Спи крепко

Темный силуэт медленно двигался вдоль улицы, постоянно оглядываясь по сторонам. Он должен всегда быть бдительным. Лунный свет вдруг упал на него, когда он вышел на середину улицы. Теперь стало видно металлический блеск автомата, который парень не выпускал из рук. Ему приходилось всегда носить оружие с собой, иначе не выжить. Сегодня был один из немногих редких дней, когда он выбрался из своего укрытия, чтобы найти еды или каких-то полезных вещей. Удалось отыскать пачку риса да мешочек каких-то сухарей. Ну, ничего. Главное, что удастся протянуть еще несколько дней. Парень внимательно вглядывался в темноту, изредка посвечивая карманным фонариком. Его нельзя было использовать часто, а иначе можно быстро разрядить батарейки, которых итак осталось очень мало. Внезапно холодный ночной воздух разрезал крик. Живой крик, человеческий. Парень вздрогнул от этого и почувствовал, что какая-то непонятная сила тянет его к источнику звука. Он лишь несколько секунд стоял в нерешительности, потом все же сорвался с места и, забыв обо всякой осторожности, побежал в пока неизвестном ему направлении. «А вдруг здесь еще остался кто-то живой? — вспышкой возникла мысль в его голове. Она точила сознание, не давала нормально соображать, а заставляла бежать только вперед и вперед. — Нет… Этого не может быть…» Слишком долго он скитался по полуразрушенной Йокогаме в поисках кого-нибудь. Слишком долго. Парень уже давно отчаялся, надежды в нем совсем не осталось, как и каких-то положительных чувств к окружающему миру. Была жива только ненависть к этому ужасному, непрерывному сну, который, наверное, больше походил на какой-то кошмар. Парень, возможно, даже обрадовался бы, если б этот сон побыстрее закончился и больше не терзал его. Крики стали слышны все ближе. Теперь они уже стали похожи на какие-то отчаянные попытки вырваться и срывались на хрип. Парень услышал как что-то с грохотом разбилось. Похоже, кто-то отчаянно пытался сохранить себе жизнь. «Быстрее,» — скомандовал сам себе парень и ускорился, хотя уже чувствовал, что силы его на исходе. Он несколько дней ничего не ел да и к тому же не привык к такому долгому бегу. Дыхание резко вырывалось сквозь стиснутые зубы с глухим, шипящим звуком. — Нет! Нет! — послышался совсем рядом отчаянный крик. Потом все стихло. Эта тишина наступила так резко, что и парень остановился. Он стоял не в силах поверить в происходящее. Неужели это всё? Неужели он не смог спасти возможно еще живого человека? Эти вопросы давили на его сознание, не давая успокоиться. Хотелось просто заплакать, словно маленький ребенок, или завыть от отчаяния. Руки тряслись не в силах держать автомат. Парень дрожал всем телом, глядя в темноту переулка. Может еще не все потеряно? — Эй, есть здесь кто-нибудь? — произнёс он дрожащим голосом, чувствуя нарастающую панику. Здесь наверняка еще осталась та тварь. Тишина оглушала его. Ответом было лишь собственное учащенное дыхание. Вдруг послышался какой-то шорох. Он был такой внезапный и резкий, словно нечеловеческий. Да, точно нечеловеческий. Вдруг в темноте засветились глаза, уродливые, подернутые мутной пленкой смерти. Парень попытался прицелиться как можно скорее, но руки дрожали, словно в лихорадке. Наверное, уже было слишком поздно что-то делать, потому что этот уродливый зверь из человеческой плоти уже сделал бросок прямо на него. Пули несколько раз прошли сквозь его туловище, заставив лишь замедлиться в судорогах, но не умереть. «Я не собираюсь умирать здесь!» — прошипел про себя парень, пытаясь унять дрожь в руках. Следующая пуля попала точно в голову. Несмотря на это, напряжение оставалось. Послышался еще один шорох, в сторону которого сразу же было направлено дуло автомата. — Стойте, не стреляйте! Прошу, помогите мне! — прокричал звонкий голос, в котором были и страх, и боль, и отчаяние. В следующий миг кричавший был освещен карманным фонарем. Стали видны серебристые запутанные волосы и грязное, с широко распахнутыми испуганными глазами, лицо. На вид этому парню было лет шестнадцать. Он сидел, прислонившись спиной к холодным мокрым кирпичам стены, обхватив руками колени, и дрожал. Честно говоря, было не очень понятно от чего, то ли от холода, то ли от страха, а, может быть, и от всего сразу. — Меня зовут Ацуши Накаджима, — произнес он, уже немного успокоившись, но получилось всё равно как-то тихо и жалко. Он прищуривал свои золотистые глаза из-за бившего прямо в лицо света. — Я Осаму Дазай, — ответил парень, держащий фонарик в руке. Он все ещё с интересом разглядывал этого человека и в первую очередь проверил наличие каких-то ран или царапин, в крайнем случае, укусов. Таковых не оказалось. Вскоре Дазай наконец опомнился и сказал быстро: — Нам нельзя здесь оставаться. Нужно немедленно уходить. Он выключил фонарик и помог Ацуши подняться. Тот немного прихрамывал на правую ногу. Ничего, скоро они доберутся до укрытия. — Следуй за мной, — приказал Дазай, постоянно поглядывая на Ацуши, уже почти привыкнув к вновь обступившей его темноте. Он постоянно смотрел по сторонам, ведь знал, что на них в любой момент могут напасть. Одно только не давало ему покоя. Как такой хрупкий и слабый мальчик смог выжить? Неужели он тоже скрывался где-то все это время? Дазай был уверен, что должен был его заметить, ведь много раз обходил территории в этом районе. Но сейчас это уже неважно. Главное, поскорее добраться до безопасного места и отдохнуть. — Стой, Ацуши, — прошептал Дазай и сам остановился. Похоже прямо там впереди них была целая группа зомби. Они тоже рыскали здесь, чтобы поживиться. Но Дазай знал, что именно там, за поворотом, есть вход в его убежище. Нужно только как-то пройти мимо них. Мальчик лишь в страхе смотрел на него. Дазай не видел его глаз, но чувствовал этот взгляд затылком. Наконец тот проронил очень тихо: — Вы должны бежать, а я… потом как-нибудь догоню… Дазай весь напрягся от таких слов. Нет, так не пойдет. Они выберутся отсюда, чего бы ему это не стоило. Как он может бросить единственного найденного за столько много времени человека на смерть? — Ты что надумал? — прошипел он, резко развернувшись. Ацуши даже вздрогнул от этого грозного взгляда. — Я буду поддерживать тебя, и мы вместе добежим. С этими словами он положил руку ему на плечо, показывая, что все под контролем и волноваться не о чём. Ацуши робко прижался к нему, обхватив одной рукой. Он все ещё не был до конца уверен, что это хорошая затея, но не хотел сопротивляться такому решению. Будь, что будет. Стоит все-таки довериться этому человеку. — Побежали! — произнёс Дазай уже более громко, и они оба сорвались с места. Когда эти двое ещё не пробежали мимо группы полуживых тварей, те уже заметили их присутствие. Слышны были хриплые, угрожающие звуки от них, которые напоминали чем-то недовольное рычание. На самом деле они пугали еще больше, чем любой зверь. Дазай чувствовал, как ноги Ацуши заплетались от быстрого бега, шаркали по асфальту. Он уже почти задыхался от нехватки воздуха в лёгких. — Как бы ты не устал… Прошу, Ацуши не останавливайся! — прошипел парень сквозь стиснутые зубы, постоянно дрожа и чувствуя преследование. Наконец показался заветный люк. Дазай быстро подскочил к нему и оттащил. Был слышен скрежет металла, который царапала поверхность дороги. На месте люка зияло темное отверстие. — Ацуши, прыгай! — крикнул Дазай, уже не сдерживаясь. Светловолосый стоял, глядя внутрь этой пропасти, в которой, кроме темноты, ничего не было видно. Мальчик не понимал, насколько глубоко дно, и боялся прыгать. А что, если он покалечится? Но ему было некогда об этом думать. Нужно что-то решать, а иначе они оба умрут здесь. — Чего ты ждешь?! Прыгай! — услышал он крик где-то совсем рядом. Казалось, что парнишка стоял в ступоре довольно долгое время, а на самом деле прошло всего несколько секунд. Зомби уже подобрались очень близко, так, что Дазай стал стрелять их по ногам, практически ничего не разбирая в темноте. Кажется, это действовало, ведь они замедлились, а кто-то даже упал, но все равно продолжал ползти даже с простреленными конечностями. Это пугало. Ацуши недолго стоял в нерешительности. Он всё-таки доверился Дазаю и прыгнул. Парнишка после буквально пары секунд полета почувствовал, что оказался в воде чуть ли не по колено. Она была холодная и мутная. Едва Ацуши отошёл на несколько шагов от места падения, то услышал, как кто-то приземлился совсем рядом, создав целую кучу брызг. Парнишка замер, дрожа. — Да я это. Не бойся, — услышал он голос Дазая, тон которого выражал то ли насмешку, то ли еще что-то непонятное для Ацуши. После он абсолютно четко уловил, как тот тихо рассмеялся и добавил. — Ну ты и псих. Ацуши в этот момент так обрадовался появлению парня, что не мог даже сдержать слез, хорошо, что Дазай не мог видеть этого в темноте. Но и теперь страх не отступал: было непонятно, куда и зачем они притащились. А вдруг и здесь полно зомби, а все, что происходило до этого, это только начало, а дальше будет все больше и больше опасных стычек с этими тварями. Подумав об этом, Ацуши снова захотелось сжаться в комок. Холод и темнота давили на него, не давая пошевелиться. Он слышал лишь шум воды и звук падающих капель. Одна из них упала на него, закатившись за воротник и заставив вздрогнуть. Ацуши двинулся вперед, не совсем ловкими движениями рассекая воду. Шевелиться давалось с трудом, тем более после падения, но он старался не отставать. Теперь у него появилась хоть крохотная крупинка надежды на спасение, во что просто не верилось. Внезапно Ацуши остановился, почувствовав что-то неладное. Он ничего не слышал, кроме падающих капель и звука собственных шагов в воде. Как будто рядом вовсе никого не было. Неужели он так отстал, что Дазай уже далеко ушёл вперед? Куда теперь идти? Сначала появился лишь небольшой страх и дрожь в пальцах. Ацуши снова остановился и прислушался. Вода довольно крупной каплей упала ему на лицо, медленно скатившись по щеке. Если бы тут было хоть немного светлей, то он бы, наверное, понял, куда идти, но его со всех сторон обступала кромешная тьма, из которой, казалось, не найти выхода. Легкий страх сменился настоящей паникой. Парнишка изо всех сил пытался успокоиться. — Дазай-сан? — звонко спросил он, но голос заметно дрожал, отражаясь от мокрых стен канализации. Ацуши не успокоился, даже услышав собственную речь. В этом странном месте всё казалось чужим и холодным, и, стоя по колено в ледяной воде, парнишка не мог унять дрожь. Ответа не было. — Дазай-сан? Где вы, Дазай-сан? — уже срывающимся голосом повторил он и после нескольких секунд тишины внезапно сорвался с места и побежал, постоянно припадая на болевшую ногу и чувствуя, что с каждым мгновением внутри него все усиливается холодок страха. Внезапно он врубился во что-то теплое. Парень с ужасом понял, что теряет равновесие и может искупаться в ледяной воде. Этого не случилось, ведь его поймали за локоть в последний момент. — Успокойся, — донёсся до Ацуши знакомый, приятный голос. Парнишка всё-таки не упал, но все равно был взволнован. Свои чувства он даже сам не мог понять. — Почему вы не отзывались? — резко сказал он, а потом добавил уже более смягченно и даже как-то жалобно. — Простите меня, просто я очень боюсь темноты… Можно я… возьму вас за руку? Дазай сначала кивнул, но потом, подумав о том, что Ацуши все равно не увидит, произнёс что-то похожее на «угу». Он почувствовал, как до его локтя робко дотронулись тонкие, дрожащие пальчики. Сначала они мяли ткань одежды, медленно спускаясь по рукаву, а затем, едва коснувшись ладони, обхватили её так сильно, что это казалось удивительным для такого хрупкого тела. Ацуши немного успокоился, чувствуя тепло чужой руки. Он спросил уже гораздо тише: — Что такое? Послышался короткий вдох, а затем Дазай произнёс: — Честно говоря, я давно уже не ходил этим путём. Здесь, кажется, направо нужно повернуть. Несмотря на свои слова, он довольно уверенно двинулся вперед, держа мальчишку за руку. Теперь Ацуши было гораздо легче идти и ему показалось, что даже нога перестала болеть и усталость совсем пропала. Дазай с каждым шагом двигался все быстрее и быстрее, постоянно ускоряясь. — Я знаю, куда идти, — сказал он, но почему-то равнодушным тоном, хотя на самом деле хотел произнести это совсем иначе. Он уже давно ни с кем не разговаривал и почти совершенно отвык от простого общения. Вдруг Дазай остановился и, кажется, стал искать что-то. Он включил фонарик, и Ацуши увидел в паре шагов от них ржавую, мокрую лестницу. Произошёл щелчок, и снова стало темно. Тишину нарушил спокойный голос: — В этот раз первым полезу я, а ты следом за мной, хорошо? Пусть эти слова и были сказаны вопросительным тоном, Ацуши знал, что они не нуждаются в ответе. Он должен просто принять это как данность. В такой ситуации у него точно не было других вариантов. Не успел парнишка подумать об этом, как Дазай уже добрался до самого верха и открыл люк, запуская немного лунного света. Ацуши вздохнул и шагнул на первую ступеньку. Поднявшись на следующую, он почувствовал, как она скрипит и прогибается под его весом, словно вот-вот вся лестница развалится. С каждой новой ступенькой все ближе становилась луна, глядящая на него с небес, и все тяжелее было сохранять равновесие. Лестница оказалась не только непрочной, но и очень скользкой. В таком сыром месте точно не могло быть иначе. Когда Ацуши поднялся на самую последнюю ступеньку, почти полностью выбравшись, он впервые взглянул в лицо своего провожатого. Парень подал ему свою руку, которая почти от самого запястья была перебинтована. Ацуши протянул ему свою ладошку, не испугавшись внезапно обнаруженных бинтов, тогда Дазай потянул его на себя, помогая выбраться. Парнишка тогда впервые увидел эти светящиеся своими крохотными огоньками темные глаза. Может, в них просто отражался свет звезд, но Ацуши был почему-то уверен, что они светятся сами по себе. Он даже не успел хорошенько подумать об этом, как их взгляды встретились. Теперь и Дазай внимательно в упор рассматривал его, отчего последнему стало вдруг не по себе. Ацуши старался отвести глаза, глядел на одежду и темные волосы парня, пытаясь хоть как-то спрятаться от рассматривания. Дазай вдруг поднялся и закрыл люк, он произнёс: — Пойдем, Ацуши. Кажется, здесь никого нет. Парнишка послушно встал на ноги и, схватив темноволосого за рукав, зашагал рядом с ним. Они снова шли по совершенно не знакомой ему улице. Дазай остановился перед входом в небольшое четырехэтажное здание и стал искать что-то в карманах. Он достал ключ и отворил им дверь, почти на половину её приоткрыв. Ацуши смотрел на то, как тот стоит, держась за дверную ручку, как будто чего-то ждет. Когда он неожиданно понял, что его хотят пропустить, то немного смутился и быстро заскочил внутрь. Дазай зашёл следом и закрыл дверь изнутри, вызвав при этом негромкий щелчок. Он заставил Ацуши вздрогнуть и обернуться. По всей видимости они оказались в месте, которое было когда-то обычным маленьким коридорчиком, но теперь совершенно изменилось. В нем поселились сквозняк и сырость, краска на стенах уже совсем потускнела, а штукатурка потихоньку стала разрушаться. Дазай прошёл вперед, совершенно не обращая внимания на всю эту красоту. Он стал подниматься по лестнице, когда Ацуши подоспел за ним с вопросом: — А где ты живёшь? Ответ был довольно краток: — На четвертом. Ацуши немного улыбнулся, услышав это. Он почему-то сразу догадался, что ответ таким и будет. Этот едва знакомый, не очень-то разговорчивый человек с каждой секундой ему все больше и больше нравился. Они медленно поднимались по лестнице, но на самом деле парнишке хотелось бежать вприпрыжку. Наконец-то четвертый этаж. Дазай снова остановился возле двери, которая, кажется, вела в его комнату. Ацуши стоял рядом с ним, с нетерпением ожидая, когда они наконец смогут отдохнуть. Дверь открылась с тихим скрипом. Парнишка медленно, еле-еле отрывая ноги от пола, зашёл. На этот раз он увидел немного другую картину. Вся комната была похожа на чье-то рабочее место. В довольно просторном помещении находилось несколько письменных столов, но почти все были сдвинуты в один угол. Раньше, скорее всего, они стояли в центре комнаты, занимая большую её часть. Видимо тот, кто здесь живет, решил освободить место. Лунный свет лился из двух окон, одно из которых было обставлено столами, а возле другого находился небольшой диван. Видно было, что он совсем не из этой комнаты, просто не подходил он совершенно под ту обстановку, что царила в ней. — Располагайся, — услышал Ацуши голос позади себя. Дазай прошёл мимо него и положил свое оружие на стул, который стоял отдельно. Ацуши завалился на диван совершенно без сил. Дазай молча взглянул на него, понимая, что тому лучше бы сначала поесть и просушиться. Он видел, с каким блаженством парнишка закрыл глаза, и весь его вид в одно мгновение стал таким спокойным и безмятежным, что не хотелось тревожить этого измученного мальчишку. Темноволосый просто сел рядом с ним, почти на самый краешек дивана. — Дазай-сан? — послышался робкий голосок. Парень повернулся на звук и с непонятно откуда вдруг появившейся теплотой в глазах взглянул на Ацуши. Тот в недоумении смотрел на него. — А вы не собираетесь спать? Дазай лишь молча продолжил разглядывать его. Затем он медленно стянул с себя верхнюю одежду и сбросил её на стул, что стоял рядом. Ацуши все ещё смотрел на него выжидающе. Повисла тишина, нарушаемая лишь звуком дыхания. Дазай осторожно прилег рядом с ним, почувствовав какое-то необычайное тепло внутри. Именно в этот момент он был по-настоящему счастлив. Теперь ему не придется скитаться по городу в одиночку, кое-как продлевая свое бессмысленное существование. Теперь появился тот, кому он нужен и кого он должен защитить. Дазай почувствовал, как Ацуши пододвинулся к нему ближе, пытаясь согреться, дотронувшись до него холодными, как лед, руками. — Приятных снов, Дазай-сан, — тихо сказал он, не открывая глаз. Парнишка уже засыпал. — И тебе тоже. Возможно, на их пути будет еще много препятствий, но все же они смогут пройти их вместе. Главное — верить. Теперь надежда появилась у каждого из них. Они непременно выживут, а еще обязательно застанут то время, когда наконец все смогут жить спокойно и больше не бояться. «Спокойной ночи, мой милый Ацуши. Спи крепко и знай, что я буду защищать тебя, несмотря ни на что. Мы пройдем этот путь вместе, до конца. Ничего не бойся, ведь я рядом…» Дазай взглянул на безмятежное, грязное личико и впервые на долгое время, чуть приподняв уголки рта, скромно и радостно улыбнулся.