Let's talk about love

— Сволочь, ненавижу тебя! — Сара, Сара, постой! Это не то, о чём ты подумала! — Штаны натяни, идиот! Пошёл ты! Ей не хочется сейчас плакать в подушку или сидеть на подоконнике с кружкой какао и смотреть на дождь. Ей хочется бежать, истерически смеяться, пить и, возможно, ударить кого-нибудь. О, так его и нужно ударить! Сара возвращается в казино, открывает кабинет и зовёт "любимого". — Эштон, подойди. — Сара, ты вернулась! Прости, я напился! Можно обниму? — Конечно, дорогой. Он её обнимает, она сгинает колено и бьёт со всей своей злостью ему между ног. Парень медленно сгибается пополам и как щенок начинает скулить. — А вот теперь, счастливо оставаться, мудак. — Заслужил. И с довольной улыбкой девушка покидает казино, оставляя в прошлом этого Дракона—изменщика и свои полугодовые отношения с ним. Зайдя в магазин и купив бутылку вина она набирает номер своей...не то подруги, не то ненавистника. — Адель? — О'Нил? Чего тебе? — Тебя. — Смелое заявление. — Можно приеду? — Настолько всё плохо? — Всё, примерно, пиздец. — Жду. Вина захвати. — Уже. ... — Входи и рассказывай. Девушки заходят на кухню за бокалами и фруктами и направляются в спальню к рыжей. Они никогда не были лучшими подругами, но обе пользовались популярностью в школе, и гордо носили звание главных стерв. А кто поймет стерву, как не стерва? Конфетная девочка Кэнди Сару никогда так не понимала, как Адель. Рыжая никогда не успокаивала Сару только ради того, чтоб успокоить. Говорила всё в лоб, как есть. За это её Сара и ценила. — Короче! Прихожу в казино, думаю устрою ему стриптиз, праздник, всё таки. Бельё новое купила, музыку скачала подходящую, всё как надо, подготовилась. Открываю дверь — он на столе трахает свою бывшую. А потом кричит "это не то, о чём ты подумала". — А ты что? — Врезала ему между ног и ушла. — С бабой что-то сделала? — Ей и так Эштон достался, куда уж хуже? — Ну, в принципе, да. А я говорила тебе не связывайся с этими Драконами! Я от Аарона пострадала, ты от Эштона. — Надо было в Вишню влюбляться. — Ох, он то верный, конечно. — Вот тебе и день святого Валентина, блять. Где твой братец? — Пошёл трахать Кэнди. — Да бля! Мы одни такие несчастные? — Нуу, видимо, да. — За-е-бись. Пьём? — Естественно! Спустя пару бокалов вина, несколько сигарет и целый час разговора о том, какие же эти Драконы козлы, девушки уже заметно захмелели, для того, чтоб... — Ну Адель, ну прошу, поехали-и-и! — Сара, блять, какой клуб? — Какой, какой? Ночной! — Да ты прям капитан очевидность! — А-а-адель! — Нет! — Сегодня праздник, чего дома тухнуть? Подцепим себе каких-нибудь Валентинов, ну? — Не хочу я никаких Валентинов. Я в них целиком и полностью разочаровалась. — Так не честно! Девушка встаёт с кровати подруги и направляется в сторону двери, как рыжая её окликает, заставляя застыть на месте с приоткрытым ртом. — Будь моей Валентинкой. — Прости? — Будь моей Валентинкой, Сара. Девушка возвращается, садится на кровать и с недоумением смотрит на подругу. — Адель, я не очень понимаю... — Будь. Блять. Моей. Сука. Валентинкой. — В чём заключаются обязанности твоей Валентинки? — Не во многом. Резко придвигается к Саре и впивается губами в её сладкие губы, сминая их и кусая. — Эй, эй, стой! Адель, погоди. — Давай попробуем? — Ты спятила? — Возможно. Но когда нам это мешало? Алкоголь ударил в голову, а поцелуй Адель добил. — И то правда. И впивается в губы рыжей в ответ. Сказать, что в комнате сейчас жарко — не сказать ничего. Они терзают губы друг друга, то и дело перебираясь на шею и сжимая руками ягодицы. Элементы одежды по очереди начинают улетать на пол, оставляя девушек в одном нижнем белье. — Какой твой Эштон конченный, ты в этом белье просто невероятная. — Заткнись, Адель. Рваные и страстные поцелуи, укусы, засосы. Бельё летит к чёрту, они целуются обнаженные, кусают и посасывают соски друг друга, а с губ слетают первые стоны. Сара умирает от наслаждения под жарким язычком и пальцами рыжей. Адель активно двигает губами, покусывает клитор, двигает пальцами внутри и ловко вылизывает промежность языком. Где она так научилась, Сара не знает и знать не хочет. Ведь стонет она так сильно, так сильно извивается от ловких движений девушки, что ни одному Дракону и не снилось. О том, что бывает Такой оргазм, Сара и знать не знала. И о Боже, она готова душу продать самому Люциферу только за то, чтоб повторить это снова. Сара отплатила Адель той же монетой. Сначала неумелые и осторожные движения перешли в такой вихрь страсти, что Адель буквально задыхалась своими стонами, то и дело выкрикивая имя девушки. Касаясь языком пульсирующей точки Адель, Сара чувствовала на губах её вкус и возбуждалась ещё сильнее, поэтому не побоялась подключить пальцы, чем довела Адель до немыслиммого оргазма. Соски и губы искусанны, шея и ключицы изрисованы засосами, тела содрагаются в оргазме, а половые губы распухли от девичьих ласк. И каждая из них готовая поклясться — это был лучший секс в их жизни. — Так что, Сара, будешь моей Валентинкой? — Ради такого, хоть каждый день.