проститутка

Утром следующего дня Тсукишима принимает решение уйти из борделя. Он совсем над ним не раздумывал, ведь казалось, что в любом случае хуже уже просто некуда. Куроо он не звонил, не было ни сил, ни особого на то желания. Единственной его целью было увидеть родителей. Он пребывал в состоянии потерянности. Он будто был за гранью происходящего, будто все вокруг было симуляцией. Дни были долгими и скучными, при этом создавалось ощущение, что они проходили мимо него, оставляя Кея позади. Все было одинаково пустым и лишенным смысла. Хозяйка заведения была понимающей и все прошло быстро и безболезненно. Он стоял за дверьми борделя и осматривал улицу. Легко дул весенний ветер, светило солнце, люди гуляли и стучали по асфальту подошвами своей обуви. Сжав ручку сумки, он достал из кармана брюк телефон, чтобы позвонить брату. Тот не ответил. Так повторилось еще несколько раз. Хмыкнув, Тсукишима открыл карту и направился к ближайшему дому престарелых. Всего их было немного, так что найти родителей он должен был быстро. В первых двух заведениях в ответ на вопрос о родителях ему лишь отрицательно покачивали головой. В третьем женщина, к которой он обратился, открыла рот, чтобы ответить, но внезапно погрустнела и помедлила с ответом. - Про мужчину ничего не знаю, а женщина была у нас. Вы знаете, она умерла месяц назад. Она ведь уже очень старенькой была. А вы ее сын, я так полагаю? - Да. Проблеск веры в его глазах погас. - Соболезную. Она была хорошим человеком, очень хорошим. Тсукишима попытался сглотнуть ком в горле, но не удалось. Он быстро заморгал глазами, попрощался и направился к выходу. Женщина печально смотрела уходящему Тсукишиме вслед. Выйдя на улицу, он отчаянно, беспомощно смотрел по сторонам, не понимая куда ему идти, после чего засеменил за угол, надеясь, что там нет людей. Ему хотелось кричать до боли в горле. Кричать от всей несправедливости в этом мире. Но все, что он мог сделать сейчас - это только разрыдаться, даже если думал, что уже не сможет. В груди щемило чувство острой боли, сменившее прежнюю апатию. Сейчас он мог ощутить весь спектр страдания. Он сжимал ткань рубашки, закидывал голову вверх и спрашивал, почему это происходит. Вся его жизнь с самого начала была похожа на нескончаемую рутину поиска денег и выживания. Он думал, что, наконец, все станет лучше с появлением Куроо, с появлением надежды, но та реальность изо всех сил не хотела позволить себя забывать. Все было разрушено.

***

Куроо, как обычно, вечером в переулке продавал наркотики. Это уже успело стать рутиной. Но он пообещал себе, что этот раз - последний. С такой работой пора было завязывать, да и товар как раз заканчивался. Вопрос наркоторговли почти всегда состоял только в том, когда тебя поймают. Пока все шло как по маслу и Куроо был рад этому, но предчувствие опасности не покидало его. Впрочем, он не придавал этому особого значения. Тетсуро мечтал о том, как распрощавшись с товаром и заработав денег, позвонит Тсукишиме, обрадует того и уговорит уйти из борделя. Он мечтал о том, что все, наконец, станет хорошо у них обоих. Отдав последний грамм, он вдруг слышит громкое: "Стоять!". Куроо произносит тихое: "Пиздец." и бросается убегать. За спиной слышится: - Руки за спину! Это конец.