Слабое звено

Был уже вечер. Когда я постучался в дверь, старший Хадсон открыл мне. Он стоял уже в халате и готовился ко сну. —Мистер Хадсон! Я не знаю, что мне делать! Я был уже в неадекватном состоянии. —Ноен, малыш, присядь. Рассказывай. Ты узнал, что с Чейзом? —В этом вся и проблема! Мне кажется, что Чейз у моего отца. —ЧТО? Я мог доверять только Хадсонам. Я не знаю почему, но я доверял им с самого начала. Ну, конечно, первое знакомство было не очень… —Я узнал, что ту записку подделал мой отец, так же он пытался убрать все улики. —Ноен, оставайся тут, я должен поехать к твоему отцу. Я более опытный в подобном деле —Подождите, будет слишком подозрительно, если вы приедете. Я съезжу, если нужно будет ваша помощь, я сразу сообщу. Мистер Хадсон погладил меня по голове. —Ладно, но, Ноен, будь на-чеку. —Мистер Хадсон, вы воспитали изумительного сына и он нашёл себе замечательную пару… —Что есть-то есть. … Я отправился к дому отца. —Пап, ты тут? —Сынок, конечно тут.— сказал он, не выходя из соседней комнаты. —Пап, я тут подумал, что… .— не успел я договорить, как мой отец меня перебил —Не думал, что ты так быстро догадаешься. Сказал он, выходя ко мне на встречу. В его руках было кровавое полотенце. Мне стало безумно страшно, но я сдерживал свои эмоции. —Отец, где он? —Думаю, ты его уже не увидишь. У меня не было другого выбора, кроме угрозы ему. Я достал пистолет и крикнул: —ГДЕ ОН? —Сынок, опусти пистолет. Я же хочу как лучше. Я выстрелил в дорогую фарфоровую вазу. —Веди! Он развернулся и повёл за собой. Мы поднялись в старую гостевую комнату. Он показал мне на дверь. —Тут. —Открой! Он послушался и открыл дверь. Внутри сидел Чейз. Он был одет в наручники и ногами прикован цепью к стене. Длина цепи была всего около метра. Когда я его увидел живым, я почувствовал сильное облегчение. —Сын, я ещё не слишком стар, чтобы не предугадать все ситуации. — после этих слов он достал свои пистолет и направил на Чейза. Я сразу же направил свой ствол на отца. —Отец, но за что ты так? —Знаешь, Ноен, ты конечно хороший сын, но как глава мафии-дерьмо. Но это из-за твоих чувств, поэтому я решил избавиться от причины твоих чувств. Сынок, любовь-это побочное чувство. —Я готов отказаться от своего титула. —Всё ради этого щенка? Тогда не легче просто избавиться от него? —Нет! — сказав это, я загородил собой Чейза. Мы трое понимали, что такими темпами, мы проблему не решим. —Ноен, ты недостойный сын своего отца.—сказал мой отец. И раздался выстрел… Отец выстрелил, но не попал. Вместо этого он просто упал. Сзади него стоял старший Хадсон. Он ударил по затылку моего отца, но так, чтобы он не умер, а просто упал без сознания. —Приветик, детишки! — с оптимизмом сказал он. Я открыл замок на наручниках Чейза и отцепил его от цепи. Я накинулся на него, как и он на меня. Под нашим напором, мы упали на пол. На полу мы просто обнимались и нежились. —Любовь моя, я люблю тебя. —Ноен, я тоже. —Кхм кхм. — наши нежности перебил отец Чейза.— Пойдёмте домой, нужно ещё много всего обговорить. Мы ехали домой, не отпуская руки друг друга. … Мы были уже у нас дома и сидели за столом. —И так, нужно будет отдать это дело на решение в мафиозное сообщество. Ноен, но только тебе делать главный вывод. Это дело не обойдётся без решения главы самого влиятельного клана. —Да, мистер Хадсон, вы правы. Но мне нужен ваш совет. Всё-таки он мой отец, но сделать такое… непростительно. Если бы это был не Чейз, я бы просто приказал изгнать из страны без родовой фамилии. Но Чейз… .—Я положил руку на его колено. — Делать так больно мне и моему любимому. —Ноен, я понимаю твои чувства. Поговори лично с Чейзом и реши. —Спасибо вам за всё. Вы мне стали как настоящий отец. Оставайтесь сегодня на ночь, уже поздно уезжать. —Конечно, спасибо. … Мы уже лежали с Чейзом в одной кровати. Его отец спал в соседней комнате. —Как же небезопасно нам быть вместе. Нас хотят развести даже, даже когда мы в одной кровати. —Солнце, я готов быть с тобой всегда. Установим охрану на все входы и выходы. —Чейз, когда я прочитал то письмо, я чуть не умер. Я не мог тебя найти и всё такое… —Тихо, всё хорошо. Я рядом. Успокаивал меня Чейз, почувствовав, что я могу расплакаться, вспоминая об этом. —Ноен, я хочу тебя.