Раны разбитой нежности

      Мелкая дрожь по телу заставляет поморщиться и съёжиться, пробуждая ясное сознание сопровождающееся приходом ноющей головной боли. Юнги медленно открывает и глаза и часто моргает, восстанавливая фокусировку зрения. Перед собой он видит такой привычный светлый потолок, а повернув голову вправо находит источник холода — открытое окно, а за ним мелкий дождь и беспросветное черно-серое небо. Он хочет встать и закрыть форточку, но тело отказывается шевелиться: ноги словно ватные, а поясницу щемила боль. Переборов себя, альфа кое-как встал с постели и закрыл чёртово окно. Потирая свои виски он направился на кухню утолить жажду и выпить обезболивающее. Мин отчётливо помнит, как вчера пошёл в тот бар разведать обстановку, а потом… ему подали коктейль. Кто-то говорил с ним, но кто? Альфа плохо помнит образ этого человека. Возможно, прохладный душ освежит его воспоминания. Снимая с себя одежду, в которую вчера одевался и в которой сегодня проснулся, он замечает в зеркале фиолетово-розовые засосы на ключицах, возле сосков и, в общем, по всей груди. Мужчина удивляется такому количеству пометок на своём теле и всё больше задумывается о том, кто же сотворил с ним такое и что творил Юнги в ответ. Из ванной Мин вышел в любимом тёплом тёмно-синем махровом халате и услышав звук пришедшего на телефон уведомления, стал искать свой мобильник, находящийся неизвестно где, но, кажется, звук исходил откуда-то из гостиной. Телефон валялся на коврике перед диваном. Взяв его в руки и разблокировав, на экране появилось сообщение от незнакомого номера: От: ХХХ-ХХХ-ХХ-ХХ — С добрым утром, сладенький, надеюсь, ты уже проснулся. Вчера ты был великолепен ;) — Кто это, чёрт возьми? Я что спал с кем-то? — удивлённо говорит Юнги сам себе. Стоит ли ему ответить и спросить, кто этот человек и что между ними было? Вы: — И Вам доброе утро. Могу я поинтересоваться кто Вы? От: ХХХ-ХХХ-ХХ-ХХ — Зачем так официально, малыш. Прошлой ночью ты не был падок на формальности. Вы: — Вы так и не ответили. От: ХХХ-ХХХ-ХХ-ХХ — Я тот, кто оставил на тебе засосы.       А так ли важно кто этот человек? Ну, переспали разочек и ладно. Такое случается в клубах и барах, когда люди пьяны и расслаблены, они поддаются своим внутренним желаниям и мало думают о том с кем это произойдёт. Так и сделал Юнги — просто поддался. Всё, что он помнит о неизвестном партнёре, так это приятный запах жасмина, и помнит он его лишь потому, что его покойная бабушка засаживала этим растением свой двор в деревне. Белые маленькие цветочки с приятным дурманящим ароматом, могут полностью вскружить голову, если находиться к ним слишком близко.       Узнать в этом баре ничего особо и не получилось по ошибке Мина, поэтому ему придётся наведаться туда вновь и на этот раз не пить алкоголь.       День проходил довольно скучно и обычно: сначала главной задачей было привести себя в норму, а позже уборка квартиры и отдых, который Юнги провёл за чтением какой-то интересной книжки, купленной уже так давно, но ни разу не тронутой. Вечернюю идиллию нарушил телефонный звонок от Сокджина, который сообщил, что Чонгук вернулся домой, но не такой, каким был ранее. Это же заметил и Мин, когда столкнулся в последний раз с Чоном в коридоре участка. Альфа даже выслушал своего папу, когда тот предложил поговорить о том вечере. Он лишь холодно ответил: «Мне всё равно», и прошёл в свою комнату. Возможно, теперь стоит оставить эту тему и не поднимать её? Его ответ был удовлетворительным, хоть и не таким, каким ожидался. Но Чонгук дома и это главное, хотя где он был и где ночевал, видимо, рассказывать не собирается.

***

— Чон Чонгук, проходите, пожалуйста, — сказал медбрат, выглянувший из кабинета врача. Альфа, как и хотел, пришёл к специалисту, чтобы подтвердить свои догадки о диагнозе. Врач направил Чона на необходимые диагностические мероприятия и просил подождать результатов, которые будут готовы уже через пару часов. Чонгук находится в той же больнице, где работает Ким Тэхён. Встретить его здесь его было бы довольно сложно, потому что больница большая, а в каком отделение работает Ким альфа не знает. Впрочем-то, Чон и не хотел, чтобы кто-то кроме него самого знал о состоянии его здоровья. Покинув здание, он отправился на работу и дожидался оповещения о повторном посещении врача.       Результаты были готовы после обеда, поэтому Чонгук отпросился с работы на полтора часа раньше, а начальник и не был против, потому что все отчёты Чон сдал вовремя и для него не было никаких поручений.       Как и ожидалось «синдром разбитого сердца». Это заболевание довольно распространённое и знает о его последствии каждый — больше никогда не влюбиться и медленно, мучительно умирать. Сопровождается оно кровавым кашлем и сильными болями в области груди. Чем чаще приступы, тем выше риск перехода заболевания в острую стадию. Появляется оно из-за безответной любви, а приступы начинаются, когда видишь предмет воздыхания флиртующего с кем-то другим или же когда самолично заставляешь возлюбленного чувствовать боль. Никакие лекарства не смогут вылечить это, лишь подавить симптомы и облегчить самочувствие, но и у каждого препарата есть свои побочные эффекты.       Чонгук не удивлён, лишь немного подавлен. Он принял решение рассказать о своих чувствах Юнги, хотя и знает, что ответа, которого он так хотел бы не получит. Ну и пусть. Отказаться от своих чувств к человеку, в которого влюблён столько времени будет слишком сложно, даже если эта влюблённость приведёт в конечном итоге к смерти. Получив рекомендации и рецепты препаратов от врача, Чон отправился домой. Там его встретил Сокджин, обеспокоенный внешним видом своего сына, который выглядит абсолютно никаким. Глаза, что раньше смотрели на всё с теплом, теперь источают холод, а яркая улыбка осталась где-то там, как думал Ким, двумя неделями ранее на пороге их дома, где альфа и застал папу и своего лучшего друга, занимающихся непристойными вещами. Хоть это и было так, а заболевание появилось именно в тот момент, Чонгук не винит этих двоих в случившемся, ведь он сам виноват, что влюбился в своего хёна.       Домашняя атмосфера совсем не приносила облегчения, а наоборот, будто удушала. Чон больше не мог вынести этой нагнетающей обстановки, поэтому оделся в свободную одежду более спортивного и типа и выбежал на улицу, прихватив с собой ключ от машины, на всякий случай, если вдруг ему снова захочется куда-то «исчезнуть».

***

      Смена, наконец, подходила к концу и Тэхён, который сейчас сидел в комнате для отдыха медперсонала и заполнял различную документацию. Рядом сидевший коллега перебирал и вписывал результаты анализов больных в их больничные карты. Занимаясь своим делом, Ким невольно отвлёкся и его взгляд пал на имя, написанное на карточке лежавшей сверху. «Тот ли это Чон Чонгук?» — проскользает в мыслях омеги.       Любопытство берёт верх, и пока коллега отходит за необходимой печатью, Тэхён быстро просматривает содержимое и тут же закрывает. Он удивляется прочитанному, ведь искренне не понимает, как кто-то может не влюбиться в такого пленяющего одним лишь взглядом альфу, а его бёдра, они видели его сексуальные бёдра? Наверное, нет. Но… стоп. Что? Тэхён только что подумал, что бёдра Чонгука сексуальны? От этих размышлений щёки омеги приобрели розоватый оттенок, и он старался как можно скорее отогнать от себя такие мысли, чтобы никто не заметил его внезапное смущение.       Рабочий день для Тэхёна закончен и теперь, когда он переоделся в свою повседневную одежду и вышел на улицу решил прогуляться до дома пешком. Погода вполне позволяла, всего лишь дул прохладный лёгкий ветерок, от которого омегу защищал его недавно купленный вязаный шарф. Ким шёл медленно, наслаждаясь уютным видом проезжих улиц; счастливыми лицами проходящих мимо людей, правда, с нотками зависти, потому что Ким больше не чувствовал себя радостным или счастливым — он вообще не чувствовал себя никаким. Остановившись в парке возле лавочки и присев на неё, он долго смотрел в тёмное небо, которое покрывалось яркими звёздами. Через время опустив свой взгляд, Тэхён засмотрелся на занимающегося на спортивной площадке парня, усердно выполняющего упражнение на тренажёре. Когда он завершил очередной подход и встал, начал делать наклоны. Штаны незнакомца обтянули ноги, облегая шикарные бёдра и задницу. Омега на такой вид провёл языком по сухим губам и слегка закусил нижнюю. — Прямо как у Чонгу… — не отрывая взгляда от парня, тихо шептал Ким, до тех пор, пока объект, которого он рассматривал, не обернулся, — …ка, — незнакомец оказался именно тем, о ком только что вспомнил Тэхён. По воле судьбы или же по чистая случайность свела их глаза здесь и сейчас — не известно. Альфа сразу же узнал того, кто до этого пялился на него и, не желая прерывать зрительный контакт, направился в сторону смотрящего. — Мы снова встретились, Ким Тэхён, — садясь рядом, сказал Чонгук, засовывая руки в карманы своей толстовки, поверх которой была расстёгнутая ветровка. — Какими судьбами? Вы живёте где-то недалеко? — омега говорил так, будто совершенно не заинтересован и минуту назад не глазел на сочные бёдра парня. — Решил прогуляться немного и да, я живу в той стороне, не слишком близко, — Чонгук вытащил одну руку и указал за спину, туда, где находились улицы с частными домами. — Почему ты говоришь со мной формально? Кажется, всё должно быть наоборот. Сколько тебе лет? Наверное, ты старше меня, — внимательно смотря на собеседника, интересовался Чон. — Мне 25, — всё-таки повернувшись к альфе, ответил Тэхён и тут же отвернулся, уж больно близко тот сидит. — Я предпочитаю обращаться так ко всем, с кем не близок. — Так нам нужно всего лишь сблизиться, — довольно тихо сказал Чонгук и на несколько секунд задумался. — В таком случае пойдём со мной, — вставая и протягивая руку Киму, заявил парень. — Куда? И зачем? — вскинув бровь, спросил Тэхён, смотря на чужую руку. — В одно приятное место, — игриво ответил Чон. Омега встал со своего места, но свою руку в ответ не протянул, а лишь спрятал в карманы своего пальто.       Чонгук шёл немного впереди, лишь в шаге от Тэхёна, чтобы тот поспевал за ним. Пока Ким шёл за альфой, он наслаждался его приятным запахом, который окутывал комнату омеги у бабушки, когда тот случайным образом гостевал у неё. Спустя минут пятнадцать они подошли к воротам небольшого дома, в котором ни в одном из окон не горел свет. — Подожди минуту, я быстро, — протараторил Чонгук и скрылся за воротами, а через несколько секунд послышался звук мотора машины, затем показался и сам автомобиль, выезжающий на дорогу. Остановившись, альфа вышел из машины и, обойдя машину, открыл дверь с противоположной стороны. — Прошу, карета подана, — слегка кланяясь и чуть улыбаясь, сказал Чон, указывая рукой внутрь салона.       Тэхён, недолго думая, садится в машину, и альфа закрывает за ним дверь, возвращаясь на водительское место. Ким не знал, куда они едут, он просто доверился малознакомому человеку, отбросив доводы и погрузившись в неизвестность предстоящего.       Ехали они довольно долго, больше часа, точно. Никто не прерывал тихо играющую в салоне музыку, а лишь пребывал в каких-то своих раздумьях.       Пейзажи дороги сменялись один за другим, а теперь Тэхён видел лишь знакомый вид набережной, к которой они приближались. В глазах Кима, Чонгук, кажется, только что увидел искорку и такую детскую милую улыбку, от которой у самого уголки губ приподнялись вверх. — Я так давно здесь был! — заворожённый видом и своими давними воспоминаниями, воскликнул Тэхён.       Машина остановилась не на дороге и даже не на парковочном месте, а на песке, чуть поодаль воды. Секундный взгляд друг на друга и парни покинули автомобиль. Приятный шум морского прибоя ласкал уши, а лёгкий морской воздух обдувал лицо. Вокруг никого, кроме двух блуждающих душ, утопающих в сегодняшнем ночном небе, усыпанном миллионами звёзд и светом луны, будто освещающей новый путь для этих двух. Чонгук наблюдал за омегой издалека, оперевшись спиной на машину и скрестив руки на груди. Глаза Тэхёна были прикрыты, а голова чуть вздёрнута вверх. Он открыл глаза и уткнулся носом в свой шарф, видимо стало слишком прохладно. Альфа смотрел не отрывая взгляда, с интересом рассматривая прекрасный образ перед собой. Ким будто чувствовал чужие глаза на себе, поэтому медленно повернулся, посмотрев в ответ. Он подумал, что, наверное, Чону одиноко, стоять там одному, поэтому пошёл обратно к машине, и тоже опёрся на машину, соприкасаясь плечами с парнем. — Как давно? — спросил Чон, на что получил не понимающий взгляд. — Ты говорил, что давно был здесь. — Точно. Не помню уже даже, может лет десять назад последний раз. Раньше вместе с бабушкой мы приезжали сюда к её старшей сестре, которая жила совсем недалеко отсюда, но как только её не стало, больше мы здесь не появлялись, хотя я всегда любил это место, особенно местные закаты. Возможно, Вы видели мои картины в моей комнате в бабушкином доме, вот на них запечатлён здешний вид. — Да, я видел. Ты прекрасно рисуешь, — вымолвил Чонгук. Теперь он перевёл свой взгляд вдаль, всматриваясь в искажённый свет луны, отражающийся в воде. — Вы тоже, — еле слышно прошептал омега, куда -то в свой шарф. — Что? — Говорю, Вы живёте один? — выпрямляясь, отвечает Ким, думая, что альфа действительно не услышал его. Но это не так, Чон сразу понял, что Тэхён видел рисунок, оставленный ему в доме бабушки. — Нет, с папой. — Он тоже омега? — Да. — А отец? — Я никогда не видел его. Папа лишь однажды рассказывал мне про него и больше мы эту тему не поднимали. Он поступил слишком подло по отношению к нам. — Вот как. Мне не стоит вдаваться в подробности? — Он бросил папу, когда тот забеременел мной, — он сказал это холодно и без каких либо эмоций, но спустя короткую паузу продолжил. — Я благодарен папе, что он вырастил меня сам, в трудные времена для него, когда семья осуждала за неосторожность, совершённую по глупости в столь юном возрасте. Но стоило мне родиться, как дедушки окружили меня своей любовью и заботой, оказывая полную поддержку папе, — теперь его тон сменился на более мягкий. — А через какое-то время и они покинули нас, оставив после себя неплохое наследство. Их смерти были большим ударом для нас обоих, но понемногу всё приходило в норму и теперь всё в порядке. — Понятно. А что насчёт личной жизни? Вы встречаетесь с кем-нибудь? — после этих слов Тэхён поджал свои губы, потому что вспомнил, что видел сегодня медкарту альфы и его диагноз. Чонгук не отвечал, от чего становилось ещё более не по себе. Спустя минуты, он поёжился, засовывая руки в карманы ветровки и усмехнувшись, помотал головой, как бы давая понять, что нет, он свободен. Но его лицо было невозможно понятно, что именно тот сейчас чувствует, кроме подступившего холода. — Вы замёрзли? — касаясь своего шарфа, спрашивает Тэхён и начинает снимать его. — Нет, всё в порядке. — Я же вижу, что Вам холодно, возьмите шарф, — чуть не впихивает в руки альфы вещь. — Не стоит, тогда будет холодно тебе, — отпираясь, говорит Чон. — Айщ, со мной всё хорошо, я уже согрелся, — он становится напротив Чонгука и тянется за его шею, чтобы обвязать её шарфом. Альфа удивился таким действиям, поэтому скользил взглядом по лицу омеги, оглядывая его черты лица, находящиеся так близко, что он мог чувствовать чужое тёплое дыхание.       Чонгук не противился и принимал заботу о нём. Как только Тэхён закончил начатое и убрал руки, его глаза смотрели прямо в глаза напротив, а затем взгляд невольно пал на губы, что осталось не незамеченным для Чона. Губы друг друга будто манили прильнуть к ним. Расстояние между лицами медленно сокращалось, даже слишком медленно, чтобы не отпугнуть момент и погрузиться в его сладкую атмосферу. Уже слишком близко, чтобы отступать. Соприкосновение губ было нежным, а поцелуй робким и ленивым. Альфа медленно притянул Тэхёна ближе к себе за талию и отчего по телу пронеслись колючие мурашки. — Чонгук…, — отстраняясь и выдыхая, произнёс Ким. Смотреть в чужие глаза было слишком смущающим для него. — Думаю, этого было достаточно, чтобы сблизиться, — улыбаясь, сказал Чон, не выпуская из рук парня. Только сейчас до него дошло, что ни на шарфе, ни на самом омеге не чувствуется абсолютного никакого запаха, который альфа запомнил ночуя в комнате того. — Дурак, — фыркнул Ким, убирая с себя руки Чонгука и тут же садясь в машину. Всю дорогу Тэхён сидел, отвернувшись к окну, потому что не хотел, чтобы альфа видел его раскрасневшиеся уши и щёки. Киму было ужасно неловко из-за сложившейся ситуации, ведь всего месяц назад он чуть бы не стоял под венцом со своим истинным, а сейчас что? Целовался с каким-то другим парнем. Может ли он позволить себе такое?