Мальчик не плачет

08 мая 2019 год

— Есть, конечно, плюс в том, что у тебя не много вещей, а мало: проще при переезде, — говорит Кирилл, общаясь с Захаром, что сидит на диване в гостиной и следит за каждым его передвижением по квартире. То, что он съезжает от него к отцу, его совсем не радует, что очень странно. Он, по сути, избавляется от балласта в его лице. Теперь может делать в своем доме, что хочет, хоть голым ходить. Впрочем, присутствие Кирилла никогда не останавливало его щеголять «в чем мать родила». Но зато может свою подружку свободно к себе приглашать, никакой школьник им больше не помешает. — Что ты кислый такой? Должен, наоборот, радоваться, — озвучивает мысли. — Радоваться чему? Что опять один остаюсь?! — Говоришь так, будто я тебя бросаю. — Так и есть. — Я имею ввиду, что бросаю, как… — Кирилл задумывается, как правильно донести ему то, что он хочет, — как какая-то девчонка! Ну ты понял, будто мы состояли в отношениях. В этом смысле. — Я понял, — усмехается Захар, а сам думает: «Было бы славно, если бы реально состояли в отношениях», и добавляет: — Мы не парочка, но можем это исправить, — двусмысленно улыбается и хитро глядит на Кирилла. Его узкие глаза становятся еще уже, правда, тут же округляются, когда перед лицом вырастает средний палец, многоговорящий знак, означающий только одно: что он может и не мечтать. И не важно говорит он всерьез или шутя. Иногда Кириллу действительно становится боязно за свое целомудрие в компании с Захаром: его шутки порой кажутся совсем не шутками. Но Кирилл отгоняет от себя дурные думы: у Захара просто такая манера общения. Ему кажется, что он флиртует даже с собственным отражением. Иначе он не может понять, что он делает так долго в ванной комнате каждое утро, что ему приходится держать себя в руках, чтобы не сходить в раковину. — Я буду приходить часто в гости. — Так все говорят, когда уходят из жизни человека навсегда. — Про всех людей Кирилл не может ничего сказать, знает только, что так говорит Слава. Обещал, что будет писать ему и звонить, а сам потерялся в Америке. После того, как попал в больницу, больше не обижается на Романова. Это был его выбор и его решение. Нужно проще относиться к людям и не сильно к ним привязываться. Люди приходят и уходят. Редко кто остается до конца. Если только родители, но в его случае лишь отец. Мама его бросила. Предала. Но и это теперь не особо трогает его израненную душу. Когда самый близкий человек подвергался серьезной угрозе, чаша на весах, заполненная обидой, завистью, ненавистью перестала весить и одного грамма; резко взмыла вверх под тяжестью страха за жизнь. Кирилл понял, что нет ничего ценней здоровья родных людей, а все остальное, на самом деле, не должно держаться во внимании. — Тебе не идет ныть! — немного раздражительно. Захар еще никогда не представал перед ним таким пессимистичным. — Уверяю, что мой переезд никак не повлияет на нашу дружбу. — А я думал, что у нас что-то большее, чем дружба, — пытается шутить Захар, но встречается с холодным взглядом Анохина, говорящим, что если он продолжит в том же духе, то ему придется уворачиваться от его ударов. — Ты серьезно не будешь поступать? — Я же тебе говорил, что пойду на заочное обучение, буду работать и что-то делать в сторону своей мечты. — Не проще было пойти по моему предложенному пути? После учебы и играл бы. Плюсом в универе нашел бы людей по интересам. Ставили бы концерты с живой музыкой на разные студенческие мероприятия. — После учебы у меня бы не осталось сил на творчество. К тому же, не хочу я просиживать штаны на лекциях, которые мне не интересны. — Боже, если бы я так рассуждал, то сейчас бы жил в мусорном контейнере. — Выдает кричащий, свистящий звук, от безнадежности прикрывает лицо руками. Может такими речами сильно обидеть Кирилла, но он совсем его не понимает. Он позаботился о его жизни, он предоставил ему «золотую» ложку. На, возьми, Кирилл, пользуйся ей, но Кирилл воротит носом и просит свою привычную проржавевшую. Захар никогда не понимал людей, что усложняют себе жизнь. — Можно подумать, после работы у тебя будут силы. — После работы будут! Буду выходить на неполный рабочий день, или найду работу с графиком два на два. — По голосу Анохина осознает, что ранее сказанные им слова все же его задели. — Ладно, это твоя жизнь, но знай, что ты в любое время можешь рассчитывать на меня. Если через год все же надумаешь перевестись на очное обучение, предложение Павла Станиславовича будет в силе. — Спасибо, — благодарно улыбается Кирилл, и за такую его улыбку Захар готов пойти на многое. Даже на одиночество, с которым он столкнулся. Тишина, что язвой образовалась в его квартире, сводит с ума. Не помогает ни телевизор, которым он пользуется раз в полгода, ни музыкальная колонка. Фоновый звук заглушается потоком громких мыслей, и объектом всех их является Кирилл. Этот подросток, пять минут как взрослый человек, но с поступками и думами ребенка. Этот восемнадцатилетний паренек, что в первое время скалил на него зубы и рычал на него, как дворовая злая собачонка. Этот человек, которого он знает три месяца. Еще никогда ни к кому так быстро не привязывался. Еще никогда не был ни от кого так зависим. Кирилл съехал от него три дня тому назад, но без него Захар уже лезет на стены. Толком заснуть не может без его храпа. Домой возвращаться будто нет смысла, поэтому часто задерживается на работе. Жизнь его откатилась на несколько месяцев назад: работа, дом, в который он приходит, чтобы поспать, редкие встречи с Алиной или Кариной. Работа действительно спасает от дурных мыслей, помогает забыться, но забываться, как раз-таки, на этот раз не хочется. Захара одолевает тревога, что он что-то теряет. Тень человека проходит мимо него, и он не в состоянии попросить его остановиться и остаться с ним. Он не из тех людей, что позволят упустить свое счастье, поэтому берет выходной и едет в школу. Договаривается с охранником, чтобы тот хотя бы пустил его во двор и позволил подождать Кирилла на лавочке. Сейчас урок, поэтому не видно ни одной души, что свободно бы разгуливала и ловила солнечные лучи, но слышно. Очевидно, некоторые ученики решили для себя, что уроки не главней перекура. Захар не осуждает их, сам был таким. Даже, наверное, был хуже. Он, конечно, отлично учился, но не отрывался от «интересов» сверстников. Сбегал с занятий, курил в туалетах, шутил над учителями, приходил на вечеринки к сомнительным знакомым одноклассников. Юность его бурлила, била через край, а молодость все прощала. И так было до детского дома, после него, и в студенческие годы. Находить общий язык с разными, даже с самыми тяжелыми людьми — его талант. И этот талант помог ему обрести человека, что наполняет его существование смыслом. Наконец-то звонит чертовый звонок, и Захар видит Кирилла, вышедшего на крыльцо школы. Натягивает на себя капюшон, оглядывается. Кого-то ждет. Захар встает с лавочки, поднимает руку, но Кирилл его не замечает. Рядом с ним вырастает пухлый паренек, с которым Анохин перекидывается пару словами. Кажется, он навещал его. Если не ошибается, Тимуром его зовут, которого все это время Кирилл называл предателем, а сейчас вполне дружелюбно с ним общается. По-видимому, его мальчик растет. Захар не сообщал, что приедет прямо в школу его увидеть. Да и такое желание было спонтанным и порывным. Не планировал, что сразу после пробуждения подорвется с места и отправится на встречу. Толком не принял душ, не уложил волосы, и теперь они копной торчат в правую сторону, успел только почистить зубы, так как сильно опаздывал. За то время, что жил у него Кирилл, назубок выучил его расписание. Знает, когда у него дополнительные занятия, когда перемены, когда он освобождается. И вот сегодня вторник, у Анохина семь уроков, и в три часа дня он может быть свободен. Дополнительные уроки по экзаменационным предметам у него по нечетным дням. Кирилл еще некоторое время кого-то ждет, но после беглым шагом идет к воротам, где его перехватывает Захар. Порой раздражает своей привычкой ходить, уперев взгляд в землю. — Неприлично съебывать, когда тебя ждут. — А ты что тут делаешь? — Пришел увидеть друга, что обещал меня не бросать. — Мы всего лишь три дня не виделись, что ты так драматизируешь. И ты допоздна работаешь. — Не оправдывай себя. — Хватает Кирилла за руку, просит посидеть с ним на лавочке некоторое время. Понимает, что тот спешит к отцу, так как хочет восполнить сполна потерянное время с ним, но Захар требует ему выделить хотя бы пятнадцать минут. Пусть он больше не нуждается в нем, пусть в нем больше нет необходимости, но это не означает, что нужно так резко и грубо вычеркивать его из своей жизни. — Я отниму у тебя немного времени. — Да можешь много, — пожимает плечами и надувает губы. — Если у тебя выходной. — И улыбается. — Ты это реально? — Ну да. — Самый лучший день в моей жизни! — напыщенно-эмоционально восклицает Захар и кладет руки на плечи Кирилла. — Я тебя бронирую на весь день! — Хорошо-хорошо! — неловко смеется и боковым зрением считает, интерес скольких людей возглас Исаева привлек внимание. — Ну как у тебя дела? Что нового? — Что может нового произойти за три дня? — недовольно, закатив глаза. — Вот с вузом определился и факультетом. Восемьдесят девять тысяч в год. — Оплатить обучение? — Не надо. Отец даст денег, а я в скором времени устроюсь на работу. — Не хочешь передумать? Павел Станиславович нуждается в молодых способных специалистах. — Я должен пройти через свой путь. Если за год не продвинусь ни на шаг к мечте, то подпишу договор с твоей компанией. Какой же упертый! Но это в нем ему и нравится. Напоминает его в молодости. Ловит себя на мысли, что рассуждает, как дед, будто ему шестьдесят лет, а не двадцать семь. — О, Саша! — зовет Кирилл. Так вот кого он ждал. — А одолжишь конспект по математике на вечер? Ничего толком не записал, пытался понять, что, вообще, происходит. — И хохочет, Саша ему улыбается и, выудив из рюкзака зеленую толстую тетрадь, протягивает Анохину, но ее перехватывает Захар. — Ты чего? — Мы сегодня идем в кино, не хочешь с нами? — Видит, как Кирилл испытывает жалкие попытки подружиться с Быковым, поэтому помогает ему. Саша — человек, за которого нужно держаться двумя руками. Да и в любом случае Кириллу нужно «замолить грехи». Даже если они после выпуска не будут общаться, то положительное впечатление о себе нужно оставить в любом случае. — Хочу, — отвечает Саша, чем удивляет Кирилла. Чтобы он согласился? Саша все больше и больше открывается с новой стороны. Рад, что Быков не отказался от предложения. Он, конечно, долгое время над ним издевался, обижал его и бил, и ему нет прощения, но все же Кирилл хочет все исправить, если это возможно. Коль Быков его простит за мерзкое поведение, он будет самым счастливым человеком на всем свете. Саша сам не ожидал от себя такого порыва, но, когда его «бросил» Слава, понял, что нужно что-то менять. Нужно меняться самому, нужно менять свое окружение, нужно менять мировоззрение, нужно менять свои принципы. После ухода Славы у него не осталось друзей. У него, в принципе, их никогда не было. Что он за человек такой, если не умеет выстраивать отношения с другими людьми? Необходимо это как-то исправлять, поэтому Кирилл и Захар его шанс, который он не должен упускать. По крайней мере, это всего лишь безобидное кино. Может быть, и разовый такой поход, поэтому думать о дружбе пока рано. Может, он покажется им чересчур скучным, что они больше его с собой никуда не возьмут. Но он безумно рад и счастлив, что они пригласили именно его. — Вот и отлично! — говорит Захар. — Я сейчас вас подвезу до дома, вы переоденетесь, и поедем тогда сразу в торговый центр. Какой-то новый хоррор вышел, если вы не против, то пойдем на него. Мне просто нравится такое. Кирилл пожимает плечами, мол, мне все равно, главное, чтобы это было не мелодрама, а Саша отвечает, что ему тоже было бы интересно на что-то подобное взглянуть. Он, правда, не признается, что он не любитель подобного жанра и что ему откровенно становится страшно при просмотре таких фильмов. Он должен создавать впечатление обычного парня, который не «от мира всего». Иначе такому, как он, навеки суждено остаться одному.