Impromptu fantaisie

Тэхён стоит у двери назначенной квартиры, в десятый раз сверяясь с номером, присланным по сообщению. Парень мнётся, переступая с ноги на ногу, и сжимает край рукава серого свитера. Ким шумно выдыхает через рот, пытается перебороть неизвестный мандраж, что густой массой скопился в груди и завязал тугой узел. Тэхён в очередной раз переводит взгляд на горящий экран телефона, убеждаясь в том, что он прибыл по правильному адресу, и включает фронтальную камеру. Тэхён запускает длинные пальцы в голубые волосы, поправляя чёлку, и делает финальный выдох перед тем, как нажать на звонок. Юноша делает два шага назад, чтобы в первый же день встречи с, возможно, будущим сожителем не познакомить своё лицо с открывающейся дверью. По ту сторону слышатся приближающиеся шаги, и Тэхён хрустит пальцами — привычка, от которой Ким никак не может избавиться. Через мгновение двери распахиваются и хозяин квартиры появляется на пороге, заставляя Тэ прокашляться в кулак. Первое, что он видит, — голый торс незнакомца, подкачанная грудь и дорожка волос, что уходит под резинку домашних спортивных штанов. Тэхён хрипит, прикрывая рот рукой, и смотрит исподлобья, встречаясь с заспанным лицом парня, сразу же отводя взгляд в пол. Время уже перевалило за двенадцать, Тэхён за сегодня успел уже приготовить завтрак Юнги и Чимину, съездить в торговый центр и подумать о проблемах человеческого масштаба, а некоторые только оторвали свой зад от кровати. Тэхён чувствует себя школьником, раз смущается при виде мужского тела, но, по сути, кто открывает двери незнакомцу полуголым? — Ты?! — резко выдаёт хозяин квартиры, и Ким слегка вздрагивает от крика. Тэхён вскидывает голову и ловит на себе прожигающий взгляд чёрных глаз. Ким пялится на лицо второго долгих три секунды, перед тем как осознание, что он где-то видел этого человека, сваливается на его голову как гром с неба. — Ты? — голубоволосый сжимает губы. — Тот напыщенный альфа, что пролил на меня свой кофе! Альфа складывает руки на груди, тычет языком в щёку изнутри и смотрит своими блядскими тёмными глазами слегка надменно, прямо в душу. Тэхён раздражённо фыркает, настраивая зрительный контакт и собираясь высказаться по поводу несправедливости этого мира, но вовремя себя одёргивает. Мысль о том, что жилья лучше, чем это, в ближайшее время он найти не сможет со стопроцентной вероятностью, действует как чудо-лекарство. Парень жмурится, запихивая свой гнев себе в глотку, и натягивает на лицо дежурную улыбку. — Прошу прощения, в тот день я был не в духе, — сквозь злость шипит Ким, стараясь выглядеть как можно дружелюбнее, однако прекрасно понимает, что сейчас с этой сумасшедшей улыбочкой он больше похож на серийного убийцу. Альфа деловито ухмыляется, ведёт рукой по крепкой шее, на которой чёрным узором расположена татуировка в виде летящего ворона. За его спиной появляется худая фигура, которая тянется к мускулистому телу и ведёт тонкими руками по широким плечам. — Чонгук-и, это кто? — сонно тянет омега, уставившись на скривившегося Тэхёна на пороге. Парень, названный Чонгуком, скидывает чужие запястья со своих плеч и, не поворачиваясь к омеге, который жалостно натягивает одеяло на своё стройное тело, выдаёт: «Проваливай». Омега кусает нижнюю губу, с надеждой в глазах смотря на альфу, и вздрагивает, когда тот повторяет: «Проваливай, ты оглох?». Парнишка вытирает выступившие слёзы и шумно шагает вглубь квартиры. Тэхён стоит статуей, наблюдая за этой картиной с приподнятыми от удивления бровями. На секунду Ким практически поддаётся сильному желанию развернуться и свалить как можно дальше, но в последний момент даёт себе понять, что ему необязательно втираться в дружбу с Чонгуком, поэтому смысла отказываться от жилья просто-напросто нет. Тэхён устало потирает переносицу, начиная постепенно раздражаться от ожидания, но в следующую минуту из коридора выходит всё тот же омега, уже полностью облачившись в свою одежду. Он трёт глаза, размазывая остатки своего дымчатого макияжа, и натягивает ниже тёмный топ, еле скрывающий рёбра. Тэхёна от этого вида передёргивает — Ким подобной одежды не надевал со времён средней школы, с тех пор как его омежью сущность смешали с грязью. Тэ неприятно морщится от нахлынувших воспоминаний. — Я позвоню тебе, — выдаёт омежка, оставляя поцелуй на скуле альфы, который и с места не двигается, продолжая стоять каменной стеной. Парень кидает недовольный взгляд на Тэхёна, и Ким выдаёт тихий смешок. — Не стоит мне звонить, — хрипит Чонгук, хватая Кима за запястье и рывком втягивая в квартиру, захлопывает дверь прямо перед смазливым омежьим лицом. — Жестоко, — посмеивается Тэхён, вырывая руку из захвата альфы. — Такие, как он, по-другому не понимают, — севшим голосом отвечает Чонгук и натягивает на себя белую футболку. Чон приглашающим жестом указывает на ближайшую комнату, распахивая двери, и Тэхён вопросительно смотрит на альфу. — Комната, которую сдаю, — уточняет Чонгук, и Ким понимающе кивает, осматриваясь вокруг. Комната выглядит довольно уютно и просторно, человек с ограниченными финансовыми возможностями вряд ли бы смог позволить себе подобное. В углу расположена широкая кровать, рядом — тумбочка, в другой стороне – шкаф-купе и письменный стол, над которым находится навесная полка, а солнечные лучи пробиваются сквозь большое окно в деревянной белой раме. «То что нужно» — думает Тэхён, ступая из стороны в сторону. — Осмотри всю квартиру, — Чонгук даёт о себе знать, и Тэ поворачивается через плечо. — Первая дверь напротив кухни — моя комната, туда не заходи, — уточняет темноволосый, перед тем как покинуть комнату. Тэхён довольно хмыкает, ставит руки на бока и, следуя совету альфы, идёт осматривать оставшуюся часть квартиры. — А что у тебя там? Прикрытый бордель с элитными шлюхами или нелегальная торговля наркотиками и оружием? — шутливо басит Ким, заходя на кухню. Тэхён вертится по сторонам, подмечая, что кухня довольно практичная, расстановка максимально удобная, и шагает дальше по коридору. — Одно из двух, — со временем кидает в ответ Чон, и уголки губ голубоволосого дёргаются в подобии улыбки. — Сколько тебе лет, Чонгук, верно? — спрашивает Ким, когда оказывается в особенно большой комнате, наверное, гостиной. Тэхён оценивающе разглядывает интерьер: два дивана, расположенные перед большой плазмой, две маленькие тумбочки со светильниками на них, барная стойка и пианино. На последнем элементе Тэхён задерживает своё внимание подольше, сглатывая ком, образовавшийся в горле. Парень медленно подходит ближе к музыкальному инструменту и невесомо ведёт пальцами по пыльным клавишам. Ким печально улыбается своим мыслям, когда вспоминает проведённые часы за учением нот. Он слабо нажимает на белую клавишу, выбивая из инструмента тонкий звук. Голубоволосый со всей уверенностью может сказать, что музыка была частью его жизни или, если быть точным, он был частью музыки. Если бы тому школьнику, Ким Тэхёну, с безграничной амбициозностью в глазах и рвением играть, сказали, что ему придётся бросить это занятие после… Тэхён запинается, снова погружаясь в гнусные мысли, и дёргает головой в попытке отмахнуть хмурые воспоминания. — Мне двадцать лет, — в гостиную входит Чонгук, и Тэ переводит на него незаинтересованный взгляд. — Тогда я тебе хён, — хмыкает Ким, и Чон повторяет то же действие. — Ты играешь? Откуда здесь пианино? — невзначай интересуется Тэхён. — Осталось от прежних хозяев, — отвечает второй, устроившись за спиной голубоволосого. — Почему от тебя, — тормозит Чон, придвигаясь ближе к парню. Тэхён чувствует на своей шее чужое дыхание и испуганно оборачивается, делая шаг назад. — Сладко пахнет? — заканчивает Чонгук, и Тэхён вновь прокашливается. Ким безразлично смотрит в тёмные глаза, не выдавая своего беспокойства. Старший вспоминает, что утром забыл выпить блокаторы. — Трахал одну омегу перед тем, как прийти сюда, — придумывает себе оправдание Ким. — Запах остался. Чонгук натягивает дерзкую ухмылочку, игриво присвистывая, и протягивает листок бумаги Киму. — Составим договор? — интересуется темноволосый и получает одобрительный кивок.

° ° °

— Боже, Тэ, неужели он настолько тебе не понравился? — тянет Пак, кутаясь в мягкий плед и наблюдая за другом, который метался по комнате в попытке найти свой телефон. — Он именно тот тип альф, к которым у меня зародилось особое чувство ненависти, — поясняет Ким и кидает на кровать рядом с Чимином зарядку для телефона; на том месте уже образовалась несуразная гора тэхёновых вещей. Чимин разочарованно вздыхает и суёт покрасневший носик в плед — только с улицы пришёл и, по его словам, «Продрог как собака». Тэхён теребит густые волосы, растерянно скользя взглядом по комнате, стараясь вспомнить, не забыл ли он ничего. — Да успокойся, — начинает Юнги, что до этого молча работал, уставившись в экран ноутбука. — Даже если ты что-то забыл, то ты можешь в любой момент приехать и забрать это. Тэхён кивает и присаживается на кровать рядом с рыжеволосым, который сразу устраивается на плече Кима. Чимин прикрывает глаза, устало мычит, играясь с серебряными кольцами на руке Тэ. Пак по выходным в утреннюю смену подрабатывает в кафе, поэтому к вечеру омега возвращается домой слегка измотанным. Тэхён улыбается, приобнимая друга за плечи. Ким замечает тот факт, что хоть он и выдаёт себя за импровизированного альфу из-за определённых событий, но всё же является омегой, как и Чимин, однако разница между ними почти колоссальная: Пак ниже Тэхёна практически на голову, у него очаровательные щёчки и милые ладони, что разнятся с тэхёновыми по размеру в пару сантиметров. А также, если смотреть со стороны, то их даже можно было назвать парой — Тэхён не выглядит таким хрупким, как Чим, его мешковатая одежда не даёт разглядеть фигуру, в отличие от обтягивающих джинс Пака, которые подчёркивают стройные омежьи ноги. — Тэхён, — раздаётся глубокий голос Юнги, что присаживается по другую сторону от Тэ. — Твой сожитель ведь альфа, да? — задаёт риторический вопрос старший и, не дожидаясь ответа, продолжает: — Если будет лезть — говори своему хёну, я ему член с корнем вырву, — хрипит Мин, путая голубые волосы омеги. Тэхён посмеивается, зажимает бледные костлявые пальцы Юнги в свою руку, переплетая. Чимин возмущённо фыркает, наигранно бьёт сжатым кулачком по груди Кима и ревниво дует губки. Тэхён протестующе ловит ладошку Пака, сжимая её второй рукой, и вновь чувствует тяжесть на своём плече от рыжей макушки. — Что за сопливая картина? — ворчит Мин, указывая на всех троих, что расслабленно устроились на кровати, но руку не выдёргивает. — Я буду часто приезжать к вам, потому что чувствую, что после проведённой недели с тем придурком, я буду готов убивать, — шутливо тянет Тэхён и слышит тихие смешки с обеих сторон. Ещё какое-то время друзья наслаждаются присутствием друг друга, а после Тэхён целует Чимина в лоб, возмущённого Юнги — в макушку белых волос, за что получает слабый толчок в грудь — Юн объясняется, что это слишком тошнотворно ванильно — и покидает квартиру, возле подъезда которой его уже ждёт такси.

° ° °

«Не шуми, если приводишь в дом омег и трахаешь их по ночам, Чонгук, будь человеком и ебись потише! Прошлой ночью я еле-еле сдержался, чтобы не выбить, к чёртовой матери, дверь в твою комнату и не вытащить эту шлюховатую омегу за волосы из квартиры, чтобы наконец-то перестать слышать эти громкие стоны!!!» Тэхён дописывает мини-послание своему соседу и со злостной силой стукает три восклицательных знака в конце, отчего чернила в ручке грозятся полностью вытечь. Ким шумно выдыхает, устало хватается за виски́ и с тако́й мощью клеит бедный стикер на холодильник, что техника начинает угрожающе трястись. Ким Тэхён конкретно заебался. Прошло уже две недели с его переезда, сегодня снова понедельник, выходные только закончились, а тот даже не успел толком поспать. К сожалению, внезапная смена обстановки пагубно сказывается на том, что у парня свободное время свелось на «нет» и любая возможность приехать к друзьям на выходные с треском проваливается. Все четырнадцать дней Тэхёна сопровождал недосып, нагрузка в университете, а самое главное — Чонгук вёл себя как свинья. Младший обладал категоричным характером, вел себя абсолютно непринуждённо, с одной стороны, но с другой — юноша был слишком безразличен к окружающим. Ким неоднократно становился свидетелем того, как Чон выставлял плачущих, с потекшим макияжем омег за дверь с бесстрастным выражением лица, а после кидал незаинтересованное «кофе будешь?» Тэхёну, будто ничего не произошло. Голубоволосый с уверенностью мог назвать себя равнодушным человеком, естественно, ему присуще чисто человеческое сострадание, но в основном Ким остаётся безучастен ко всему. Однако этих омег ему даже немного жаль. На прошлых выходных точка кипения достигла пика, когда одна из «жертв», стоя на коленях перед Гуком, который апатично сжимал пальцами сигарету, рыдала. В голос. Омега плакал так громко, что Тэхён с оглушительным стуком практически снёс с петель дверь на балкон и, накинув на изящные бледные плечи свою куртку, выпроводил того за дверь самостоятельно. Ким Тэхёна можно понять. Он привыкает к учебной обстановке и не может сосредоточиться ни днём, ни ночью. Сегодня только понедельник, нужно собраться с мыслями, выпить крепкий кофе, закурить и твёрдым шагом идти на пары, что Тэхён и делает. Вечером он обязательно поговорит с Чонгуком на эту тему. Ким закусывает нижнюю губу, поправляет пиджак болотного цвета и заходит в ближайшую кофейню за спасительным напитком. Омега за кассой мило улыбается, искоса поглядывая на Тэхёна, и смущённо отводит взгляд, когда встречается с ним глазами. Голубоволосый хмыкает и думает, что он, вероятно, и вправду похож на альфу, раз представители «слабого» пола одаривают его таким вниманием. — Пожалуйста, — пищит омега, протягивая стаканчик Тэхёну и, якобы случайно, касается длинных пальцев своими, застенчиво одёргивая руку после. Тэхён пару секунд смотрит на краснеющие щёки незнакомца и выходит из кофейни, потревожив колокольчик на двери. Ким чувствует себя, откровенно говоря, странно. Да, он, безусловно, в курсе, что не уродец, но такое неоднозначное внимание даже не льстит его самолюбию, напротив — вызывает кривую улыбку неприязни. Это чувство липким шаром расползается внутри и заставляет морщиться. И голубоволосый соврал бы сам себе, если бы сказал, что не понимает, в чём дело. Но он понимает, однако признать, кажется, никогда не сможет. Зависть. Ким Тэхён завидует «правильным» омегам и ненавидит себя за это, потому что он не сможет почувствовать все прелести такой жизни. Омеги могут без стеснений чувствовать себя слабыми и беззащитными, могут носить открытую и красивую одежду, могут флиртовать и заводить отношения с альфами, могут всё то, что не может Ким Тэхён. Потому что он больше не даст слабину, не даст себя сломать, вырвать остатки гордости из груди, как это было однажды. И Тэ сделает всё, что в его силах, чтобы отгородиться от внешнего мира и спрятаться в своём, где для всех он является альфой, спрятаться и больше не чувствовать той адской боли и невыносимого унижения. Ким Тэхён ничего не боялся и был таким же привлекательным омегой однажды, в школьное время, но потом произошло то, что заставило его с грохотом удариться о свою же гордость, свои принципы и самооценку. Всё это разлетелось вдребезги, и Чимин с Юнги с трудом сумели собрать всё по частям в единое целое. Тэхёна уничтожили самым жестоким способом когда-то, и ещё одного такого раза он не переживёт. Он просто рассыпется, душа окончательно изноется, а глаза станут похожи на два безжизненных озера, в которых кроме пустоты больше ничего не будет отражаться. Ким просто превратится в безэмоциональное нечто. Как тогда, в его пятнадцатилетие. Тэхён бьёт себя по лбу, избавляясь от удручающих мыслей, и настраивает себя на учебный лад, когда переступает порог университета. Тэхён впускает ладонь в отросшие голубые пряди и достаёт из-за уха припрятанный карандаш, черкает что-то в тетради и сильно жмурится в попытке прогнать усталость. Глаза закрываются, на часах почти полночь и, слава всем богам, омега почти закончил с домашним заданием. Парень меняет положение: подминает под себя правую ногу и вытягивает спину, которая ужасно затекла. Ким вертится на стуле, пытаясь найти то самое положение, в котором тело не будет испытывать дискомфорта, и хрипит, когда в ребре больно покалывает. Чонгука всё ещё нет, и Тэхён даже этому рад. Несмотря на то, что омега уже настроил себя с ним поговорить, он безмерно счастлив, что сейчас никто не нарушает и без того пошатнувшийся покой. Ким встаёт, тянется к настенной полке в поисках вчерашних эскизов и не успевает притронуться к стопке бумаг, как слышит звонок в дверь. «Странно, — думает Тэхён. — У Чона ведь есть ключи, с чего бы ему звонить?» Голубоволосый нехотя шагает в сторону прихожей и тянется к замку, слыша повторный звонок в дверь. Ким открывает с недовольным выражением лица и шумно фыркает, когда видит открывшуюся перед ним картину. Какой-то незнакомый парень с красивым лицом и приятным, но крепким виноградным запахом, стопроцентно альфа, опирается о стенку рядом из последних сил, в то время как придерживает бездыханное тело другой рукой. Сквозь чужой аромат моментально просачивается резкий запах алкоголя, и Тэхёна разрывает внезапное желание рассмеяться. Альфа скалится, прилагая все усилия, чтобы устоять на своих двоих, ведь вес Чонгука, что так безалаберно завалился на беднягу, явно не равняется сорока килограммам. — Простите, пожалуйста, вы не спали? — вежливо обращается незнакомец, и у Тэхёна сразу зарождается чувство уважения к этому человеку. — Нет, — севшим голосом отвечает Ким и с тяжёлым вздохом переваливает на себя тело своего соседа, потому что жалостливый вид второго уже просто невыносим. Альфа облегчённо отшатывается и упирается руками в колени, когда тяжесть перестаёт его обременять. — Пройди, объясни мне, почему этот чёрт в таком состоянии, и выпей воды, устал, наверное, эту тушу нести. Альфа выпрямляется и одаривает Тэ очаровательной, но в то же время вымученной, улыбкой. Незнакомец следует за соседом Чонгука и закрывает за собой дверь, принимаясь разуваться. Ким с огромным трудом дотаскивает отключившегося Чона до его кровати, кидая расслабленное тело на мягкую поверхность, и отдаёт мысленный респект тому альфе, который тащил этот мешок мышц хрен пойми откуда. Ведь Чонгук адски тяжёлый. Тэхён напряженно выдыхает и ставит руки на бока, уставившись на это. Ким наигранно хмыкает, при этом правый уголок губ устрашающе тянется вверх. Чимин всегда называл это выражение лица «ща убьёт кого-то, ставлю 100 баксов». — Прости, что побеспокоил, — хрипло тянет обладатель виноградного запаха, когда Тэ входит на кухню и следует к барной стойке, чтобы налить второму воды. — Меня зовут Хосок. Чон Хосок. — Всё в порядке, я всё равно ещё не спал, — без особого энтузиазма отвечает Ким, ставя стакан с прохладной жидкостью перед «гостем». Тот негромко стукает о стеклянную поверхность стола. — Меня зовут Ким Тэхён, — представляется в ответ. — Этот придурок надрался в стельку, — выдаёт смешок Хосок, допивая содержимое стакана. — С ним такое бывает, на самом деле он славный малый. Тэхён устало перебирает локоны, положив подбородок на скрещенные на столе руки и вслушиваясь в слова собеседника. Омега чуть затуманенным взглядом наблюдает за новым знакомым, подмечая тот факт, что тембр его голоса действует как снотворное, расслабляет. — За ним вечно таскаются омеги, а он просто даёт им то, что они просят, не осуждай его за это, он ведь не клялся им в вечной любви, — Тэхён заинтересованно наклоняет голову вбок, понимая, насколько проницательным является этот альфа. — Когда-то, возможно, ты узнаешь его и поймёшь, почему он ведёт себя так. Порой, он кажется безразличным, грубым и совершенно невыносимым, но он, — Хосок грустно улыбается, — он просто прячется. Голубоволосый завороженно наблюдает за красивым профилем парня напротив и не совсем понимает, почему он вообще это слушает, однако каждое слово старается отложить в памяти, запомнить. Хосок кладёт руки на колени, тяжело выдыхая и готовя себя к обратной поездке, а после решительно встаёт со стула. — Спасибо, — альфа совершенно завораживающе улыбается, и Ким не может не улыбнуться в ответ, замечая чудесные ямочки на щеках того. Чон проходит в прихожую, приседает, чтобы завязать шнурки своих кроссовок, и чуть пошатывается от усталости, когда резко поднимается. Тэхён многозначительно кивает в знак прощания и внезапно одёргивает альфу за плечо, сразу же ловя на себе непонимающий взгляд Хосока. — Ты что, в одной рубашке? — изгибает бровь Ким, когда осматривает парня с ног до головы ещё раз. — Там же градусов восемь, — негодует Тэ, а потом удивлённо хмурится, потому что…откуда вдруг беспокойство? Хосок вновь тянет уголки губ вверх, внушая доверие и зачаровывая своим дружелюбием. Тэхён на секунду подвисает. — Я на машине, спасибо за беспокойство, — говорит Чон и тянется к макушке голубых волос, растрепав и без того спутанные волосы. — Ты импонируешь мне, ещё встретимся, — альфа напоследок одаривает второго неоднозначным взглядом и скрывается за закрытыми дверями. Тэхён на пару секунд остаётся на пороге, осматривая свой замученный вид в отражении зеркала в прихожей, и пытается расчесать волосы рукой. Омега трясёт головой и опасно скалится, направляясь в комнату соседа. — Чем бы я ещё занялся? — спрашивает сам себя Ким, в то время как с особым остервенением стаскивает куртку с широких плеч. — Алкаш. Чонгук сводит брови и копошится, переворачиваясь на бок лицом к стоящему рядом с кроватью Тэхёну. Старший отбрасывает вещь в сторону и стягивает с темноволосого чёрные мартинсы*. Ким вскидывает голову, когда слышит неразборчивый хриплый шёпот сверху и подходит ближе к издающему звук парню. Чон сильно хмурится и выглядит жутко растерянным, губы дрожат и хаотично шевелятся, плотно закрытые глаза слегка подрагивают, а на лбу и висках выступили капельки пота. Чон Чонгук, который вечно сохраняет свой неумолимый вид, сейчас выглядит обречённым, и голубоволосый слегка теряется. Тэхён взволнованно смотрит на смятение младшего и прокашливается в кулак, прикладывая вторую ладонь тыльной стороной ко лбу альфы, измеряя температуру. «Ему плохо, что ли? Или мучает кошмар?» Тэхён шипит и убирает руку, когда понимает, что она непозволительно ледяная, как и всегда, и почувствовать жар он просто не в состоянии. Ким без раздумий нагибается ближе к лицу Чонгука и невесомо касается сухими губами горячего лба. Горячо. Очень. Омега рассеянно пропускает воздух сквозь сомкнутые зубы и шустро подрывается с кровати. Тэхёна резко останавливает железная хватка на своём запястье, и тот переводит взгляд на Чонгука, что крепко ухватился за него, находясь всё в том же потерянном состоянии пьяного полудрёма. — Почему ты бросил меня? — еле слышно выговаривает альфа, впиваясь пальцами в нежную кожу чужой кисти. — Все бросают…все бросают меня, — сипло повторяет Чон и беспокойно крутит головой. Тэхён сглатывает тяжёлый ком, образовавшийся в горле, и под чужим натиском вновь садится на край кровати. Омега теряется с каждой секундой всё сильнее и сильнее, совершенно не понимая, что нужно делать в такой ситуации. — Все бросают меня один за другим, — чуть громче хрипит Чонгук, словно в бреду, и беспорядочно тянется к омеге. — Всё хорошо, успокойся, — решается Тэ и совершает несвойственный для себя жест, притягивая младшего к себе. Альфа утыкается Тэхёну в грудь и крепко обхватывает того за талию, наконец потихоньку утихая. Ким старается игнорировать бешеный стук своего сердца, массажируя кожу на затылке Чона, заставляя альфу расслабиться в своих руках. Старший укладывает заспанного на кровать и тянется за сложенным рядом одеялом. — Джин… — тихо выдыхает Чонгук, и Тэхён практически каменеет, когда видит одинокую слезу, стекающую по мягкой коже щеки. «Боже, — мыслит Тэ. — Кто такой Джин и неужели существует человек, способный довести этого отрешённого альфу до такого состояния?» Омега открывает окно на проветривание, натягивает выше одеяло и ловит себя на мысли, что он сам на себя не похож. Ким оставляет на прикроватной тумбочке стакан воды и таблетки от похмелья, которые завалялись в его аптечке, и покидает соседскую комнату. Мысли находятся в катастрофическом беспорядке.