Impromptu fantaisie

Просыпается Тэхён действительно рано. Он мельком смотрит на часы в номере, понимая, что до официального подъёма, который наступает в 8 утра, ещё целый час. Омега, на удивление, бодро встаёт с кровати, стараясь издавать как можно меньше звуков, чтобы не разбудить своего ненаглядного соседа. Тэхён умывается, меняет свою пижамную футболку на спортивную олимпийку от Адидас и на свободные красные штаны. Одежда, которая привычно скрывает его фигуру на пять с плюсом. Ким аккуратно открывает двери их с Ёну комнаты и выходит в коридор. На этаже стоит абсолютная тишина, и Тэхён может удостовериться в том, что наставники ещё спят, как и все остальные. Омега выходит в холл, а после тихонько спускается по ступенькам на первый этаж, надеясь на то, что там дверь не закрыта. Та оказывается удачно распахнута, и Тэхён незаметно выскальзывает на улицу, решаясь осмотреть территорию лагеря. Вчерашний день был совершенно обычным: студентам дали время, чтобы обустроиться, после они отрядом сходили в столовую на обед, а вечером, перед ужином, они провели время в кругу своего отряда во главе с наставником. Тэхён узнал, что у их третьего отряда есть два старших, один из них — Джунхён, будет учителем у дизайнеров, а второй — Хану́, будет тренером студентов полицейского учреждения. После того, как студенты узнали простую информацию о них и получили ответы на свои вопросы, включая краткий пересказ их ежедневного расписания, они отправились на ужин. Нужно отдать должное, что еда здесь отменная, Тэхён всё больше начинает проникаться к этому месту симпатией. После семи вечера им дали свободное время до десяти, перед тем как все учащиеся разошлись по корпусам. Однако Ким чувствовал себя не очень хорошо, поэтому сразу после вечернего приема пищи завалился к себе в номер спать. Именно его ранний вчерашний отход в мир Морфея и объясняет то, что омега подскочил с утра ни свет ни заря. Тэхён осматривается по сторонам — воздух такой свежий и чистый, что Ким не прекращает делать глубокие вдохи, чтобы прочувствовать бодрость порочного утра. Омега набирает полные лёгкие тёплого воздуха — хоть сейчас только конец мая, погода так и шепчет, – и начинает неспешно бежать. Спортом он занимается регулярно, строго хотя бы три раза в неделю, но пробежки давно были забыты, так как на улице бегать Тэхён стесняется, а ходить в зал категорически отказывается — лишние взгляды сковывают его движения. Голубоволосый не спешит, чтобы не вымотаться слишком быстро. Он вертит головой то вправо, то влево: повсюду царит такая чудесная атмосфера, что на лице Тэхёна непроизвольно появляется довольная улыбка. Это поразительное место, Ким обещает самому себе, что обязательно приедет сюда ещё раз, не в качестве студента, а как простой турист. С одной стороны величественно возвышается густой лес, а с другой — шумит жёлтое море. Красота. Тэхён медленно бежит по аллее, приближаясь к огромному футбольному полю, на котором, как понимает омега, будут проходить тренировки полицейских. В голове Ким прокручивает план сегодняшних действий: в 8 подъём, после — завтрак, а дальше будет проходить первый мастер-класс; после — обед, далее наставники сказали, что у всех будет возможность искупаться и понежиться на золотом песке — море позволяет, солнце нагрело его до приятной температуры. Затем студенты отправятся на ужин, а дальше будет самое интересное — обещанная вечеринка, на которой все учащиеся смогут повеселиться. Звучит очень многообещающе, однако Тэхён крепко сжимает губы и слегка хмурится. Как бы он ни хотел насладиться купанием в море, себе он этого позволить не может, а мероприятия, подобные вечеринкам, его не совсем привлекают. Омега глубоко вздыхает, суёт руки в карманы и поворачивается в сторону поля, заинтересованно щурясь, когда замечает одинокую фигуру возле турников. Тэхён подбегает ближе, узнавая в человеке Чонгука, и уже собирается развернуться на все 180°, как слышит громкое: — Следишь за мной? Ким останавливается, оборачиваясь к Чонгуку, и тяжело сглатывает, когда смотрит на то, как альфа вытирает капельки пота с крепкой шеи. Чон скользит полотенцем по взмокшему лицу, голой груди и плечам. Омега напряжённо следит за его действиями — Чонгук одурманивающий, такой привлекательный, что глаз оторвать невозможно. Альфа надевает футболку, отрезвляя Тэхёна, который глупо пялился на сильную фигуру младшего. — Почему так рано занимаешься? — задаёт вопрос Ким, смущённо отведя взгляд. — Могу задать тебе тот же вопрос, — хрипло выдаёт Чон, с невероятной лёгкостью подтягиваясь, крепко ухватившись за перекладину. — Рано лёг вчера, вот и проснулся пробежаться, разведать обстановку. — А я просто всегда встаю рано, скучно просто лежать и втыкать в потолок, поэтому вышел заниматься, — объясняет в ответ Чонгук. — Не думал, что ты занимаешься спортом, ты достаточно худой для альфы, — саркастично добавляет тот. Тэхён безразлично хмыкает на такое высказывание и едва сдерживает рвущееся наружу: «Прошу прощения, свойственная омеге тонкая фигура». — Хочешь прогуляться? — спрашивает спустя пару минут альфа, не глядя на старшего. — Могу показать тебе тут всё. Хоть я здесь только второй раз, но местность знаю идеально. — Можно, — соглашается Тэхён, проверяя время. — До подъёма ещё сорок минут. — Этого достаточно, — басит альфа и, жадно выпив залпом половину содержимого бутылки, двигается вперёд. Ким последовал за ним. Чонгук молча повёл старшего за пределы лагеря. Ким уверен, что это было категорически запрещено — покидать эту территорию, но спорить не стал. Они аккуратно пролезли под шатающуюся доску забора и оказались прямо перед множеством высоких деревьев. Альфа пару раз оглянулся, прежде чем ступить на узкую тропинку, что вела в лес. Тэхён неуверенно посмотрел на младшего, ведь то, что они сейчас делали — не совсем разрешено, они могли отхватить хороших люлей от старших. Однако невозмутимое лицо Чонгука помогло Киму немного расслабиться и насладиться окружающей его природой. Они почти не говорили, просто блуждали среди стройных деревьев, слушая размеренное пение птиц. Молчание не казалось угнетающим, не было напряжённым, скорее наоборот: Тэхён чувствовал себя максимально комфортно. Компания Чона была, безусловно, весьма притягательной. Омега не испытывал неловкости, шагая бок о бок с младшим и останавливаясь рядом с каждым красочным цветочком, чтобы сфотографировать сие чудо. Наверняка Чонгук тайно потешался над старшим, думая о том, какой же он ребёнок. — Не отходи далеко, а то не выйдем, — ровным тоном предупреждает Чон, опускаясь на корточки перед жёлтыми одуванчиками. Тэхён кивает и по-ребячески пытается словить бабочку, которая машет своими белыми крыльями, порхая вокруг омеги. Ким хихикает, когда на лицо падает луч света, вынуждая прикрыться рукой. В лесу пахнет утренней росой и хвойными ветками, а также Тэхён отчётливо ощущает терпковатый аромат шоколада, что исходит от Чонгука. Подобная палитра запахов Киму щекочет нюх, приятным облаком оседая на розовеющих щеках. Омега не замечает, как сзади к нему подходит младший, кладя Тэ что-то на голову. Ким осторожно поворачивается к альфе, снимая неизвестный объект со своей макушки, и расплывается в очаровательной улыбке. В его руках оказывается неумело сплетённый венок из одуванчиков, который Тэхён снова цепляет на голову. — Ты красивый. Чонгук говорит это таким непринуждённым голосом, что Киму ненароком кажется, что ему послышалось. Он удивлённо расширяет глаза, смотря на младшего, который сохраняет стальную сдержанность, ни один мускул на его лице не дрогнул. Тэхён застенчиво хлопает длинными ресницами и отворачивается, хрупко улыбаясь. Он часто слышит подобное от Чимина, который просто обожает заваливать старшего комплиментами, и от Юнги, который постоянно поддерживает Тэхёна и напоминает ему о том, как он хорош собой. Но услышать подобное от Чонгука по какой-то причине особенно приятно и неожиданно. Не то чтобы Ким считал себя уродливым, просто омега из-за своего неподдельного страха скрыл где-то глубоко внутри своё природное очарование, страшась показывать его миру. Тэхён ухаживал за собой: его бледная кожа блестела и была мягкой, просто бархатной на ощупь, а волосы были мягкими и гладкими. Он ежемесячно ходил на депиляцию, избавляясь от всех лишних волосков, и использовал кучу разных бальзамов и лосьонов. Но самое главное было спрятано далеко-далеко, заперто на сотню замков, практически захоронено. Его омежье нутро просилось наружу, Ким безмерно хотел носить красивую одежду, подчёркивающую его стройную, модельную — из-за достаточно высокого роста — фигуру. Он хотел наносить макияж, который бы делал его лицо ещё более прекрасным, ярко выражал естественную красоту. Он желал обрезать отросшие пряди, которые постоянно покачивались перед глазами и жутко мешали, но они удачно закрывали часть лица, что помогало Тэхёну чувствовать себя чуточку увереннее. Омега всей душой хотел бы носить изящные украшения, что хорошо бы смотрелись на длинных пальцах и худой шее. Тэхён так отчаянно жаждал быть тем, кем он вопреки всем своим побуждениям стать не мог. Настоящим омегой. Ким закусывает губу и старается утихомирить бушующие гормоны, услышав от Чонгука комплимент, когда он выглядел именно так, вот что важно: с растрёпанными волосами, в огромной олимпийке и свободных штанах, без какой-либо косметики и даже без запаха. Просто красивый, как сказал Чон, а Тэхён уже рад безмерно, готов на собственных крыльях взлететь на седьмое небо. Это так глупо, так противоречит его образу «альфы», который он старательно создавал, что Ким не перестаёт делать попытки образумить себя и спуститься на землю, чтобы не выдать себя. — Благодарю, — сдержанно произносит старший, придав своему тону рассудительного холода. Годы практик чудом помогают предательски не дрогнуть голосу, на что омега победно хмыкает. — Пора возвращаться, лучше чтобы о нашем уходе вообще не узнали, — говорит Чонгук, уверенно ступая на тропинку. Тэхён одобрительно мычит, идя за альфой, и прячет смущенную улыбку в широком рукаве. Как бы он ни хотел себя отругать за слепую наивность, за эту ужасную черту его характера — детскую невинность, которая в эмоциональном плане сохранилась ещё с юношеского возраста, Тэхён лишь мелкими шажками идёт за альфой, ощущая себя нелепым школьником. Это чувство горячей жидкостью растекается в груди, греет сердце и вынуждает испытать необъяснимую эйфорию. Кажется, последний раз Ким проникался подобными эмоциями в далёком детстве, когда первый раз влюблялся. Это осознание того, как быстро мир наполняется невиданными до этого красками. Тэхёна мельком посещает странная мысль о том, что омега будто нюхнул чего запрещённого — всё вокруг кажется совершенно другим.

Неужели это чувство называют симпатией?

Ким нерешительно смотрит на впереди идущего Чонгука и грустно вздыхает. Омеге нужно перестать вестись на такие простые уловки и вспомнить о реальности, в которой не всё так сказочно и ванильно. Но внезапный порыв крепко обнять Чона появляется ниоткуда, Тэхён просто хочет почувствовать себя в крепких руках этого альфы, дать побыть себе слабым. И он практически не может противостоять этой невообразимой тяге. «Отчего же так сложно контролировать себя рядом с ним?» — всплывает у омеги перед глазами, пока он стеснительно хрустит пальцами.

° ° °

Первая половина дня проходит весьма спокойно, исключая один фактор. Очень настойчивый и упрямый фактор по имени Чхве Ёну. Сразу после завтрака часть их третьего отряда отправилась на мастер-класс в специально отведённую для художников аудиторию. Всё было отлично, наставник был безумно мил и много шутил, при этом рассказывая полезную информацию, которую студенты обычно не слышат, сидя на парах. Ёну постоянно находился поблизости, Тэхёна это не особо заботило, он не обращал на него внимания до тех пор, пока лёгкий флирт не начал перерастать в откровенные заигрывания. При любой возможности младший старался прикоснуться, погладить Тэхёна, не забывая обворожительно улыбаться и строить глазки. В какой-то момент Кима начало это реально напрягать, и после обеда, когда все учащиеся должны были пойти на пляж, голубоволосый решил остаться в номере, дабы без давящего чувства дискомфорта провести хотя бы несколько часов. Но его планы разрушились так стремительно и быстро, когда в комнату зашёл довольный сосед, который лохматил свои светлые волосы, глядя на Тэхёна открыто и прямо. — Не идёшь на пляж? — с надеждой в голосе интересуется старший, стараясь даже не смотреть в сторону Ёну. — Иду. — Отвечает Чхве, а Тэ незаметно улыбается, благодаря бога за услышанные молитвы. — Просто хотел, чтобы хён оценил мой купальник. И тут Ким замирает. Он, не двигаясь, пялится в экран своего телефона, когда слышит шуршание одежды, и настороженно поднимает взгляд. Младший стаскивает с себя футболку, меняет её на тёмно-красную шёлковую накидку, которую обычно надевают на пляж, чтобы не обгореть. Омега снимает короткие шортики, переступает через них и встаёт прямо перед кроватью Тэхёна, дьявольский огонёк проскальзывает в его карих глазах. Ким абсолютно не готов к тому, что сейчас происходит. Он опускает взгляд обратно на телефон, но Ёну выхватывает смартфон из его рук и тянется к тэхёновому подбородку, вынуждая смотреть на себя. На нём всё та же бордовая накидка, которая изящно перевязана тонким пояском, а также чёрные трусики-плавки, что плотно облегают кожу и просвечиваются сквозь полупрозрачную ткань халатика. Тэхён тяжело сглатывает накопившуюся слюну и пытается отвернуться, ведь его буквально прямо сейчас пытаются соблазнить. Конечно, Чхве Ёну безумно красив, этот наряд выделяет его тонкую талию и худые ноги, но Киму это все так безразлично, что кроме дикой неловкости младший не будит в нём никакие чувства. Это то же самое, что видеть лучшую подругу в нижнем белье или в том же купальнике. Согласитесь, помимо некого восхищения её красивой фигурой, вы не испытываете больше ничего такого, в особенности — возбуждения. Вот и Тэхён, он просто сидит на кровати и пялится пустым взглядом на омегу, стараясь смотреть сквозь него куда-то в стену, и не знает, что ему сказать или сделать. — Хёну нравится? — сладко тянет Ёну, придвигаясь ближе и кладя свои ладони Киму на плечи. — Эм, — Тэхён вжимается спиной в стену, хотя это мало чем помогает. — Чхве Ёну, не мог бы ты отодвинуться немного? — М? Неужели я не привлекаю тебя? — улыбаясь, задаёт вопрос Чхве и бестактно садится старшему на колени. Тэхён от растерянности начинает жевать нижнюю губу, в замешательстве выставляя руки перед собой, чтобы хоть на сантиметр сдвинуть с себя Чхве Ёну, но эти попытки оказываются не совсем успешными. Финальной точкой тэхёнового терпения становится тот момент, когда младший делает круговое движение бёдрами, потираясь о его пах. Ким прилагает всю силу, чтобы ссадить с себя омегу, и пулей вылетает в коридор. Он без разбора проходит чужие комнаты, направляясь на первый этаж в нужный кабинет. Тэхён стучит пару раз лишь для приличия, а после дёрганным движением открывает дверь, не дождавшись ответа. Сидящий за столом альфа лет сорока поднимает на Кима тяжёлый взгляд, явно не одобряя его поведение, но Тэхён сейчас настолько взвинчен, что никакие правила его не заботят. — Прошу прощения за вторжение, мне нужно срочно вас попросить оказать мне одну услугу, — выпаливает омега, в упор смотря на мужчину. Тот нехотя кивает, готовый слушать. — Переселите меня, пожалуйста, в другую комнату. У меня с соседом некоторые… затруднения. — Не хочу тебя разочаровывать, парень, но все уже распределились по комнатам. — Знаю, но я не могу жить с Чхве Ёну — так зовут моего сожителя. Попробуйте что-нибудь сделать. Может, кто-то согласен поменяться? Прошу вас. Мужчина тяжко вздыхает и снимает с переносицы круглые очки, складывая руки в замок. Он молчит пару секунд, а после вяло сообщает: — Ладно, я попробую что-то придумать, но не могу ничего обещать. Тэхён благодарит, поклонившись, и выходит из кабинета куратора, радуясь какому-никакому успеху. Омега замечает Ёну, который мило болтает с друзьями перед корпусом, и Тэ быстренько поднимается обратно в комнату. Ким прислоняется к запертой двери спиной, вытирая выступивший от волнения пот со лба. Ближайшие пару часов все студенты будут находиться на пляже, а это значит, что Тэхён сможет побыть в гордом одиночестве и поразмышлять, а также отойти от недавней выходки первокурсника. Омега зевает скорее не от усталости, а от нехватки воздуха, открывает окно, присаживаясь на мягкую кровать. Он вытаскивает из сумки блокнот для набросков и принимается зарисовывать в нём рандомный силуэт, дабы отвлечься и скоротать время. После ужина Тэхён задерживается на улице, чтобы не столкнуться с Чхве Ёну, пока все студенты разбегаются по своим корпусам, чтобы прихорошиться к сегодняшней вечеринке. Несмотря на то, что сейчас уже начало восьмого вечера и солнце плавно начинает катиться к горизонту, воздух сохраняет в себе теплоту жаркого дня. Ким с превеликим удовольствием просидел в номере в одной майке и шортах, пока никто не видел, потому что погода действительно удивляет своим палящим солнцем. Время проходит незаметно, и Тэхён решается забежать в номер, чтобы сменить свою олимпийку на свободную рубашку, дабы не выглядеть олухом на фоне остальных. Ким осторожно заглядывает в номер, а когда убеждается, что младшего там не наблюдается, более смело шагает за порог. Тэхён слышит, как наставники ближе к девяти вечера на этаже начинают подгонять оставшихся в корпусе студентов. Омега меняет красные штаны на широкие чёрные, а кроссовки — на коричневые туфли от Гуччи, и выбегает из комнаты, спускаясь на первый этаж, где потихоньку собирается их отряд. Он осматривает толпу людей: омеги одеты сексуально, слегка вызывающе, на их личиках красуется макияж, а в ушах покачиваются длинные серьги. Тэхён грустно вздыхает. Ким бегает по студентам глазами в поисках Чонгука, и находит. Альфа стоит впереди, пока к его боку крепко прижимается неизвестный Тэхёну омега, который смеётся громко и Чона кулачком в грудь бьёт. Тэхён поджимает губы и отворачивается, не желая портить себе настроение ещё больше. Старшие отводят всех на огромный участок под открытым небом, где приглушённо горят разноцветные шарики, создавая атмосферу. По правую сторону стоят палатки с закусками и слабым алкоголем, но Ким уверен, что кто-то да и принёс что-то покрепче. С левой стороны стоит молодой парень диджей, а в середине так называемого танцпола уже в такт громкой музыке прыгает разгоряченная толпа — два отряда уже прибыли сюда. Тэхён слышит пронзительный крик студентов, которые смешиваются в одну неопределенную массу, танцуя под оглушительную музыку. Со стороны это выглядит неумолимо весело, и Ким правда старается вписаться в эту атмосферу, но что-то гложет изнутри, и уже спустя пару минут он отходит в сторону. Тэхён берёт в руки стаканчик алкоголя — он не уверен, шампанское то или сухое вино — и делает большой глоток. Горло неприятно обжигает, и Ким морщится, ставя стаканчик обратно, напиваться совсем нет желания. Молодой бета улыбается, когда к нему подходят первокурсники омеги, которые мило щебечут, видимо, просят поставить определённую песню. Диджей кивает и задумчиво ищет что-то в ноутбуке, стоящем рядом, который подключен к огромным колонкам. Песня начинает играть, а у Тэхёна моментально вспыхивают румянцем щёки, когда он узнаёт этот трек. У Чимина, не знающего английский от слова «совсем», она полгода стояла на звонке, пока Ким не решил спросить у младшего, знает ли он перевод. На вопрос Кима Пак отрицательно качнул головой, а когда Тэхён показал ему перевод, то сразу же поменял звонок на другой. Он после этого ещё долго смущался и возмущённо пыхтел, прося голубоволосого не затрагивать эту тему больше никогда. До тэхёнового слуха доносятся первые строчки, и он сконфуженно ухмыляется, видя, как народ радостно подстраивается под новую песню. Наверное, никто даже и не знает перевод, а, может, студентов просто это не заботит. Тэхён забавляется собственной реакции, когда начинает играть припев. Омега смеётся над самим собой, когда понимает, что стесняется, как школьница. Take it slow, put it down on me I said jump on it, ride like a pony Lights down low, time to get naughty Все присутствующие танцуют горячо, двигаясь в такт музыки, атмосфера накаляется, и именно в этот момент его дёргают за руку, утаскивая в глубь толпы. Чхве Ёну облизывает губы, кладёт руки на тэхёновы плечи, начинает бесстыдно вилять бёдрами, приближаясь к Киму. Старший стоит истуканом пару секунд, растерянно смотрит по сторонам, когда вдруг в глаза резко бросается пара. Один из которых — Чонгук, сжимающий талию светловолосого омеги, который двигается совсем пошло, трётся задом о накаченные бедра альфы. Чон неожиданно поворачивается в сторону Тэхёна, будто заметив на себе пристальный взгляд, а словив на себе взор старшего, нахально улыбается и продолжает развязано двигать телом. Ким наблюдает всего секунду, перед тем как со злостью отвернуться от Гука и устремить стеклянный взгляд на впереди стоящего Чхве Ёну. В голове красным флаером мигает одна фраза, которую Тэхён просто не может игнорировать: «Чонгук просто играет с тобой, ему наплевать. Значит, и тебе должно быть наплевать» Ким уверенным движением разворачивает Ёну к себе задом, ухватив того поперёк талии, и начинает покачивать корпусом в ритм откровенной песни. Им движет невообразимый гнев, Тэхён прижимает к себе младшего крепко, так, что слышит вырывающийся из его груди стон, пока они одновременно делают своеобразные толчки бёдрами, что делает их танец жутко сексуальным. Омега заливисто смеётся, победно жмётся к Киму, уходя в отрыв, пока Тэхён старается выглядеть как можно непринужденнее и естественнее. Старший жадно впивается пальцами в рёбра Чхве Ёну, в попытке побороть своё раздражение, переделать его в заводную похоть. Когда звучат последние строчки песни, младший поспешно разворачивается к Тэхёну лицом и стремительно тянется к его губам. А Киму всё равно, он как будто в прострации, не слышит и не ощущает ничего, все звуки будто исходят из вакуума, не давая чётко их расслышать. Он понимает, что происходит только тогда, когда его с силой дёргают за плечо назад. Тэхён удивлённо распахивает глаза, поворачиваясь к наглецу, который срывает его отчаянные попытки забыться, и цепенеет. На него устремлены пара грозных, темных, как смола, глаз. В этих зрачках застыло явное недовольство, они смотрят глубоко, проникая в само сознание. Тэхён не чувствует подавляющих его натуру феромонов альфы, однако запаха, который заметно утяжелился, вполне хватает, чтобы заставить Кима почувствовать себя слабым и утонуть в этих карих глазах. — Что это было? — Чонгук говорит спокойно, и именно это ледяное спокойствие пугает до дрожи во всём теле. — Что ты имеешь в виду? — отвечает вопросом на вопрос Тэхён, придавая своему голосу нужного безразличия. — В какие игры ты со мной играешь? — Чон наклоняется к уху Кима, так как из-за музыки вряд ли можно что-то расслышать. — Я вижу, как ты пялишься на меня постоянно. Что за ревнивые взгляды ты мне даришь? — Я…не понимаю, о чём ты, — слегка растерянно, но всё также твёрдо сообщает омега. — Зачем ведёшь себя как девка? — рычит альфа, смотря Тэхёну в глаза. Старший чувствует сильный запах алкоголя, который исходит от Чонгука. — Сумки донести ты не можешь, постоянно косишься в мою сторону, как ревнивая сучка. Что с тобой не так? Тэхён глядит на Чона разбитым взглядом и не знает, что ему ответить. В груди ноет чёрная дыра, и омега едва не хватается за сердце. Отчего же эти слова делают так немыслимо больно? Ким чувствует, как начинают подступать слёзы, в горле стоит тяжёлый ком. Старший сохраняет отрешённый вид, зрительный контакт не прерывает, теперь он ни за что не покажет этому альфе свою слабость. На горло своё же наступит, но покатиться горьким слезам перед ним не даст. Тэхён не отвечает, он остервенело вырывается из чонгукового захвата и пробивается через толпу. Ноги несут куда подальше от этого места, а душа требует вернуться. Омега ненавидит и не понимает себя, Чонгук позволяет вести себя с ним отвратительно, бросает оскорбительные фразы, но сущность всем нутром хочет к нему. Ближе, как можно ближе. И это бесит, раздражает неистово. Тэхён добегает до своего корпуса быстро, почти за минуту, он запирается в своей комнате и сползает на пол, закрывая лицо руками. Теперь можно. Ким роняет голову на согнутые колени, пока его плечи подрагивают от мелких рыданий. Обида жжёт изнутри, будто собирается разорвать, изрезать тэхёнову душу в клочья, а после втоптать в землю. Омега чувствует себя таким жалким и доверчивым, таким бесконечно глупым. Потому что он, кажется, влюбился. Причем в самого противоречивого альфу на этой планете.