сильно уставал — а прекратить борьбу и пустить всё на самотёк не мог. — Потерпи, умоляю, — шептала Альфис. — К-какие угодно лекарства изобрету, готовить научусь, т-т-только не теряй сознание! И он не терял. Видимо, это самообладание впечатлило и Напстаблука: из тех нескольких дней, что Альфис потратила на создание антивируса, привидение проплакало только первые сутки. Затем бедный Блуки притих. Запуск антивирусной программы. Несколько часов напряжённого ожидания. Альфис посчитала бы, что остановилось время, но нет — меняющиеся данные явно давали понять о том, что оно всё ещё движется. Меттатон начал моргать. Меттатон вздохнул. Меттатон пошевелил пальцами. Контроль над телом возвращался к нему. Он смог поднять руки. Он смог сесть. Он смог свесить ноги… И вскоре после этого облегчённо повалился обратно на кушетку. Глаз закрылся. Механический организм ушёл в спящий режим. Не прозвучало слов ни удивления, ни упрёка, ни радости. Душевное изнеможение взяло своё. Кажется, всё закончилось?.. Однако смутное, неясное предчувствие говорило Альфис, что расслабляться рано. Как минимум нужно подождать, пока Меттатон выспится, а затем провести подробную диагностику его тела и заодно души. Здоровье последней нужно было восстановить после длительного «сражения». — Андайн? С-слушай, конечно, не то чтобы хорошо хозяйничать в чужом доме, но… П-приготовь что-нибудь, если можно. Ж-желательно не те пельмени или макароны, которые мы ели в последние дни… Андайн немного помолчала. — Я лучше разок разорюсь и закажу что-нибудь на дом в ресторане Меттатона. Если ты планируешь его накормить, лучше так. По крайней мере, нос точно не станет воротить. Пока рыба звонила и делала заказ, Альфис решила прикорнуть рядышком в кресле. Ей даже удалось немного выспаться, хотя сон был довольно зыбким и тревожным. И не зря. Поесть Меттатон не смог. Всё, что он успел сделать, — это дойти до кухни и начать одновременно бурно возмущаться по поводу произошедшего и благодарить за своё спасение. Однако его монолог быстро начал застревать в голосовой коробке. Робот больше не путал слова, не оговаривался, не клацал зубами и не сбивался на помехи с металлизированными нотками… с ним «просто» случались кратковременные приступы немоты. Улучшению его настроения это никак не способствовало. Он яростно выдохнул, шире открыл глаз, дёрнул рукой… и успешно залепил этим жестом Андайн пощёчину. Быстро прихлынувшая злоба столь же быстро сменилась недоумением. Рыба, подскочившая на месте и собравшаяся было заорать, какого чёрта, заметила его замешательство, заткнулась — иначе не скажешь — на полуслове и перевела на Альфис вопросительный взгляд. Та растерянно пожала плечами. Меттатон выждал с минуту, убедился, что ничего не происходит, и потянулся к тарелке. Пару ложек отправил в рот без приключений. На третьей или четвёртой он просто взмахнул руками и опрокинул всё на себя. Снова яростный вздох. Робот хотел что-то сказать, но, похоже, не успевал выбрать достаточно ёмкое, красноречивое и при этом цензурное выражение. — Т-так. Нет времени рассуждать. Нужно помочь ему вернуться в мастерскую. В-вероятнее всего, мне не удалось устранить все баги... — Я тебе покажу!.. Не все!.. Како!.. Како!.. Баги!.. Короче!.. Дорогуша!.. — пообещал Меттатон, сопровождаемый Андайн к выходу. Идти было недалеко, всего-то пересечь гостиную чуть наискосок, но для Меттатона и Андайн это расстояние оказалось серьёзным препятствием. На первой попытке робот посреди гостиной благополучно упал: ноги подкосились. На второй он так сильно сжал металлическими пальцами руку Андайн, что даже та, видавшая всякое, непроизвольно вскрикнула. Пока она высвобождалась (Меттатон отцепился сам через несколько секунд), тело робота как-то странно загудело, и только громкий писк Альфис «Назад!» избавил Андайн от удара током. Тонкая паутинка электричества покрыла Меттатона с головы до ног, заискрила и вскоре пропала. — И что с ним делать? — Андайн на всякий случай призвала копьё. — Это непроизвольно, — заметил Меттатон. — Да ясен хрен, что не специально. — Д-для начала выключить, — Альфис бегала взглядом по гостиной в поисках чего-нибудь, что могло бы заменить щит. — Разойдись! — предупредил Меттатон и быстро схватился за чёлку, приподнимая. Лазерный луч из правого глаза выстрелил, прожигая ковёр. — Еле успел. Это могло стоить… — пауза, — …мне волос. — Ч-что ты чувствуешь? — поинтересовалась ящерка. — Интервал две минуты, — пауза. — Перезагрузка всех систем, — пауза. — По очереди, — пауза. — Не знаю, закончится ли это, — пауза. — Когда все системы перезагрузятся. Включился полётный двигатель. Только титаническими усилиями Андайн удалось удержать Меттатона, схватив за ноги, и избавить его от порчи собственного потолка. — Ты мне чуть руки сейчас не вывернул. Ну, или мог остаться без ног. Тоже вариант. — Поддерживаю Альфис, — пауза. — Меня нужно отключить. Пока что. — Окей, полагаю, это должна сделать я, — заметила Андайн. — Альфис ты ещё, чего доброго, насмерть прибьёшь ненароком. Что сделать-то нужно? — Там нужно добраться до талии и… Ложись!!! Рыба совершила прыжок, буквально вбрасывая ящерку обратно в кухню. И вовремя: по гостиной разлетелась целая горсть бомб. Дом они, разумеется, не взорвали — в атаках не было столько силы, — но косметический ремонт помещению теперь точно требовался. — Так что ты там говорила про талию? — Нужный переключатель находится в зоне к-контейнера с душой. Он з-запрятан, и достать его тяжело. Придётся подлезть под трубки, крепящие контейнер к талии, и… Объяснения Альфис прервал металлический грохот, слегка приглушённый ковром. Ноги Меттатона подкосились, он рухнул на пол… и больше не пошевелился. В воздухе замаячил еле-еле различимый силуэт Напстаблука. — Я решил помочь… — скромно сообщило привидение. — Напста! — широко улыбнулась Андайн. — Ох, б-блин… Я и з-забыла, что ты тоже здесь… Что ты можешь помочь б-без риска для себя и знаешь, как выключать М-меттатона… — Это нормально… — отозвался призрак. — Когда я становлюсь тихим, все быстро забывают, что я существую… Я привык… — Б-бери его на руки, Андайн. Сейчас будем выяснять, что пошло не так. Число клятв Альфис, произнесённых как мысленно, так и вслух, о том, что она никогда больше не притронется к механизмам Меттатона без тщательной подготовки, переваливало уже, наверное, за тысячу. Анализ показал, что виновата снова она. Всё предусмотреть не удалось: написанный ею антивирус вместе с вирусом удалил и целый ряд программ, которые не смог пролечить. Это привело к потере многих важных драйверов и системных файлов. Системы пытались запуститься, но, не находя необходимых файлов, тормозили и предпринимали попытки загрузки снова и снова. Меттатон этот процесс уже не контролировал. Мольбы, ругательства, причитания, обещания — но работать приходилось на износ. Заказывать материалы. Собирать новёхонький мощный винчестер. Периодически включать Меттатона на свой страх и риск — иногда всё обходилось благополучно, иногда случались инциденты. Перезаписывать и совершенствовать программы. Меттатон планировал после гастролей отдохнуть несколько дней дома, а затем постепенно возвращаться в рабочую колею, но какое там — он провалялся несколько недель на больничном, а после этого должен был галопом мчаться переделывать огромную кучу накопившихся дел. Альфис боялась, что он её убьёт. Но он, очнувшись и убедившись, что полностью здоров, просто поблагодарил за помощь и попросил её уйти. Он не заглядывал в её кабинет в офисе неделю. И ничего не писал в соцсетях — кроме односложных ответов на вопросы. Ящерка пыталась придумать речь с извинениями и оправданиями, тряслась, боялась, что Меттатон после этого её уволит, а то и вовсе перестанет с ней дружить… но ничего этого не случилось. Прошло время, робот «оттаял» и заглянул к ней на рабочее место. — Дорогуша, ты заставила мою заднюю панель полыхать так, что ночью спать не получалось, — начал он безо всякого приветствия. Альфис робко взглянула в его лицо. На нём играла снисходительная насмешливая улыбка. — Я был так зол и раздражён, ты просто не представляешь. Тебе повезло, что я не мог пошевелиться. Внутри я рвал и метал. Иногда казалось, что я умираю. — П-прости… — пискнула Альфис, закрывая ладонями лицо. — А потом был в смешанных чувствах, потому что, с одной стороны, ты меня чуть не угробила, а с другой стороны, спасла. Я много думал, старался быть спокойным, у меня даже получилось не наехать на парочку распустившихся за моё отсутствие работников… — П-прости! Я знаю, я в-виновата, м-мне не следовало торопиться, носиться со своей усталостью и лениться! Ты имеешь п-полное право уволить меня после этого и… — Успокойся, — Меттатон говорил негромко и нараспев. — Я больше не злюсь. И увольнять я тебя не собираюсь. Не только потому, что ты единственный в своём роде мой личный механик, а я крайне щепетильно отношусь к личному пространству и не позволю никому постороннему во мне копаться… Но и потому, что тебе сказочно повезло быть моим близким другом. А это значит, что тебе придётся поломать голову посильнее, чтобы от меня избавиться, — он похихикал. — Увольнять? О нет, дорогуша. Я не люблю отправлять сотрудников пинком в свободное плавание. Кормить конкурентов нецелесообразно, оставлять подчинённых без хлеба негуманно, а держать на работе полный штат идеальных личностей скучновато. — Но т-ты ведь всё равно вот так п-просто всё не оставишь? Знаю я тебя… — Верно, — Меттатон откинулся на спинку стула, опустив ресницы. — Я долго думал, что мне с тобой делать после столь неоднозначного происшествия… И придумал. Я подвергаю тебя оплачиваемому наказанию. — Это как??? — Хочу поставить максимально реалистичный хоррор с роботом, заражённым компьютерным вирусом. Но только всё должно выглядеть куда более страшно, напрягающе, впечатляюще и одновременно прекрасно. Параличом и перезагрузками системы мы обходиться не будем, зрителя такое не впечатлит. — Могу поспорить… — едва слышно пробурчала Альфис. — Что касается тебя, то ты должна будешь мне помочь в постановке. Помощь потребуется всесторонняя — теоретическая, практическая, испытательная и так далее. Работы — край непочатый! — Меттатон сделал широкий жест руками и лучезарно улыбнулся. — Будешь косячить легально и специально. Впридачу к правильному и безупречному выполнению своих повседневных обязанностей. Альфис вздохнула, нервно захихикала и закивала. Кроме согласия, ей больше ничего не оставалось.