Подлая улыбка, но честные глаза

Маленькую комнату освещал серебристый свет луны. Мужчина сидел в старом кресле напротив окна и, не отрываясь, смотрел на ночное небо, звёзды и прекрасную холодную далёкую луну. Хогсмид был таким же, каким он его помнил, но изменения, конечно же, произошли: появились новые магазинчики, бары, дома обустроили лучше. Он наблюдал за людьми с окна своего номера, в котором он уже зарегистрирован неделю. Повернув голову, мужчина посмотрел на себя в зеркало: чёрные, как смоль волосы, нос с горбинкой, трёхдневная щетина и пронзительные тёмные глаза. Можно было подумать, что цвет его глаз тоже чёрный. Он усмехнулся, презрительно вспомнив, кем именно он должен быть. Чёртовым Уизли. Представители его рода в гробу бы перевернулись из-за этого, но Хозяин будет доволен, и он наконец-то получит то, чего ждал полжизни. Джон Уизли, надеюсь, ты смотришь на меня сверху и гордишься мной! Будем надеется, что наивность у вас в крови». Улыбнувшись, он резко встал и направился к кровати. Впереди его ждут интересные дни.

***

С того самого дня прошла неделя. Гермиона продолжала общаться с Дафной, стала больше времени проводить с друзьями, всё, как раньше. Она поговорила с Макгонагалл насчёт родителей и отправила их за границу, в Австралию, на отдых. Пока что это называлось отдыхом, но Грейнджер надеялась, что ситуация изменится, и скоро они вернуться домой, но что-то ей подсказывало обратное. Сейчас они вчетвером проводили время возле камина в гостиной Гриффиндора. Рон с Гарри сидели на диване, а Гермиона с Джинни уселись прямо на пол. Грейнджер читала книгу и иногда отвечала друзьям на их реплики, до того момента, пока разговор снова не зашёл про Малфоя, и его, как всегда, начал Гарри. — Я видел его сегодня, — сказал Гарри и посмотрел в окно. Друзья вопросительно уставились на него, но Гермиона уже давно поняла, о ком шла речь. — Кого, Гарри? — спросил Рон, продолжив листать журнал по Квиддичу. Гарри опять повернулся к ним и резко посмотрел на Гермиону, чего та не ожидала, но отводить взгляд не намеревалась. — Малфоя, — тихо сказал он, и Рон посмотрел на него. В глазах искрились молнии. — Что он сделал? — спросил парень злобно, но Гарри лишь покачал головой. — Было как-то странно, он сидел на подоконнике и курил. Я был далеко, он не мог видеть меня, но то, как он сидел, меня удивило, ведь я никогда в жизни не видел унылого Малфоя, — усмехнулся Поттер. — Да уж, — хохотнул Уизли. — Представьте: унылый хорёк. — Но то, что было дальше, ещё больше насторожило меня. Я уже собирался уходить, — он обвел глазами друзей, — но услышал шаги и вскоре увидел Снейпа. Он подошёл к Малфою и говорил что-то про обещание его защищать, но Малфой разозлился и, можно сказать, послал Снейпа, чем и привёл того в ярость. Представьте, Снейп схватил его за воротник и встряхнул. Я просто был в шоке. Это был первый раз, когда Снейп из-за гнева потерял контроль, но Малфою было плевать, и он сказал что-то вроде этого: «Я сам способен за себя постоять и защитить свою семью, если тебя послал придурок Люциус, иди к чёрту, Северус. " Рон с открытым ртом слушал друга, а Гермиона нахмурилась. Пазлы сходятся: та ночь, когда она застала его в коридоре, держась за левую руку; сейчас защита Снейпа. От кого он хочет его защищать, кроме как от Люциуса или Волан-де-Морта? Люциус близкий приспешник Волан-де-Морта, и, вероятно, Драко тоже имел какие-то контакты с ним, но она не думала, что дело настолько запущено, и Малфой может быть Пожирателем. Переведя взгляд на Джинни, она встретилась со внимательными глазами подруги, которые следили за её реакцией. — Я не знаю, Гарри. Всё выглядит очень странно… — начала Гермиона, закрыв книгу, и понизила голос. — Снейп, как я знаю, его крестный, он мог дать любое обещание его семье ещё в момент рождения Драко. Возможно, здесь дело не чисто, но у нас нет никаких доказательств. Да, это выглядит очень подозрительно, но пока мы не знаем, фактически, ничего, чтобы мы могли подозревать его, кроме как то, что его отец в рядах Волан-де-Морта. Обдумывая всё, Гермиона уставилась на камин, вглядываясь в огонь. Боковым зрением девушка заметила, как задумчиво кивнула Джинни, соглашаясь с Гермионой, а затем и Рон. На сегодня тема была закрыта. — Гермиона, пойдём, я тебе хочу кое-что показать, — тихо сказала Джинни и направилась в спальню, а Гермиона, положив книгу на ближайший стол, направилась за подругой. Как только они зашли, Джинни повернулась к ней с заговорчиской улыбкой. — Так значит, он уже Драко, а не Малфой? — подняла левую бровь Уизли. Она так сказала? Пройдя к своей кровати, Гермиона присела и решилась. Надо с этим что-то делать. — Джин… — начала она, но подруга её перебила. — Ладно, ладно, — засмеялась она, приподняв руки в оборонительном жесте. — Больше не буду доставать. Раз. Два. Три. — Мы целовались. Смех Джинни утих. Гермиона зажмурилась. — Вы… Вы что?! — Джинни присела прямо на пол. — Джинни, это было ненамеренно! — Гермиона Грейнджер! Ты целовалась с Малфоем и ничего мне не сказала?! — подняла голос Уизли, и Гермиона быстро шикнула на неё, после чего та умолкла. — Прости. — Мне нужны все, ты слышишь, все подробности ваших обжиманий! — Это не обжимания!

***

Девочки говорили до тех пор, пока не пришли остальные. Говорила в основном Гермиона. Она лишь отвечала на вопросы Уизли, которая слушала, не говоря ни слова. Было сложно говорить про Малфоя. Когда она думала об этом, не говоря никому и держа всё в себе, было намного легче, но когда она произносила это вслух — она всё больше и больше начала осознавать, что эта ситуация… всё это, что у них происходит — неправильно. Потому что он — Малфой. Потому что она — Гермиона Грейнджер. Девушка лежала, смотря в потолок, и думала о словах подруги.  — Гермиона, мне сложно поверить в то, что это реальность, а не какой-то сон. — она усмехнулась и сделала недолгую паузу. Гермиона поняла, что она подбирает слова и терпеливо ждала. — Да, я подозревала, что между вами что-то происходит, но как-то не допускала, что это может быть на самом деле. И не думай, что ты умолчишь все детали той ночи, когда «вы зашли немного далеко», — поиграв бровями, девушка подмигнула подруге, но тут же стала серьёзной. — Я тебе даю передышку, но ты же знаешь, что на этом ничего не закончиться. А сейчас я скажу тебе одно: ты достаточно разумная, мудрая и самая лучшая девушка и подруга, которую я когда-либо встречала и, я уверена, ты знаешь, что делаешь. Я не буду тебе говорить моё мнение о нём, ты и так знаешь… Но Малфой… Гермиона, он может играть с тобой, а играть с огнём в ответ очень опасно. Ты можешь сгореть дотла. Слова так сильно похожие на те, которые она сама сказала Малфою. Почему все мысли всегда возвращались к нему? Почему ей не всё равно?! Замечать его становится всё сложнее, не думать о его прикосновениях почти невозможно, сколько бы она не пыталась… Но она ещё не знала, что ждёт их впереди… Следующим утром Гермиона и Джинни с парнями шли на завтрак, шутя и переговариваясь. Грейнджер решила, что сегодня не будет никакого Малфоя, в этом нет ничего сложного. Она намеренно не смотрела на него во время завтрака, хотя чувствовала, что он несколько раз смотрел на неё. Ничего. Пройдёт. Как раз в тот момент, когда она потянулась за картошкой, к ней прилетела сова и кинула маленькое письмо, вторая летела к столу Слизерина. Нахмурившись, Гермиона раскрыла его и начала читать. «Мисс Грейнджер, Прошу прощения за такую неожиданность, но вы мне нужны, пожалуйста, пройдите в мой кабинет. Мистер Малфой вас должен сопровождать. Искренне ваша, Профессор МакГонагалл.» Её план провалился. Когда она посмотрела на Драко, тот так же вопросительно уставился на неё. Отвернувшись, она коротко объяснила друзьям всю ситуацию и пошла к выходу, слыша его шаги. Как только дверь за ними закрылась, Малфой схватил её за запястье и потянул на себя, из-за чего девушка крутанулась и оказалась в его объятьях. Близко. Снова.  — Малфой! — вскрикнула она — Что ты делаешь? Самодовольно ухмыляясь, Драко нежно провёл носом по её шее, и она вздрогнула.  — Разве ты не соскучилась? — хриплый голос прозвучал прямо у неё над ухом. Он отпустил её руки и обнял за талию, толкая назад к огромному окну.  — Нет, пусти меня. Мы опоздаем к Макгонагалл.  — У нас ещё есть время, Грейнджер, — прошептал он и усадил её на подоконник. — У меня были паршивые дни, дай мне забыться… Как же странно было слышать эту маленькую долю искренности в его голосе, но она даже не успела всё обдумать, его губы уже изучали её. Он прав… она скучала, но никогда в жизни Гермиона Грейнджер не признается в этом Драко Малфою. Смысла сопротивляться, после того, что они уже делали, нет, поэтому она робко обхватила руками его шею и притянула Драко к себе. Он шумно выдохнул ей в губы и раздвинул её колени руками. Она была в юбке. Ему это нравилось. Гермиона сама слегка помогла с ногами и придвинулась к нему, целуя. Он гладил её бедра, спрятанные под чёрной юбкой.  — Моя хорошая девочка, — прошептал ей Малфой, перейдя на шею. — Ты не представляешь, что я хочу с тобой сделать. От его голоса у неё шли мурашки, и она прикусила его нижнюю губу. Усмехнувшись, Малфой положил ей руки на ягодицы и притянул ближе. Адреналин от того, что их в любой момент могли поймать, кружил голову.  — Нам надо идти, — проговорила она во время поцелуев.  — Да, — в ответ прошептал Малфой и нехотя оторвался от неё. — Сегодня на дежурстве ничто не отвлечет меня от тебя, Грейнджер. Гермиона покраснела. Что изменилось? Почему он так нежно разговаривает с ней? Почему она опять ему это позволяет и почему ей это нравится? Голова закружилась. Она посмотрела в его глаза и, ожидая увидеть привычный холод, удивилась, когда встретилась с его горящим взглядом. Он никогда раньше не смотрел так на неё, и она прикусила губу. Его взгляд тут же устремился к её губам. Снова.  — Грейнджер… Его голос. Интонация. Её имя у него на языке. И этого хватило для того, чтобы Гермиона вновь оказалась у него под властью. Он оттягивал её нижнюю губу и проводил по ней языком. Его запах сводил её с ума, и она всё больше цеплялась за него. Драко мягко обхватил руками её шею, и его пальцы запутались в её распущенных кудрях. Как же ему было хорошо. Целовать её. Чувствовать. Не думать ни о чём. Не чувствовать ожога метки, не чувствовать страха и боли. Гермиона Грейнджер нравилась Драко Малфою. Он понял это ещё тогда, когда лежал в Меноре после визита Волан-де-Морта. Обдумывая всё, он отвлекался от жутких мыслей только с помощью Грейнджер. Он думал о ней, о её поцелуях, о запахе и было хорошо. Какой смысл держаться дальше от неё, когда его конец так близок? Когда ещё немного, и он больше никогда не будет чувствовать. Когда он больше никогда не сможет её целовать. Какой смысл обманывать себя? Хватило её одного стона, чтобы он мучительно оттолкнулся от неё.  — Грейнджер, если мы сейчас не остановимся, я тебя трахну прямо здесь, — с закрытыми глазами проговорил Драко, прижавшись своим лбом к её, так, что их носы соприкасались.  — Драко… — выдохнула Гермиона и поëрзала на месте. Его слова заставили жар между ног усилиться.  — Тебе нравится, да? — усмехнулся он. — Нравится, когда я говорю такие грязные вещи. Нравится то, как я с тобой разговариваю. Она молча покачала головой, и он тихо засмеялся.  — Что происходит? Почему ты так нежен со мной? — смотря на свою юбку, произнесла Гермиона. Драко молчал, и она решилась и посмотрела на него.  — Я не знаю, Грейнджер. Я хочу тебя.  — Хочешь меня? — она подняла брови. — Ты просто хочешь меня? А не охренел ли ты, Малфой? Пошёл к чёрту! Грейнджер вырвалась из его хватки и спрыгнула на пол, как он опять её схватил за руку.  — Грейнджер, стой. Ты неправильно меня поняла. Я хочу тебя не для секса. Я просто хочу именно тебя.  — Ты шутишь? Малфой, ты болен?  — Грейнджер, я знаю, как всё это выглядит, но поверь мне, я говорю правду. Мы можем вообще не заниматься сексом, мне плевать. Я просто хочу быть с тобой… — он провёл рукой по лицу. — Блять… что за пиздец. Он повернул голову к окну и сжал челюсти. Каким же красивым он был. Гермиона не могла поверить в то, что он говорил, но почему он звучал так искренне? Не успев продумать свой следующий шаг, она потянулась и чмокнула его в щеку. Драко резко повернул голову и вопросительно посмотрел на неё.  — Что это было?  — Мы опаздываем к Макгонагалл, — дерзко улыбнулась она и пошла прочь, оставив Малфоя смотреть на неё, но вскоре он её догнал, и они переглянувшись, оказались возле кабинета Минервы. Гермиона робко постучалась и оглянулась на Драко, который ленивым взглядом наблюдал за ней. Дверь открыла Макгонагалл и поприветствовала учеников:  — Мисс Грейнджер, мистер Малфой, проходите, — она впустила их в помещение и прошла к своему месту за деревянным столом, набитым всякими бумагами. Видно было, что профессор что-то искала, так как беспорядок на рабочем месте для такой женщины был непривычен. — Чаю? Гриффиндорка вежливо отказалась, Драко молчал.  — Сегодня по собственным причинам нас покинула Чарити Бербидж, наш преподаватель маггловедения. — Гермиона нахмурилась. Недавно она её видела, и та была просто в прекрасном настроении, никто не ждал таких новостей. — Мы уже нашли подходящую кандидатуру на замену Чарити, и я бы хотела, Гермиона, чтобы вы отправились в Хогсмид, дабы встретить нашего нового преподавателя. Мистер Малфой, я надеюсь вас не затруднит сопроводить мисс Грейнджер, я не хочу, чтобы она была одна и подверглась некомфортному состоянию, — она прямо посмотрела в глаза Драко, давая понять, что отказ не принимается. — Я доверяю вам, Гермиона, вы как никто, отлично справитесь с этой задачей и знаете школу не хуже меня. Я предупредила учителей на счёт вас двоих. Боюсь доставить вам этим неудобство, но сама я не могу отправиться на встречу, ждут много дел, которые, как можно скорее, должны решится, а лучше учеников, чем вы, для этого я не могу найти. Мистер Малфой, я надеюсь на ваше благоразумие и манеры. Малфой усмехнулся. Тонкий намёк на его чистокровность и мнение о маглорожденных. — За вашу помощь я освобождаю вас от предстоящих дежурств, — мягко сказала Макгонагалл и послала улыбку Гермионе. — О нет, профессор. Не стоит, — поспешил уверить её Малфой и лукаво взглянул на Гермиону. — Мы вполне приятно проводим время вместе на дежурствах, да, Грейнджер? Минерва приподняла брови в удивлении и посмотрела на Гермиону, которая буравила взглядом Драко.  — Малфой прав, профессор, — скрежа зубами сказала девушка, всё также смотря на Слизеринца. — Нас не затруднит один поход в Хогсмид. Не нужно снимать наши обязанности из-за этого. Мы будем рады вам помочь.  — Тогда, я рада. Джон Уизли будет ждать вас в «Трёх Метлах» ровно через 2 часа. Я уже уведомила его о вас. — Джон Уизли? — Уизли? В унисон прозвучали вопросы. — Да, вы чем-то удивлены? — приподняв одну бровь, сквозь очки посмотрела на них Макгонагалл. Гермиона посмотрела на Малфоя и медленно покачала головой:  — Нет, профессор, просто неожиданность… Мы можем идти? — Да, конечно. Удачи! Как только они покинули кабинет декана Гриффиндора, Малфой схватил её за руку и прижал к своему боку.  — Драко, не сейчас… — слегка начала отнекиваться девушка, но не сопротивлялась, когда он завёл её в ближайшую комнату. Это оказалась кладовая с разными вещами. Она была небольшая и вмещала их обоих. — Драко, мы опоздаем. И ты должен объяснить, что всё это значит, — она помахала рукой между ними. — Вечером. Всё вечером… — прошептал он. — Иди ко мне. Драко притянул её к себе и поцеловал. Гермиона обхватила руками его шею и ответила на поцелуй. Почему с ним было так хорошо? — Ты просто, охуеть как, шикарна… — сквозь поцелуй бормотал он. Поцелуями он перешёл на шею, облизывал и покусывал, пока она тихонько постанывала и пальцами перебирала его волосы. Драко провёл руками по её телу и вот его руки уже у неё на ягодицах. Он с силой сжимает их, чем и вызывает очередной стон.  — Чувствуешь? — вжимается в неё. — Вот так я хочу тебя, Грейнджер.  — Да… — Сегодня я доведу тебя до оргазма, Грейнджер. Начинай считать. Не успела она и слова сказать, как оказалась прижатой спиной к его груди. Одна рука на её груди, а вторая проникает в трусики.  — М-м-м… уже мокрая… — шепчет он и проводит носом по её шее, затем по плечу и легонько целует. — Моя девочка. — Драко-о, — стонет она, когда он проводит пальцами по её клитору и круговыми движениями направляется вниз. Дразнит. — Чего ты хочешь? — с силой сжимает грудь блондин и проводит пальцем по её входу. — Отвечай, Грейнджер. — Тебя… — она дрожит. — Как именно? — усмехается он. — Что именно? Очередной стон. Он слегка ущипнул её за клитор. Гермиона хватается за полку, и на пол падает какая-то статуэтка. Никто не обращает на это внимания. — Твои пальцы. Пожалуйста… Она не может контролировать себя, слова сами формируются. Она больше не владеет своим телом, и когда Драко вводит в неё средний палец до самого конца, она с силой сжимает его руку ногами. — Раздвинь ноги, Грейнджер, — шепчет он. — Шире. И снова эти контроль и сталь в его голосе, которые заставляют её подчиняться ему. Она послушно выполнила его приказ. Гермиона Грейнджер с раздвинутыми ногами, с взъерошенными волосами и красными щеками стоит спиной к Драко Малфою, который тяжело дышит и работает своей рукой у неё под юбкой. От такого вида Драко готов был кончить на месте. Он вынул палец из неё и поднëс его к губам и облизал, от чего у Гермионы подкосились коленки.  — Такая вкусная… — он вернул руку на место и теперь засунул тот-же палец до самого основания так, что она почувствовала на себе холодный металл его кольца. Спустя несколько поступительных движений, парень добавил второй палец и когда почувствовал, что она вот-вот кончит, резко остановился. Гермиона тяжело открыла глаза и не смогла удержать себя от движений. Она приподнялась на носки и опустилась на его пальцы, доставляя себе удовольствие. Подавив стон, Малфой хрипло проговорил:  — Вот так, Грейнджер… трахай мои пальцы… Он почувствовал, как она сжимается, и, крепко обхватив её за талию, он удержал её на месте. В следующую секунду он со всей силой входил в неё пальцами, и Гермиона со стоном откинула голову на его плечо. — Драко… я больше не могу! Малфой опустил вторую руку к её клитору и начал быстро двигать пальцами, что и довело её до кульминации. Он бы отдал всё свое наследство, только бы смотреть на то, как она кончает. С протяжным стоном, Грейнджер замерла на месте. На её лице застыло выражение острой боли, а глаза закатились. Она начала с силой сжимать бёдрами его руку и согнулась пополам от того, что Драко не останавливался.  — Да… вот так, — шептал он ей на ухо, и когда она, тяжело дыша, полностью расслабилась в его руках, он высунул пальцы и облизал их.  — Один.