Часть 4
30 января 2020 г., 18:54
Юнги ест творог, не забывая сунуть в рот Гук-а ложку сырковой массы. Малец чмокает, чавкает, пускает слюни, но выглядит таким счастливым, будто нет ничего лучше этого.
— Сколько тебе лет?
Мин изгибает бровь, воззрившись на Чимина не читаемым взглядом.
— А ты не знаешь? — тянет Мин. — Пятьдесят шесть.
— То есть, твоя фаза роста ещё не закончилась, правильно?
— Чимин, что это за ликбез?
— Я это к тому, что человечек…
— У него есть имя, — цыкает Юнги, блеснув глазами.
— Ладно-ладно, — примирительно вскидывает руки ладонями вверх Чимин. — Гук-и вырастет через пятнадцать лет. Через двадцать будет считаться взрослым человечком. А ты? Только-только войдёшь в самый сок? Ты понимаешь, к чему я веду?
— Твоё мяуканье мне ни о чём не говорит, — фыркает Мин, запуская в рот Гук-а следующую ложку вкуснятины.
— Ох, — вздыхает Пак. — Тэхён, поможешь?
Ким издаёт усталое резкое мяуканье, переворачиваясь набок.
— Юнги-я, — вздохнув, говорит он. — Длительность жизни людей отличается от нашей. И когда ты дойдёшь к своей самой активной фазе жизни, Гук-а… Он уже будет сорокалетним мужчиной. Понимаешь? У него будет седина в волосах, в бороде, если он захочет её отрастить. У него будет сетка морщин вокруг глаз и в уголках рта, если он останется таким же весёлым…
Юнги замирает, выпучив глаза. В его груди зарождается глухое утробное рычание. Ему становится почти больно от мыслей, что захватили черепную коробку. Мин стискивает Гук-а до такой степени, что кроха недовольно вскрикивает, начиная щипаться.
— Я… — выдыхает Юнги.
— Вижу, что ты понял, — кивает Чимин. — Поэтому я должен спросить: может будет лучше, если ты отдашь Гук-а в человеческую семью, чтобы…
— Нет! — почти выкрикивает Мин. — Никому я его не отдам. Он мой. Мой, понятно? А со всем остальным я что-нибудь придумаю.
— Но время, Юнги-я, что ты можешь…
— Я всё могу, — перебивает его Мин. — А уж ради Гук-а ещё больше.
Кроха угукает, изворачиваясь в чужих руках, и глядя в чернильно-чёрные глаза, Юнги знает, что всё о чём он говорит — правда. Ради Гук-а он и мир вверх дном перевернёт.