Верь мне,малыш

-Гуки, я дома. Пак снял обувь и прошел вглубь дома.На кухне, в гостиной, в зале-негде Чонгука не обнаружилось.Чимин зашел в спальню, но и там его не было…вернее он так подумал. Теплые руки обвили тонкую талию юноши… Чонгук зарылся носом в белокурые волосы Пака и вдохнул их терпкий аромат. -Ммм… Малыш, я скучал… Чимин улыбнулся и прикусил губу.Чон продолжал своё дело, нежно поглаживая животик младшего, но даже сильный аромат возбуждения омеги не смог перебить резкого запаха курева. -Ты курил? -Н-нет.-Голос предательски задрожал, и Чимин проклял всё на свете. -Нееет, не смей мне врать. Он опустил руку до ремня младшего. -Ты будешь наказан, малыш… Рука скользнула в боксеры, захватив возбужденный орган у основания.Эмоции накрыли с головой, заслоняя собой весь простор мыслей.Чимин прикрыл рукой рот, сдерживая стон. -Н-не надо…папочка… Чонова рука все ещё приносила удовольствие Паку, как вдруг Чон остановился и отошел на шаг от младшего. -Раздевайся. Пак дрожащими руками снял с себя школьный пиджак, следом за ним расстегнул поочерёдно пуговки на рубашке и избавился от нее.Тем временем Чон сел на кожаное кресло, наблюдая за младшим.Чимин потянулся к ремню, расстегнул его, ширинку и освободился от брюк.Гук вскинул брови, дав понять, что это не всё.Чимин послушно снял с себя боксеры, не смея прикоснуться к пульсирующей плоти, дабы не разозлить папочку. -Теперь я хочу избавиться от одежды. Слова Чонгука были предельно ясны.Пак сел перед ним на колени и потянул вверх руками.Встав, он снял с него футболку и кинул в сторону.Чимин вернулся на колени и расстегнул ширинку джинс Чона, не отрывая взгляда от пресса.Чон погладил большим пальцем губы младшего, а тот взял его в рот, создавая пошлую картину для Чона.Младший отодвинул резинку боксеров, освободив набухший от возбуждения орган и стал водить по нему рукой.Гук упаивается такой картиной.Уж больно любил он пухлые губы, что так мягко и приятно окольцовывали его член.Каждый раз Чимин выглядел таким невинным, но вытворял такие вещи, что Чону крышу сносило.Омега накрыл губами пунцовую головку, взял её в рот, стал мягко посасывать, поглаживая языком уздечку, сочившуюся смазкой.Набухшие вены., властные руки, что сжимали в своих руках шелковистые пряди волос, томный взгляд и довольная ухмылка-всё создавало в Чимине ощущение подчинения.Оно отдавалось дрожью в коленях, во всем теле, заставляло сердце биться чаще, а разум накрывало серой туманной пеленой, не давая просочиться ни одной приличной мысли.Пак ослабил гортань и взял во всю длину, к которой он уже привык.Орган упирался ему в горло, не давая дышать, но он не мог остановиться.Двигаясь в своем быстром темпе, он не замечал как устают колени, стираются в кровь, болезненно ноют.Вместо этого в сознание пробивались стоны наслаждения Гука, что наслаждался процессом сполна.По-другому никак. Всё же Гук отстраняет того от себя, чтобы не кончить раньше времени.Сам Чимин тоже требовал разрядки, но понимал, что в планах Чона его сегодня помучать. Послушание — единственный способ получить наиболее мягкое наказание.Он давно это понял и активно пользовался, хотя куда же ему без привычных выебонов.Он любил во время течки уходить из дома без предупреждения, кричать на Чона без повода или как бы «случайно» царапать его машину.Гук злился на него и мог даже выпороть.Но Пак бы только рад.Он лишь стонал и оттопыривал задницу назад.Чон чувствовал себя садистом, но упоительные стоны младшего говорили об обратном, о том великом наслаждении, что он ему доставлял. Пак подошел к кровати, ступил на нее коленями, после руками и встал на четвереньки.Чон подошел к нему сзади, сбросив с себя боксеры, а за ними и брюки.Ухмыляясь он надавил пальцем на колечко мышц, что вызвало блаженный стон младшего.Чон ушел, вызвав негодование у Пака, но ушел он недалеко, лишь к шкафу.Подойдя он достал из него анальную пробку.Она была золотого цвета, формы лампочки с фиолетовым кристаллом.Пак прикусил губу, ведь он знал где она сейчас окажется.И не прогадал.Чонгук подошел к Чиму, приложил холодный металл к сочащейся смазкой дырочке, и не медля ввел.Пак прогнулся в спине, вобрав в себя игрушку полностью.Гук обвел пальцем оставшийся кристаллик и улыбнулся. -Я хочу слышать насколько тебе хорошо.-Своим низким, охрипшим от возбуждения голосом произнес Чон.Он взял в руку конец игрушки и стал двигать ею.Пак громко застонал, выплескивая на этом все свое наслаждение и закатил глаза.Чон слегка ускорил темп, выбивая все новые стоны.Но вдруг он резко вынул пробку, на что Пак хотел недовольно простонать, но не успел как почувствовал, что его вновь наполняет.Нет, уже не пробка. -Прости, малыш…но ты слишком соблазнителен.-Чон входит до упора, по основание, держа младшего за бедра насаживает на свой пульсирующий орган.Чимин сладко стонет, не в силах сдерживать себя.Комната наполняется их обоюдными стонами, шлепками их тел друг об друга и ароматом секса.Туман, наполнявший ранее их разумы, заполнил собою всё помещение.Это спальня-обитель ленивого отдыха, мягких поцелуев по утрам, гневных криков Чона опаздывающего на съемки, проклятиями Чимина в сторону тупой училки, что задаёт слишком сложные стихи.Но сейчас это обитель похоти и разврата.В центре этого бесстыдства два тела, что сполна наслаждаются друг другом.Чон двигается быстро, распределяя смазку по стенкам внутри Пака, надавливая на простату.Чимин же громко, надрывно стонет (из-за чего в их доме давным давно появилась звукоизоляция).Кричит имя своего любимого, просит не останавливаться, быть быстрее, резче, жестче.Чон же внимает просьбам своего малыша, ускоряясь до нельзя.Пак кончает уже во второй раз, пачкая спермой себя же.Чон же держиться, мучая своего малыша.Ждёт пока омежка начнет просить, умолять.И Чим делает это.Ему нравится быть снизу.А альфе нравится быть сверху. И нет, это не о позах.Даже если омега будет сам управлять темпом, восседая на возбуждении Чона (что уже происходило не раз)он будет знать-Чон как всегда все контролирует.Чуть что не так, омеге прилетает шлепок за плохое поведение. Обессиленные они падают на постель, прижимаясь друг к другу. -Не кури больше… -Ради такого хоть каждый день-Пак заливисто смеётся, не открывая уставших глаз.Кажется весь мир сейчас сосредоточен в глазах любимого.