Три дня на то, чтобы влюбиться

Утро следующего дня встречалось намного лучше, чем предыдущее. Практически бессонное и очень напряженное. В запертой коморке со старыми книгами, практически без света и сыном школьного врага твоего отца. Звучит очень сомнительно, не так ли? Лили вытянулась на кровати, блаженно обнимая подушку. Как же удобно в своей кровати, а не на жестких досках. Хотя, возможно, доски и не были такими жесткими. На Поттер накатили воспоминания о прошлой ночи. Лили никак не могла устроиться на досках, все время ворочаясь и создавая шум. Кажется, Скорпиус давно уснул, просто сидя на подоконнике и прислонившись к шторе. — Поттер, перестань ворочаться, — раздался голос с подоконника. — Мне неудобно, — пробурчала Лили, громко ударяясь о какую-то выступающую часть. Малфой тяжело вздохнул и зачем-то встал с подоконника. «Бить меня что ли пошел, чтобы не мешала ему спать?» пронеслось в голове Поттер, но все оказалось немного иначе. — Подвинься, — Скорпиус лег ближе к стене, о которую ударялась Лили, закрыв собой все выступы, — Облокачивайся на меня. — Ты… сдурел, Малфой? — кажется, Поттер уже и спать особо не хочется. — Ты хочешь спать, ударяясь о все подряд? Не обольщайся, ты мне тоже мешаешь своим шумом. Лили надулась. С одной стороны, было обидно. А с другой, она ни на что и не рассчитывала. Поэтому, осторожно и стараясь не соприкасаться с парнем, Поттер улеглась рядом. Спиной чувствовалось тепло Скорпиуса, что было безумно непривычно, но зато не выступы стены. Интересно, а Малфой о них не бился? Поттер бы определенно задала ему вопрос, если бы в следующую секунду ее просто не отрубило. И где-то посередине своего двухчасового сна она почувствовала, как вокруг талии обвивается чья-то рука, прижимая к теплому мужскому телу. Лили резко села на кровати. Щеки и уши пылали красным, а в глазах светился неимоверный ужас. Как так… вышло? Как она могла допустить то, что спала при Малфое? Как она вообще доверилась ему настолько, чтобы лежать рядом? Почему она не вспомнила это вчера, перед тем, как лечь спать практически на целые сутки? Кстати, работница библиотеки была очень удивлена, когда полезла за очень старым томом, а нашла двух спящих подростков. Конечно же, подняли на уши всю школу, вызвали деканов, начали разбирательство… Но после объяснений их отпустили, сказав, что разберутся с «шутником». В комнате никого не было. Наверняка, все на улице. Ведь такая прекрасная погода, да и целое лето они не увидят эту прекрасную школу. А кто-то… уезжает отсюда навсегда. Это ведь были последние дни Скорпиуса Малфоя в школе, которые он провел взаперти с девчонкой, которая ему не особо приятна. С сестрой друга, которую нельзя убивать просто потому что друг потом убьет тебя. В дверь постучали, а потом она легонько приоткрылась. Осторожно, стараясь не скрипеть. В комнате показался зеленый глаз Альбуса, а после и полное улыбающееся лицо. — Все в порядке? Ты выспалась? — Д… да, — до Лили с опозданием дошло то, что ее брат не на Гриффиндоре. И как же он зашел в гостиную? — Как ты прошел сюда? Альбус прыснул, явно желая объяснить этим абсолютно все. Ну, что же, хорошее вышло объяснение. — Одевайся и пойдем на улицу. Нельзя пропускать последний день с лучшим на свете братом. Жду тебя у входа в гостиную, — он быстро чмокнул Лили в нос, мигом скрываясь за дверью, даже не давая сестре возможности отказаться. Но на самом деле, он прав. Лили и так пропустила много времени, пока тусовалась в закрытой комнате. Девушка остановилась перед гардеробом, даже не зная, что надеть. Форму или же… Ну, по сути, уже не учебный же день. Поэтому можно было надевать что-то неофициальное. Но что выбрать? Хм, и с каких пор Лили стало волновать что на ней надето? И для кого же красоваться? В итоге, выбор выпал на длинное легкое платье голубого цвета, которое безумно шло Лили. Даже захотелось немного поправить волосы, чтобы… выглядеть чуть лучше. Но время поджимало, прошло уже больше десяти минут и, кажется, осталось совсем немного до того момента, когда Альбус ворвется в комнату с ругательствами. Кажется, он так уже делал дома. Ладно. Не так уж и важно, как она будет выглядеть, ведь эта школа видела ее уже в любых состояниях. Кажется. Даже за пятнадцать минут Альбус заскучал и усиленно наматывал круги, сопровождаемый разговорами Полной Дамы. Которая, кстати, всегда говорила о Гарри Поттере с ними, чем раздражала Альбуса. — О Мерлин, как же ты долго, — закатил глаза Альбус, хватая сестру за руку и практически бегом выволакивая ее с восьмого этажа. Кажется, совсем забыв, что шаги у сестры меньше, а значит, что успевать она априори не будет. В замке было очень немноголюдно, кажется, все действительно на улице. Или же сидят в темных подземельях, ибо находиться в такой жаре было практически невозможно. Лили почему-то до этого не замечала этого. — Поттер, ты слишком долго забирал свою девчонку, — закатил глаза Скорпиус, стоящий около выхода. Какой же он… сегодня прекрасный. В черных брюках, несмотря на жару, в расстегнутой на три пуговицы рубашке и взъерошенными волосами. Не мужчина, а мечта. Кажется, Лили засмотрелась. — Поттер, слишком красив для тебя? Ослепляю? — ухмыльнулся Малфой, первым разворачиваясь ко входу. — Мечтай, Малфой, — фыркнула в ответ Лили, стараясь спрятать краснеющие щеки. На улице оказалось феноменально много людей. Словно действительно весь замок именно сегодня решил посвятить себя прогулкам. — Пойдемте в тень, я уже не выношу этого солнца, — Малфой действительно щурился, стараясь обходить солнечные лучи. — Что, бледность не хочешь терять? Вампиры боятся солнца? — Лили сейчас точно дошутится. — Не боюсь, — ухмыльнулся Скорпиус, — Альбус, кажется, тебя зовет Роза. Поттер не успела увидеть, действительно ли Ала кто-то звал, как… Ее резко притянул за талию Скорпиус, нависая над девушкой. — Признавайся, ты меня опоила? — Н… нет… — она не знала, что чувствует. Страх, радость, неожиданность. Все смешалось. — Тогда не сопротивляйся, — и накрыл ее губы долгим, но осторожным поцелуем. — Эй! — раздался крик Альбуса, но его уже никто не слушал. Лили обвила руками тонкую шею, с наслаждением прижимаясь к мужскому телу.