Не всё так просто

Даша мгновенно открыла глаза, когда прозвенел будильник. Сегодня её первый день на работе, когда она увидит биатлонную гонку в живую. Когда эта мысль проскочила в голове девушки, она сразу же вскочила и довольно быстро собралась, хотя даже и не опаздывала, чтобы так торопиться. Вчерашний день они провели очень весело: запись небольших интервью со спортсменами и тренерами, а также мини-игра с биатлонистами сборной России подняли её настроение, которое Маслова и представить не могла несколько дней назад, когда узнала о своей стажировке. До поздней ночи она сидела сначала со всей съёмочной бригадой, а после с Ильёй, который монтировал свою часть той самой знаменитой программы. Она всё больше узнавала о биатлонном мире, и теперь казалось, что она — действительно хороший специалист, которого взяли в качестве стажёра. На тот момент, она уже знала имена и внешность самых известных спортсменов по различным фотографиям и видео, показанных ей Трифановым, разбиралась во всех основных видах гонок и даже осваивала биатлонный жаргон, временами казавшийся очень странным, но и очень забавным. Но всё же, Дашины мысли не покидала та ночная записка вместе с красивым цветком и шоколадом. В свободное время она рассуждала, кто мог сделать подобное. «Записка была на английском, так что варианты со всеми русскоговорящими сразу отпадали», — размышляла Даша, — «Тогда остаётся три кандидатуры, две из которых были весь вечер рядом со мной. Получается, что остаётся один он…» Конечно, Даша думала о том, что это мог сделать Кентен, это даже казалось в его стиле, но слишком много вопросов выплывало при этом исходе событий: «Зачем он это сделал? Как он узнал, что меня не было на ужине, так как там установлено широкое ограничение по времени для приёма пищи? Да и откуда он взял розу в конце-концов?» Задумавшись о событиях прошедших дней, Даша уже добралась до столовой, где собиралась позавтракать. Выбрав пищу, но не найдя своих коллег, она села за небольшой пустой стол, ожидая, что хоть кто-нибудь из их бригады придёт. И к ней действительно кто-то подсел. Только вот это был далеко не её коллега. — Доброе утро, — услышала девушка английскую речь с мягким акцентом, справа от себя. — Доброе, Кентен, — ответила парню девушка. — Какими судьбами ты тут одна? Где вся ваша шумная компания? — Спят ещё, наверное. Рановато сейчас. Они продолжили разговор, обсуждая какие-то отвлечённые повседневные темы. Тут Даше вспомнился тот случай с запиской, и, сгорая от нетерпения, она осторожно спросила: — Слушай, где ты был позавчера вечером? — тихо спросила она. — Что за резкие вопросы? — удивился не ожидавший подобного Майе, но всё же ответил, — Позавчера у меня была тренировка, затем после неё я вернулся в свой номер, сходил с командой на ужин, потом пошёл в номер Клода, там мы отметили начало сезона, и после этого я снова вернулся к себе. Вот и всё. Тебе это о чём-то говорит? — Ты знаешь, была ли я в тот вечер на ужине? — не унималась с вопросами Маслова. — Откуда я знаю. Я же не слежу за тобой, — на удивление спокойно отвечал Кентен, прибывавший в состоянии шока. — Хорошо, тогда… — Даша задумалась над ещё одним вопросом, — Ты в последние дни случайно не проходил мимо цветочного магазина? — Что за вопросы, Дарья? — спросил изумлённый француз, — Может мимо пробегал, но я без понятия, где он вообще может здесь находиться. Его удивление казалось Даше искренним, поэтому одна её догадка отпала, но зато осталась другая, в которую Даша верила всё больше и больше. И теперь ей хотелось разобраться со всем этим немедленно. Поэтому она быстро обняла на прощание всё ещё удивлённого француза и мгновенно скрылась за выходом из столовой отеля.

***

— Да иду я, иду, хватит дверь ломать! — Йоханнес стремительно шёл к двери, в которую уже в течение нескольких минут безжалостно тарабанили. Их с братом разбудил этот стук задолго до запланированного звона будильника, поэтому сказать, что настроение на весь день упало, даже несмотря на предстоящую первую гонку сезона, — это ничего не сказать. Они надеялись на то, что потревоживший их сон человек, просто уйдёт спустя какое-то время, но такого не произошло, поэтому одному из них пришлось подниматься и проверять незваного гостя. Выигравший в «Камень — ножницы — бумага» Тарьей довольно посмотрел на раздражённое выражение лица своего брата, когда тот пошёл открывать дверь, а сам расслаблено устроился в собственной постели. — Даша? — недовольство рыжего сменилось нескрываемым удивлением, пускай его вид всё же оставлял желать лучшего, — Что ты здесь делаешь? — Кто из вас двоих это подстроил? — девушка не стала церемониться и без какого-либо приветствия задала свой вопрос, но, так и не дождавшись ответа опешившего Йоханнеса, продолжила, — Или вы вместе это спланировали? Признаю, хорошо сработано. А теперь, пожалуйста, назовите имя того придурка, который это задумал. — Даш, о чём ты говоришь? — наконец дал свой ответ в виде встречного вопроса младший Бё. — Да, действительно, о чём ты? — подключился к диалогу Тарьей, заинтересованный громким разговором в дверях своего номера. — Где вы были в четверг вечером? — Я знаю хорошего местного врача, он работает с провалами в памяти, — сказал Тарьей, на что получил раздражённый взгляд Даши, — Позавчера вечером мы всё время были с тобой, и ты пыталась нас угробить, если ты помнишь? — А где вы были после? — менее уверенно сказала Маслова: её догадки разрушались одна за другой. — Мы проводили тебя до твоего этажа, вернулись к себе и сразу же легли спать, — непринуждённо ответил Йоханнес. — Вы случайно ни с кем в сговоре не были? — данный вопрос был последней надеждой на раскрытие этой тайны. — Да к чему ты клонишь вообще? — не выдержал старший, ожидая услышать, что же такого важного случилось. — Когда я с вами попрощалась, я подошла к своему номеру и увидела около двери розу, шоколадку и записку. А теперь я просто пытаюсь узнать, кто это подстроил. — Ого, вот это детектив, — сказал рыжий, — Может быть это Илья? — Не думаю, — ответила Дарья, — Я видела его почерк — там точно был другой. Тем более всё было написано так аккуратно, что, скорее всего, это написал тот, для кого латинский алфавит родной. — А что насчёт Фийона Майе? — спросил Тарьей. — Я с ним уже говорила. Это точно не он. — А что, если кто-то перепутал двери? Может это предназначалось твоей соседке? — предположил Йоханнес. — Ну, не думаю, что это предназначалось Саше или Эдику. Катя замужем… — замолкла на секунду девушка, — А может это было для Светы? Дашу поразила возникшая теория. Действительно, кандидатов на роль загадочного посланника у неё больше не осталось, но вот что, если этот «кто-то» просто перепутал двери, ведь девушки жили в соседних номерах? «Надо будет обязательно с ней поговорить», — подумала Маслова и вдруг оказалась благодарна норвежцам за их неожиданную помощь, поэтому в следующую же секунду, она накинулась на них с объятиями. — Спасибо вам, — произнесла девушка, отпрянув немного назад. — Маслова, клянусь, ты меня в могилу так скоро сведёшь, — с улыбкой сказал Тарьей.

***

Времени думать о чём-либо другом, кроме биатлона, просто не было: было много работы в такой ответственный день. Их начальник то и делал, что постоянно давал работу своим подопечным. Даше казалось, что она впервые в жизни столько ходила и бегала туда-сюда. По ощущениям, это было сравни марафону. Но она прекрасно понимала значение этой суеты: спустя многие месяцы в эфир выйдет программа, связанная с одним из самых известных видов спорта, которую ждут многие зрители в стране. Они просто не могут ударить в грязь лицом. Сегодня она будет находиться в микст-зоне вместе с Ильёй и Денисом, чтобы учиться брать интервью у спортсменов. Выполнив очередное поручение, девушка, оказавшись на своего рода террасе, взглянула на местный лес. Место, где она находилась в тот момент, было относительно далековато от основного скопления народа, поэтому слышался лишь отдалённый шум. Вид на природу задавал мечтательное настроение. Даша задумалась. Всего лишь чья-то невнимательность завела её настолько далеко, что вместо планируемых описаний новой коллекции того или иного бренда, она стояла где-то в шведской глуши, размышляла о своей стажировке, любуясь столь уникальными пейзажами северной европейской страны. Её прервал звук уведомления на телефоне, гласивший о новом задании от начальства. Опаздывать было нельзя, поэтому Даша, мельком посмотрев куда-то вдаль, поспешила вернуться к коллегам.

***

— Да уж, явно не лучшее начало сезона, — подытожил Дима Занин, когда Матвей Елисеев пересёк финишную черту и принёс стране лишь двенадцатое место — Будь готова к тому, что сейчас они будут мрачнее тучи, — сказал Трифанов Даше, когда биатлонисты должны были подойти, чтобы дать небольшое интервью и рассказать о гонке подробнее. В целом эта часть её работы прошла довольно неплохо. Теперь она примерно понимает, о чём стоит задавать вопросы, а о чём стоит умалчивать. Хотя, Илья подчеркнул, что всё также зависит от самого спортсмена: не все готовы обсуждать тяжёлую гонку, а другие наоборот — даже с радостью поделятся своими эмоциями. Тамара Воронина, проведя относительно неудовлетворительную гонку для своего дебюта, высказывалась скромно. Матвей в свою очередь был весьма открытым, хотя был он таковым и по своей натуре. Теперь им оставалось ждать ещё около часа до следующей гонки, которую все с нетерпением ждали: у большинства стран побегут сильнейшие спортсмены, что сделает гонку более зрелищной. Илья предложил ещё поработать с ним или с Димой, которые будут брать интервью у некоторых тренеров и, возможно, иностранных спортсменов, но Даша отказалась, сославшись на утомлённость из-за шума болельщиков, решив провести свободное время до смешанной эстафеты где-нибудь в более тихом месте. Зайдя в кафе неподалёку от стадиона и заказав чашку кофе, она присела за один из столиков, многие из которых, к слову, были пусты, так как большая часть болельщиков сейчас находилась на стадионе в ожидании предстоящего соревнования, оставаясь на трибунах, чтобы не потерять собственное место в случае чего. Сделав глоток, Даша решила проверить телефон. Недавно пришедшее сообщение от Сони свидетельствовало о том, что Зорина смотрела гонку, и его содержание это подтвердило: От: Соня: Посмотрела гонку. Думаю, это для тебя не лучший пример, как проходят соревнования.

Вы: Да уж, но зато теперь я понимаю, что вы испытываете, когда наблюдаете за всем этим)

От: Соня: Ну, что? Как там у вас на стадионе?

Вы: Это так удивительно! Здесь тысячи людей, рвущих голоса за своих фаворитов! Представляю, что будет среди наших твориться во время более удачных гонок)

От: Соня: Это ты ещё Чемпионат Мира не видела. Там такое происходит, голос срывает даже самый скромный болельщик От: Соня: Кстати, ты там больше ни к кому «по случайности» не врывалась?))

Вы: Соня! Долго ты мне тот случай припоминать будешь?

От: Соня: До конца жизни, дорогая). Надо же было так умудриться дверь перепутать! Ответить Даша не успела, так как её телефон уведомил о входящем сообщении. То было от Ильи, которое гласило: От: Илья: Скоро начало. Ждём тебя на стадионе

Вы: Хорошо, скоро буду

Попрощавшись с подругой, она покинула кафе, направляясь к съёмочной бригаде.

***

Пожелав удачи Кате, Свете, Диме и Саше, собиравшимся бежать эстафету, она подошла к остальным. Парни делились о своих предположениях, кто же сегодня одержит победу. В ходе этого спора она услышала много знакомых фамилий, которые успела выучить. Среди них мелькали и её друзья из Норвегии, устроившие ей незабываемый вечер два дня назад, и хорошо знакомый ей француз, который, как казалось Даше, буквально преследовал её, хотя весь вчерашний день они не пересекались. «Вспомнишь о человеке — вот и он», — сказала про себя девушка, когда увидела идущего недалеко Кентена, разговаривавшего со своим тренером. Майе, почувствовавший на себе взгляд, осмотрелся, нашёл глазами этого человека и приветственно улыбнулся, помахав рукой, своей русской знакомой, прежде чем вернуться к важному разговору с тренером. Подумав немного о Кентене, она вспомнила про случай с сюрпризом под дверью. Он действительно, казалось, говорил правду, что всё это сделал не он, и если бы не нестандартная теория Йоханнеса о путанице номеров, она бы уже поставила под сомнение свою уверенность в искренности Майе. Маслова решила, что после гонки, когда все будут в своих номерах, она поговорит со Светой в своём номере и всё узнает от подруги. А ещё она задумала понаблюдать за поведением подруги: вдруг этот незнакомец — биатлонист, который будет бежать эту гонку. Первый этап заставил всех понервничать: Катя не справилась со стрельбой и зашла на штрафной круг. Отставание более одной минуты, дела плохи. Света тоже стреляла далеко не идеально, но лишних 150 метров удалось избежать. С самого начала третьего этапа Даша внимательно следила за сборной Норвегии, где бежал её норвежский друг. Тарьей после передачи эстафеты шёл вторым. Первые были итальянцы, должно было произойти чудо, чтобы они потеряли это лидерство. И Хофер, и старший Бё использовали всего лишь один дополнительный патрон, поэтому изменений в лидерах не наблюдалось. Малышко отработал абсолютно также. Через некоторое время подъехал французский спортсмен, которым был Кентен Фийон Майе. Их гонка не задалась с самого начала, поэтому сейчас они находились где-то около десятого места. Завершив стрельбу почти идеально, спортсмен отправился дальше на дистанцию. На стойке, в какой-то степени повторилось всё, что было на лёжке: почти идеальная стрельба лидеров. Ну, разве что, Дмитрий немного заставил поволноваться. К стрельбищу подъехал Кентен. Его показали крупным планом, и Даша смогла увидеть его уверенный и непоколебимый взгляд на мишени. Майе достаточно быстро закрыл все глазки и помчался обратно в гонку. Где-то на середине этапа, к их группе подошла Света Миронова, уже успевшая дать интервью Трифанову. Она разговаривала с Катей, подбадривая сокомандницу, у которой дебют в сезоне не вышел удачным. Но уже ближе к смене третьего этапа на четвёртый, Света растеряла былой энтузиазм и теперь с всё более нескрываемым волнением следила за гонкой. Как сделала вывод Даша, этот загадочный молодой человек, решивший сделать подарок позавчера, сейчас бежал на четвёртом этапе, оставалось лишь выяснить, кто это такой. Гадать и предугадывать Маслова не хотела, решив, что потом всё лично узнает из уст Мироновой. Поэтому Даша оставила все эти мысли на потом, наблюдая за гонкой, и даже пропустив момент, когда Света взволнованно вздохнула из-за того, что кое-кто зашёл на круг.

***

— В целом, четвёртое место — это не так уж и плохо, — с усталостью произнёс Илья, когда он и вся съёмочная бригада с Губерниевым во главе шли в номер. — Ага, особенно после полного провала в первой гонке, — заметил и сам Дмитрий. Гонка давно закончилась, прошла пресс-конференция, почти все спортсмены разъехались по своим отелям. За этот день их группа сняла множество интервью изменений по поводу гонки. — Ну, что, Даш, как первый рабочий день? — спросил Губерниев у Масловой. — Это так удивительно смотреть это всё в живую! Да ещё и в окружении таких людей, — девушка оглядела всех остальных, вспоминая, как те волновались во время соревнований, — А часть с интервью меня и вовсе удивила: это, оказывается, так просто. Даше правда понравилось наблюдать за процессом снятия интервью. Теперь она знала, о чём ей стоит спрашивать, но, как говорил Илья: «К каждому свой подход». — Ну, Илья, Димон, берегитесь, скоро к вам серьёзный конкурент придёт, — пошутил их начальник. — Тебе реально понравилось быть сегодня здесь? — тихо спросил Илья так, чтобы его могла слышать только Дарья. — Да, был хороший день, я ни о чём не жалею, — отвечала девушка, — Было так интересно наблюдать за всеми этими спортсменами, которых я ещё вчера пыталась запомнить с помощью поисковика в интернете. — Я видел, ты же с Кентена глаз не спускала всю часть его гонки, прям так завороженно и влюблённо смотрела. Ой, какая романтика, — с сарказмом говорил Трифанов. — Илья! — крикнула Даша имя коллеги с мимолётной злостью, но того уже и след простыл.

***

— Приветик, можно зайти? — выглянула, открыв дверь, Света, получила кивок в ответ на свой вопрос и вошла в номер. Даша предложила Свете посидеть вдвоём в номере Масловой. Всё-таки они нашли общий язык. Обеим было, что рассказать, несмотря на то, что не разговаривали они буквально пару дней. А ещё это была отличная возможность узнать больше о том случае, про который Даша забыть просто не могла. Их разговор начался и продолжался в будничном тоне. Девушки рассказали больше о своей жизни. Маслова говорила про типичную университетскую жизнь, хотя ей всё же пришлось приврать насчёт своей специальности. Она была не готова раскрыться перед другим человеком, пусть которому и доверяла. Миронова описала всю самую весёлую сторону профессии биатлониста: столько забавных моментов было в сборной, что попади они в новостные компании, у тех будет много работы, так как таких случаев, как заверила Света, было превеликое множество. В какой-то момент Даша вспомнила, о чём действительно хотела узнать у Светы, поэтому девушка начала осторожно подбираться к разгадке: — Свет, что ты делала в четверг вечером? — Миронова немного опешила от такого вопроса, но ответила. — Мы с Катей после тренировки очень устали и решили не идти на ужин. Заказали каких-то фруктов и рано легли спать, — сказала девушка, — А что такого? «Все факторы сходятся, надо узнать что-нибудь ещё», — думала Даша. — А тайного ухажёра у тебя случайно нет? — с лёгкой улыбкой спросила Маслова, и тут же увидела довольно резкие изменения в лице Светы. — Н-нет, — запинаясь, ответила девушка. «Врёт. Определённо», — сделала про себя вывод Даша, после чего решила раскрыть занавес и рассказать подруге, в чём дело. — Возвращаясь в свой номер вечером, даже ближе к ночи, я вижу возле своего номера цветок, шоколадку и записку на английском, говорящую о том, что кое-кто, а его имя не было указано, не видел меня на ужине, поэтому решил подарить мне это, — пересказала события той ночи Маслова, наблюдая видимые изменения на лице Мироновой, становящемся более волнительным с каждым мгновением. «Кажется, ей это знакомо», — снова подумала Дарья и продолжила: — Я проверила все варианты событий, если бы это послание было предназначено мне, то ни один из них в реальность не вливается, — говорила Даша, — Но вдруг, если это было не для меня, просто кто-то перепутал двери. Из четырёх моих соседей, ты — единственный возможный вариант. Поэтому я повторю свой вопрос: есть ли у тебя сокрытый воздыхатель? Маслова закончила свою речь, выжидающе смотря на Миронову. Та, сделав глубокий вдох, нехотя заговорила: — Да, имеется. Если его таким можно назвать. — И кто же он? — спросила Даша с большим предвкушением, но осеклась, поняв, что, возможно, кажется слишком любопытной, — Прости, если не хочешь говорить, то я всё пойму… — Долль. Бенедикт Долль. В комнате воцаряется молчание. Теперь уже Света выжидающе смотрит на подругу, а она тем временем пытается припомнить того самого биатлониста. Ей вспомнился один небольшой эпизод с его участием, когда на позавчерашней тренировке тот, проходя мимо неё, солнечно улыбнулся и пошёл дальше своим путём. Девушка запомнила улыбку того немца, и теперь была рада, что его и Свету что-то связывает. — Ты серьёзно? Боже, я так за тебя рада! — Даша обняла подругу от радости, и от былого напряжения не осталось и следа, — И как так вышло? — Я эту историю практически никому не рассказывала, но будь готова к полнейшему бреду, — предупредила подругу Миронова и начала свой рассказ, — Началось всё с того, что я полтора года назад получила награду «Лучший новичок года». Он написал мне в Инстаграме, поздравил, и на этом всё закончилось на тот момент. Мы поговорили о чём-то простом, и потом было затишье на всё межсезонье. А с началом сезона, он снова написал. Меня не было первую часть прошлого Кубка Мира, но это не помешало ему написать. Мы говорили то о будничных темах, то о биатлоне, то просто об интересах. А после завершения прошлого сезона он не написал практически ничего, приходили лишь какие-нибудь редкие сообщения и всё. — И я так понимаю, с началом этого Кубка Мира он вновь стал писать тебе? — Всё верно. Будто и не было этого перерыва в несколько месяцев. Мы переписывались в среду и четверг. Но понимаешь, я даже не помню, когда мы с ним говорили в живую. Его голос я помню только по звонкам и голосовым сообщениям, а внешность узнаваема только благодаря фотографиям, поэтому я всё же сомневаюсь, что это он мог мне отправить. Теперь Дашина теория могла быть и подтверждена, и полностью опровергнута из-за только что услышанного. Но оставалась последняя надежда на то, что это всё же окажется правдой. — Знает ли Долль, какие цветы твои любимые? — Как-то давно мы подбирали букет для его матери, и тогда я сказала, что люблю розы, при чём как можно светлее: не люблю яркие или тёмные оттенки. — Тогда всё сходится! — радостно воскликнула Даша и пояснила, — Там лежала белая роза. — Не знаю, чего он этим добивается. Я давно хотела разорвать наше общение. В чём его смысл, если в реальной жизни мы как будто не знаем друг друга? Я, конечно, хотела бы всё выяснить разговором в живую, но не думаю, что из этого что-нибудь выйдет. — Может он хочет сделать ваше общение не только виртуальным, но и реальным? — Не знаю, Даша. Вдруг всё опять будет прерываться на долгое время в период межсезонья, а с началом нового сезона абсолютно всё придёт в норму, словно ничего и не менялось. — Я думаю, вы просто обязаны прояснить отношения. Это точно поможет вам обоим и не будет мучить ни тебя, ни его. — Да, наверное, ты права. Пора заканчивать с такого рода общением. — Где, кстати, сейчас немцы живут? — Этажом ниже. Возможно, сейчас под нами есть кто-то из них. Даша и Света продолжили говорить о каких-то простых вещах, таких как сегодняшняя гонка, погода в Швеции, а также, как узнала журналистка, Света неплохо разбирается в моде, поэтому им точно имелось, что обсудить. Напряжение спало на нет, и девушки даже обсудили того самого немецкого спортсмена, что, предположительно, отправил подарок по ошибке. Неожиданно спортсменка осторожно спросила: — Я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, Трифанов говорил, что тебе, вроде как, нравится Фийон Майе? — Боже, я его когда-нибудь действительно убью, — с натянутой улыбкой сказала Даша, — Мы с ним разговаривали, от силы, раза три. Не знаю, что вам там всем наговорил Илья, но я уверена, это точно была неправда. Девочки рассмеялись и уже решили заканчивать свои посиделки, так как завтра предстоит ещё одна, не менее тяжёлая гонка для Светы. Миронова уже вышла из номера Даши, но не успела она закрыть дверь, как увидела очень неожиданную вещь. — Даш? — позвала Света подругу. — Что-то случилось? Как только Даша вышла за порог своего номера, то увидела то, что заставило девушек придти в шок: это снова была плитка шоколада и записка на ней, но уже без цветка. — «Ты сегодня была великолепна, это тебе», — прочитала Света записку, переведя её на русский, — Ну, и кто же это может быть? Это же вновь было оставлено около твоего номера. — Может быть, Бенедикт всё ещё думает, что ты живёшь именно в этом номере. А в том, что эта записка адресована именно тебе, я ни капли не сомневаюсь, — заверила Даша. — Ладно, наверное, стоит сказать тебе спасибо. Об этой истории с Бенни до сих пор никто, кроме тебя, не знает, — тепло произнесла Света, обнимая подругу. — Всегда пожалуйста, — ответила Маслова, но вдруг мгновенно отстранилась, — Подожди, «Бенни»? — Ой… Миронова приоткрыла рот от неожиданности. Да, она всегда его так называла, но только при общении с ним. А сейчас она уже по привычке сказала это Даше. — В общем, спокойной ночи, и желаю удачно разобраться со всем этим, — сказала Маслова, направляясь обратно к себе, но вдруг вспомнила про подарок, — И не забудь свой подарок, он же старался. — Спасибо, — растерянно проговорила Света, заходя к себе. Даша поспешила вернуться в свой номер, дернула за ручку, но та не поддалась, означая, что дверь закрыта и требует ключ-карты, чтобы её открыть. — Проклятье! — выругалась девушка, когда поняла, что ключ остался в номере. Маслова пошла на ресепшн, чтобы попросить о помощи. Но в этот день, далеко не всё сложилось удачно для неё: ни одного работника отеля в холле. Даша решила подождать, когда кто-нибудь появится. Сев на один из многочисленных диванчиков, она взяла небольшую брошюрку. Там говорилось о некоторых из предложенных экстремальных горных видов спорта, которыми здесь можно заняться. Девушка не была любителем таких видов экстрима, предпочитая относительно безопасный спорт, наподобие стереотипного фитнеса или простой пробежки. Но, возможно, горные лыжи — это, наверное, то самое, что ей требовалось попробовать. Даша мысленно дала себе обещание как-нибудь выбраться в Эстерсунд на каникулах вместе с Соней и опробовать себя в экстриме. — Даша? Дочитать Масловой не дал кто-то, позвавший её сзади. Девушка мгновенно обернулась и увидела недалеко стоящего Кентена, которому и принадлежал голос. — Что ты здесь делаешь так поздно? — спросил француз. — Я… Мне не спалось, и… Решила придти сюда, а тут как раз и экскурсии различные предлагают, — не очень убедительно солгала Даша. — Что-то ты мне явно не договариваешь, — видимо, Майе не поверил её словам. — Та правду я говорю, честно, — она пыталась оправдать свои слова, но под настойчивым взглядом биатлониста быстро сдалась, — Ладно, только обещай не смеяться. И она поведала ему свою историю о том, как вышла в коридор попрощаться с подругой и случайно заблокировала дверь, и что теперь она сидит и ждёт администратора, но его всё ещё нет. Кентена всё же насмешила эта ситуация, но он, по просьбе Даши, только лишь улыбнулся. — Не знаю, чем могу помочь тебе сейчас, но зато могу предложить попить чай у меня в номере. Изобилием выбора чая я тебя порадовать не смогу, но это явно лучше, чем сидеть здесь ночью и ждать, когда кто-нибудь придёт, — предложил Фийон Майе девушке с еле заметной надеждой в глазах. — А твой сосед? — Симон сейчас у Фабьена, и, скорее всего, он там останется и до утра, — заверил сомневающуюся Дашу француз, — Даже если он вдруг объявится, он точно не будет против твоей компании. Даша, взвесив все «за» и «против», ответила согласием на предложение Кентена, и вместе они отправились к его номеру. Как считала сама Маслова, может это была и не очень-то разумная идея идти с едва знакомым человеком в его номер, но этот вариант приглянулся девушке больше, чем сидеть в холле отеля и ждать хоть кого-нибудь работника неизвестно сколько. Они подошли к той самой двери, которая и повлияла на встречу Кентена и Даши, когда девушка ошибочно приняла дверь француза за номер Занина. Прошло всего три дня, а ей казалось, что это уже давно пройденный эпизод жизни. Майе, открыв дверь, пропустил Маслову первой, а затем зашёл сам. — У нас тут неплохой такой беспорядок, не обращай внимания, — говорил парень, — Обычно здесь, кроме нас двоих никто не бывает. Вчера на обеденном перерыве, у Даши появилось много времени, поэтому она составила компанию в разговоре Денису Левко, у которого тот день был почти выходным. Он ей поведал, что у большинства спортсменов, даже у девушек, в номерах обычно царит такой хаос, что мама не горюй. Когда француз сказал, что в номере у них беспорядок, то Даша даже удивилась: в комнате было практически пусто, лишь пару вещей лежали на полу и висели на стульях. — Беспорядок — это когда ты вообще не видишь пол из-за разбросанных вещей, Кентен. Даша сказала это и продолжила осматривать комнату, похожую на её, только в этой было на одну кровать больше. Майе, услышав то, что сказала Дарья, вдруг слегка замер, а после довольно ухмыльнулся и застыл с хитрой улыбкой и уверенным взглядом, направленным прямо на девушку. Та, заметив изменения в его поведении, подняла брови в немом вопросе. — Просто нравится, как ты произносишь моё имя. На этот раз парень самодовольно ухмыльнулся ещё сильнее, заставив девушку слегка осечься и потерять всю уверенность за секунду. Даша быстро отвела взгляд куда-то в пол, рассматривая однотонное покрытие, и спрятала лицо, чтобы не показать вдруг сильно нахлынувшее смущение. Повисло неловкое молчание. — Так, сейчас поставлю чайник. У нас тут только чёрный чай, зелёным не обрадую. У Симона где-то в сумке завалялась пачка печенья. Не думаю, что ему понравится, когда он обнаружит, что кто-то поел его сладости без спроса, но, так уж и быть, я тебя прикрою, — Майе говорил совершенно спокойным голосом, как будто он ничего не говорил двумя минутами ранее. Даша всё ещё пыталась отойти от потрясённого состояния из-за внезапных слов Кентена, когда он уже спокойно расхаживал по своему номеру, словно разговор и не прерывался. — А вот и она! — воскликнул Фийон Майе и поднял пачку печенья над головой, — Это печенье безумно вкусное! Но вкуснее оно тогда, когда ты его своровал. Через некоторое время чай уже был готов, и француз отдал Даше кружку с уже приготовленным напитком. — Спасибо, — это первое, что выдавила из себя Маслова после нескольких минут молчания. — Ну, рассказывай, как тебе здесь? — решил начать разговор Фийон Майе. — Здесь просто потрясающе! Видеть гонки в живую — это просто незабываемо, — девушка уже более раскрепощённо рассказывала о своих впечатлениях, — Я смотрела сегодняшние соревнования, ты прекрасно выступил. — Я должен, наверное, сказать спасибо, — на этот раз француз улыбнулся уже смущённо, — Но мы всего лишь девятые, явно не лучшее выступление сильнейшей сборной. А Майе всё же не изменял себе и смог так уверенно заявить об их команде, но в этот раз Даша вступила в спор: — Вы лучшая сборная? По мне так, норвежцы в разы сильнее, — твёрдо заявила девушка. — У них только Бё младший за сильного сойдёт, все остальные выступают не так уж и хорошо, — с интересом продолжил дискуссию Фийон Майе, — А мы сильны всем составом. Вот увидишь, на Чемпионате Мира Йоханнес может выиграть хоть все личные гонки, но эстафетная золотая медаль полетит во Францию. После такого решительного заявления француза их разговор перетёк в более мягкий тон. Кентен с интересом слушал рассказ Дарьи о том, каким образом ей досталась возможность побывать на этапах Кубка Мира. Он же в свою очередь говорил что-то о его любимых местах в его родной стране, что-то о простой жизни вне биатлона и о забавных случаях в их сборной. Сравнивая подобные моменты по рассказам Кентена и Светы, Даша пришла к выводу, что те мало чем отличаются, и что шутки у мировых биатлонистов довольно одинаковые. В какой-то момент Маслова словила себя на мысли, что она уже слишком долго всматривается в карие глаза спортсмена. Было приятно слушать его голос, как он говорит по-английски с явным, но довольно милым французским акцентом, наблюдать за сменой эмоций на его лице, просто быть рядом с ним сейчас в эту минуту. Но осознав всё это, Даша дёрнулась от такого рода мыслей и вспомнила, что приходила она в его номер ненадолго. Посмотрев на время, девушка пришла в ужас: — Два часа ночи! Мы так долго здесь сидели? — Похоже на то, — тоже удивился Кентен. — У тебя же завтра гонка! Прости, я лучше пойду вернусь на ресепшн, как-нибудь возьму ключи и пойду к себе. — Пусть сейчас мы и в отеле, но небезопасно молодой девушке ходить одной. — Но… — Без но. Поспи у меня, так будет проще. Симон уже всё равно не вернётся. Даша вновь захотела поставить слово поперёк, но была одарена не терпящим возражений взглядом француза. Решив спать в одежде, девушка легла в любезно расстеленную постель. — Спокойной ночи, Дарья, — произнёс француз перед тем, как лечь спать. — Спокойной, — сказала Даша, намереваясь уже лечь спать, но вдруг продолжила, — Кентен. Она уже не видела его довольной улыбки, когда он вновь услышал произнесённое ею своё имя. Даша ложилась спать, надеясь, что Симон будет не против, если она поспит в его кровати. Хотя, она всё-таки не знала в чьей именно кровати спит.