Часть 1
29 января 2020 г., 21:40
Тихим ранним вечером на исходе вконец опостылевшей поздней зимы четверо молодых людей благородной наружности жгли экологически почти безопасный костерок на специально отведенной для этих целей площадке неподалеку от замка - не столько ради того, чтобы согреться, а просто так, для придания уютного настроения светской беседе. Отблески пламени хаотично прыгали и абсолютно случайным образом падали на все, что находилось рядом с костром, хотя у стороннего наблюдателя вполне могло сложиться такое впечатление, что им, отблескам, больше всего нравится отражаться от лохматой рыжей шевелюры.
- Она подарила мне улиточную ферму, - отстраненно-скорбно изрек обладатель шевелюры, - точнее даже не она, а они... то есть он...
Рыжие вихры печально поникли.
- Неужели такая плохая ферма? - Джек оторвался от процесса сервировки ящика с остатками надписи "Шампунь в сух воды плюх".
- Ферма хорошая.
Все немного помолчали.
- Мне Роджер тоже как-то раз привез профессиональный набор акварели, - поддержал тему Ланс, - После того, как вернул Полину. После того, как забрал ее на двое суток, тридцать минут и сорок девять секунд.
- Это называется компенсация недостатка внимания, - пояснил Реми.
- Вот-вот, это она и есть, - подхватил Джек, - но ты не расстраивайся, во-первых, у тебя теперь есть улитки...
- Улитки, - бесцветным эхом отозвался Лаки.
- А скоро еще много кто появится, - не сдавался Джек.
- Почему?
- Потому что весна придет.
- А вот это не факт.
После такой реплики должна была бы наступить гнетущая тишина, но у нее это не получилось: через поляну по касательной к зоне огня пронеслись Алан и Тайра. В каждой руке они держали по швабре жизнерадостных кислотных расцветок и направлялись с этими швабрами почему-то в лес. Реми вздохнул.
- Знаете, - задумчиво протянул он, - когда я их встречаю, таких вот неугомонных и... полных жизни, то сам себе начинаю казаться каким-то устаревшим, DEX'ом "четверкой", прошедшим точку невозврата, стоящим одной ногой в утилизаторе и...
- Зайди к Ие, - не дал ему закончить Джек.
- Не понял, - опешил Реми.
- Пусть просканирует твой протез в области, скажем, лучезапястного сустава.
- И что дальше?
- Она просканирует, скажет тебе что-нибудь, ты поблагодаришь ее, а на следующий день снова придешь и попросишь отладить, например, большой палец.
Реми покачал головой.
- В конце концов она догадается, что к чему, и просто оторвет мне этот протез.
- Тогда у тебя появится повод опять прийти к ней на следующий день, а может даже и совсем не уходить.
Реми задумчиво осмотрел протез.
- Вообще-то, интересный вариант, - согласился он. - У тебя, Джек, иногда появляются такие нестандартные идеи...
- А еще у меня регулярно появляются шикарные пирожные, - Джек извлек из принесенной с собой сумки прозрачный контейнер со свежайшими кондитерскими изделиями собственного производства и торжественно водрузил его на ящик из-под "Шампунь в сух".
Лаки плавным движением придвинулся к ящику.
- Я тут в последнее время почти днями напролет экспериментирую с приготовлением экзотических сладостей, - Джек хлопотливо расставлял мелкие тарелки, - с головой вообще ушел в изучение этого вопроса...
Ланс и Реми переглянулись.
- Все понятно.
- Еще один такой же.
- Я не еще один... в смысле, еще не один...
Джек застыл, так и не разложив кофейные ложечки.
- Алла - она хорошая женщина и прекрасный специалист, на нее здесь сразу много всего свалилось, а Женька... он же в лесу, весь в делах, и я тоже весь в делах...
- Да, - протянул Реми, - такая вот Кассандра, место встречи.
Ланс встал со своего места.
- У меня тоже назначена встреча. Через три минуты.
Три пары глаз вопросительно уставились на него.
- С Сарой Соломоновной.
Собеседники на всякий случай продолжили молчать.
- Юридическая консультация, - пояснил Ланс, - по поводу статьи девяносто восемь. Об особых случаях наступления ответственности за перемещение через таможенную границу товаров и ценностей. Приятного всем аппетита. До свидания.
Ланс растворился в стремительно густеющих сумерках. Реми пожал плечами.
- Я уже не первый раз с ним сталкиваюсь и этот парень продолжает оставаться для меня загадкой.
- Я тоже не первый, - поддакнул Лаки.
- Все равно он никогда не ценил мои пирожные, - вздохнул Джек, - Ну что, разливаем на троих?
- Ох, чует мое сердце, что все-таки на четверых, - Реми выжидательно посмотрел куда-то в сторону.
- А наши с Агатом носы чуют лучший кофе в Галактике, - со смехом отозвался Олег, появляясь из темноты, - О, да это же они - те самые знаменитые пирожные!
Заметно повеселевший Джек, аккуратно наполняя чашки, возобновил светскую беседу:
- Ну, что там слышно про прибывающий транспортник, - поинтересовался он между делом.
- Почти прошли таможню, ориентировочно на рассвете будут у нас.
- Значит ты еще можешь поспать, - не то спросил, не то посоветовал Реми.
- Постараюсь, конечно, но заснуть будет нелегко.
- Может тогда только пирожные, без кофе? Кипяточку? Я мигом! - Джек так и лучился гостеприимством.
- Кофе тут ни при чем, - отмахнулся Олег, - это ведь не просто транспортник с грузами. Там и пополнение будет: люди, киборги. А это новые встречи, отношения, ситуации. Готовишься ко всему чему угодно, а ждешь чего-то лучшего... или кого-то...
Сначала стало тихо. А потом Джек деликатно переспросил:
- Так, все-таки кофе на четверых?
- Конечно, - согласился Олег, - наше с вами дело маленькое: пить кофе, есть пирожные и с надеждой смотреть в ночную синь.
- В синь? - переспросил Реми.
- Ну да, небо темно-синее, значит в синь.
- А по мне, так оно черное, - Джек ловко подцепил ложечкой сразу три маленьких шипастых ягоды с йогуртного мусса, - получается, что я смотрю в ночную чернь?
- Может в черноту? - Реми в принципе понравились оба варианта, но он продолжал сомневаться.
- Цветовосприятие - вещь чрезвычайно субъективная, - Лаки собрал крошки с тарелки. - Если я воспринимаю цвет данного неба как серый, означает ли это, что я с надеждой смотрю в ночную се...
Агат тихонечко заскулил.