Мелодия дождя

Жарко. Душно. Опьянённая им, она не помнит, когда успела сама расстегнуть пуговицы чёрной рубашки и спустить с широких плеч парня. А главное - что и как ею управляет? Лаская подушечками пальцев его рельефное тело, проходясь ими от груди до мышц живота и касаясь еле заметных шрамов, ей хотелось зафиксировать все, покрывающие кожу холодными мурашками, ощущения. Выйдя из этой комнаты, возможно, Хуан будет жалеть и ругать себя за то, что позволила себе такое. Слабость. И, наверное, она будет краснеть при каждой их с Тэхёном встрече, но сейчас ей не хочется заполнять свою память лишними гигабайтами, ей не хочется думать ни о чём и ни о ком. Только он. Его руки. Его поцелуи. Тэхён сквозь сжатые зубы втягивал в себя воздух, наслаждаясь её мучительно-сладкими касаниями. Так нравится. Охрененно нравится. Впервые ему не хочется спешить, хочется продлить этот момент настолько, насколько это вообще возможно. Чтобы всё происходящее не осталось в сознании каким-то воспоминанием, а снова и снова повторялось наяву. Каждое утро. Каждую ночь. Дикое желание, упирающееся твёрдым бугром ей в бедро, больно пульсировало, не позволяя ему расслабиться и полностью ощутить прелесть девичьих прикосновений. Тэхён оставлял мокрые дорожки на её шее, захватывая покрасневшие и опухшие губы, а после возвращаясь к острым углам ключиц. Как же хотелось сорвать с неё всё, что скрывало тело девушки от его глаз. Как же ему хотелось в неё. Безумно. Её сладкое дыхание прерывалось стуками в дверь, которые Тэхён яростно хотел прекратить, раздавив всех этой же дверью. Сколько они уже долбятся? Уёбки, блять! — Тэхён..., — выдохнула девушка, боясь делать лишние движения. А собственное имя донеслось до его ушей мелодией, лаская слух и усыпляя. — Что? — низким полушёпотом оглушил он, зарываясь пальцами в шелковистые волосы Хуан. Прижавшись потным лбом к её, прерывисто дыша ей в губы и заглатывая при этом выдохи девушки, он ждал ответа. Вдох-Выдох. Вдох-Выдох. — Мы... нам надо остановиться, — продолжила тихо, отвернув голову, но оставляя руки на его груди, чтобы ещё почувствовать сердцебиение. Теперь он дышал ей в висок, поглаживая большим пальцем уже онемевшие губы Хуан. Нет, чёрт, нет! Ему не надо, ему надо в неё. Очень. — Это то, чего ты хочешь? Нет. Не хочет. — Да, — отчаянно ответила Хуан. А стуки, сопровождаемые громким матом, всё не прекращались. Челюсть Тэхёна напряглась от злости, руки опустились вниз, и он отстранился, не смущаясь своего напряжения внизу. Пусть смотрит, пусть видит. А ведь он до конца не хотел признавать то, что она с ним делает. Хуан посмотрела в его глаза, мысленно молясь, чтобы не делал больно. Чтобы не говорил ничего омерзительного. Не уничтожал последние остатки веры. Надежды. Зачарованно наблюдая за вздымающейся грудью девушки, так и оставшейся в этом чертовски сексуальном лифчике, Тэхён перебирал слова, фразы и предложения, которые ему хотелось бросить. Необходимо. Нужно. Как обычно. Сказать наконец научиться целоваться? Плюнуть и броситься полоскать рот? Блять, это ложь! И в тот раз, и сейчас. Особенно сейчас. Она обалденно-упоительно целуется. Волнение накатило на неё в ту же секунду, когда он посмотрел в глаза, глубоко, будто пытаясь разглядеть что-то. Почему? Она хочет? Или вынуждена? Не выдержав сверкающего острого взгляда парня, который напомнил ей, что она почти голая, Хуан будто только очнулась, прикрылась руками и опустила глаза. Но тут же пожалела, увидев тот самый... "Божечки, что я наделала?!" Заливаясь краской, она слезла со столешницы, глядя куда-то в пол. Желающий сказать какую-нибудь гадость, Тэхён лишь закатил глаза и, наклонившись, взял блузку девушки, следом протягивая ей. Не поздновато ли проснулось херово стеснение? Он же грешит, не напоминая ей чаще об отсутствующем уме. — Приведи себя в порядок, пока они не снесли хренову дверь, — буркнул парень, застёгивая пуговицы своей рубашки. Никто не должен видеть её тело. Только он. Пока она собирала локоны в хвост, Тэхён плескал холодную воду на лицо, отгоняя жар. Сейчас ему необходимо принять ледяной душ, чтобы успокоить своего дружка. Он с превеликим удовольствием взял бы её прямо здесь, но ей, видите ли, "надо остановиться". Мать твою, какого хера сразу не остановилась? Всплеск. Почему не до того, как он снял с неё эту тряпку? Всплеск. Почему не до того, как позволил ей так касаться своего тела? Остынь. Не протирая лицо, Тэхён открыл дверь и увидел нарушителей своего крышесносного уединения. Он сказал ей привести себя в порядок, а сам показался им со взъерошенными волосами, влажным лицом, с которого стекали капли воды, и даже верхние три пуговицы не застегнул. Двое парней с ног до головы окинули девушку сверкающим взглядом, ухмыляясь. Заметив в их глазах похотливый блеск, Тэхён крепко сжал ручку двери и, сдержанно усмехнувшись, бросил: — Что, никогда в туалете не трахались? Хуан чертыхнулась парню в спину, она никогда не чувствовала себя ужаснее. Как он может говорить такое, ещё и незнакомым людям? Посторонним. Господи, да что он несёт?! Парень довольно поднял уголки губ и, кинув девушке резкое "идём", пошёл вперед, оставив тех двоих сгорать от зависти. — Зачем ты это сказал? — сразу возмутилась девушка, спешно догнав его. — А что? — Ты же сказал, а точнее соврал, потому что мы... мы не..., — не находя слов, чтобы продолжить. — Трахались? — остановившись, в лицо бросил Тэхён, ещё больше её смутив. Его забавляла реакция девушки, которая только пять минут назад сидела перед ним полуголой в ужасно возбуждащей позе, а сейчас превратилась в помидор, вытаращив глаза из-за какого-то слова. Интересно, если бы они всё же закончили начатое, она продолжила бы вести себя так же? — То, что мы с тобой этого не сделали, не значит, что я никого там не тр... не ласкал по-взрослому. Так что, — он коснулся указательным пальцем её нижней губы, — я не врал. Подмигнув ей, он слился с толпой, направляясь к их столику. "— Он занимался этим в туалете? Разве это не мерзко? Боже, я же сама чуть не..." — вздохнула девушка, не понимая, что обиднее. Такая откровенная правда, произнесённая им? Или то, что она сама, поддавшись искушению, чуть не стала одной из тех, с кем он там был? Никогда больше, Хуан. Никогда.                                  ***** Юнги разбирал собравшиеся папки с бумагами, внимательно вычитывая каждую строчку договоров прежде, чем подписать. Ван свалил на него все дела, сказав, что он доверяет своему заместителю, и ушёл ещё до обеда. Он хоть что-нибудь здесь делает? Мин по привычке нажал на кнопку селектора, чтобы связаться с секретарём, но, вспомнив, что он не в Пусане и секретаря он ещё не выбрал, Юнги собрал подписанные бумаги и вышел. Найдя знакомый кабинет, постучавшись в дверь, он зашел внутрь. — Джихё, я ещё не совсем адаптировался тут, не подскажешь, где можно распечатать копии? — Да, господин Мин. На третьем этаже есть компьютерный кабинет под номером тридцать шесть. Но чем Вы будете спускаться, давайте я сама сделаю? — вежливо предложила сотрудница. — Буду признателен, — заместитель передал небольшую стопку бумаг. — Вам по одной копии? — Большинство - да, но там некоторые по две нужны, я скажу какие. — Хорошо, присядьте, пожалуйста, я быстро. Юнги послушно занял стул напротив, и начал осматривать кабинет. Он обустроен в черно-белых тонах, мебели здесь минимум - всего два рабочих стола и шкаф вдоль стены. Кабинет просторный, обстановка уютная, чувствуется добрая энергетика, а из окна двенадцатого этажа шикарный вид на реку Ханган. Его внимание привлёк соседний стол, рядом с рабочим Джихё. Он не был забит никакими папками, кучей ручек, женскими штучками вроде косметички, не было и кружки для чая либо кофе. Ничего, кроме ещё одного компьютера. Когда он заходил в последний раз, за ним сидела вторая девушка. Пак Минха. Эта особа очень хорошо ему запомнилась. Но почему она не на работе? — Мисс Пак приболела? — решил узнать заместитель. — Нет, она больше не работает здесь, — с долей грусти ответила Джихё. — Что-то случилось? — Господин Ван уволил её. Юнги не стал спрашивать, почему он принял такое решение, зная, в чём была вина девушки. Сначала она просто не заткнулась, а позже не раздвинула ноги. Джихё так же здесь оказалась? По ней не скажешь, но кто знает, что скрывается за оболочкой этой очаровательной девушки?! Гениально. По каким интересным критериям оценивает Ван. Ну что же, братец Юнги с тобой не согласен. — И чем она будет заниматься? — До прихода сюда она подрабатывала уборщицей в школе, где работает её мать, и ещё где-то. Возможно, вернётся туда, — выдохнула девушка. — Ясно, — хмыкнул Юнги, — сделаешь для меня ещё кое-что? — Конечно, господин Мин, что пожелаете. — Свяжись, пожалуйста, с Пак и скажи ей завтра сутра быть у меня, — благодарно улыбнулся он, — спасибо.                                   ***** С самого утра лицо Хуан светилось от счастья. Последнее, что сказал Тэхён, хоть и осталось неприятной пощипывающей раной, но воспоминания о прошедшем вечере приятно грели душу, заставляя её улыбаться. Она всё ещё чувствовала его руки на своей талии и бёдрах, а его поцелуи оставили кожу такой же горячей, будто следы свежих ожогов. Вчера он сразу ушёл, попрощавшись с Чимином. Если бы он первым не оставил их, это сделала бы она сама, не выдержав его компании после всего этого. Хуан не понимала, как она, забыв обо всём, смогла расслабиться в его руках, позволяя ему всё и ответно даря то же самое. Себя. Размышляя о том, как ей вести себя при встрече с ним, щёк коснулся легкий румянец. Как обычно? — Эй, чего ты такая счастливая? Уже встретила того самого? — подошла Сана, игриво касаясь её плеча своим. Да. Знала бы она, кто им является. — Скорее нет, чем да, — ответила Хуан, улыбнувшись в ответ. — Что это значит? — Не бери в голову, просто хорошее настроение, — покачала головой. — Просто? Так я тебе и поверила. Ну же, расскажи к... — Сана! — позвал кто-то официантку. Обычно Хуан не обращала внимания, когда к ней приходил один из её ухажеров. Но, услышав голос, окликнувший имя девушки, она замерла, боясь увидеть того, кто не должен здесь быть. Не должен произносить имя Саны. Звать Сану. Пожалуйста. Улыбка исчезла, лицо померкло. Хуан шумно дышит через нос, кусая губу до крови. Может, уйти не оборачиваясь? Так она не знала бы, кто за её спиной. Гадала бы, но не знала точно. Глупо. Наверное, просто голос похож. С тревогой развернувшись, она убедилась. Это он. Тэхён. Руки с подносом слегка затряслись, в глазах всё смылось за накопившимися слезами. Хуан смотрит сквозь спину Саны и ловит его холодный взгляд. Треск. Она рассыпалась на мелкие осколки. Чувствует, как слеза оставляет влажную дорожку на щеке, а его лицо застыло. Тэхён не ухмыляется, не смеётся. Он пришёл для этого? Чтобы увидеть её такой? Чтобы увидеть горечь на лице, боль, впившуюся под хрупкие рёбра. Отлично, у него это получилось... Хуан быстро скрылась за какой-то дверью, пока он стрелял ей в спину. Козёл. Неужели она ничего для него не значит? Неужели он не чувствовал вчера то, что чувствовала она? Переодевшись, она вышла в зал, но их уже не было. Думая о том, что они, наверное, сейчас где-то целуются, раздевают друг друга и... и ещё что-то, Хуан всхлипнула и дала волю слезам. Она медленно шагала по тротуару, как брошенный, обиженный ребёнок, вытирая крупные следы своей слабости. Не слышит проезжающие машины, плачет, обняв себя за плечи, дрожит от холода и злости. Злости на него, на каждую солёную каплю, стекающую по щекам из-за него. Злится на то, что такая наивная. Дура. Дура. Дура. Он прав, всегда был прав, говоря, что она глупая дура. Вот Сана умнее, красивее и сексуальнее. Он нашёл свою пару. Как же не хочется идти домой в таком состоянии. Но а куда ей деваться ? Да и бабушка одна дома, наверняка волнуется. Или ругается. Почувствовав кожей мокрые капли, Хуан решила, что это те же слёзы, но, когда небо громко дрогнуло, она посмотрела вверх. Темные тучи тоже пустили свои капли. Их становилось всё больше. И вот, хлынул дождь. Почему он идёт именно тогда, когда ей плохо? Чтобы спрятать её печаль? Он был на её стороне или наоборот? Под светом включенных сзади фар, перед ней образовалась её тень, а за спиной послышался сигнал машины, заставивший вздрогнуть от неожиданности. Девушка отошла в сторону, намереваясь дать ему или ей проехать, но звук сигнала не прекращался. Она остановилась, и только тогда противные звуки стихли. Дверь захлопнулась. Хуан обернулась на приближающиеся влажные шаги. — Нравится мокнуть под дождём? Вот его сейчас не хватало. — Иногда, — сухо выдала в ответ дрожащими и посиневшими губами, равнодушно глядя на него сквозь мокрые ресницы. Строгий пиджак темно-синего цвета, белая рубашка, облегающая накаченную грудь, и классические брюки уже успели промокнуть. Наверняка возвращается с работы. — Знаешь, мне тоже иногда, сегодня особенно, — облизнулся он, заметив, как под безразлично накинутой сверху курткой и прилипшей к телу чёрной водолазкой, просвечивается её нежно-розовое бельё. — Что тебе нужно? — устало спросила Хуан, скрестив руки на груди. — А я говорил, что мне что-то нужно? — Но ты не просто так остановился, разве нет? — продолжила девушка. — Ты всё еще думаешь, что знаешь меня? — улыбнулся он, опустив руки в карманы брюк. — Будешь отрицать то, что не преследуешь никакой цели? — Мне признаться? — Вопросом на вопрос? — Не находишь это весёлым? — Прекрати, Ван, — она нахмурилась, склонив голову набок. Странно, но девушка не чувствовала той дикой неприязни к нему. Настроение повлияло даже на это? Вероятно, обида на Тэхёна просто перевесила злость на этого человека. — Поговорим? — Мне не о чем с тобой говорить. — Давай хоть подвезу? — Не нужно, прогулка мне сейчас очень необходима, — она повернулась к нему спиной. — Время не безопасное, не упрямься, — настаивает Ван, будто ему есть дело до ее безопасности. Хуан остановилась, внезапно вспомнив, как ей было хорошо с Тэхёном. Как приятно было ощущать его губы на своих, ласкающие руки, слышать его дыхание, полушёпот. А затем перед глазами появились Тэхён с Саной. Близко друг к другу. Тесно. "Не подпускай к себе Вана". Ему же плевать, так почему она не должна подпускать к себе Вана или кого-либо ещё? Катись к чёрту, Тэхён! Ей нужно забыть его. Послать, как он делает это с её чувствами. Всегда. Пусть так. Пусть делает, что хочет и с кем хочет. Она тоже будет. Девушка снова развернулась лицом к парню, улыбаясь. — Зайдёшь на чай? — Приглашаешь? — он удивлённо-самодовольно дёрнул бровью вверх. — Приглашаю, — закончила она и уверенно направилась к его машине.