кислород

      уже стало привычным ехать вместе на учёбу, деля с ним второй наушник. чувствовать чужую родную голову на своём плече и вдыхать запах цитрусового шампуня. по выходным запираться в комнате у одного из юношей, до утра валяться на расправленной кровати и обниматься, разговаривая ни о чем или же наоборот о чем-то серьезном, неважно. важно только присутствие друг друга, а всё остальное отходит на второй план. это правда стало чем-то супер обыденным, что чанбин не сразу замечает, как от простых прикосновений младшего его тело взрывается табуном мурашек. ладони потеют, мысли в голове безобразно путаются, а может и вовсе покинули хозяина. и всё это только от того, что младший находился рядом. хочется сделать пуньк в носик, тыкнуть в пухлые щечки и спрятать в своих объятиях, укрывая от сложностей суровой жизни. хочется просто подарить ему всё самое лучшее, самое нежное, отдать всю свою любовь без остатка. а еще хочется целовать. чувственно и нежно. чтоб воздуха в легких не оставалось, чтоб младший думал только о нём. холодными пальцами оглаживать раскаленную кожу на животе, выбивая из груди неровные еле слышные вздохи. и любить, любить, любить.       хан, кажется, всё понимает и возможно даже провоцирует юношу. улыбается слишком ярко, засыпает на плече слишком часто, да и вообще находится постоянно рядом и слишком близко. видит, как в глазах у со зажигаются миллион огоньков, но назад не отходит. чанбин же пытается противостоять безумному желанию прильнуть к губам хана. со уверен, губы джисона - самое сладкое, что есть на земле. но вовремя осекается. что если его чувства невзаимны, и всё это он сам себе надумал? что если однажды осмелившись, он совершит самую ужасную ошибку в своей жизни - разрушит их дружбу? даже если и не разрушит, отношения между ними всё равно изменятся. самый большой страх чанбина - это потерять хана. без него он и минуты не сможет прожить, ведь младший для него был, словно кислород.

***

      со старается не так часто видеться с ханом. пытается заглушить эти дурацкие чувства и отвлечься на что-то. спасителем становится написание текстов к песням. чанбин любил создавать музыку, но делал это редко. а сейчас, когда вдохновение так и прёт, голова все равно полностью занята младшим. и песни получаются слезливые, про любовь. чанбину не нравится. не нравится каждое утро не высыпаться, ведь необъяснимая тяга к хану не давала всю ночь заснуть.       проходят недели. со по привычке вставляет в ухо один наушник, но чувствует пустоту на своем плече, словно от него оторвали частичку души. дыру в груди способен заполнить лишь один человек, чьё имя застыло на губах бина. но юноша думал, что так будет лучше, не представляя, как тяжело сейчас младшему, что выплакал уже все слёзы, ведь для него со точно также являлся кислородом.       в школе они не пересекались, так как учились в разных классах. если раньше каждую перемену они встречались около их излюбленного места на подоконнике, то сейчас всё кардинально поменялось. чанбин был уверен, дав волю своим чувствам, он бы потерял хана. но, закрыв свою влюблённость в самую дальнюю комнату и заперев на тысячу замков, еще больше отдалил младшего.

***

      за окном уже смеркалось. в дом проникал теплый летний ветер, мягко проходящий сквозь ноги со. воспоминания резко нахлынули резким напором, отчего бин вздрогнул. невыносимо хотелось ощутить тепло такого родного человека, услышать весёлый голос, но единственный звук, что сейчас доносился до ушей чанбина это монотонное тиканье часов.       внезапный стук заставил парня вернуться в реальность. кого могло принести в такой поздний час? чанбин направился в коридор и, открыв дверь, увидел на пороге того, по кому так сильно скучал, без которого со не представлял свою жизнь. — привет, хён. извини, что так поздно, — джисон слегка улыбался, но не был похож на человека, чья жизнь была счастливой, — я подумал, может... в общем, не хочешь посмотреть фильм? мне его чан посоветовал, сказал, что затягивает с первых секунд.       чанбин боялся, что сорвётся, но все же без слов впустил юношу. — чай? — лучше какао, если можно.       чанбин не особо любил какао, но ради джисона держал в кухонном шкафчике пару упаковок. вообще, ради хана он готов на всё, лишь бы видеть его улыбку.       тишину нарушало тихое дыхание обоих парней. после того, как джи выпил кружку горячего напитка, со по привычке вытер пальцем "шоколадные усики", отчего младший громко сглотнул, краснея. — хён, можно вопрос? — бин в ответ положительно кивнул, — если при виде определённого человека моё сердце начинает бешенно колотиться, это значит... — это значит, что ты влюблён в него, — голос бина прозвучал расстроенно, ведь осознание того, что хану кто-то нравился больно ощущалось в груди. — значит ли это, что я влюблен в тебя? — что? — юноша просто не верил своим ушам, кажется, что это либо слишком хороший сон, либо он замечтался. — можно мне тебя поцеловать? — джисон наклонился через весь стол к со и ждал разрешения.       чанбин словно немой не мог вымолвить и слова. он всего лишь смотрел на младшего, даже не моргал. неужели это правда? неужели это всё наяву? со очень боялся поверить в то, что его чувства взаимны.       джисон принял молчание бина за отказ и, резко встав, побежал к выходу, бросив что-то по типу "прости, мне нужно идти", но не успел выйти из квартиры со, как тот дернул его за рукав кофты к себе, впившись в губы в хана. словно глоток свежего воздуха, так хорошо чанбину никогда не было. чувствовать маленькие ладошки на своих плечах, разделять дыхание на двоих - это то, чего так хотел бин. хан обмякает в его руках и, кажется, вот-вот упадёт. но со не позволит этому случиться. старший отстраняется первым, аккуратно поглаживая щеку парня. — не бросай меня больше, пожалуйста. кажется, будто я и не жил эти дни. — джисон выглядел, как маленький котёнок, о котором нужно заботиться, которого нужно любить. — извини — поцелуй меня ещё раз.       и чанбин целует.