Записи из найденого дневника

23 марта

Здравствуй, дорогой дневник. Как…сопливо звучит. Вчера у меня был день рождения и бабушка подарила мне сию тетрадочку. Честно, я понятия не имею, что с ней делать. Она посоветовала мне записывать свои мысли и события, происходящие в моей жизни. В своём писательском таланте я сильно сомневаюсь, поэтому не судите строго… Насколько мне известно, начинать принято с красочного вступления, в котором ты описываешь все те адские муки, что испытает человек, взявший дневник без спроса. Потом следуют описания внешности, интересов, количества домашних животных и прочее, прочее, прочее. Но дневник мой. Значит и правила мои. Поэтому, для начала ограничимся предупреждением: «Читающий этот дневник должен понимать, что за вмешательство в личную жизнь можно получить по шапке. А если шапки нет, имеет право получить шапку и только потом схлопотать по ней. Причем, не обязательно именно от меня. Да, пап, это и тебя касается. Ну, если я сама отдала его вам… Поздравляю! Вы — важный для меня человек, и я очень ценю ваше мнение. Интересного чтения.» Со вступлением мы покончили. Далее должно следовать описание внешности самой красивой и умной девушки, но я таких не знаю. А свое фото распечатаю позже и вклею.

3 апреля

Да, вот и начала вести дневник. В первый же день забросила сразу на неделю. А это только начало! Боюсь представить, когда будет следующая запись. Наверное, в следующем году. А теперь плавно переходим к событиям. Вчера ходили в церковь. Не могу назвать себя верующей, а вот бабушку очень даже. Еще не могу назвать верующим нашего батюшку. Он выгнал парня. Со скандалом и криками. Причём, парень никому не мешал, сидел у стенки и смотрел на всех. Может быть, я наивна до ужаса, но на вора он не походил. Вот нисколько. Разве это не противоречит вере? Я взглянула на церковь по другому… Многие из священников только требуют деньги. В церквях запрещают ставить свечки, купленные за его пределами, а за любую церемонию нужно заплатить. Не говоря уже о том, что некоторые освящают оружие и стрип-клубы. Может «не прелюбодействуй» и «не убей» написано не для них, для кого-то другого? Или они уже просто не боятся ни ада, ни судного дня.

18 апреля

Я говорила, что исправлюсь и буду писать чаще? Вроде бы нет. Значит, можно и не извиняться за долгое отсутствие. Говорят, что где-то в Африке обнаружена новая болезнь. Только этого для счастья не хватало. Интернет уже кишит сообщениями о конце света. О том, что Ванга и Нострадамус это предсказывали, а в одной из серий «Симпсонов» уже показывали подобное. Действительно, в истории человечества никогда не было вспышек неизвестных болезней, от которых умирало множество людей. Все это началось только три дня назад.

30 апреля

Все становится хуже. Возможно, они были правы. Скоро конец света.

1 мая

Ну и бред я вчера написала, нужно быть оптимистичнее. У нас есть все, что можно. Да и учёные не в нарды играют. Они пытаются понять, как справиться с той заразой. Нужно просто дать им время и все будет в порядке. Перечитала. Это звучит как-то отчаянно… Такое чувство, что я убеждаю себя в этом. Отчасти, это правда. Второй день я не могу справиться с тревогой. Чувство, что вот-вот должно произойти что-то плохое не покидает. Я сказала папе, но он отмахнулся. «Не говори глупостей, это все пройдёт…» И что я ожидала от него. Он всегда так говорит. Не следовало и надеяться на большее.

15 мая

Как странно. Прошло всего две недели, кажется, что целая вечность. Вчера ввели карантин. Оказалось, болезнь добралась и до моей страны. Из моей деревеньки уже уехали многие друзья. Их родители посчитали, что в более крупном городе шанс, что окажут своевременную помощь выше. Я с ними согласна. В нашем захолустье одна больница, мест в которой уже нет. Врачи не представляют, что делать. Если бы не указания из центра… Но лекарство в разработке, шанс мутации мал. Да здравствует «Plague Inc»!

18 мая

Вчера заболела бабушка. Она помогала в больнице ухаживать за больными. Ну, как ухаживать… Готовила еду, развозила по палатам. Никто до нее не решался это делать. Все обходят больницу стороной, стараясь не смотреть на нее. Люди словно бояться, что заразиться можно лишь взглянув. Меня туда не пускают, как и отца. Нашла его плачущим над фотографией мамы. Стоило ему заменить меня, он накричал, закрыв перед моим носом дверь. Почему он так поступает? Мне тоже больно.

28 мая

Мы с отцом почти не общаемся.Лишь обедаем вместе. Вчера кто-то сломал часть забора и выкопал часть картошки. Отец ходил хмурый весь день. «Скоро друг друга за хлеб убивать будем.» Кажется, что он преувеличивает, но я не могу успокоиться. Эти слова до сих пор звучат у меня в голове. Люди действительно способны на такое?

29 мая

Бабушка умерла. За все это время нам так и не удалось увидеться. Мы переписывались первое время. Каждый раз она отвечала, что все хорошо и добавляла дурацкий смайлик. Я так не люблю их. Потом перестала. В больнице сказали, что она плохо себя чувствует и нужно дать ей пару дней. Но она так и не написала. А вчера… Отец заперся в комнате. Он не отвечает и я слышала звон разбившегося стакана. Мне страшно. Пожалуйста, пусть это будет лишь кошмарным сном.

30 мая

Отец вышел. Молчит.

15 июня

Мы сбежали. Четыре дня назад объявили о эвакуации здоровых людей. Вечером мы собрали вещи, чтобы не тратить на это время утром, и легли спать. А ночью кто-то разбил окно. Отец вытащил меня на улицу прямо в пижаме, сунул в руки кроссовки и дал знак, чтобы я быстрее одевалась. Многие дома горели, а по улице проносились люди, постоянно крича и кому-то угрожая. Я не помню, как мы выбрались. В себя я пришла только в сторожке лесника. Отец бил меня по щекам, пытаясь привести в чувство. Я плакала весь оставшийся день. Все кончено. Вся моя предыдущая жизнь кажется такой далекой…такой нереальной. Мне страшно. Господи, как же мне страшно. В сторожке уютно, пусть она и выглядит ветхой, но папа говорит — долго оставаться нельзя. Кто-нибудь, не обязательно с добрыми намерениями, найдет это место. Пока что мы едим ягоды и пьем воду из ручья недалеко. Наверное, это не очень разумно, учитывая ситуацию. Но консервы нужно экономить. Никто не знает, что ждёт впереди.

19 июня

Мы снова сбежали. Отец заметил двоих в паре километров от сторожки и мы ушли, не дожидаясь, пока они подойдут ближе. Сейчас прячемся на заброшенной заправке. Не лучший выбор — она закрылась еще три года назад. Ничего полезного здесь нет. Чернила в ручке уже заканчиваются. Отец ни за что не остановиться, чтобы поискать ещё. Он и сейчас смотрит на этот дневник с неприязнью.

21 июня

Возможно, это моя последняя запись в этом дневнике. Вчера я слышала шаги возле заправки, но выглядывать побоялась. Лишь сжалась, закрыв глаза, и молилась, чтобы нас никто не заметил. Отец, узнавший об этом, быстро собрался и повел нас дальше. Сейчас сижу в придорожном кафе. Папа отошел и сказал сидеть тихо. Его нет уже два часа. Я боюсь. Что если он не вернётся? От одной мысли об этом наворачиваются слезы и паника захватывает. Пожалуйста, папа, вернись. Если его не будет в ближайшее время — я пойду его искать. Все будет хорошо. Если выживу — отпишусь. :)

наверное 24 июня

Не выжила. Жаль. Нашел этот дневник в канаве. И поднимать то не хотел, если бы не два тела рядом. Девушка и мужчина. Оба засстреляны и съедены наполовину. Жуткое зрелище. Мы бы закопали, если бы не мертвецы. Они наступают слишком быстро, единственное, что я успел — дневник с собой забрать. Сам не знаю зачем. У меня и ручки то не было, благо Витек одолжил. Единственное, что сейчас остается — писать и надеяться на лучшее. На то, что мы выберемся. Выхода у нас нет. Нас окружили. Если выживу — отпишусь.