El Tango

      Музыка… Потрясающая вещь в нашей повседневной жизни. Она окрашивает всё в свои краски, берёт реальность в свою власть и заставляет сердце биться с собой в унисон. Настоящая магия, не иначе. Гермиона всегда любила музыку: она завораживала её, придавала сил и вдохновляла. Старенький плеер, что она привезла с собой в Хогвартс, был надёжно спрятан под мантией, а тонкие провода наушников идеально скрывались в пышном беспорядке волос. Музыка всегда была при ней, делая практически зависимой. Это было причиной тому, что многие считали Гермиону заносчивой, якобы она не отвечала на вопросы одноклассников на переменах, а в коридоре даже не оглядываясь. На деле же она просто слушала музыку, без остановок. Поэтому, когда на четвёртом курсе профессор Макгонагалл собрала всех ребят и начала обучать вальсу — Гермиона была в восторге. Теперь ритм музыки приобрёл для неё новые очертания, открывая целый мир — мир танца. Ритмический рисунок нот отражается на паркете, сердце бежит следом, а тело пропускает через себя каждый аккорд.       Многое изменилось с того времени, но любовь девушки к музыке и к танцу осталась всё такой же пылкой и страстной. Когда она увидела едва заметное объявление о наборе желающих в клуб танцев, то сначала не поверила своим глазам. Танцы? В магической Британии? Это выглядело слишком сомнительно и так соблазнительно одновременно. Она не могла раздумывать долго и быстро выписала адрес предстоящей встречи.       Широкий зал, десятки огромных окон, проливающих свет заката на лакированный паркет, и эхо, разносящее мелодичным звуком каждый шаг — завораживающая картина. Без сомнения, в таком месте легко было представить, как пары вальсируют, и музыка бежит по их жилам. Фантазия сразу услужливо нарисовала её саму в длинном платье и с аккуратной причёской, изящно скользящую по паркету в сопровождении джентльмена. Гермиона даже не задумывалась о том, с кем бы могла танцевать в паре. Ей просто хотелось танцевать. Девушка решила дождаться начала урока.       Очень скоро зал стал заполняться людьми: волшебники и волшебницы со всего магического Лондона пришли в это место, чтобы забыть кошмар двухлетней давности и расслабиться. Безусловно, война оставила свой отпечаток на каждом. Не осталось ни одной семьи, которая так или иначе не пострадала от рук Пожирателей, и сейчас каждый старался как-то отвлечься. Теперь было не важно, кто ты: чистокровный аристократ или маглорождённый — эти границы стирала общая цель в этом зале: любовь к танцу. Девушка сидела в стороне, замечая, что большинство пришло по парам или с друзьями. Тоска стала накатывать с новой силой, потому что «любовь» своих друзей к танцу она помнила ещё с четвёртого курса, когда Гарри и Рон просидели на стульях почти весь балл, а потом ещё и ей настроение испортили. Такое впечатление сложно было забыть. Ритм вальса захватил девушку, заставляя её руки начать мягко вырисовывать па на собственных коленях. Тень высокой фигуры отвлекла её от раздумий. — Грейнджер? Вот уж не думал встретить здесь тебя. Тоже танцуешь? — Блейз Забини, который когда-то так люто ненавидел всё их золотое трио, сейчас сверкал своей белозубой улыбкой, ярко контрастирующей со смуглой кожей. У Гермионы даже слегка дыхание перехватило, когда спустя два года с их последней личной встречи, она поняла, что слизеринец был весьма неплох собой. — Здравствуй, Блейз. Я хотела потанцевать здесь. Но не знала, что следовало приходить с парой.       Пожалуй, впервые в жизни Гермиона так спокойно отвечала кому-то со Слизерина. Сейчас она не ощущала исходящей от парня ненависти и поэтому решила поверить своему чутью. Темноволосый итальянец слабо усмехнулся и понимающе кивнул, а его глаза как-то опасно блеснули в слабом отсвете свечи, пролетавшей мимо них. — Да, понимаю. Это не было обязательным пунктом, но просто так удобнее, когда ты знаешь того, с кем танцуешь. Это простая истина, Грейнджер.       Девушка слегка поёжилась под его взглядом, ощущая неловкость, но быстро взяла себя в руки. — И с кем пришёл ты? — на её вопрос парень только как-то странно недовольно скривился: — На самом деле я не фанат танцев, но Пэнси просила… — с неохотой признался он, нервно оглядываясь, словно опасался, что его услышат. Гермиона прищурилась, потому что снова почувствовала, как её пытаются одурачить. Это чувство было ей хорошо знакомо, в своё время ей неоднократно приходилось сталкиваться с обманами, так что теперь горький привкус лжи ощущался на физическом уровне. — Пытаешься скрыться?       Парень нервно вздрогнул и как-то испугано посмотрел девушке в глаза. Это было странно. Ведь насколько она помнила, Забини никогда не отличался трусостью. Но очень скоро Гермионе стала понятна причина такого волнения. — Блейз, что ты здесь застрял? Твоя подружка скоро меня с ума сведёт. Танцуй с ней самостоятельно, если решил сюда притащиться, — недовольное ворчание, манерная привычка растягивать речь и прожигающий взгляд стальных глаз из-под чёлки. Гермиона не видела Драко Малфоя все эти два года, новости о его семье исчезли с первых страниц Еженедельного пророка с того момента, как их оправдали перед Визенгамотом. Ходили даже слухи, что вся чета Малфоев уехала в их древнее имение во Франции, чтобы избежать позора и унижения.       Но вот он здесь, в паре метров от неё, и его лицо привычно кривится от презрения и яда. Гермиона нервно сжимает полы своего тренчкота, потому что выслушивать очередные потоки грязи от этого человека ей больше не хочется, она не готова испытать это вновь. — Что за… Блейз! Ты бросил меня на растерзание Пэнси ради трёпа с этой… гриффиндорской заучкой?! — тонкие пальцы Малфоя дрогнули от желания схватиться за палочку и отправить что-то особенно острое и жалящее в своего друга. Кто бы мог подумать, что его могла заинтересовать встреча такого формата. Немыслимо! — И тебе здравствуй, Малфой, — не сдержалась Грейнджер, процедив это сквозь сжатые зубы. Знакомая неприязнь и даже ненависть всколыхнула воздух вокруг, повышая градус. — Я к тебе не обращался, гр… — Драко, успокойся. Что ты говорил мне ещё неделю назад? Вот и заткнись, — смело одёрнул друга итальянец, ткнув пальцем парня в грудь. — Я просто подошёл поздороваться, а ты остался с Пэнс всего на две минуты, от этого не умирают. — Ещё как умирают, когда, между прочим, твоя девушка так и норовит оттоптать мне все ноги, считая, что я пытаюсь тебя увести. Это же бред! — Знаешь, учитывая, что ты торчишь у нас дома уже почти месяц, её опасения мне понятны.       Гермиона просто молчала и слушала, а в её голове всё больше и больше складывалась весьма себе недурная картина. Во-первых, Блейз и Паркинсон были вместе. Во-вторых, по всей видимости, их отношения уже дошли той серьезной ступени, когда пара решила жить вместе! И, в-третьих, вот уже почти месяц Малфой торчал в их доме и явно был третьим лишним в этой идиллии. Гермиона перевела заинтересованный взгляд на блондина, пытаясь понять, что же с ним произошло за эти два года? Это было интересно, даже слишком. — Да ты спятил?! С чего бы это?! Я?! С НЕЙ?! — возмущенный вопль морщерогого кизляка — скорее всего именно так бы обозвала этот звук Полумна, будь они ещё в школе. Гермиона не знала, почему вспомнила свою странную подругу, но, с другой стороны, вид шокированного Малфоя сам собой навевал эти мысли. Она даже не сразу поняла, что такого сказал Блейз, раз непревзойдённая маска Малфоя затрещала по швам и осыпалась пылью под ноги. — Я не буду танцевать с Грейнджер! Я не хочу к ней прикасаться! Это омерзительно! — Ты идиот? — Забини уже не скрывал своего недовольства другом, его тёмные глаза негодующе бегали от блондина к девушке, которая только выбралась из своих размышлений, и на её лице стали проявляться знакомые издавна признаки раздражения. — Надо же, какой конфуз, Драко Малфой всё ещё брезгует мной, — фыркнула она, довольно резко встав на ноги, и закинула небольшую сумочку на плечо, когда из той раздался довольно ощутимый грохот, будто что-то посыпалось с полок. Парни встревоженно уставились на этот атрибут дамской моды, явно теряясь в догадках, а Грейнджер только гордо вздёрнула подбородок, стараясь сохранить невозмутимый вид. — Хотя это я должна брезговать даже дышать одним воздухом с таким трусом, как он. Всего хорошего, Блейз. Было почти приятно пообщаться, — зло взглянув на Малфоя, девушка развернулась на каблуках и быстро направилась к выходу, пока её выдержка не дала слабину.       Гермиона была возмущена, даже слишком. Конечно, в школе их враждебность была понятна и логически объяснима. Все эти клички и обзывания имели место быть, как единственный способ выражения той подростковой агрессии, так знатно подпитываемой гормональными всплесками. Но что было сейчас? Безусловно, она не надеялась на тёплый приём и беседы, навевающие ностальгию, но и хамство в свой адрес терпеть не собиралась. Вот Забини ей не хамил и даже был относительно дружелюбен, насколько способен был слизеринец. А белобрысый хорёк опять всё испортил! Гермиона раздражённо вздохнула и подпёрла щеку кулаком. Уйдя из зала, она снова сбежала в такой знакомый и горячо любимый маггловский Лондон, где всё было спокойно и постепенно. Магическая война обошла эту часть мира стороной, и девушке приятно было думать, что она была одной из тех, кто пресёк нападки на простых людей. Она зашла в один ресторанчик, где любила проводить время в свои редкие выходные между рабочими буднями в Министерстве. Отдав тренч услужливому официанту, Гермиона смущенно улыбнулась, видя, как мужчина заинтересовано осмотрел её с ног до головы. Ещё бы, в свои предыдущие визиты она была в простых костюмах и выглядела совершенно неприметно, но сегодня, рассчитывая на шанс потанцевать, девушка достала своё лучшее платье, цвета бордо, что пылилось в шкафу уже не первый месяц. Нежный шёлк приятно облегал кожу, струящейся волной спадая к полу и скрывая покатые плечи под широкими бретелями — это платье выглядело даже слишком шикарно для такого простого места, как это. Но волноваться об этом хотелось в последнюю очередь. Заняв свой любимый столик в углу, девушка заказала себе вина и порцию пасты: заесть и запить своё разочарование было одной из лучших идей. — Прекрасно выглядите сегодня, мисс Грейнджер. Есть повод? — Кларк, уже знакомый официант, наполнил бокал девушки и очаровательно улыбнулся. Гермиона всегда оставляла этому парню на чай, потому что уже сама знала его довольно тяжелую историю и семейную ситуацию. Они даже пару раз вместе уходили домой, когда Грейнджер засиживалась в ресторане допоздна.       Почему ей нравилось это место? Причиной стала музыка: шикарные композиции, начиная с двадцатых годов и заканчивая шестидесятыми, тёплой негой ложились на душу, они словно согревали теплом изнутри, даря чувство расслабленности, которого так ей не хватало уже долгое время. Гермиона чувствовала свою усталость и только в таких местах позволяла себе забыться. — Повод был, Кларк. Но теперь это уже не имеет значения, — улыбнулась она, кивнув головой в благодарность. Ей было обидно, но больше именно за то, что потанцевать ей так и не удалось. — Я уверен, что всё ещё наладится. Если я могу чем-то помочь… — Спасибо, Кларк. — Вот именно, спасибо, Кларк и до свидания. А бутылку можно оставить, — из-за спины официанта нарисовалась высокая фигура Малфоя, который наглым образом забрал вино у парнишки и сел напротив Гермионы, с особым интересом читая этикетку.       Девушка даже дар речи потеряла. О чём говорить? Что он вообще тут делает? Ещё час назад этот человек верещал, как девчонка, что даже прикасаться к ней не собирается, а теперь сидит напротив так спокойно. Вот уж точно говорят: «нарисовался — не сотрёшь». — Я приятно удивлён, Грейнджер, вино ты выбирать явно умеешь.       Кларк, неловко потоптавшийся пару мгновений, тихо ретировался по своим обязанностям, оставляя Гермиону один на один с её неприятелем. — Ты что здесь делаешь?       На этот тихий, но твёрдый вопрос, Малфой только пожал плечами. — Спроси что-нибудь полегче. Забини мне весь затылок проел, что я был груб. И отчасти он прав, так что извини. Но всё же признай, что ты заучка.       Гермиона не сдержала смешка, хотя и чувствовала себя потерянной. — Это попытка извиниться? — приподняв бровь, спросила она, делая небольшой глоток вина. Малфой напротив едва ли заметно заёрзал на месте, недовольно скривив губы: — Что-то вроде того. — Получается у тебя хреново. — И без тебя знаю.       Снова тишина за столом, только мягкая мелодия скрипок развевает атмосферу неловкости, и приглушённые звуки рояля задают нежный ритм. Пара неловко отводит взгляд в сторону, понимая, что их диалог зашёл в тупик. Они ведь ни разу в жизни не разговаривали вот так просто, без оскорблений и унижений. Так что это было загадкой, о чём вообще можно было говорить людям, которые ненавидели друг друга всю сознательную жизнь. Когда официант принёс приборы для Малфоя, пара снова переглянулась. Гермиона обвела взглядом Драко, замечая изменения, как черты его лица заострились, делая более похожим на отца, но при этом более плавные линии скул лишали его образ той заносчивости, от которой даже зубы сводило. В целом, она могла признаться, что Драко действительно вырос красивым мужчиной, у него были отличные пропорции, да и чувство стиля, привитое ему ещё с пелёнок удачно подчёркивало все достоинства. — Хорошо выглядишь. Я слышал, что ты работаешь в Министерстве, — неожиданно произнёс он, заставив девушку вздрогнуть.       Гермиона растерянно хлопнула глазами. — Спасибо. Ты за этим пришёл? Болтовня со мной — это последнее, что тебе нужно, я знаю. Так что тебе надо, Малфой?       Парень шумно вздохнул и нахмурился. Он понимал, что одурачить самую умную ведьму из всех, что он знал, ему просто не удастся. Но и быть неотёсанным придурком, коим он уже успел себя зарекомендовать, он не хотел. Гермиона в ожидании сложила руки в замок перед собой.       Драко осмотрел девушку напротив, его взгляд медленно скользнул по аккуратно собранным волосам, теперь они не торчали во все стороны, как это было раньше, ненавязчивый блеск помады на небольших, но пухлых губах, изящная линия плеча. Мужчина вдруг понял, что кожа на том месте должна быть безумно нежной, но даже думать об этом было чем-то запретным для него. Он тут же закрыл глаза, стараясь отогнать ненужные фантазии. Гермиона Грейнджер давно была его больным наваждением, еще курса с четвёртого или пятого, когда он начал осознавать, что их стычки для него стали каким-то наркотиком. Сначала он цеплялся лишь потому, что она была с Поттером, мальчик-который-выжил был, словно кость в горле: всем им восхищались, а Малфой, который так старался завоевать хоть грамм того внимания, что имел очкарик, всегда оставался позади. Но потом препинания с Грейнджер заняли свою особую нишу. Ведь те чувства, эмоции, что просто взрывались атомной бомбой между ними, сводили его с ума. Драко нужна была эта встряска всегда! И он очень скоро понял, что подсел на скандалы с Грейнджер, как маггловский наркоман на таблетки. А потом он почувствовал запах амортенции, и все прежние сомнения отпали: зелье пахло так же, как тот аромат, что оставляла за собой следом эта девчонка. Драко Малфой был безнадежно зависим от девушки, которая его ненавидела. — Ты же работаешь на пятом уровне?       Гермиона понимающе хмыкнула. Конечно, что ещё может понадобиться такому изворотливому человеку, как Малфой, от неё? Только её возможное влияние в Министерстве. — Допустим. По всем вопросам касающимся моей работы, я веду приём ежедневно в самом Министерстве. По записи.       Парень понимающе хмыкнул и наполнил свой бокал вином. Он только прокрутил тот пару раз, позволяя бордовым каплям приподняться и лениво осесть вниз. — Я знаю. Моя запись уже стоит на завтра.       Гермиона поперхнулась, успев прикрыть рот рукой, чтобы не выплюнуть вино. Малфой же надменно усмехнулся и потянулся вперёд. Звон их встретившихся бокалов разнёсся по помещению. — Надеюсь на удачное сотрудничество, коллега. И раз уж на то пошло, я знаю, что ты приходила в зал, чтобы потанцевать. И так и быть, я готов составить тебе пару, — взгляд его серых глаз скользнул вниз, отмечая просто неприлично обтягивающий лиф платья. Гермиона невольно поёжилась под этим взглядом. — Мне не нужны твои подачки, Малфой! Уж как-нибудь выживу без танца.       Она почувствовала себя оскорбленной впервые настолько, что даже щёки порозовели от гнева. Девушка обиженно скрестила руки на груди и отвернулась в сторону, смотря на то, как небольшой оркестр играет её любимые мелодии. Всем своим видом она показывала, что разговор окончен, и она не желает его продолжать. А Драко просто смотрел на неё и улыбался, потому что снова стал ощущать то пламя, что безжалостно бурлит между ними. Эта девушка будоражила его кровь, и упускать такой шанс он не хотел.       Он вернулся в Лондон, чтобы восстановить дела, наладить свой бизнес и попытаться хоть как-то реабилитироваться в глазах общественности. Это он говорил свои родителям, которые остались на юге Франции, это же сказал Блейзу, когда добился возможности получить международный портключ. Но истиной причиной было жгучее желание снова вывести эту женщину из себя, получить её эмоции. Он словно изголодавшийся вампир грезил об этом все два года, проведённые словно в анабиозе. Решительность этой особы, её сила и упрямство возбуждали его как ничто иное! Драко хищно прищурился, медленно вставая из-за стола, когда услышал ритмы танго. Это было то, что надо для такой огненной персоны как Грейнджер. Он просто не дал ей шанса ускользнуть, поймав за руку и резко дёрнул на себя, сразу прижимая за тонкую талию. — Отпусти, — предостерегая, почти прошипела Гермиона, и аромат её духов снова окутал мужчину с головой. О, да, это была та самая его амортенция, что пьянила сознание. — Ты сама хотела потанцевать. — Но не с тобой.       Он снова безразлично пожал плечами. — Лучше всего танцевать с тем, кого ты знаешь. Тем более такой танец, как танго. У тебя нет другого выбора.       Это было похоже на какой-то ураган. Малфой буквально утащил девушку на танцпол за собой, из раза в раз пресекая её попытки вырваться. Танец напоминал их борьбу: все препирания, обзывания и колкости находили своё отражение в движении. Гермиона пыталась уйти, но сильные руки снова и снова возвращали её в свои объятия. Причёска растрепалась и несколько особенно нетерпеливых прядей упали на лицо, когда её снова прижали слишком близко. Нога сама невольно повторила знакомое движение танца, и девушка ощутила, как широкая ладонь проскользнула от её колена вверх по бедру, сминая тонкий шёлк. Она ощущала жар этого прикосновения, и её дыхание сводило неизведанным ранее приступом. — Ты же брезгуешь, — едва слышно выдохнула девушка, но она была прижала так близко, что не услышать её мог разве что глухой. Малфой слабо хмыкнул, отклонил девушку назад в протяжённый ритм скрипичного соло, и его губы оказались в опасной близости к тому изгибу нежной шеи, что сводила его с ума. Её аромат стал особенно ярким и чувственным, что он не удержался от лёгкого прикосновения, с удовольствием отмечая мурашки, появившиеся следом. Ей нравилось это ничуть не меньше, чем ему самому. — Только, когда был в бешенстве от Паркинсон. Я скорее злился, что Блейз с тобой. Грейнджер… — его грудной голос завибрировал на подкорке сознания, заставив девушку нервно сглотнуть, но отрезвление пришло быстро, когда её снова слишком резко поставили на ноги. — Не вешай мне лапшу на уши, Малфой, — сразу завелась она, закипая от нарастающего раздражения. Как же легко у него получалось замылить ей сознание. — Что? — на лице напротив отразилось искреннее непонимание. Гермиона сделала несколько быстрых шагов ногами, с напором отталкивая мужчину к столикам и в рискованно близком расстоянии пнула ногой, зацепив носок его ботинок. Её гнев отразился в омуте её почерневших глаз. — Не ври мне, Малфой. Я не была глухой, чтобы верить в эту чушь. Можешь проводить эти эксперименты со своими прежними фанатками, а со мной этот фокус не пройдёт, — толкнув его пальцем в грудь, девушка уже собиралась исчезнуть.       Драко видел весь этот гнев и даже ярость, и что-то внутри него совершило кульбит, лишая мысли всякой логики. Он не стал больше говорить или оправдываться, выдумывать невероятные теории, чтобы урвать ещё немного времени. Эта ведьма была настоящей сиреной для него, и терпеть больше не было сил! Он широко шагнул следом, слишком грубо потянув Грейнджер за руку к себе, почти впечатывая её в себя, и сразу перехватил её губы поцелуем. Те самые, что так болезненно и остро ударяли по его самолюбию на протяжение всей его жизни! Так долго он старался удержаться в нише их скандалов, быть частью её зримого мира, но после войны это уже было слишком сложно. «Пан или пропал» — кажется так говорили магглы, когда играли ва-банк. Он чувствовал, как девушка в его руках забилась, желая отстраниться, но он только с большим напором продолжил наступление, заставляя приоткрыть рот и углубляя поцелуй. Гриффиндорка в его руках дёрнулась ещё пару раз и замерла. Её кулаки, так отчаянно колотившие его плечи, вдруг ослабли и расправились, позволяя тонким ладонями скользнуть на шею, и те самые острые уста ответили так сладко, что ноги подкашивало от восторга! Драко мысленно воспел ко всем богам за этот шанс. — Кажется, танго идеально нам подходит, — с усмешкой выдохнул он, смотря на растерявшуюся девушку сверху вниз. Её помада уже не была так заметна, а на лице проступил очаровательный румянец смущения, но Малфой понимал для себя, что поздно куда-то убегать. Из взаимоотношения всегда имели свою ноту, и, по всей видимости, этой нотой было именно танго.