И обнаружил я себя на пустыре

Я понятия не имею, сколько времени прошло с того момента, как я мертвецом рухнул на пустыре, и так же мертво глядя куда-то в такое узкое и серое небо. Я не знаю, как далеко я ушел, но ни дорог, ни заборов здесь нет, а сухая желтая трава была мне чуть выше пояса в вертикальном положении. Я всегда был уверен, что знаю совершенно всё и обо всём, однако... Оказалось, что я не знал того, что было под носом. Себя самого. То, что я делал раньше - было действительно весело... Или, по крайней мере, я пытался себя в этом убедить. Но боль где-то в разуме заставляла часто возвращаться к настоящим чувствам. Мое сердце очень скандальное, и его трудно заставить замолкнуть. Точнее, почти невозможно. Те ребята, с которыми я отрывался на вселенных - были полными отбросами, пускай их всех боялись и считали кошмаром наяву. Я их ненавидел, они были всего лишь моими игрушками, которые я запросто выбросил. Как это связано? А связано оно тем, что я игнорировал, что мое сердце кричит во весь острозубый рот и грызет меня изнутри, говоря о том, что я... Я был таким же, не смотря на всеобщее уважение. Как я мог так долго себя убеждать, что я лучший, а после идти и приобретая что-то похожее на физическое межпространственное тело - рубцевать каждый сантиметр его? Это так глупо, притом, что я знал так много, и мог просто немного подумать. Люди обычно лечатся при таких симптомах, как острая боль в груди и туман в мыслях, но кто вылечит меня? Таким как те, кто меня может считать другом - я не доверяю, а те, с кем это не так - меня боятся. Среди обломков себя, всплывших на поверхность я судорожно пытаюсь найти хоть что-то, за что я смогу зацепиться и подняться духом. Жизнь разошлась кругами по воде, смыв берега и оставив мне безбрежность. По сути я пытаюсь схватиться за что-то жидкое и скользкое, а то и вовсе - ни за что. Мое отсутствие меня мне не хватало. Где тот самый радостный и бодрый демон, способный на всё, и даже больше? Почему от него осталось ровным счетом - ничего? в остатках памяти которой больше нет, среди того что в ней случайно уцелело... ни как меня зовут, ни кто я есть... я лишь фрагмент себя я весь в пробелах. Я провожу рукой по свежим рубцам багрового цвета, кровь которых только запеклась. Я не почувствовал, как защипало глаза, или как накатились слезы, но стоило мне моргнуть - капля соленой воды стекла с одного. Чем больше происходит подобного, тем больше я понимаю, насколько я жалок. - Билл? Чей-то до чертиков знакомый голос заставил меня впервые за долгое время перевести взгляд. Я сгибаю пальцы, пытаюсь подняться, однако слабость дает лишь сесть, и как идиоту рассматривать окружающую местность. Мой взгляд зацепился за вынырнувшую макушку коричневых волос из-за травы, стремительно приближающуюся ко мне. Теперь я могу почувствовать, что приближается человек. То, что испытывает он - не испытывает никто, кроме людей, потому что всем остальным это попросту чуждо. - Билл, это ты? Я с трудом узнаю в этом человеке совершенно никого иного, как Мэйсон Пайнс, среди своего мира известный как "Диппер". Он терпеть не может свое настоящее имя, но мои синие, сухие губы безудержно прошептали его. - Что с тобой случилось? Я не смог ничего ответить на вопрос. И тут в мою голову ударило что-то, заставившее осознать, что он не помнит ничего про то, что я пытался сделать с Гравити Фолз... Но помнит что-то смутное обо мне. - Как ты сюда попал? Опять же сорвалось с моих уст. - Мы с дядей Фордом опробовали путешествие по мирам во снах. Я много думал о тебе с того времени, как начал вспоминать что-то о первом лете в Гравити Фолз... И захотел найти, чтоб услышать ответы на вопросы. Никому ни слова, потому что совершенно никто из моей семьи не желает даже слышать о тебе. И это первый вопрос; почему? Я молча посмотрел ему прямо в глаза, горько ухмыляясь. - Ах, дите... Ты даже не представляешь, насколько тебе повезло, что ты ничего не помнишь. В ответ я получил лишь напряженный взгляд. Он не сколько был обращен в сторону моей фразы, сколько в сторону моего лица. - Ты выглядишь, будто за все время, когда тебя не было в Гравити - ни разу не увидел солнца... Сосна замолк. Прошло около минуты перед тем, как он сделал совершенно неожиданную вещь... Он обхватил меня руками, прижимаясь. Меня как будто пропустили через мясорубку. А что чувствуют люди, когда их обнимают? - Ты такой придурок, Сайфер! Я не знаю, что ты натворил, но похоже ты пострадал от этого больше, чем город! Мои руки осторожно обхватили Диппера так-же, как он сделал это со мной. Я не удержался, и опустил голову на его плечо. - Я так устал. - Все, что я мог сказать. И опять. Мое тело было готово рассыпаться на куски, и чем больше я это чувствовал, тем сильнее срасталась "дыра" в груди. Что-то уверенно сказало во мне "Я не такой, каким был, и нужно забыть прошлое." Запекшийся туман в своей-же голове - все, что мне от прошлого досталось. И Обнаружил я себя На пустыре...