Саранхэ?

Вот уже несколько дней, как мы отдыхали в небольшой деревушке вдали от цивилизации, лишь романтика села и лета. Я смотрел на яркое небо и вдыхал запах пшеницы, пока Бэкхён возился рядом со мной с Лухановским кубиком-Рубиком и потихоньку напевал, неумолимо склоняя меня ко сну. Я прикрыл глаза и подумал, что я самый счастливый человек на свете. И что моё счастье рядом. Бэкхён неожиданно ругнулся: - Нет, мне всё же не понять! И как он это делает..? - Я понял, что речь идёт об игрушке в его руках. Я улыбнулся и неспешно опустился на траву, мягкая листва, словно шёлк, окутала мою кожу. Если это не рай, то самый сказочный момент в моей жизни. Не знаю, почему, просто мне так хорошо быть с ним рядом... Печальный вздох Бэкхёна заставил меня встрепенуться. Всё-таки не может мой хён грустить, ни тогда, когда мы вместе, ни тогда, когда порознь. Никогда! - Что такое, Бэкки?.. - Раскрываю глаза, смотрю в его сторону. Несколько мгновений он прожигает игрушку взглядом, затем недалеко отбрасывает её: - Мне скучно... - Смотрит на меня и надувает губки. Что я могу сделать для тебя, Бэкхён? Что я могу такого, чего не смогут другие? Ты слишком далеко от меня, даже несмотря на то, что сидишь сейчас совсем рядом, так близко... Мой маленький любимый хён. Чувствуешь ли ты это? - Ах, "жизньболь", Бэкхён-а, "жизньболь"... - Беззлобно усмехаюсь я. Парень щурится и порывается в мою сторону - миг - и моё правое ухо изнывает от несильной боли. Я тут же перехватываю его руку, спасая свою гордость, и со смехом тяну на себя. Бэкки не ожидает такого поворота событий, поэтому быстро теряет равновесие и падает в мои объятия... Так мы и лежим. Время тянется лениво, где-то вдалеке на кого-то ругается Кёнсу, а мы всё лежим и не слышим окружающих нас звуков. Только биение сердец. Они как будто слились и превратились в единое целое. - Я никогда не замечал, как ты вкусно пахнешь... - Такое признание заставляет меня слегка смутиться. Я хмыкаю и кладу ладонь на его макушку - чтобы не пекло, я должен заботиться о своём хёне. Старший устраивается на мне поудобнее - кладёт голову на одно плечо, другое поглаживает правой ладонью. Его дыхание опаляет мне область шеи, и я вновь прикрываю глаза, чтобы раствориться в этих немыслимых ощущениях. - Иногда... Мне в голову приходят бредовые мысли, - он говорит негромко, не нарушая нашей невольной гармонии. - Например? - Отвечаю ему также тихо. - Например, что мы лежим с тобой где-нибудь на краю света... - Его голос вздрагивает, и улыбка сама появляется на моих губах: - И что мы там с тобой делаем?.. На краю света... Бэкхён замирает. Кажется, я наконец-то попал в точку, как же давно я этого ожидал... - Ты... Правда хочешь это знать? - Его пальчики сжимаются на моём бицепсе, несильно, но довольно ощутимо. Я закусываю губу и пытаюсь унять бешеное сердцебиение: - Бэкхён-а, мне ты можешь рассказать всё, что угодно... - Прям всё-всё-всё? - По голосу несложно догадаться, что на губах его сейчас играет улыбка. - Прям всё-всё-всё, - тоже улыбаюсь и киваю я в ответ. На несколько минут хён задумывается. Я перебираю его густые пряди, мягкими движениями ласкаю кожу головы и жду. О том, как я волнуюсь в этот момент, можно, пожалуй, даже не говорить. - Я... - Бэкки осторожно сглатывает, - я, кажется, хочу кое-что попробовать... Я не верю своим ушам! - Так "кажется"?.. Или всё-таки "попробовать"? - Стараюсь говорить как можно спокойнее. - Попробовать... - А дальше я смутно что-то помню, только сочные, очень-очень вкусные губы и ураган эмоций, проносящийся изнутри. На свете нет большего наркотика, чем опьяняющая разум любовь, и пусть она приносит много горя и разочарования, но то, сколько счастья мы испытываем, сколько дней мы по-настоящему проживаем, того стоит. А, может, это всего лишь мои личные отговорки, и я просто не способен сказать тебе "нет". И я не знаю, какие в голове твоей мысли, но доверяюсь тебе и душой, и телом. Только одно мне когда-нибудь скажи, только одно мне так необходимо услышать: "Чанёля~ Саранхэ?" И я всегда буду точно знать ответ. Да, я тоже люблю тебя.