Предопределение

***

      Это был обычный зимний день, похожий на множество других, которые остались в прошлом. Белый снег, словно желая ослепить, ярко отражал солнечный свет, из-за чего люди были вынуждены прищуривать глаза, не понимая, почему же солнцезащитные очки являются летним аксессуаром, а не зимним. Скучный понедельник, во всяком случае, именно так он выглядел после веселых выходных, хотя такими они были не для всех. После предпоследнего урока на обветшалой крыше школы, уже повидавшей виды, стояли два подростка, несмотря на мороз одетые в одну лишь серую форму, будто пытались воплотить в этом образе всю мрачность своего настроения. А оно, несомненно, было ни к чёрту. Высокий темноволосый парень неспеша затянулся сигаретой, явно стараясь насладиться ей, ведь неизвестно, как скоро выдастся возможность ощутить этот терпкий и необходимый вкус никотина, а после передал её девушке среднего роста, которая, прищурившись, как-то грустно и тяжело смотрела на открывающийся с такой высоты вид на школьный двор. Парень прочистил горло, чем и привлёк её внимание, и девушка, словно очнувшись от каких-то раздумий, в свою очередь, неспешно взяла наполовину скуренную сигарету. После трех затяжек школьница потушила окурок о некое подобие бортиков, выложенных из старых обшарпанных кирпичей по краям крыши.       — Ну что, пойдём, Кира? — спросил парень, явно желая поскорее вернуться в более теплое помещение и совершенно точно не желая опоздать ко звонку       — Ещё пять секунд, Лёша, — ответила собеседница, выдыхая и глядя на появившийся бесформенный пар, тут же исчезнувший, — Не хочу возвращаться в школу.       — Училка же заметит, что нас нет на уроке, — то ли и вправду волнуясь, то ли не желая возвращаться в одиночку, произнес юноша.       — Плевать… — выпалила слегка нервно подруга, словно была раздражена, хотя причин для этого, казалось бы, и не было вовсе. Они простояли там до конца перемены, изредка шатен поглядывал на девушку, но почти сразу переводил взгляд на деревья, ветки которых были покрыты небольшой снежной шубой и сияли в лучах рано начинающего заходить за горизонт солнца. А потом Кира произнесла фразу, ставшую началом пиздеца в её жизни:       — Когда ты собирался мне сказать? — резко выпалила она, прервав тем самым образовавшуюся тишину. Нервный выдох. И ещё один...       — Сказать о чём? — явно не понимая, решил спросить парень, пытаясь вспомнить все возможные ошибки и промахи, которые он мог ненароком успеть сделать недавно, но в голову совсем ничего не шло. Кроме одного. И следующие слова девушки разом вытянули весь воздух из его лёгких, подтверждая его опасения.       — О том, что… что тебе плевать на девушек и на меня в частности. Когда ты собирался сказать, что ты — гей? — тихо промолвила Кира, а после прикусила губу, стараясь четко проговорить последние слова, которые так и норовили сорваться в схлипе. Было видно, с какой болью она их произнесла. Её лицо словно исчезло, а на его месте появилась маска отчаяния и боли, а ещё непонимания. Но она сдержала слезы и прямо посмотрев в такое родное лицо, продолжила, — Что у тебя с Владом? Это было на одну ночь или...?       — Кира, ты ебанулась головой что-ли? — Резко и грубо перебил её парень, — Это же звучит как бред! О чём ты воо… — девушка, не дослушав до конца его ответ, резко развернулась и ушла, так ни разу и не обернувшись на его крики.       «Всё равно соврёт», — подумала она.       — Охуенно, блять! Просто отлично! Замечательное начало недели, — Лёша с шумом выдохнул морозный воздух и тихо выругался. Он простоял так на крыше некоторое время, пока окончательно не замёрз.       По школе громко пронёсся звонок, ученики спешно побежали в классы, порой сталкиваясь с другими и роняя что-то. Игнорируя всех учителей и вообще что бы то ни было вокруг, Кира, нигде не останавливаясь и ни на что не смотря, направилась прямиком в туалет второго этажа. Зайдя в него, она с шумом захлопнула дверь, скинула рюкзак и осела на пол — ноги совсем не хотели держать тело. Она так и полусидела-полулежала на холодном керамическом полу, не двигаясь. По лицу текли обжигающие слёзы. Это чертовски больно, когда узнаёшь, что человек, которого ты любишь, от которого буквально зависит твоё настроение, твоё моральное состояние, обманывал тебя. Когда это произошло? Когда он переключился на парней? Он лгал ей с самого начала, или же он просто не понимал своих чувств до этого момента и благополучно забыл сказать об этом собственной девушке?       «Это предел мечтаний! Я ещё и ко всему прочему прогуливаю математику. Ладно, на это похуй. Мне теперь уже всё безразлично. Как я могла ему довериться полгода назад? Наивная идиотка! Это никогда не кончалось ничем хорошим. Дерьмо преследует меня везде... » — мысли неотчётливо то появлялись, то исчезали в голове, пальцы крепко сжимали волосы, оттягивая их вниз. Кира медленно тонула в мрачных эмоциях, а в горле словно появился огромный ком, что не давал вздохнуть. Было слишком больно осознавать, что это их с Лёшей конец. Теперь жизнь опустела. А в голове ярко отдавался лишь один вопрос: «Что мне делать дальше? Что делать то? Очевидно, это наш разрыв, я ему больше не нужна. Теперь и ему... Хватит, я так больше не могу, чёрт! Я не могу так! Как он мог?! Почему? За что?»       — Лёша, сука, за что?! — Неосознанно обрывок её мыслей вылетел изо рта, отрезая прошлое Киры от настоящего... Солнце исчезло за тучами, и в туалете, где сидела Кира, резко потемнело.