Засыпай, Токи

В этих ночах волшебства, Где великая боль потемнела, Фантазией дракон был сделан явью Силой затяжной травмы.

Дождь лил третий день. Барабанил в окна Мордхауса, этой алой громадины, что возвышалась над городом обыденности, полным простых человеческих жизней. Опасностей здесь не ожидалось, охрана дежурила днём и ночью, сотни слуг обеспечивали покой для пятерых парней из Dethklok. Самая известная в мире группа так или иначе имела риски, и они - четверо - это знали. Токи не знал. Позади он оставил лишь холод, пробирающий до костей, кровавые рубцы на спине, монотонный труд и молчаливых жестоких родителей. В детстве, избитый и вечно гонимый, он мечтал о том, что найдёт другую семью, которая примет его, как родного, и по-настоящему полюбит. Ему нужно было место, в котором любовь заменила бы ужасы, видимые столь рано. Когда Мордхаус стал этим местом, а четверо из Dethklok заменили ему родных, Токи отказался взрослеть. Проницательный Нэйтан знал - Токи никогда не повзрослеет. Дождь лил третий день. Нэйтан проклинал себя за то, что недоглядел тогда. За то, что не кинулся искать сразу. За то, что посмел давать концерты без Токи. За то, что вместо Токи теперь видит не человека - он видит изувеченного зверя, скорчившегося в пожизненной муке. Глаза его, некогда такие добрые, теперь всё чаще загораются огнём ненависти; он точит когти уже после беды. Нэйтан - моральный отец его - не понимает, как жить дальше, не уберёгши сына. А впрочем, всё случилось так быстро. Тот человек в маске и Магнус Хаммерсмит - они увели Токи буквально из-под носа. Когда всё должно было утрястись. Удар ножом в спину - Токи не плакал, только бессильно выл. Подвалы, пытки, крысы, зашитая по живому рана, собачья еда, колыбельная, что пела ему Абигейл - всё смешалось в огромный ком, распутать который уже не представлялось возможным. Ком в горле, попеременно переходящий во все части тела, заполняющий собой каждую клетку. Токи теперь не Токи. Токи теперь подвалы, пытки, крысы, зашитая по живому рана, собачья еда... Несколько месяцев прошло с тех пор, как Токи и Абигейл спасли из плена. Девушка оклемалась быстро. И на замок закрыла воспоминания минувших дней. Токи не оклемался. Сначала он почти не выходил из комнаты, там уставившись на фотографию своих родителей и часами прокручивая в голове произошедшее. Нэйтан заботился о нём, как мог - приносил еду в кровать, за руку водил по Мордхаусу - в первый месяц Токи боялся куда-либо выходить. Но всё становилось хуже. Будто бы неведомая глубина увлекала в себя Токи, глубина извечная, тоскливая и жадная до новых жертв. Он ходил уже сам, но похож был на тень, и поникшая стать его заменяла любые слова. Страх правил в нём, заправлял всеми закоулками души, и паника охватывала, как только что-либо напоминало о пережитом. И теперь он понуро шёл по коридору на кухню, когда внезапно на плечо его легла чужая рука. Токи взвыл и отскочил, но, оглянувшись, увидел Сквизгаара. - Я же просил тебя не класть руки на мои плечи! - Токи пытался отдышаться. - Чего ты хотел? Сквизгаар выглядел прямой противоположностью ему - высокий, статный, ухоженный. А ещё он улыбаться умел. Прямо как Токи где-то там, в прошлом. - Токи, мы все обеспокоены твоим состоянием. Нэйтан в отчаянии, даже Вильям подавлен. И я решил, что придумаю, обязательно придумаю, как тебе помочь. А пока что скажу - приходи ко мне, если снова будет страшно. - Не снова, - прервал его Токи. - Всегда.

***

В ту ночь Токи проснулся с криком. Во сне он увидел, как иглой зашивали ему ножевую рану, а затем обливали чем-то едким и горячим. Сердце бешено колотилось в груди, и рядом не было никого, лишь глаза родителей глядели с фотоснимка холодно и бессмысленно. Тогда Токи встал и пошёл к двери. Пустой коридор зловеще тянулся вглубь дома, а факелы на стенах плясали бешеные танцы. Минуя свой путь, Токи очутился у комнаты Сквизгаара. Поколебавшись, он открыл дверь. Сквизгаар не спал. Он лежал с телефоном в руке, внимательно изучая что-то на экране. Визит Токи отвлёк его от занятия. - Проходи, не стой на пороге. - Можно я лягу к тебе? - Токи опустил голову; глаза его слезились. - Если тебе так легче, ложись. Сквизгаар удивился, когда понял, что на языке не крутится ни одной колкости. Токи лёг рядом и залез под одеяло. - Мне снова снилось это, - он вытер край глаза. Во внезапном порыве Сквизгаар обнял Токи, обнял настолько крепко, насколько мог. Он гладил Токи по голове и поражался тому, какие мягкие у него волосы - раньше не замечал. Токи казался Сквизгаару стеклянным - стеклянный взгляд, хрупкое тело, вдребезги разбитая душа. - Здесь твоя семья. Здесь никто не даст тебя в обиду, - Сквизгаар отодвинул нависшие пряди и поцеловал Токи в лоб. Токи ответил на объятия, прижавшись крепче к Сквизгаару. Так они и уснули вместе - крепким и безмятежным сном. На экране телефона застыл открытый сайт с поиском врачей.