Глава первая. Ребёнок, который выжил.
29 января 2020 г., 21:51
Тисовая улица, 1980 год
Казалось, что самая темная ночь опустилась на улицы Лондона за последние несколько лет, но и самая шумная. Весь волшебный мир бушевал и радовался прекрасному событию, самому лучшему, что только могло произойти. Даже некоторые магглы, которые иногда не замечали и целые перевороты в мире магии, начали что-то подозревать. Особенно, когда тысячи сов пролетели через переполненный машинами и людьми город, совершенно без страха, что их поймают.
В дальнем конце улицы появился человек, старик, который шёл так медленно, что создавалось впечатление, что он парит по воздуху. Появился мужчина неожиданно и бесшумно, будто вырос из-под земли. Старик хромал на одну ногу, а седые волосы и борода необыкновенно светились под лунным светом. Лиловая мантия соприкасалась с мокрым асфальтом. Фонари на проспекте уже давно погасли, и единственное, что можно было увидеть сквозь темноту — ярко-жёлтые глаза кошки, которая сидела напротив одного из домов.
— Это следовало ожидать, — с лёгкой улыбкой прошептал Дамблдор, — Я думал, вы празднуете со всеми остальными, профессор МакГонагалл.
Кошка, к которой он обратился сразу же исчезла, а на её месте появилась женщина в изумрудной мантии и круглыми очками, которые свисали на переносице. Волшебница была раздражена, и даже не пыталась улыбнуться Альбусу, который предлагал угоститься лимонной долькой.
— Все так радостно празднуют смерть Вы-Сами-Знаете-Кого, что позабыли, какой ценой это свершилось. Джеймс и Лили Поттер мертвы, а их дети никогда не увидят своих родителей, — губы МакГонагалл были сухими, а в горле застрял ком. Женщина достала белоснежный платок из кармана и вытерла им слезы, которые скатывались по щекам.
— Мы тут, чтобы передать Гарри его единственным родственникам. Он должен воспитываться со своими родственниками. Тем более у сестры Лили тоже не так давно родился сын.
— А девочка? Как же девочка? Нельзя их разлучать! Они же двойняшки, они не должны расти по отдельности.
Альбус вздохнул, и старался быть менее эмоциональным, чем Минерва. Из спокойного и самого рассудительного профессора Хогвартса, МакГонагалл превратилась в грустную и одинокую тётушку. Хотя, женщину можно было понять, ведь именно она была крестной матерью девочки.
— Гермиона слишком слаба, Снейп сказал, что она не сможет дожить и до утра, — женщина приоткрыла рот, словно была готова крикнуть, — Северус отнесет её в место, где живут дети маглов, у которых нет родителей. Может быть малютке повезёт, она выживет и её заберёт какая-нибудь семья.
— Я могла забрать её себе, Альбус! Она моя крестница, и я несу ответственность перед Лили и Джеймсом.
— Это невозможно. Слишком опасно. Если кто-то из последователей Волан-де-Морта найдёт её, то никто не сможет защитить её. Если дети будут воспитаны в разных условиях, им угрожает меньше опасности.
Дамблдор старался не обращать внимания на женщину, которая шмыгала носом рядом с ним. Он посмотрел на часы, а потом на небо, где сразу же загорелись фары. Ночную тишину нарушили приглушенные раскаты грома. Их звук становился всё громче. И с неба свалился огромный мопед. Он приземлился на Тисовой улице прямо перед ними.
— Ну наконец-то, Хагрид.
— Вот мальчик, — Хагрид протянул Альбусу ребенка, и тот заметно оживился. Он посмотрел на мальчика с шрамом на лбу и улыбнулся. — Гарри Поттер, ты закончишь эту войну.
***
В отличие от Гарри, Гермиону преследовал проливной дождь, и, если бы не защитные чары, малютка бы замерзла и заболела. Северус Снейп мчался по улицам Лондона, стараясь как можно быстрее добраться до приюта Святой Марии. Больше всего мужчина хотел, чтобы маленькая частичка его вечной любви поскорее оказалась в безопасности. Малютка тихо посапывала, небрежно укутанная в зелёное одеяло. Единственное, за что был благодарен Северус, это то, что девочка не пострадала и смертельное заклятие никаким образом не коснулось её. Чёртов Джеймс, идиот, который не смог защитить свою семью. Несколько часов назад Снейп поднимался по лестнице дома Поттеров, стараясь помешать самому страшному преступлению. Но то, что было задумано, было уже не избежать. Сердце мага разбилось на куски, когда он взял на руки уже не дышащую любовь всей своей жизни. И кем бы он был, если бы не сообщил обо всём Альбусу? Северус изо всех сил сопротивлялся тому, чтобы оставить Гермиону в приюте, но он понимал, что не сможет воспитывать ребёнка в школе волшебства. Да и слишком кровоточит рана, когда брюнет заглядывает в глаза Мионы, которые так похожи на глаза Лили. О, его бедная Лили… Гермиона совершенно ничего не подозревая зевнула и улыбнулась крестному отцу, и Северус готов был отдать жизнь за эту улыбку. Этот ребёнок был самым умным из всех, которых только удалось повидать Снейпу. И они обязательно встретятся, и он уверен, что эта храбрая малютка обязательно попадёт в Гриффиндор и сделает всё, чтобы ей гордился каждый. — Не смей этого делать, Снейп! — раздался хриплый женский голос за спиной брюнета. Послышалось цоканье каблуков, и Северус уже несколько раз проклял себя за то, что пренебрёг безопасностью и не заметил, как девушка стояла за одним из деревьев в сквере. Капли дождя падали на серые как уголь кудрявые волосы, но это совершенно не могло испортить причёску ведьмы. В своём чёрном бархатном платье с кожаными рукавами, Беллатриса Блэк выглядела потрясающе. Хотя, Снейп подозревал, что навряд ли она сделает что-то против безопасности Гермионы, но всё же поднял палочку. — Что за шутки? — раздалось натянутое хихиканье, и одним движением пальцев палочка мужчины выскочила из его рук, — Дай мне её на руки. — Это единственное, что осталось у меня от Лили… Если ты что-то сделаешь с этой девочкой, твоя жизнь превратится в ад, — несмотря на слова, Снейп протянул ребёнка и Блэк взяла её на руки, так осторожно, опасаясь, что может что-то не так сделать. Гермиона улыбнулась и захихикала, когда неуправляемый локон Беллатрисы упал с её головы. Девочка потянула руки, чтобы схватить его, но никак не могла дотянуться. Белла смотрела на неё тёплым и влюбленным взглядом, и девушка даже не заметила, как на ее глаза навернулись слезы. Северус был,мягко говоря, в шоке, тёмный волшебник никогда не видел, чтобы Блэк кому-то улыбалась, причём так искренне. Белла была сумасшедшая, и это был один из ее сумасшедших поступков. — Ох, милая Миона. Я влюблена в твою улыбку. И я никогда не устану защищать тебя. Через несколько лет, когда мы встретимся вновь, я уверена, что ты будешь сиять ярче звезды. Ты вырастешь самой могущественной волшебницей, которую только видел мир. Может, даже лучше меня, но только если будешь стараться, — в шутку пригрозила Белла и оставила нежный поцелуй на макушке девочки. Девушка положила кулёк с младенцем на порог и, схватив Снейпа за рукав, телепортировалась на несколько метров, спрятавшись за деревья. Беллатриса стучала ногтями о дуб и считала секунды, когда монахиня уже откроет дверь и заберёт ребенка. Снейп так же ждал, но он относился к этому более спокойно, чем Белла, слишком много вещей за сегодняшнюю ночь потрясли его сознание. Когда дверь открылась и тусклый свет вырвался на улицу, Гермиона закричала то ли от холода, толи от одиночества. Блэк была готова сорваться с места и схватить ребенка, но холодная рука Снейпа остановила её, когда девушка сделала шаг вперёд. Белла смотрела, как монахиня берет на руки Гермиону и закипела от гнева, эта поза слишком неудобная для девочки, для ее маленькой девочки… — Это просто сумасшествие. У нас двадцать лет разницы, а она оказалась моей родственной душой, и единственной, кто искренне мне улыбается, несмотря на то, в каком я настроении. — О чем ты Белла?! — Снейп знал, что у Беллы были свои заскоки и девушка могла иногда нести чепуху, но это выглядело осознанной фразой. — Сивилла Трелони. Эта ненормальная дамочка опять впала в транс, и мне с Нарциссой повезло оказаться рядом. Она вцепилась в меня и все твердила о пророчестве, что один из детей, которые потеряют родителей в ночь полной луны, станет моей родственной душой и положит конец войне. И я не думаю, что это Гарри… — Так что это значит? — Северус отчаянно не понимал, что говорит Беллатрикс, или просто не хотел понимать. Ему было проще прогнать все эти мысли прочь, чем принять тот факт, что младенец станет в будущем женой одной из самых свирепых и сумасшедших ведьм. — Это значит, что я буду защищать её ценой своей собственной жизни.***
На следующее утро, когда Мистер и Миссис Дурсль обнаружили маленького мальчика на пороге собственного дома, Мистер и Миссис Грейнджер появились в приюте Святой Марии. Миссис Грейнджер не могла иметь своих детей, и сегодня утром встала с мыслью о том, что они именно сегодня должны взять ребенка из приюта. Или кто-то заставил их так думать? — Мистер и Миссис Грейнджер, вчера как раз принесли девочку, ей не больше года, но она уже пытается говорить. Это мелочь, но у неё такой же цвет волос как у вас, немного рыжеватый, миссис Грейнджер. Одна из дам, которая работала в приюте передала девочку в руки женщине. И когда глаза соприкоснулись с глазами Гермионы, то женщина приняла единственное верное решение. — Мы берём её! Мы будем идеальными родителями. Вы знаете, как её зовут? — В записке было указано, что её имя Гермиона. Но вы можете выбрать любое другое. — Нет… Гермиона Грейнджер, это идеально нам подходит, — раздался голос мужчины, который стоял за спиной миссис Грейнджер, — Она такая красивая. — Она наша, любимый…
