you should see me in a crown

Солнце опустилось за горизонт несколько часов назад. Лунный свет лениво освещал мост, который ведёт к Хогвартсу. Гермиона медленно шла в направлении школы волшебства и магии, в окне её комнаты можно было увидеть их армию. Если бы Джинни стояла у окна, она бы точно увидела Гермиону и несколько сотен магов, которые движутся вместе с ней. За спиной девушки шли не просто маги, а шли целые семьи. Нарцисса, Драко, Люциус и Снейп шли впереди, рядом с Тёмным Лордом. И с каждым шагом их армия приближалась к священному месту волшебников. — Их так много, — Гермиона оглянулась и посмотрела в глаза каждому, кто шёл позади неё, — Ведь каждый из них может погибнуть сегодня. Беллатриса посмотрела за свое плечо и фыркнула: — Это совершенно не важно. Они сражаются за правду, за тебя. Каждый из этих волшебников будет сражаться до последней капли крови, как и я. Гермиона тяжело вздохнула. Меньше всего она хотела, чтобы пострадали люди, а особенно её семья и Белла. В голове не укладывалось, что все эти волшебники верят в неё и её силу. Но самое главное, что это не все волшебники, что готовы сражаться с армией Дамблдора этой ночью. Волшебный потолок Большого зала по-прежнему был усыпан звёздами. Несмотря на то, что большая часть учеников под руководством Минервы МакГонагалл были эвакуированы ещё утром прошлого дня, почти все ученики Хогвартса сидели за большими деревянными столами факультетов. Некоторые были уже готовы к битве и сидели в дорожных мантиях, а некоторые все ещё сидели растерянные в своих халатах. — Мы должны помочь им! Я видела, как сотня мракоборцев прибывает в Хогвартс сегодня утром. Джинни Уизли сидела за столом Слизерина, окружённая не только учениками своего факультета, но и ребятами в синих, жёлтых и даже пару человек в красной мантии. Все эти люди и их родители знали Гермиону, и её родителей, и они были уверены в том, что именно за спиной юной волшебницы стоит правда. И Джинни взяла на себя ответственность за распространение этой правды. Девушка отвлеклась, когда мальчики начали бурно обсуждать план действий, и посмотрела на МакГонагалл, которая также была готова к битве. За её спиной стояли учителя и некоторые члены Ордена Феникса, которые всеми силами отстаивали правоту Дамблдора в волшебной войне. — Вот он. Гарри, там Гарри, — раздался женский голос, и все посмотрели на двери Большого зала, в которых стоял мальчик. Он медленно шёл и метался взглядом между столами и учениками, которые сидели за ними. Конечно же, когда он очнулся после того инцидента, Джинни рассказала ему правду, но тот счёл её предательницей, но Дамблдору он не сказал и слова. Хоть его и воспитывали самые злые маглы, мальчик никогда не переставал верить в добро и силу семейных уз. Да чёрт, он готов прямо сейчас отдать жизнь за Гермиону. Слизеринцы отвлеклись от бурного обсуждения и услышали голос кентавра, который стоял рядом с учителями: — Они уже здесь. Все ученики, забыв о защите своих жизней, вскочили со своих мест, напряжённо держа в своих руках волшебные палочки. МакГонагалл шла впереди, ей пришлось бежать, чтобы обогнать учеников, но все же некоторые ученики оставались в первых рядах. Все были готовы к битве, особенно мракоборцы, которые уже стояли у входа в школу. Джинни посмотрела на войско, которое смогли собрать Том и Гермиона, она прошлась по лицам, и заметила несколько выпускников прошлых лет. Гермиона вышла из строя и сделала несколько шагов вперёд, её волосы плыли по воздуху. — Мы не хотим битвы. Я не хочу, чтобы пострадали невинные люди, — Гермиона чувствовала, как её язык заплетается, — Я с великим уважением отношусь к каждому ученику и профессору Хогвартса… — Вранье! Ты врёшь! — раздался мужской бас, и все увидели старосту Гриффиндора, которого поспешно уволила МакГонагалл. — Мы будем защищаться, но, если вы пустите меня в Хогвартс прямо сейчас — никто не пострадает. Гермиона понимала, что большая часть учеников даже не знала за что они сражаются. Никто и подозревать не мог, что их противники пришли только за одним человеком. Грейнджер услышала хохот мракоборцев, которые точно были готовы убить пару волшебников, и не важно за что они сражаются. — Мы не верим тебе! Ты предала Хогвартс, — Гермиона узнала голос Рона. С их прошлой встречи парень возмужал, он стал намного выше. Джинни, которая тоже смотрела на своего брата, закатила глаза. Вот он, верный и глупый друг Гарри Поттера. — Тише, Рон! — шикнул Гарри и сделал несколько шагов вперёд, — Гермиона?! Несмотря на крики за спиной, подростки медленно шли навстречу друг друга. Гарри нервничал, он не знал, чего ждать, все знания, которые сидели в его голове, перевернулись от того, что рассказала ему Джинни несколько дней назад. Мальчик остановился, когда между ним и Гермионой осталось несколько сантиметров. — Мне жаль, что пришлось забрать твою палочку, Гарри, — Гермиона посмотрела на брата, крепче сжав палочку в руках, — Я должна убить его. Отомстить за родителей. — Ты уверена? Джинни рассказала мне, я не могу поверить до сих пор… Дамблдор, он же… — Я видела все своими глазами, я покажу тебе, если мы сможем выжить, — перебила Гермиона своего брата. — Какой у тебя план? — Я не знаю, я хотела незаметно пробраться в Хогвартс, чтобы найти Дамблдора. Мне нужна битва, чтобы никто не помешал мне. Но я не хочу, чтобы кто-то был убит. — Как нам начать войну и не понести жертв? — Мои не будут пользоваться большей частью заклятий, которые могут убить кого-то из учеников. Тебе нужно напасть на меня, чтобы мы смогли начать бой. — Я не могу Гермиона. Как я могу напасть на тебя? — Сделай это ради родителей! Гермиона увидела, как в глазах брата появились языки пламени. Он был готов, готов напасть. Мальчик сделал шаг назад, в его глазах появилась палочка, и Грейнджер даже не могла предположить, где он её взял: — Остолбеней! Девушка чувствует, как её отбрасывает на несколько метров, а в полете она несколько раз переворачивается вокруг своей оси. Когда Гермиона приземляется у ног Беллатрисы и Нарциссы, она чувствует, как рядом с ней поднимается столб пыли. Она слышит шёпот в рядах, и чувствует, как каждый маг готов биться.  — Он на нашей стороне. Начинайте, — Гермиона чувствует, как брюнетка оставляет на виске поцелуй.  — Экспульсо! — кричит Беллатриса. Несколько мракоборцев падают на землю после того под их ногами гремит взрыв. Перед Хогвартсом бушует битва, часть её даже ворвалась в школу. Грейнджер смотрит куда-то вдаль и видит, как Беллатриса вместе с Нарциссой и Джинни стоят спина к спине, сражаясь с несколькими мракоборцами. Снейп и Люциус помогают ученикам, которых ранили, а Драко вместе с Роном и Гарри, как в старые добрые времена, бьются плечо к плечу. — Отдайте мне девчонку, — слышит Гермиона до боли знакомый голос. Девушка прижимает руки к ушам, но голос Альбуса Дамблдора в её голове не даёт ей покоя. А может и не только ей?! Несколько мракоборцев смотрят на девушку, а затем медленно минуя своих противников, стремятся к Гермионе. Большая часть их армии дерётся так далеко, что даже при огромном желании не может помочь Гермионе. Девушка встаёт на ноги и смотрит, как её окружают несколько мракоборцев, словно волки, готовые разорвать свою жертву. Грейнджер встаёт, готовая к сражению. — Ну что, Грейнджер? Готова к смерти? — обращается к девушке один из авроров, тот самый, что убил несколько лет назад приёмных родителей девушки. Гермиона чувствует, как вместе с воздухом в её лёгкие поступает заряд магии. Девушка бросает свой взгляд на одного из парней, что подошёл к ней так близко. Она шепчет заклинание и оно одно за другим встречается с грудью противников. И вот уже Гермиона пробивается ближе к школе, попутно помогая всем ученикам и людям, что приняли в битве её сторону. В Хогвартс Грейнджер входит со своим маленьким отрядом. Её лучшие друзья и Беллатриса вместе с Минервой прикрывает им спины. — Черт! — Гермиона слышит шипение Нимфадоры, которая сражается с огромным орком. Он тянет свои руки, чтобы поймать девушку, словно та маленькая полевая мышь. — Ваддивази, — Гермиона направляет свою палочку на колонну, которая тут же летит и сбивает орка с ног. — Спасибо, Миона, — Тонкс отряхивает со своих ног пыль, которая осела на чёрные брюки девушки, — Я слышала, как кто-то из мракоборцев говорил, что Дамблдор в библиотеке… Гермиона кивает и делает несколько шагов в сторону коридора, что вёл в библиотеку. Девушка разворачивается и смотрит на всех, кто провожал её взглядом, а особенно на Беллу, которая замерла на месте. — Ты должна сделать то, ради чего появилась на свет, Гермиона, — девушка смотрит на своего брата, который поджал губы, — Тебе было предначертано победить зло. Не мне. — Мы будем здесь, если кто-то захочет помочь Альбусу, — раздался голос Минервы, которая как и все смотрела на девушку. — Береги себя, Гермиона, — Белла опускает голову, видно не хочет, чтобы кто-то видел её эмоции. Но Гермиона чувствует, она знает, что испытывает женщина в этот момент. Грейнджер кивнула и уверенным шагом направилась в сторону библиотеки. Несмотря на звуки сражения, внутри Хогвартс выглядел точно так же, как и в момент последнего появления. Те же каменные стены и картины, вот только сейчас люди на них куда-то спрятались. По мере того как близко девушка подходила к библиотеке, её сердце стучало ещё активнее, чем за несколько шагов ранее. Факел медленно таял за спиной девушки, но та этого совсем не замечала, Гермиона лишь сильнее сжимала палочку в своих руках. — Я ждал тебя, — раздался голос старика. Дамблдор стоял у полки и читал какую-то книгу. Он поднял свой взгляд, захлопнул книгу, перед этим смяв уголок страницы, словно делая закладку, и вставил предмет в полку. — Ты дашь убить мне тебя сразу или захочешь немного отомстить за родителей?! — Я пришла сражаться, а не болтать! — Конфундус, — раздался голос директора. Гермиона увидела перед собой темноту, она начала крутиться, не понимая, где она находится. — Инсендио! Грейнджер почувствовала, как её ноги обжигают языки пламени. Девушка затрясла головой, и зрение сново начало проявляться. Дамблдор стоял так близко, что любое заклинание защиты не выдержит его удара. Гермиона приняла единственное правильное решение в этой ситуации, ей срочно нужно переместиться. Когда голос Дамблдора снова пронзил воздух, девушка к тому времени уже исчезла. — Ты слишком мала. Том Марволо Реддл так верит, что какая-то девочка сможет победить меня? Это просто глупость. — Остолбеней! — Гермиона улыбнулась, когда заклинание ударило в директора, но тот одним движением руки отправил его в полку с книжками, которая тут же разлетелась на щепки. — Петрификус Тоталус! — вновь раздался голос шатенки. Она надеялась, что от внезапности её соперник не сумеет оттолкнуть заклинание, и она почти угадала. Заклинание паралича встретилось только с левой рукой Дамблдора. — Очень смешно, Гермиона, — противник девушки был спокоен, он даже и не собирался прятаться, — Ты, будучи семнадцатилетней девчонкой, оказываешь большее сопротивление, чем твои родители. Я, конечно, не видел, как убивают этих жалких магглов, но я собственными руками убил твоего дурака отца и мать. — Я знаю! Я видела! — новое заклинание вырвалось из палочки девушки, но также, как и более раннее встретилось с защитой директора, — Одно заклятие против одного. Только ты и я. — Ты так уверена в себе? Седрик умер из-за глупой веры в тебя. А кто сегодня станет твоим щитом? Может мне стоит убить Беллатрису Блэк?! — Довольно! Только ты и я! Я пришла, чтобы убить тебя, и в моих руках только палочка. Или же Альбус Дамблдор настолько стар, что испугался девчонку? — Ты не понимаешь, что тебя ждёт смерть только от одного взмаха моей руки! Я самый сильный волшебник! В моих руках были все дары смерти! И если мне нужно убить тебя, чтобы стать бессмертным, я сделаю это! — Авада Кедавра! Кроваво красный луч вырвался из палочки Дамблдора. Его лицо стало ещё более старым под светом, что вырвался на свободу. Из бузинной палочки, палочки, которая выбрала самого сильного волшебника в свои хозяева, вырвалось самое опасное заклятие всех времен. У Гермионы не было много времени, чтобы думать. Лишь несколько секунд, которые отделяли её от смерти. И собрав всю свою силу и надежду в кулак, девушка прошептала: — Протего! Их заклинания столкнулись. Гермиона услышала хлопок, словно над её ухом кто-то лопнул надувной шарик. И девушка была уверена, что этот хлопок было слышно не только в библиотеке, но и у дверей Хогвартса, где уже стихало сражение. Грейнджер увидела, как их заклинания столкнулись. Красный луч встретился с синим лучом противника. Затем, Гермиона увидела, как палочка выскочила из рук Дамблдора. Бузинная палочка полетела куда-то ввысь, стремясь в сторону Гермионы. Девушка отвлеклась, а затем почувствовала, как заклинание врезается ей в грудь. Грейнджер не могла устоять на ногах, она упала на холодный каменный пол. Глаза медленно закрывались, а в ушах шумело. Если это смерть, то девушка встретила её как храбрый человек. — Гермиона! Боже, Гермиона! Девушка услышала голос Беллатрисы и почувствовала на своих плечах тёплые руки женщины. Брюнетка прижимала холодное тело девочки к своей груди. За окнами слышались радостные крики. Они победили. Гермиона отдала свою жизнь не напрасно.

***

Она лежала свернувшись калачиком. Гермиона все ещё чувствовала боль от заклятия Дамблдора в своей груди. Девушка тяжело вздохнула, она чувствовала, как лежит на чём-то холодном и мокром, а прохладный ветерок обдувал её тело, поднимая волосы. Грейнджер не спешила открывать свои глаза, она боялась, что увиденное подтвердит её догадки о том, что она умерла. Последнее, что она помнит — это тёплые руки Беллатрисы, которые прижимала её у груди, в котором быстро стучало сердце, а ладони били её по щекам. Сейчас этого нет. Сейчас ничего нет. Девушка, наверное, умерла, а это место, наверное, что-то между адом и раем. Гермиона никогда не верила в бога, она никогда не посещала церковь, как делали это магловские сверстники, но кто-то ведь создал мир? Значит, этот кто-то сейчас занят раздумьями, отправив девушку в рай или ад. Гермиона чувствует, как холод медленно распространяется по её телу, что заставляет девушку дрожать. Но даже этот чудовищный холод, который вот-вот доберётся до её сердца, не мог заставить встать или хотя бы открыть глаза. Она боится, что всё-таки все её мысли окажутся правдой. Но Грейнджер всегда права, и даже сейчас её не покидает уверенность в своих доводах. Ей нет и двадцати, она столько не сделала в жизни, ни разу не напивалась, и даже не пробовала курить, но самое главное — она чувствует страх. Но разве мертвые могут что-то чувствовать? Прошло много времени, когда Гермиона всё-таки решала открыть свои глаза, а может никакого времени и вовсе нет? Девушка чувствует яркий свет, который бьёт её по лицу и не даёт полностью открыть глаза. Патронус в виде лани с каждой секундой все ближе приближается к девушке, он идёт по воде, оставляя после себя круги. Грейнджер видела несколько раз патронус своего крестного, но этот был совсем другой. Эта была более грациозная и нежная лань, словно она была девочкой. Девушка тянет свою руку, чтобы погладить животное, но она чувствует, как её веки тяжёлеют, разум затуманивается и она снова теряет сознание. — Ты думаешь, она жива? — прозвучал басистый голос. Он был похож на голос Гарри, но более грубый. — Я не знаю, но она должна, — Гермиона почувствовала, как нежные пальцы скользят по её лицу, а за ними распространяется тепло. Девушка медленно открывает глаза и видит перед собой молодую женщину с рыжими волосами. Её нежные руки лежат чуть ниже груди Гермионы и наполняют её тело теплом и энергией. Грейнджер вздыхает, но находит силы чтобы привстать и облокотиться на руки. — Миона, моя милая девочка, — Гермиона чувствует на себе объятия женщины, а затем и мужчины. Сомнений не осталось, перед ней сидели Лили и Джеймс Поттер. — Я умерла, не так ли? — спросила Гермиона когда родители отстранились. — Гермиона? — девушка услышала знакомый голос и повернула свою голову в сторону, где в нескольких шагах от неё стояли миссис и мистер Грейнджер. — Мамочка, — не чувствуя пульсации в голове, Гермиона вскочила с места и побежала в сторону своей приёмной семьи. Она так по ним скучала, но сейчас сомнений не осталось. Она умерла… Девушка никогда не видела своих настоящих родителей, но теперь у них столько времени, чтобы узнать друг друга. И если ей придётся провести в этом мире вечность, она не сможет найти лучшей компании. И сейчас, девушка вспомнила всех тех людей, что остались в мире живых. Семья Малфоев, Андромеда и Тонкс, Гарри, Северус и Минерва, Беллатриса… — Я отомстила. Отомстила за каждого из вас. Я так скучала, — Лили и Джеймс подошли ближе, и Гермиона притянула в объятия каждого духа, что стояли рядом с ней. — Мы тоже скучали. Мы всегда были рядом. Всегда наблюдали за тобой. Не было и секунды, чтобы мы не думали о тебе, — решила сказать за всех Лили Поттер, и она была права. — Теперь мы навсегда будем вместе, — сдерживая слезы, отвечала девушка. — Нет, Гермиона, — раздался голос отца, — Ты не можешь остаться здесь. — Но почему? — Гермиона! Миона! Грейнджер, черт возьми! Герми, пожалуйста! Моя девочка! Девушка подняла голову, когда услышала голоса родных, которые звали её. Голос Беллатрисы был самый чёткий, Гермиона чувствовала, словно её голос тянет девочку обратно, в мир живых. — Мы всегда будем рядом с тобой и помнить о тебе, но ты не нужна нам здесь, не нужна мёртвым, ты нужна живым. Мисс Грейнджер вытолкала свою дочь из объятий, и девушка сделала несколько шагов назад. И в этот момент призраки начали растворяться в воздухе. А голоса родителей продолжали твердить:

— Возвращайся Гермиона! Возвращайся!