Мозаика

Нью-Йорк, 11 сентября 2001 года

      Лэнс отложил бумаги, покачался в рабочем кресле и зачем-то вполголоса напел одну из своих любимых мелодий. Огромный, сизоватый по раннему времени кабинет откликнулся едва слышным эхо и невнятными шорохами. На раскидистом фикусе дрогнула ветка.       За приоткрытой дверью задорно простучали каблуки.       Сверкнув тёмными глазами, хозяин просторного кабинета неторопливо поднялся на ноги и покосился на угловатые часы на стене: «Восемь двадцать, м-да, хоть бы раз опоздала, хоть бы раз… занудная ты дамочка!» — конопатая ассистентка, Рози, как всегда была до отвращения пунктуальна.       В приёмной что-то звякнуло, тренькнуло, горячо зашипело — потянуло ароматами кофе и свежих духов.       Лэнс улыбнулся, подозревая, что это сентябрьское утро будет не таким уж и тоскливым, сунул руки в карманы, плавно обернулся к панорамным окнам…       По просторному кабинету скользнула обширная перистая тень. Оконное стекло зазвенело от мимолётного прикосновения когтистой лапы.       Лэнс отмер, прогнал из головы тоненько покалывающее: «Уже?!» — глубоко вздохнул и учтиво приклонил голову.

* * *

      — Розалия?       — Доброе утро, мистер Крэйн! Кофе уже готов, я…       — Вылей это своё пойло. Я желаю три макиато из Бадз на Фултон-стрит, немедленно.       — Э-э-э… я… я могу взбить молоко и… но вы же предпочитаете чёрный?       — Ты плохо меня расслышала?       — Да, мистер Крэйн, я сейчас закажу…       — Нет. Сходи сама.       — Шеф, мы на девяносто третьем этаже, Фултон не так близко, я могу сильно задержаться и…       — Да, Рози. Да-а-а. Опоздай хоть раз, прошу тебя, а то я скоро скончаюсь от скуки!       — Хорошо, шеф, уже иду, постарайтесь не скончаться до моего прихода!..

* * *

      За приоткрытой дверью стало совсем тихо. Просторный кабинет застыл в ожидании. Угловатые часы моргнули, выдав «08.46».       Лэнс прислушался к окружающим его шорохам, вибрациям, тревожному поскрипыванию и вновь обернулся к оконному стеклу, рассматривая яркие крылья и плотную чешую на груди замершего напротив дракона — огромного, задумчивого, тихого, как уснувшее до поры грозовое облако.       Острый хвост массивного зверя отражался в зеркальных окнах соседней башни-близнеца и казался от этого ещё больше. Шипастый нос, разноцветные гребни, бирюзовая радужка… Лэнс прошептал: «Мы с тобой да-а-авние знакомцы», — улыбнулся и закрыл глаза.       «Пора-а-а… — прошелестело у него в голове. — Ты гото-о-ов?»       Лэнс хмыкнул: «Ещё бы!» — и вновь замурлыкал любимую песенку…       Шелест и едва слышное эхо заглушил монотонный гул турбин.       На фикусе прощально дрогнула ветка. Просторный кабинет брызнул оплавленными зеркальными осколками.