Раны разбитой нежности

      Каждый раз стоять возле двери в кабинет отца, а точнее отчима — это новое испытание для Чимина. Ему противно смотреть на него, слышать его, ощущать его присутствие. Этот грёбаный извращенец, за которого мать давно ухватилась. Вернее не за него, а за его деньги. — Можете войти, — слышится голос по ту сторону двери.       Отец отчима Чимина когда-то основал небольшую компанию по продаже недвижимости. Со временем связи с инвесторами налаживались, и дела потихоньку шли в гору. В какой-то момент приезжавших в Сеул стало очень много, всем требовалось жильё, и в этот период заработок компании подлетел до небес. Семья гордилась и поддерживала мужчину в любых положениях. Несмотря на то, что он был альфой с холодным рассудком и строгим нравом, сердцем он был всегда мягок. К сожалению, у такого великого человека вырос совсем не похожий на него ребёнок. Здоровье мужчины ухудшалось с каждым днём, а роль наследника компании совсем не подходила его сыну. Он не хотел оставлять то, что так долго создавал, своему хоть уже и взрослому, но по-прежнему избалованному мальчишке. Младший прознал о решении отца передать компанию своему племяннику, которого он считал более достойным преемником. Из-за такой новости он озлобился на своего родителя, и начал продумывать план мести.  — Что там с последним делом? Мне сказали кто-то из полицейских узнал про Со Канджуна, — мужчина лишь на секунду поднял глаза на вошедшего, а затем вновь уткнулся просматривать бумажки. — Да, я всё улажу. Как оказалось его сестра в заложницах у каких-то бандитов, которым он должен денег. Вот так и попался полиции. Сейчас он без сознания в загородном доме под нашей охраной, — медленно шагая к окну, говорил Чимин, погрузившись в атмосферу погоды. «Это небо такое же беспросветное, как и моя жизнь» — Славно, рассчитываю на тебя.       Неожиданно, сзади на своей талии, Пак почувствовал чужие руки и тут же попытался их убрать. — Убери от меня свои руки, ублюдок! — закричал он, от чего его рот прикрыли ладонью. — Да ладно тебе, Мини, прошло уже столько времени, неужели ты до сих пор не простил меня? — голос альфы был таким низким, — Тебе же понравилось, не обманывай себя. Я был так нежен только с тобой. Даже твоя мать могла бы позавидовать тебе, — он шептал куда-то в затылок, проводя по нему носом, вдыхая аромат младшего. «Мерзко» — Я сказал убрать от меня свои руки! Ты не понял?! — вырываясь из рук отчима, Чимин развернулся лицом к тому и, что есть силы, замахнулся, кулаком ударив в живот, от чего тот согнулся. Не желая останавливаться, Пак толкнул мужчину и ударил ногой в колено, убегая прочь. — Ебаный омега, я припомню тебе твою выходку! — кряхтя от боли, вскрикнул старший. — Это мы ещё посмотрим. — перед тем как выйти, злорадно бормочет Мин. «Благодаря тебе, я уже не тот милый омега»       План даже не успел реализовать себя — ситуация сама сложилась как нельзя лучше для него. У отца случился сердечный приступ прямо за ужином, во время обсуждений повседневной рутины. Этот ублюдок смотрел, как умирает его же отец, ничего не предпринимая. Он просто смотрел, как человек, давший ему жизнь, в которой он ни в чём себе не отказывал, нуждался в скорой помощи. Но он просто сидел, злорадно усмехаясь и ликуя в своей голове, пока сердце, лежавшего на полу тела выстукивало последние ритмы жизни. Он убил его. «Хочу расслабиться»       Чимин выходит из здания компании и направляется к своей машине. Садясь в неё, он кладёт руки на руль и утыкается в них лицом, делая тяжёлый вздох. Мысли прочь. Пак заводит машину и едет в бар, в котором является завсегдатаем гостем или скорее хозяином заведения, правда об этом знают всего несколько человек из его окружения. Припарковавшись поодаль бара, он достаёт из бардачка автомобиля таблетки и запивает их водой из рядом лежащей бутылки. Эти таблетки — блокаторы запаха. Он принимает их постоянно, чтобы никто не догадался, что он омега. В прошлом, когда запах только появился, омежка был рад ему — такой нежный аромат жасмина, придающий спокойствие и вызывающий тёплые чувства у окружающих. Но, его наслаждение своим запахом было недолгим — до некого происшествия.       Войдя в помещение, он присаживается за барную стойку, окликая бармена. — О, господин Пак, давненько Вас не было. Вам как обычно? — интересуется мужчина, получая в ответ одобрительный кивок головой.       Где-то позади слышна довольно громкая музыка, но омега не слышит её — он полностью погрузился в свои мысли, делая глоток за глотком.       Он думает о своей жизни и когда всё пошло по наклонной глубоко вниз. Тот, маленький мальчик из прошлого и представления не имел, что уготовила ему судьба. Когда его биологический отец погиб, спасая их с матерью из горящего дома, мир ребёнка перевернулся с ног на голову. Тогда, он считал своего отца героем, оплакивая его каждую ночь. Но правда оказалась куда суровее. Взаимопонимание и семейная любовь были лишь иллюзиями. Случайная беременность матери поспособствовала вступлению в брак. Отец думал, что у него родится сильный и могущественный альфа, а родился Чимин, такой хрупкий и милый, с большими щёчками — омега. Хоть малыш и вызывал в альфе тёплые чувства после своего рождения, но ненависть и сожаление о сделанной ошибке не оставались в стороне. Родители всегда делали только вид счастливой жизни, оставляя свои неприязнь и злобу глубоко в себе.       После несчастного происшествия омежка остался со своей матерью, которая не особо то и заботилась о ребёнке, строя свою личную жизнь заново. Задерживаясь всё чаще и чаще «на работе» она оставляла маленького 6-летнего Чимина одного в крохотной квартирке и приходила лишь под утро. В один из таких дней, заходя в квартиру она, пища от радости заявила, что совсем скоро выйдет замуж. Так и случилось. Спустя полгода они переехали в дом того альфы, нового «папочки» омежки. И вроде бы все должны быть счастливы, ведь дом мужчины был огромен: со своими прислугами, небольшим садом и большим бассейном. Теперь у мальчика была своя большая комната и даже личный гувернёр, с которым они быстро нашли общий язык. Покупка новых игрушек, ежедневные сладости и отсутствие внимания родителей привели к избалованности мальчика. Его гувернёр, которому было всего 20 лет, никак не мог угомонить пыл ребёнка, возможно из-за своей неопытности. — Эй, котёнок, — подходя со спины, обнимая и мурлыча, произносит женский голос. — А, это ты, — оборачиваясь на девушку, Чимин уже знает, чего та хочет.       Лишь немногие знали, что происходит на втором этаже этого бара, в закрытой и недоступной комнате. Той самой комнате «исполнения желаний». Каждый раз он завязывает глаза своей жертве тёмной широкой лентой и так медленно ведёт к месту наслаждений. Он не развязывает глаза — это его цена на пропуск в райские ощущения. Валит на мягкую кровать, не позволяя касаться его, давая понять, что он здесь властитель и господин. Поочерёдно снимая одежду, оставляет лёгкие тёплые поцелуи на коже, с каждым разом заставляя покрываться мурашками. Чем ниже поцелуи, тем сильнее затуманивается разум похотливыми желаниями. Затем, неожиданно всё прекращается, остаётся лишь догадываться, что же ждёт заложника услады на этот раз. Комната наполняется дурманящим сладковатым запахом и глубокими вздохами жертвы, нарушающими полную тишину. Раздаются звуки приближающихся шагов и, в ту же секунду тело вновь покрывается поцелуями, но уже не такими как до этого — эти грубые и властные. Его руки сжимают чужую грудь, а губы посасывают затвердевшие соски, и зубами слегка покусывает их. Еле касаясь пальцами горячего тела, вычерчивает полосу от груди до промежности. — Хочешь? — шепчет на ушко и, не дожидаясь ответа, вставляет пальцы, водя ими внутри, задевая все самые чувствительные точки.       Тихие стоны перерастают в глубокие прерывистые, когда вместо пальцев внутри оказывается нечто твёрдое и большое, задающее ритм толчков. Оргазм за оргазмом и сил больше не остаётся. — Думаю, с тебя хватит, — произносит Чимин, изымая силиконовую секс-игрушку из растянутой дырочки.       Одевая сам обессиленное, но удовлетворённое тело, он сопровождает девушку обратно вниз, развязывает там глаза и расплываясь в толпе, оставляет там своего уже бывшего заложника.       Направляясь в туалет, омега улавливает свой же запах, понимая, что действие таблеток уже заканчивается и пора бы уже уходить, но его останавливает тот самый гувернёр из прошлого, ставший напарником Чимина и единственным, кому тот может доверять. — Что такое, Намджун? — вымывая тщательно руки, спрашивает Пак, смотря на старшего через зеркало туалета. — Он очнулся. Что будем делать? — облокачиваясь на холодную стену и скрещивая руки, интересуется Ким.       Поправляя свои взъерошенные волосы, омега немного задумался, составляя в голове план действий. — Поехали, — сухо говорит он и выходит из бара, двигаясь к машине Намджуна. Дорога была довольно долгой, потому как место, где прятали Со Канджуна было за границами Сеула, в старом доме, где Чимин в детстве проводил время. Тягостные воспоминания снова всплывали в голове.

***

      Он всё еще отчётливо помнит тот день, когда вернулся с частных занятий домой чуть раньше положенного, и застал конфликтную ситуацию между отчимом и новенькой горничной. Девушка подвергалась избиению тонкой плетью из-за которой на коже оставались кровавые полосы, а совершённая ею оплошность оказалась разбитая бутылка дорого виски. Мальчик не мог просто смотреть на жестокое рукоприкладство, поэтому попытался вступиться, говоря, что это он разбил, прося при этом прощения. Но омега и не догадывался, что его действия повлекут за собой такие последствия. Отчим схватил ребёнка за шкирку и повёл в комнату. — Говоришь, что это ты сделал? Что ж, мне придётся наказать тебя, — он буквально кидает Чимина на его кровать, переворачивает на спину и снимает с того штаны, начиная замахиваться той самой плеткой.       Слёзы и мольба о пощаде лишь раззадоривали альфу, от чего он расплылся в безумной улыбке. Происходящее явно приносило ему удовольствие. В 12 лет Чимин раскрыл истинную сущность отчима-тирана. Именно в тот момент жизнь омеги превратилась в Ад регулярными избиениями. С годами удары приносили всё меньше телесной боли, но каждый раз оставляли незатягивающиеся раны разбитой душе.       Последнее, что окончательно заставило стать безобидного омегу бесчувственным и причинять боль другим — его любопытство.       После выпуска Чимина из частной престижной академии, семья Пак отправилась в тот самый загородный дом, чтобы отпраздновать успешно сданные последние экзамены. Ночью омеге не спалось, поэтому он вышел во двор подышать свежим воздухом и насладиться звёздным небом, но его внимание привлекла открытая дверь гаража из которого виднелся свет. Ему стало интересно, кто и что там делает в такое позднее время. Войдя в помещение, он заметил приоткрытую дверцу, которую ранее в гараже не наблюдал. Любопытство взяло верх, поэтому он подошёл к ней и открыл. За дверью оказалась лестница, ведущая вниз. Чимин решил спуститься, дабы утолить свой интерес. Спустившись, его взору открылся длинный коридор с еще несколькими дверьми и лишь из одной доносился какой-то прерывистый пищащий звук. Направляясь к источнику шума, он оказался в комнате освещающейся лишь настольной лампой. Звук исходил от стоящего на столе что-то печатающего факса. На полу были разбросаны газеты и отдельные порванные газетные страницы. Омега поднял с пола несколько и принялся читать содержимое. Статьи были уже довольно старыми. В них говорилось о различных смертельных преступлениях совершивших убийцей, которого не смогли найти. Когда аппарат, утих, Чимин взял напечатанный лист бумаги, на котором было «Я знаю, что это был ты». Услышав стук поблизости, он быстро положил документы на стол, и стараясь как можно тише покидал подвальное помещение.       Через несколько минут он оказался уже в своей кровати, размышляя над связью газетных статей и сообщением напечатанным факсом. «Кто же этот — ты?»       Ответ не заставил себя долго ждать. Дверная ручка медленно повернулась и в комнату вошёл отчим, на что Чимин не отреагировал, притворяясь спящим. — Ты ведь не спишь?, — мужчина приближался к кровати парня. Ответа не последовало, поэтому он наклонился ближе к спящему и закрыл тому рот ладонью. — Только пискни. Ты же видел это, да?       Омега открыл испуганные глаза и отрицательно помотал головой. — Врёшь. Я знаю, что ты читал это, — продолжал напирать альфа. — Ты же знаешь, что будет за твою ложь? — мужчина коленями встал на кровать, всё еще закрывая ладонью чужой рот.       Пазл в голове Чимина сложился, и он понял, кому было адресовано то сообщение. Осознавая происходящую ситуацию, парень пытался закричать, убирая руку альфы и спихивая его с кровати, в результате получая пощёчину. — Видимо, ты не понял меня. Если не заткнёшь свой рот, я сделаю это сам, — грубо произнёс отчим. Но младший продолжал свои действия, что разозлило мужчину ещё сильнее. — Ты не оставляешь мне выбора.       Послышались звуки бляшки от ремня и расстёгивающейся молнии. Отчим придвинулся ближе к Чимину и провёл пальцами по его губам, спуская руку ниже и удерживая челюсть того. Свободной рукой доставая из трусов вставший член, он приблизил его к чужому рту и протолкнул немного вперед, оказываясь внутри.       Страх окутал омегу. Все попытки вытолкнуть или укусить плоть альфы были безуспешны. С каждым толчком отчим входил всё глубже, заставляя младшего задыхаться. — Перевернись, — приказным тоном произнёс альфа, извлекая свой член изо рта Чимина. — Нет! Я ничего никому не скажу, обещаю, я буду молчать, — сквозь слёзы умолял омега.       В комнате повисло молчание, которое нарушало лишь всхлипывание младшего. — Хорошо. Я больше никогда не трону тебя, если заключишь со мной сделку. — Какую сделку? — стараясь успокоиться, говорил Чимин. — Будешь работать на меня и выполнять любые мои поручения, — предлагал отчим. — У тебя 10 секунд на принятие решения. «Любые поручения? Если все мои мучения закончатся, то я согласен» — Хорошо, я согласен. — Отлично, — улыбнулся мужчина и силой перевернул младшего на живот, затягивая его руки за спиной своим ремнём. — НЕТ! Ты же сказал что… — не успел договорить Чимин, как почувствовал, что с него стягивают пижамные штаны и трусы, ощущая в себе два пальца, размеренно двигающихся в заднем проходе. — После подписания договора, малыш, — добавляя еще один палец, говорил отчим. — Смотри-ка, какой ты мокренький. Думаю, уже готов.       Внезапно мужчина извлек пальцы, и уже через секунду Чимин почувствовал возле своего отверстия большой твёрдый член альфы. Слёзы и крики о помощи не помогали, будто в доме никого нет и никто его не слышит. Происходящее длилось недолго, хотя для молодого и девственного омеги минуты казались вечностью. По исходу, отчим вышел из комнаты, оставляя опустошенного Чимина наедине с самим собой.

***

      По приезду, они с Намджуном спустились в подвальное помещение из последнего горького воспоминания — там находился Со Канджун. — Так, так, так и что же мне сделать с тобой? — ехидно говорил Чимин, обходя по кругу стул, к которому был привязан мужчина. — Хочешь жить или же предпочтёшь смерть? — Прошу, помоги мне освободить сестру и ты больше никогда не увидишь меня. Я сменю имя и уеду так далеко, как только смогу, — кряхтя от боли, говорил Канджун. «Жалкий» — Я подумаю.