Соулмейт

      Наша жизнь - это крайне сложная, волшебная и непонятная вещь, в которой может произойти всё что угодно. Вы можете просто появиться на свет в самой престижной семье, что верит в Бога и заставляет вас делать тоже самое. Или в семье главы государства, что получает миллионы и сможет оплатить все ваши, даже самые глупые и по-детски странные, желания. А можете родиться в семье алкоголика, насильника и домашнего тирана. Всё это ни от чего не зависит, хотя многие верят в то, что нам даётся та семья, которую мы заслужили за грехи прошлой жизни. И, знаете, нашему главному герою слишком интересно что именно он такого натворил, что родился в такой семье. Семье последнего типа. Суровая жизнь в России, дубак на улице и отец, что когда-то ещё и избивал мать, пока та не умерла от передоза. Весело, правда? Ох, это только начало! В мире, в котором парень жил, существует такая штука как судьба. В шестнадцатый день рождения вы с соулмейтом, то есть, человеком, что предназначен тебе, что никогда не оставит, или, если проще говоря, человеком с которым вы будете жить душа в душу, меняетесь телами лишь на один день. И, самое забавное, что ты никогда не угадаешь, когда ему исполнится шестнадцать, кто он, или она, такой и где вообще живёт. Да уж, людям, что живут в разных странах, говорящие на разных языках будет крайне трудно.       Вообще, Фёдору, темноволосому парню с каре, была эта "затея" не по душе. Кто в здравом уме пойдёт искать этого неизвестного? То есть, ты ищешь человека, которого знать не знаешь, который так же может оказаться токсичным ублюдком. Класс. И ведь самое главное если не найдёшь, или этот человек каким-то образом успеет умереть - то ты будешь несчастен. С чего парень это взял? Хах, он видел на примерах. Его отец и мать не были соулмейтами, лишь людьми, брошенными на все четыре стороны. Чтобы проще было найти "того самого" у вас должны быть метки на теле. Она может быть большой, к примеру, во всю спину, так и мелкой, на запястье, плече или щеке(парень не завидовал тем людям, что имеют такую). И вот, дабы показать людям стоит ли продолжать поиски, и что соулмейт ещё жив, метка была цветной, но если же того нет в этом мире, она становилась серой, или даже чёрной. Так было и у родителей парня. Их, по началу, было даже жаль, однако после того как они начали употреблять и трахаться прямо на глазах у сына, эти люди не вызывали ничего, кроме омерзения. И вот, кажется, самый обычный день, что должен пройти как и все предыдущие. Он должен был с трудом разлепить глаза, подняться и уйти в школу, стараясь не разбудить пьяного отца, что отрубился на диване под звуки телевизора, отсидеть пару уроков в школе и уйти гулять, но нет. Не сегодня. Парень открывает глаза и видит совершенно не знакомый белый потолок. Так. Где он? Морг - однозначно не вариант. Тогда...       - Чёрт, неужели...       Парень вскакивает с кровати и подбегает к зеркалу, что стоит рядом. И сначала замечает длинные золотистые локоны, что волнами спускаются по широким плечам. Длинною они были примерно по задницу. Мужскую задницу. Хах, что ж, его соулмейт - парень, прекрасно. Но, даже не смотря на это, он был мил. Один глаз, что не был закрыт шевелюрой, цветом был похож на ясное июльское небо. Единственное, что удивляло - шрам, что шёл вертикально глазу. Он был не нарисован. Самый настоящий. Бедный парень. Второй же, что был спрятан за недо-чёлкой, имел более тёмную окраску. Гетерохром. Что ж, мило. Этот парень был высокий и хорошо сложенный. Ещё пару минут посмотрев на тело, в котором он должен будет ходить следующие 24 часа, он начал осматривать комнату на предмет того, что могло бы хотя бы намекнуть на имя и прочее. Хах, а ведь когда-то он считал всё это глупым. Но сейчас уже ему просто не до этого. Блондин, которого зовут Николай, он тоже из России, слава богу, живёт в огромной комнате, однако наличие родителей пока не установлено. Спят ещё, что ли? Хотя нет. Он находит ответ, немного порывшись в хаусе под названием "рабочий стол". Его соулмейт либо полная свинья, либо уставший после работы человек. Что ж, будем надеется на второе. Так вот, в этом сраче парень обнаружен скомканную, видимо тот был сильно расстроен, записку. В ней аккуратными буквами было выписано "Уехали на месяц. Деньги у тебя есть, но если что, пользуйся картой. Мама и папа". Да уж. Образцово показательные родители, ничего не скажешь. Хотя, получше, чем у него самого.       Фёдор в чужом теле проводит долгое время, рассматривая дом, комнаты и улицы в окнах. И, на радость тому, он их знал. Не сказать, что тот жил рядом, но и не так далеко. Пара остановок, минут двадцать пять - тридцать, но не больше. Николай Гоголь, его соулмейт, ходил в самую обычную школу, имел обеспеченных родителей, но, по записям в дневнике - был тем ещё прогульщиком. Из социальных сетей парень узнал о том, что у них есть общий друг, что, кажется, даже собирался через пару дней познакомить их. Хах, не успел. За то сразу понятно, что они поладят. Ну, если верить сказке про родственные души.   Парень находит свою страницу и открывает новый диалог.       "Что ж, приятно познакомиться, Николай"       Это единственное, что он пишет. На самом деле ждать и видеть ответ не особо-то и хочется, вдруг тот посчитает того ребёнком( если у него есть милая мягкая игрушка крысы на кровати - не значит,что он дитя) и вообще не захочет его искать. Но всё таки кое-какой интерес был. Парень желал узнать этого человека поближе.       Телефон звенит, оповещая о новом сообщении от, по сути, самого себя. Что ж, и как этому парню его жизнь? Нравится? Хах, пьяный отец из-за переполоха явно проснулся. Бедный Николай.

***

      Глаза открываются намного тяжелее, чем обычно. А потом они сразу же закрываются под эффектом непреодолимой усталости. С чего бы, интересно? Он же неплохо так поспал ночью, не засиживаясь долго за учебниками истории. Осознание приходит лишь тогда, когда он всё таки решает встать, как обычно потянувшись. Самое первое, что повергло его в шок и некий испуг - хруст суставов чужого тела. Хрустело почти всё, спина, кисти, пальцы и ноги. Да уж, круто. И второе, он находился явно не в своей комнате. И из всего этого сделаем простой вывод: Соулмейты в 16 день рождения - не сказка и небылица, а реальность. И сейчас он в теле парня, что предназначен ему судьбой. Неплохо. Следовало бы осмотреться, что парень и собирался сделать, однако в первые секунды существования в этом теле, сделать он не может. Парень падает с кровати, шумя. За стенкой слышаться недовольные вопли, а затем и стук босых ног по полу. По звукам - мужчина. Вероятно отец. Класс.       - Ты чего разшумелся, выродок?       - Не зови меня так.       Гоголь привык дерзить в ответ. Скажем так, это была некая защитная реакция. Однако, кажется, по надвигающимся к нему мужчине, что идёт со словами "Ты чего там вякнул?!" сейчас нужна другая защита. Ясно, его соулмейт живёт не в самых приятных условиях. Стоит его вытащить отсюда. Ведь маленький пятнадцатилетний мальчишка не справиться с таким громилой с пивным пузом, что было уже доказано, по синякам на руках и животе, что начинали ныть от физической активности.       Парень с трудом, ведь достался ему совсем хлибкий и слабый пацан, но всё таки вырубает того, переступая через тушу мужчины, к комоду с зеркалом. И вид этого паренька его, честно, поражает. До безумия худой, бледный, с кругами под рубинового цвета глазами и тёмными волосами. Внешность привлекательна, хотя, было бы лучше, если тот высыпался и, как показывают слишком сильно выпирающие рёбра и ключицы, ел. Ну, что ж, Гоголь возьмётся за него, раз уж вышло так, что они родственные души. Он поможет этому парню, даже если сейчас не знает его имени. Благородно, по-детски и глупо. Словно рыцарь.       Он осматривает квартиру, готовит завтрак, самый простенький, что сейчас мог, держа телефон при себе. Привычка. Да и сейчас ему это поможет. Вдруг кто-то из друзей, или сам парень напишет ему? Так и случилось, кстати. Николай открывает телефон, благо, как оказалось, у Фёдора, стоит блокировка отпечатком пальца, так что трудностей по вхождение в чужие данные не возникло.       "Твой отец - пиздец на ножках"       Парень аккуратно ест то, что приготовил. Рисовая каша и молоко, вкусное, и, самое главное, довольно полезное, особенно для такого худого как тело, в котором сейчас находится Николай. Родитель всё ещё лежит где-то в чужой комнате, не просыпаясь. И слава богу. Стоит ускорится и свинтить отсюда. Но сначала еда.       В ответ приходит следующее сообщение, за тем ещё и ещё. Они общаются, узнавая что-то друг о друге. Честно, по началу всё было крайне неловко и разговора не вязался, но потом, после того, как Гоголь выбрался на улицу, дышать, да и общаться стало намного легче. Вообще, тот не планировал гулять, но смотря на то, что ждёт его в доме, другого выхода не было.       Блондин, хотя, сейчас будет правильнее сказать, темноволосый, он же не в своём собственном теле, уходит в еле знакомые ему дворы, просто гулял здесь с Гончаровым однажды, замечая свою цель. Качели. Называйте его глупым и беззаботным ребёнком, но кататься на качелях он просто обожал. Обожал то, как длинные волосы, что редко были заплетены в не аккуратную косу, гульку и прочие причёски, но чаще всего расплетённые, развивались на лёгком весеннем или летнем ветерке. На качелях он чувствовал себя как-то... Свободно? Да. Он представлял себя птицей в небе, что не принадлежит никому, что может запросто улететь туда, куда захочет.

***

      Фёдор устало падает на чужую кровать, укутываясь в одеяло. Боже. Мягко. Очень и очень мягко и приятно. Особенно для человека, что спал на диване под пледом, что не грел зимними ночами от слова совсем. Пусть сейчас и лето, но он не упустит шанс понежиться в чужой удобной кровати. Единственное, что мешало - учебник по истории под подушкой. Ему что, по ночам заняться нечем? История, безусловно, интересная наука, но не спать же с ней. Хотя у всех свои странности. Из кармана джинс, в которые успел за всё это время переодеться (до этого насмотревшись на полуобнажённую фигуры тела, в котором находится) парень вытаскивает телефон, получая ещё одно оповещение. Вот только уже не от хозяина дома и тела, а от какой-то девушки с котёнком на аватарке. Она поздравляла того с праздником, обещая на следующий день отнести подарок, ведь, как бы в шутку, сказала что сейчас не хочет видеть Гоголя-не-Гоголя, то есть, его соулмейта. Забавная девчонка.       "С праздником, кстати. Тебе сегодня шестнадцать, да?"       Стоит и самому поздравить парня. А ещё заняться более интересным делом. Помните я говорила о том, что родственную душу можно потом по меткам вычислить? Достоевскому было жуть как интересно то, одинаковы ли места, где метки, собственно, расположены, у обоих людей. У него самого, к примеру, она находилась на одной из ляшек. К счастью, она была выше, чем длинна шорт. И, нет бы сейчас просто напросто написать сразу. Парень решает сам попытаться найти её, кружась вокруг себя, ища маленькую метку на огромном теле. К слову, эта самая метка выглядела крайне нелепо, по его мнению. Из лежащей на чём-то ушанке, что, кажется, указывала на Фёдора, вываливались парочка карт, с алыми, кажется, бубнами, червями и дамой (парень не умел играть в карты и узнал все эти названия из великого и могучего интернета). А последняя из всех, кажется, своеобразным намёком на миловидную, схожую на женскую, внешность.       Поиски проходили неудачно. Он никак не мог отыскать её. Куда бы не пал его взгляд, в какое бы место он не смотрел - её не было нигде. Что за чушь? Хотя, зато стало известно, что метки соулмейтов находятся в разных местах. Уже что-то.       "Где находится твоя метка?"       Да. Достоевский в какой-то момент просто отчаивается в своих силах найти эту чёртову отметку на теле. Она может быть буквально где угодно, в любом месте! Так что он всё таки решается спросить напрямую.       "А. Ну... Вообще, я так и думал, что ты её не найдёшь. Она находится не в то чтобы странном, но своеобразном месте. Смотри. Откопай на столе заколку какую-нибудь, она нам сейчас нужна. Заколи волосы, чтоб не падали и не мешали, над правым ухом. Прямо над ним - метка. Вообще, я сам долго искал, пока с утра не встал перед зеркалом, пытаясь по-нормальному расчесать спутанные после сна волосы, а там оп, рисунок. Он забавный, правда? Теперь я понял, почему ушанка. Я проснулся в ней. Она у тебя к голове приросла что-ли, что ты даже спишь в ней? Хотя, могу сказать, что в ней крайне тепло и это круто. И да, мне слишком влом писать тебе, так что, голосовые сообщения вперёд! Ха-ха."       Это было даже как-то странно. Слышать в своём голосе такие эмоции, понимая, что это совсем не ты. То есть, всё было бы нормально, ведь он много раз слышал свой голос в таком плане, но сейчас... Гоголь внутри его тела был слишком счастлив и эмоционален. Именно это было чем-то странным. Хотя, это не так уж и мешало. Единственная вещь, что мешала нормальному прослушиванию - ветер на фоне. Тот на улице, это было понятно с самого начала, ведь с отцом в доме не захотел остаться никто, но всё же. Не думаю, что это обычный ветер.       "Ветер по ушам бьёт. Ты где?"       "На качелях)))"       Громкий и тяжёлый вздох отдаётся гулом по комнате. Боже, ну что за ребёнок! Хотя, кто бы говорил(про игрушку крысу на кровати мы не забываем). Что ж, пусть этот шестнадцатилетний дурачок развлекается, а Достоевский пока последует сказанным до этого действиям и, наконец-то, поглазеет на метку. И, всё бы ничего, но эту самую маленькую заколочку надо найти в горе мусора, пакетов из под чипсов, фантиков от самых разнообразных конфет и шоколадок, а так же просто учебников и тетрадей. Да уж. И кто же убирать будет этот бардак? Конечно Федя. Иначе он наведёт ещё больший срач.       Спустя практически полчаса, когда весь мусор был сложен по пакетам, книги и прочее по полкам, вся канцелярия по типу кисточек, ручек и акварельных карандашей, в пеналы, коих было пять штук(зачем столько-то?). И, вот момент истины. Маленькая розовая заколка с таким же милый пончиком на конце была официально найдена. И тут же схвачена в цепкие руки. Достоевский нетерпеливо приколол её к золотистым волосами что так и наровились залезть в глаза, и начал любознательно, словно дитя, рассматривать её. Вроде, ничего и не изменилось, но ему так хотелось посмотреть на неё! И сейчас он делает это, с трепетом и нежностью прикасаясь к коже.

***

      День проходит довольно быстро. Гоголь в чужом теле гулял, расхаживая по незнакомым улицам своего города, ища места, куда бы потом сводить Фёдора. Ну, а что? Дома тому быть нельзя, там находится этот старый маразматик, что так и желает избить сына. Тогда, стоит сводить того по паркам, кафе, да и к себе домой, почитать и поиграть в видео-игры, тоже. Всё таки им по пятнадцать, ну, ему сегодня только стукнуло шестнадцать, но это не суть важно, они ещё дети, им надо жить и жить, радуясь каждому дню.       Вечер. Небо постепенно розовеет, сливаясь в некоторых местах с тёмно-синим, словно глубокое море, цветом. Пушистых и белых облаков становится всё меньшее и меньше, пока они все бесследно не пропадают. Холодает. По худому телу бежит буквально армия мурашек. Неприятно. Нужно бы пойти домой, однако не хочется снова видеть этого ублюдка. Хотя, может и стоит вернуться, чтобы только преподать ему урок, разбив нос, к примеру. Такой "привет" от родственной души сына он точно не забудет.       Парень заходит в дом, где его уже встречают грозным и недовольным взглядом. Хах, тот кажется, трезвый. Значит, никакой драки и выяснений отношений не будет? Как жаль, как жаль.       - Эй. Я - Николай Гоголь, сейчас нахожусь в теле вашего сына. Думаю, вы заметили это с утра. Я лишь предупреждаю вас. Если вы ещё раз посмеете поднять руку на этого парня - я заставлю органы опеки лишить вас родительский прав. Будьте уверены, Фёдор будет на моей стороне. И прекращайте пить. Это к добру не доведёт, уверяю вас.       Мужчина смотрит в чужие глаза полные решимостью, а затем молча уходит на кухню. Что ж, пусть он подумает над всем. Над своей жизнью. Над приоритетами. Над прошлым и многим другим. Пусть задумается, а пока Николай уходит спать. Что ж, уже завтра он проснётся в своем теле и заберёт мальчишку к себе на весь день, заботясь о нём. У него крайне трудная судьба, это видно.       Проходит ночь. Затем день. Затем ещё и ещё. Они сменяются неделей, а те месяцами. Парни узнают друг друга, постепенно привязываясь словно красной нитью судьбы, что так же была одной из сказок и рассказов бабушек и мам перед сном. Вся их история течёт размеренным руслом, и, поверьте, закончиться она через огромное количество счастливых дней.