что для тебя красота?

Я полирую Клико, Смотрю на неё, на экран, Не страшен ни Дьявол, ни Чёрт, Ни бабочки подле лица

      Истина часто бывает настолько проста, что в неё не верят. В мою голову приходила догадка, что Тейп легко мог заметить меня с Королевым, когда они делали обход, но я отрицала это, думая, что это слишком просто и глупо, но глупая в этой ситуации только я. Как быть, если Рубикон перейдён? Его небрежный взгляд, наполненный адским холодом, даже в Аляске теплее зимой, но глаза, потухнувшие, словно последняя свеча в доме, и все погрузилось в пожирающую тьму. Я могу приводить кучу эпитетов и сравнений с его взглядом, но легче мне не станет. Никогда мне не удавалось увидеть, чтобы Ракитин смотрел на кого-либо с такой горечью, наблюдала все: ярость, отвращение, похоть, игривость, безразличие, скуку — но это впервые. Горло начинает душить хриплый, отчаянный стон, а глаза уже не могут держать тяжелые капли слез. Что я сделала?       Егор хоть и поступил неправильно, ворвавшись в мою квартиру, а я даже не знаю как, но сейчас это мало волнует. Я поступила ещё не правильней, когда неосознанно решила подливать масло в огонь. Возможно, если бы не моя тупость и неумение следить за языком, то я бы не чувствовала гнетущее отвращение от самой себя, а все бы закончилось более менее нормально, но я все порчу и это мой порок, недостаток. Сейчас же я могу только гадать, куда ушёл Ракитин. Но мое сердце неспокойно за Диму, вдруг русоволосый решит его поколечить, когда ярость затмит его разум, как это было на заброшке. Егор же не может пустить огонь по своим? Надежда была только на то, что Тейп не является крысой, но это не было доказано, чтобы я могла расслабиться на все пятьсот. Сука, какая же отвратительная пустота была в его глазах       Как назло мой взгляд падает на помятую кровать, где сидел русоволосый, на книжку, что небрежно валялась рядом, после я заметила, что на столе лежал мой раскрытый блокнот, где я рисую, хоть и нечасто. На листе был изображён момент из моих воспоминаний, когда я, Дима и Кира — бывшая девушка Королева, стояли под деревом во время весеннего ливня. В тот день мы промокли до ниточки, а Дима вообще слёг на неделю с температурой, но, я думаю, что каждый из нас отчетливо помнит, как мы втроём бежали по пустой улице на той же даче, ища место, где можно было спрятаться, а дождь все усиливался, но мы, беззаботно смеясь, радовались счастливым моментам, проведённых вместе. Мне очень хотелось бы сейчас окунуться с головой в прошлый год, когда наша банда, состоящая из четверых человек, находили вечные причины улыбаться и радоваться жизни, но, когда Кира покинула нас, так неожиданно и больно, все изменилось. Больше не во мне и Милене, а в Диме. Он, конечно, проводил время с нами, но уже не так часто, как было до этого. Королев больше не приезжал на дачу, когда у нас в школе были каникулы, он не сидел с нами во время ночёвок в их доме, парень переехал из Питера в Москву, и видеть мы его стали не каждую неделю по несколько раз, а раз в полгода. Этот рисунок хранит в себе очень много приятных воспоминаний, греющих душу, и мне грустно от того, что в моей жизни вряд ли снова случиться похожее, когда я буду смеяться и задыхаться от отдышки, а в моей руке будет покоиться тёплая, но мокрая рука Долмацкой, которая с улыбкой будет подгонять меня, а рядом бы бежал Королев, влюблённый по уши в Киру.       Капля падает на рисунок, оставляя после себя мокрый след. Я закрываю блокнот, пропитанный всей моей жизнью. Мне не хотелось многого, просто вернуться снова на два-полтора года назад и пережить все моменты заново, а, может, переделать судьбу, но этого всего лишь мечты, которым никогда не суждено сбыться.       Теперь в моей жизни живет голубоглазый демон, который поставил себе цель — убить меня. Не знаю как физически, но морального у него выходит на десять из десяти. Я уже не осознаю отчего именно реву, но мне так больно от происходящего. Мечусь взглядом по комнате, ища свой телефон, но все вокруг было мутным, и только через несколько минут я нашла его на полу, видимо, он упал, когда я испугалась присутствия Егора. Процентов зарядки было крайне мало, но я успела написать вкратце, чтобы Барсина пришла ко мне как можно быстрее.       Я чувствую, как ком паники не даёт мне нормально дышать. Действительно страшно от того, как легко сейчас было бы все бросить. Как же я люблю этот гребаный мир. Жаль, что он меня не любит, пытаясь сломать своими нескончаемыми испытаниями, но я буду терпеть, как бы тяжело и больно не было. Возможно, это все звучит глупо и все высосано из пальца, но я чувствую, как перегораю от этой вечной безысходности. — Арин. — где-то вдалеке я слышу спасательный голос, мне хочется подать знак, что я здесь, но слова беззвучны. — Ари! — она падает ко мне на пол, крепко-крепко обнимая. Цепляюсь в ее нежные руки, словно она мой спасительный круг. Милена не спрашивает, что случилось, за что я сердечно благодарна, у меня нет сил ни на что, только положить свою голову к ней на колени, а после закрыть заплаканные глаза. Утомлено не тело, без сил осталась душа.       Первое, что вижу я, когда открываю опухшие глаза — дверной проход. Тело начинает ужасно ныть, из-за неудобной позы. Поворачиваю голову наверх и вижу обеспокоенное лицо Милены. Ее зрачки расширены настолько сильно, что почти перекрывают зелёную радужку глаз. — Сколько я спала? — голос звучит очень странно, хрипло, как у пьющего мужика, а во рту все пересохло, словно, это не последствия истерики, а похмелье. — Минут тридцать-сорок. — и все это время Барсина сидела неподвижно, ждала, пока я приду в себя. Киваю, а сама пытаюсь опереться рукой об стол, чтобы встать с пола. — Арин, что случилось? Почему ты плакала? — мне хотелось рассказать все до единого, не скрывая ни одного момента, но тогда я бы подвергла блонди в опасность. Глубоко вдохнув и тяжко выдохнув, я смогла сказать только три слова: — Егор был здесь. — мое ожидание, что Барсину подвергнет это в шок, опроверглось , она не вскинула удивлённо брови, а лишь нахмурилась. «Вот в чем дело... — зеленоглазой стало до жути неприятно и стыдно. Во-первых, ее развели, как маленькую наивную дурочку, во-вторых, если бы Барсина все таки послушала свой внутренний голос, говоривший, что не спроста Ракитин покинул учебное заведение, то, может быть, все бы обошлось, и блондинка успела бы написать розоволосой о надвигающейся опасности» —Милену бросило в дрожь от мысли, что русоволосый позволил обидеть или причинить боль Арине — Он тебя обидел? Если он лишил тебя чистоты, то мы пойдём писать заяву! — вечно спокойный и бархатисты голос зеленоглазой стал каким-то железным. — Н-нет, он ничего такого не сделал. — я почувствовала на себе сомнительный взгляд блондинки. — Правда. Я во всем виновата. — а вот здесь она удивилась. На ее лице читалось: «Ты шутишь? Если да, то комик из тебя никакой». — Он знает про Диму, а когда он спросил, является ли он моим парнем, блять, я ответила, что да. — я не знаю что испытывала сейчас подруга, но мне стало снова тошно. — Откуда он знает Диму? — сейчас мне станет ещё тошнее от себя, ведь придётся нагло врать ей в лицо. Я вижу, как она напрягалась, ее малиновые губы побледнели, а глаза стали изумрудные, словно хвойный лес. — Я прогуливалась вечером и встретила его в парке, видимо, там был и Ракитин, хотя, не «видимо», а точно. — с ее губ слетает какое-то ругательство, а после наступает молчание, каждая из нас думает о чем то своём. Но первой нарушить эту тишину пришлось мне, ведь переживания, что с Королевым может что-то случится, не давали мне покоя ни на секунду. — Милен, а Дима дома? — Да. Он сегодня пришёл очень поздно, я в школу собиралась, как он только вернулся с гулянок, а, когда бежала к тебе, то тот ещё дрых. Ты за него не переживай, как он проснётся, обязательно ему все расскажем. — как мне стало легче после этих слов, словно такой тяжёлый груз упал с моих плеч. — А как, блять, этот недоумок мог попасть сюда, если, когда ты мне позвонила, все было хорошо? — Я шла из магазина. Возле дома, на остановке, увидела, как мать садиться в автобус, maybe, она и впустила Тейпа. Я не знаю... — отчаянный вздох срывается с моих губ, все путается, а я чувствую, что учебный год только начался, но я уже хочу, чтобы он побыстрее закончился. — Солнышко, все хорошо. Ни один человек не заслуживает твоих слёз, а те, кто заслуживают, не заставят тебя плакать. — нежные руки блондинки обнимают меня за плечи, поглаживая ладонями. — Давай, я позвоню в кафешку, мы закажем большой сет роллов... — Наш любимый? — она смеётся так тепло, а я понимаю, что только с ней чувствую себя в безопасности. — Наш любимый, а ещё бутылочку вина и печеньки, что ты купила, скрасят этот вечер. Хорошо? — киваю, не сдерживая детскую улыбку, Милена, словно мама, знает как подойти, чтобы наладить ситуацию. — Иди умойся, а то твоя тушь размазалась по всему лицу, выглядишь, словно дешевая проститутка. — Барсина без шуток, разряжающих обстановку — не Барсина. Я снова киваю, а после послушно иду в ванную, где смотрю на своё отражение, и правда, выгляжу очень хуево.       «Шатохин-Шатохин, а я хотела доверять тебе, верила каждому слову, ведь «ты же не такой», чтобы врать мне. Как же я разочаровалась в тебе. Если бы Ракитин что-то сделал Арине, я убила бы сначала тебя, а после его, — злость полыхает пожаром в блондинке, но она всеми силами пытается не показывать это. Ей обидно, что человек, к которому она начала чувствовать привязанность, поступает подло, от этого становится противно и горько во рту». sweet_emptiness лжец. ***       Лёгкое касание чей-то руки заставляет меня проснуться. Еле открыв сонные глаза, передо мной на корточках сидела такая же заспанная блондинка. Ее волосы были растрёпанный, на щеке остался след от ее же ладони, а сама девушка, скорее всего, победила войну между поспать и вставать в школу. Меньше всего мне хотелось именно туда. Шепчу Милене, что полежу ещё минут пять, пока она умывается, а сама пялюсь на потолок, ведь если я закрою глаза, то точно усну. Вроде бы утро, прекрасное начало дня, но не у меня, какое бы оно не было, всегда хуйня. Меня бросает в дрожь только от одной мысли, что я сегодня снова встречусь с обладателем дьявольских глаз, он только одним взглядом заставить меня снова краснеть и переживать за сказанное. Но что заставляет меня все таки шагать в школу — рассказ Милены о странном поведении Ляхова. Она описала то, с какой вспыльчивостью он отвечал ей, каким молчаливым и задумчивым был весь день, зная Будапешта и его оптимизм по жизни, то такое поведение реально вызывало странности. Неужели все знают, что я свидетель?       Ночью, когда Милена и я уже спали, а по телеку шли титры, сонную идиллию нарушил телефонный звонок. Так как мой сон был вовсе не крепким, я проснулась первее. На дисплее светилось имя Королева, это заставило меня моментально очнуться. Войдя в ванную, я ответила на звонок: — Арин, привет, прости, что разбудил. Очень серьезный разговор. — это я поняла сразу же, ведь разговор настолько серьезным должен быть, что Дима звонит мне в пол третьего. Я что-то мычу в трубку, ожидая уже всего угодно, складывалось такое ощущение, что меня уже не удивить ничем, и, если бы Королев мне сказал, что Тейп обокрал оружейный магазин и уже направляется отправлять нас в Ад, то я даже не впала в шоковое состояние. — Тейп нас видел. — мальчишка только об этом узнал, значит Егор все это время ничего не делал ему. — Я знаю... — Что? Откуда? — мне пришлось заново поведать всю историю только уже Королеву, а тот внимательно слушал, не перебивая. Когда дело дошло до моего косяка, то я замялась: —...Я очень ебнутая, сказала, что мы встречаемся. — парень молчал, что создавало напряжение для меня. Я не знала чего ждать, вдруг он начнёт кричать на меня? Хотя, нет, Дима никогда не поднимал голос ни на меня, ни на Милену. — Ты реально ебнутая, мне больше нечего сказать. — он не сердится, так как я чувствую, что Дима сейчас если не лыбится, то ухмыляется точно. — И что нам делать? — Ничего. — этот ответ меня поразил. Неужели бездействие поможет в этой ситуации? — Жребий уже брошен, а нам остаётся только ждать, возможно, все обойдёт стороной. — я уже хотела выдохнуть полной грудью, как он продолжил. — Арин, ты будь главное начеку, я не знаю его так хорошо, как знает его Шато, поэтому, я не могу стопроцентно утверждать, что все будет на высоте. Просто, если он будет с тобой разговаривать, держи свой язык за зубами, говори по существу. — Хорошо, я постараюсь, ещё мне сегодня предстоит с ним куда-то поехать. — Понял. Сейчас прозвучит странно, но лучше не отходи от Егора, находись рядом с ним и не разговаривай, если только тебя не спрашивают. — его слова ошарашили меня. Звучало реально странно и смешно, настолько, что я начала нервно хохотать. — Ты чего? — Это звучит безумно. Куда же я попаду с ним, что должна буду прилипнуть к нему, как банный лист?! — Я не знаю, как это объяснить, ты сама все увидишь и поймёшь, просто, выполняй то, что я сказал. — эти вечный тайны начинают меня напрягать, но другого выхода у меня не было, кроме как согласиться. Это, видимо, не просто вписка, ведь мне придётся надевать платье, которого у меня нет. — Ладно. — Не переживай сильно, все будет хорошо. Спокойной ночи. — пожелав Диме того же, я завершила звонок. Не знаю как, но слова Королева успокоили меня, он для меня был страшим братом, хоть и являлся всего лишь другом, но я чувствовала, что между нами была эта братская связь и любовь.       Барсина же, когда узнала, что мне предстоит быть с Егором тет-а-тет, отреагировала спокойно, сказав, что пусть парень получит то, что желает, то есть, меня, но мое поведение должно быть, а-ля «мне на всех наплевать, я тут королева, львица, тигрица», чтобы Ракитин знал с кем имеет дело, но Королев же твердит обратное и более разумное. Больше мне хотелось прислушиваться его советам, ведь образ суки может привести к плохим последствиям.       Вся утренняя рутина прошла скучно и обыденно. По традиции мы зашли в магазин, купили еду на обед, ведь питаться в столовке — себя не уважать. Милена не затыкалась ни на секунду, рассказывая все, что не успела или забыла вчера. — Нашей «подружки» вчера не было. — сказала блондинка, когда здание школы уже выглядывало из сосен, растущих на школьной лужайке. — Да ладно? Как похуй. — зеленоглазая была явно со мной солидарна, ведь ни я, ни она не воспринимали всерьёз Карину. Просто маленькая, глупенькая девочка, что выросла раньше времени. Она сильно отличалась от нас, да и интересов общих не было, плюсом, присутствие Вильсан меня напрягало, ведь не привыкла, когда в нашей компании ещё одна женщина, точнее забыла, какого это дружить втроём.       Возле школьной парковки Барсина стала себя странней вести, я могла бы это не заметить, если блондинка не кидала косые взгляды туда. Да и когда мы стали подходить к дверям учебного заведения, то ее поведение начало меняться, она больше не говорила обо все подряд, а стала более задумчивой и тихой. Конечно же, я не поняла к чему такая смена настроения, это я должна идти, как на войну, но нет, после ночного звонка Димы, мне стало спокойней, или мне так хотелось думать. Блондинка коснулась ручки, чтобы открыть железную дверь, а я мысленно перекрестилась, молясь, чтобы хоть школьный день прошёл нормально. — Пойдём, чего замерла? — Милена пихнула меня вперёд, обратного пути нет, придётся надеть маску «счастливого человека». ***       Быть для кого-нибудь причиною страданий и радостей, не самая ли это сладкая пища нашей гордости?'       Мое счастье, что прошло уже пять блядских уроков, а я встретила вдалеке только Лёшу, что стоял в окружении каких-то шлюшек, которые облепили его со всех сторон, очень тупо улыбаясь и заигрывая с ним. Осталось пересидеть и переждать только классный час, где можно поспать или послушать музыку, хотя на других уроках ничего не мешает мне этим заниматься. После, в моих планах было свалить как можно быстрее домой, где я и Милена будем ждать парня, который должен принести мне платье. Барсина же настаивала, чтобы она меня накрасила и сделала локоны, хотя я этого не хотела, ведь Тейпу это будет только в пользу, но с горем пополам, блондинка меня уговорила, потому что самой сделать красивый макияж, при этом не выглядеть как дешёвая путана, у меня не получится.       Спокойным шагом мы преодолевали школьный коридор, идя к нужному кабинету, где и будет проходить классный час. Но вдруг, какое-то быстрое движение происходит сзади, а после на наши плечи ложатся чьи-то ладони. — Приветик, кисы. — я вздрогнула, ожидая уже лицезреть лицо Ракитина, но голос был вообще не его, незнакомый. Одновременно повернувшись с Миленой, мы увидели, как перед нами стоял какой-то пацан лет пятнадцати, ростом он был чуть выше блондинки, но ниже меня. На его щеках горел персиковый румянец, глаза цвета темного шоколада изучали нас, а на тонких, бледных губах светилась похабная улыбка, которая заставила меня почувствовать испанский стыд. — Я Платон, будем знакомы. — хмуря брови, я пытаюсь напрячь свои мозги и вспомнить, где же я слышала это имя, но обладатель каштановых волос заметил мое раздумье и принялся пояснять дальше: — Я к тебе сегодня зайду, встречай меня, желательно, без этого худи. — точно! Это тот Платон, про которого упоминал Ракитин в нашем разговоре. Его прокуренный голос вызывает у меня чувство кринжа, видно, что мальчик — «самый свежий в школе», ведь его розовый леопардовый свитер заставляет меня перекинуться с Миленой взглядами, в которых читалось: «Ясно, понятно, перед нами краш семиклассниц». — Платон, дурно воспитанный мальчик , что ты такое городишь?! — ой блять, только не это. Я чувствую, как сзади меня стоит голубоглазый блондин — Роберт. Если он здесь, значит тут его банда. — Говоришь свою похабность и откровенную вульгарность. Да, девчонки? —теперь наступила его очередь класть свои ладони на наши с Миленой спины. — Как всегда ты не вовремя. Ладно, я пойду. — Степашин уже хотел развернуться, но резко остановился, смотря на меня. — Сегодня в пять, жди. — Платон подмигивает мне, а после деловой походкой исчезает за поворотом. Фу, противный мальчик. — Он ебнутый малый. — как и ты. Я скидываю руку со своего плеча, с таким возмутимым видом, словно в американских сериалах, где bad bitch унижает новенького. Платина делает шаг в сторону, фыркая на меня, но при этом мило улыбаясь Милене. Что за хуйня происходит?! Меня не было всего лишь один день, а тут уже все перевернулось с ног на голову! Вдруг холод сковывает мое тело, по рукам и ногам пробегает целый табун мурашек. Бесчувственный и равнодушный взгляд прожигает меня, заставляя меня оцепенеть. Я перевожу своё внимание с Роберта на людей, стоящих сзади, и натыкаюсь на Ляхова, что пожирает меня всю, словно змея поглощает свою добычу, за которой долго охотилась. Его остекленевшие, тусклые глаза выражают только одну ненависть. Ненависть ко мне       Я не могу понять, что именно чувствует парень, но отчетливо понимаю — случилось что-то такое, что сыпет ему соль на раны. На секунду, когда его взгляд встречается с моим растерянным, проскакивает ноющая боль, которую он держит внутри себя, словно под крепким замком. Ляхов, наверное, заметил эту секундую слабость, разрывая наш зрительный контакт. Пробежавшись по рядом стоящим парням, я не вижу двух главных звёзд — Егора и его дружка Артема. Роберт о чем-то говорит с Миленой, та же, двусмысленно отвечает, поглядывая на меня, но мне было не до них сейчас, я даже не слышала о чем идёт разговор. Звенит спасательный звонок, не успев долгожданно выдохнув, я заметила, как люди из параллельного класса начинают заходить в наш кабинет. Что за пранки? — Стоп, какого... — Пойдёмте, молодые леди, сейчас у нас классный час. — блондин, подтолкнув нас, повёл в кабинет. Сказать, что я ахерела с того поворота событий, ничего не сказать. Почему в этой вселенной делается все наоборот, как я хочу?! Моему заветному плану не сбыться, и ещё целых сорок минут будут для мучительной пыткой. Барсина замечает страх, который исходит от меня, и берет мою ладонь в свою, сжимая. Такое неприметное движение, но очень успокаивающие. «Я с тобой» — прошептала она одними губами.       Весь класс был забит людьми, мест не хватало, и многим приходилось садиться по три человека за одну парту, или идти и просить стулья в другом кабинете. Милена повела меня за третью первого ряда. Прошло уже минут пять, а ни классного руководителя, ни двух парней не было в классе. — Походу не за чем мне переживать, Егора нет в школе. — я выдаю этот «факт» Милене, с такой наивной уверенностью, что хочется смеяться, но блондинка лишь улыбается, а ее зелёные глаза выдают ее, ведь я не права. Если бы я знала, что чёрный Кадиллак, который стоит на школьной парковке рядом с белой БМВ, принадлежит тому, чьё имя для меня сущий кошмар, то не надеялась бы. — Здравствуйте! — в класс, шаркая ботинками по деревянному полу, зашёл классный руководитель, держа в одной руке зелёный журнал, а в другой футляр с очками. — Классный руководитель 11А уехал, попросив меня провести и им классный час, — слышатся вздохни, ведь они могли уйти домой, а не сидеть с нами — поэтому мы вместе, в тесноте да не в обиде — он садится, открывая журнал и попутно нажимая на маленький пультик, чтобы проектор включился. Звучит противный скрип двери, и все мои надежды разлетаются, словно сухие лепестки роз из-за ветра. Без извинений, эгоистично в класс зашёл Артем, его глаза прикрывают чуть округлые чёрные округлые очки, а тёмный бомпер придаёт его мрачному образу больше стиля, несмотря на то, что Шатохина я не уважаю, одевается он очень модно и со вкусом. Шатен садится в самый центр, за четвёртый стол, удивительно, что именно эта парта была свободна, и никто не рискнул занять это место. Мой взгляд внимательно следит за синеглазым, не пропуская каждое движение парня, резко локоть Милены пихает меня, заставляя прекратить слежку за Депо и увидеть его.       В этот момент время будто остановилось. Его длинные пальцы поправляют волосы на ходу, глаза цвета ежевичного йогурта смотрят куда-то в пол, на своих одноклассников, но не на меня. Чувствуется напряжение, когда многие девушки строят глазки Ракитину, на что я лишь фыркаю, отвернувшись к окну. Нашли тут самца, вообще, мне на него глубоко пофиг, и на то, что с ним происходит, не мои дела! Его яркий свитшот цвета грейпфрутовой цедры выглядит необычно, никогда не видела, чтобы он носил что-нибудь пестрое. Вдруг в мои волосы прилетает что-то непонятное, запутываясь в них. Черт! Милена любезно помогает снять с моей шевелюры кусок ластика. Обернувшись назад, я увидела ржущего Хлестокова. Он тот ещё урод, который только и может строить из себя клоуна, его несмешные шутки меня раздражают, а Кирилл обожает этим пользоваться, постоянно устраивая клоунаду. И сейчас, видимо, он посчитал, что это подходящее время, чтобы начать свой цирк и унизить меня не только перед нашим классом, хотя они уже привыкли к его выходкам, но и параллельном.       Внутри меня начинает разжигаться костёр из ненависти и стыда, который, если он не прекратит, перерастёт в целый пожар. В моём взгляде, который я бросала на него, читались просьбы, чтобы он прекратил. Кирилл все прекрасно видит, но, ехидно улыбнувшись, отрицательно машет головой. Светловолосый ещё сел в неудобном месте, сзади Егора и Артема. — Перестань! — шиплю, словно злая кошка, когда он уже позволяет себе не просто кидать кусочки ластика, а обломки карандашей, колпачки ручек. Я на секунду задерживаю свой взгляд на Егоре, и вижу, как русоволосый сидел с невозмутимым лицом, хотя все прекрасно слышал, его руки сжимали край парты, что костяшки белели. Не предав этому никакое значение, поворачиваюсь обратно, терпя все, что прилетает в меня, складывается ощущение, будто бы я играю роль мусорки. Барсина лишь поглаживает под партой мою ладонь, понимая, какое раздражение я сейчас чувствую, конечно же, «всевидящий» Кирилл это замечает, не опуская шанс выдать какой-то кринж. — Две подружки-лесбиянки, какая «прелесть»! А вы делаете... — и пальцами он показывает «ножницы» двумя руками. Меня чуть не вывернуло, от его похабного смеха, омерзительно, которой невозможно долго слушать, словно он изображал умирающую чайку. — Вельтман! — резко выдаёт учитель, что все оборачиваются на меня, ожидая, что же будет дальше. Обожаю, ещё пусть этот старый дед выдаст, что смеюсь я. — Почему не подготовила доску? — ой бляяяять. Говорить, что не я сегодня дежурная — как сказать слепому, чтобы он увидел. — Вытри доску, сидит она! — Ага! Вельтман, вытри себя. — как же я обожаю комментарии Хлестова. Ему нужно стать комиком, хотя с таким юмором, его даже в КВН не возьмут. Молчу, нельзя, чтобы последнее слово осталось за мной. Под смех таких же шакалов, поднимаюсь со стула, готовая провалиться под землю от стыда, Боже, за что мне это? Не успеваю я выжать мокрую тряпку, как в мою наклонённую спину прилетает ручка. Сегодня Кирилл прям разошёлся, обычно, он только вставляет свои пять копеек, выебыстый додик. Мои руки трясутся от, и без того расшатанных нервов, а светловолосый решает добить меня, бросая чей-то пенал, который прилетает мне в голову. Почему?! Почему, учитель никак не реагирует?! Кто-то издал удивлённые охи, но большая часть класса начала угорать. Одинокая, горячая слеза катиться по моей щеке, обжигая кожу. Не успеваю смахнуть ее, как на весь кабинет раздаётся сильный удар, будто что-то упало. Или кто-то. Смех резко прекращается, превращаясь в тишину. Поворачиваюсь, встречаясь с удивленным, нет, охуевшим взглядом Милены. — Если ещё раз в неё что-нибудь кинешь, то ты полетишь с этого окна. — это сон? Мне кажется, или Хлестоков сейчас валяется на полу, рядом со своим стулом, а над ним нависает Егор, что держит его за воротник чёрной футболки Поло? Выглядит это, как схватка льва и гиены. Я не вижу лицо Ракитина, но уверена, что он злее меня. Русоволосый брезгливо откидывает от себя костлявое тело Кирилла, становясь в полный рост, какой он же все таки большой и грозный, рядом со светловолосым. Но Хлестоков, видимо, не хочет, чтобы Егор выходил победителем в этой перепалке. Быстро поднявшись на ноги, Кирилл замахивается, и его кулак встречается с лицом голубоглазого. Это произошло настолько быстро, что никто не мог предугадать такой исходи событий.       Тейп не пошатнулся, но удар был точно не слабый, и ему явно сейчас больно. Барсина и другие девушки вскрикивают, когда русоволосый, вытирает кровь рукавом яркого свитшота, а после сбивает Хлестокова с ног, нависая сверху. Старый учитель кричит, чтобы они прекратили, но даже не умудряется встать и разнять их. Кулак русоволосого беспощадно наносит удар за ударом по лицу светловолосого, знатно портя его внешность на несколько недель. — Тейпи, въеби ему как следует! — его друзьям даже нравится ход таких событий. Мне хочется прикрикнуть, чтобы Ракитин прекратил и оставил парнишку, ведь он намного слабее русоволосого, но от неожиданности я не могу даже пошевелиться. — Ракитин, отпустил Хлестокова! РАКИТИН! — не понимаю, зачем классный руководитель орет, зная, что криком их не разнять. Егор сейчас ничего не слышит, ярость затмила здравый рассудок, словно темные тучи затягивают солнце, не давая теплым лучам согревать землю. Прощу, кто-нибудь разнимете их! Он же сейчас изобьет его насмерть!       Депо будто бы услышал мои просьбы, только он смог оттащить гневного Егора от Кирилла, лицо которого было чуть-ли не в мясо. Боже мой, вид русоволосого наводит на меня ужас и страх. Зрачки его глаз расширились, как у котов, когда они хотят напасть, костяшки разбиты и кровоточат, а по белоснежному лицу растерта багровая кровь, которая продолжает струйкой стекать из носа по губам и подбородку. Учитель что-то выкрикивает, некоторые парни подбегают к беспомощному Хлестокову, а я теряюсь, не веря, что все произошло из-за меня.       Парню помогают встать, придерживая его за плечи, чтобы тот без происшествий дошёл до кабинета медсестры. Классный руководитель продолжает кричать, читая нотации Егору, но никто его не слушает, тем более голубоглазый. Я вижу, как учащается его дыхание, ярость потихоньку развеивается, но парень ещё в напряжении. Это все длилось не больше пяти минут, но, по ощущениям прошла вечность. — ...пошёл вон отсюда! Тебя за это на учёт поставят! Не видать тебе никакое хорошое учебное заведение. — выйдя из какого-то транса, я слышу обрывки слов учителя. Не успеваю я посмотреть на Ракитина, как он, словно вампир из Сумерек, промчался возле меня, скрываясь за дверью класса. Я пытаюсь найти хоть какое-то объяснение в зелёных глазах подруги, но там читается только недоумение. Обкинув всех сидящих людей потерянным взглядом, я понимаю, что больше половине людей наплевать: кто-то пересматривает снятый видос, обсуждая его и смеясь, кто-то находится в шоке, как и я, а кому-то попросту все равно, и это лишь новые причины пустить слухи. Куда он пошёл? Ему же больно.       Кто-то подменил меня в этот момент, управляя моим телом. Я, не осознавая свои действия, кинулась к двери, но в тот момент, когда моя нога переступала через порог, я оглянулась, ловя на себе два взгляда — удивлённый Милены и презрительный Гриши. Ляхов даже не умудрился оттащить Ракитина, просто наблюдал, сложив руки на груди. Плевать, абсолютно...       Выбегаю в пустой коридор, смотря по сторонам и прислушиваясь. Полная тишина, изредка слышатся приглушённые голоса учителей. Его нигде нет. Пробегаю все умывальники, но нет ни одного следа крови на кафельном полу или раковине, который мог указывать на то, что Ракитин здесь был. Куда он пропал? Егор не мог так быстро уйти! Это физически невозможно! А он так и не посмотрел мне в глаза... ***       Вот-вот стрелка на часах пробьёт пять, и на пороге моего дома появится тот мальчик с каштановыми волосами. А через три часа я окажусь один на один с голубоглазым. Я и до жути боюсь, но и жду, когда уже наступит вечер, надев розовое или, может быть, золотое платье, я выйду к нему, а после русоволосый спутник поведёт меня в полную неизвестность. Звучит очень романтично, но на деле так не будет, я уверена. Королев сказал, чтобы я не отходила от Ракитина ни на шаг, почему? Неужели, Егор повезёт меня туда, где моя жизнь может подвергаться опасности? Ещё это загадочный ответ — «....ты сама все увидишь и поймёшь, просто, выполняй то, что я сказал», наводит на меня ещё больше любопытство и мандраж.       Горячий чай приятно обжигает горло, откинувшись на спинку стула, я прикрываю глаза, пока Милена нетерпеливо поглядывает на время, ей больше всех интересно — какое платье подготовил для меня Ракитин. Если это будет сеточка на лямках, то я ни за что не надену его, лучше уж в спортивках поеду, чем буду выглядеть шлюхой. — Ты уверена, что хочешь оставаться с ним тет-а-тет? — я безвыходно улыбаюсь, не открывая глаза. Слишком глупый вопрос, ведь все мы знаем, кто такой Егор Ракитин. — Это не от меня зависит. — Просто...Сегодняшнее происшествие, — нет, Милен, пожалуйста, только не про это. Только чай с мелиссой начал давать свой успокаивающей эффект, как зеленоглазая заставляет снова вспоминать эти фрагменты. — Он же сделал это неспроста. — понимаю к чему она клонит, но я не верю в это или не хочу верить. У меня есть ответ, почему он начал избивать Кирилла, но я не знаю, зачем он...защитил меня? — Егор — не терпила, он бы не проигнорировал удар, ведь, если бы это было так, то его репутация пошатнулась, ты же знаешь, как это работает. — она кивает, понимая мой намёк. Моя жизнь — отличный тому пример. Каждый чертовый день я открываю глаза, зная, что мне снова придётся терпеть: вечные неудачи, оскорбления от одноклассников, пьющую мать и давящие на меня мысли, ты хочешь спать, но они тянут тебя до утра. Я ощущаю себя поэтом, у которого кончились слова. Многие привыкли, что Арина Вельтман постоянно терпит их шуточки, оскорбления, насмешки, зная, что в ответ они получат только осуждающий взгляд кофейных глаз, поэтому эти обидчики не воспринимают меня как личность, ведь, я уверенна, что ни один из них не задумался хоть на секунду, каково мне? Что я ощущаю в эти моменты? Из гнетущих мыслей, от которых влага появляется на моих уставших глазах, меня выводит звонок в дверь. Блондинка оживляется, хлопая в ладоши, дождалась. У меня же нет никакой радости, настроение испортилось очень быстро. Не хочу краситься, наряжаться, видиться с Егором, хочу лишь заснуть и проснуться через сутки. Или вообще не проснуться. — Да иду я, не пробей мне дверь! — крикнула я, вставая со своего места, когда после звонков Платон начал барабанить по двери. Вот же второй нетерпеливый. — Здравствуй, мисс Вельтман. — не успела я чуть приоткрыть дверь, как этот мелкий поганец уже стоял в моем коридоре. — Отдавай то, что передали, и иди обратно в свой дворец, юный виконт. — Степашин смеётся, на что я лишь закатываю глаза. — Ты негостеприимная! Могла бы чай предложить. — ага, делать мне нечего, чаепитие устраивать с ним. — Ну или себя... — добавляет кареглазый шёпотом, из под челки смотря на меня. Общество Шатохина, Ракитина и других парней, наверно, и повлияло на то, что этот мелкий самоуверенный мальчишка ведёт себя намного старше своих лет. — Отдай пла... — Погоди-погоди. — он нагло останавливает меня, снимая свой рюкзак со спины, ставя его на тумбочку. — Прежде, чем отдать платье, я хочу задать один вопрос. — смотрю на него взглядом, типо, «давай рожай быстрее». — Ты девушка Егора? — я ожидала какой-нибудь похабный вопрос, но не это. — Что?! Что за бред! Конечно же нет! — карие глаза смотрят на меня так, будто бы я разоблачила всеми известный факт. Платон специально кашляет, медленно открывая свой портфель, будто назло. Мне не очень хочется тратить на него своё время. — Удивительно, ведь, Тейп проходным девушкам не покупает платье из ЦУМ’а, — после Степашин, подтверждая свои слова, достаёт небольшой оранжевый пакет, посередине которого находился чёрный квадрат с названием магазина. — Там ценника нет, он убрал, но я уверен, что оно, — кареглазый показывает взглядом на платье, которое я так и не могу увидеть. Молюсь, чтобы там было что-нибудь, что могло прикрывать мой зад. — стоит намного больше сотки. — там что-ли лежит все мебель в этом доме, это сарказм. — Хватит чесать языком. — я забираю у него пакет, взглядом намекая, что ему уже пора. Степашин растравляет руки для объятий, улыбаясь, словно он мальчик-ангелочек-заинька-паинька. — Я говорю, свали отсюда. — Тьфу блять, неблагодарная. — кидает кареглазый, прежде чем покинуть мой дом. Как только он исчез за дверью, в коридор выбежала возбужденная любопытством Барсина, выхватывая у меня пакет, убегая в мою комнату. Что за ажиотаж? — Арина!! — доносится до моих ушей голос блондинки. Неужели, все настолько плохо? Ведь понять, шокированный это был крик или нет, очень сложно. Не успеваю я и сделать шаг, как она выбегает ко мне, держа в руках белоснежное, длинное платье. Плечи открыты, но, чтобы оно не спадало, держится на тонких бретельках, а дальше идёт рукав, как у рубашек. Красивый воротник сделан для того, чтобы подчеркнуть остроту ключиц, а застегивается платье на пуговицах. — Потрогай его. — Милена протягивает его мне. Кончики пальцев только коснулось материала, как по моей кожи прошла волна релакса. Натуральный, мерсеризированный хлопок, настолько нежный, что хочется обнять это платье, проводить руками по ткани снова и снова, словно гладишь лепестки красных тюльпанов. Официально признаюсь, Ракитин удивил меня, я ожидала вульгарность, похоть, но получила мягкость и приличие в ответ.       Платье, по словам Платона, стоит немало, даже очень немало. Если верить ему, то зачем Тейп сделал это? Это же слишком дорогое удовольствие! Я не могу принять это платье, как подарок, только на один вечер. Эти открытые плечи, подчеркнутые стилизованным отложным воротником и узкими бретелями, влюбляют меня в ещё больше и больше. Совесть мне не позволит оставить его у себя, все решено, главное не испачкать его. — BRANDON MAXWELL. — прочитала название фирмы, написанное на этикетке. Я никогда не слышала об этом бренде, их слишком много, да и я не шарю. — Звучит слишком лакшери. — Теть, ну конечно, он же тебе из ЦУМ’а это подогнал. — зеленоглазо заигрывает бровями, намекая, что это не от доброго сердца. Не хочу даже думать про это! На часах уже пол шестого, нужно начинать сборы, ведь они предвещают, что это займёт уйму времени. Блонди понимает это, хлопая в ладоши. — Ну что, начнём! ***       «Если ты знаешь, что человек никогда не будет твоим, то любить его можно бесконечно долго». — Артем хоть и разговаривает с парнями, смеясь и держа в руках джойстик, но на самом деле витает в своих мыслях, которые не отпускают его уже вторые сутки. «Знаю, что виноват, мне стыдно за это, но как доказать человеку, что это было необходимо?! Ничего плохого же не случилось с ее подругой, Егор же не побил или не изнасиловал её, но это не оправдывает мой поступок. А, что я должен был сделать?! — Шатохин откидывается на диван, бросая джойстик рядом. Роберт передаёт ему стакан с виски, что-то говоря, но синеглазый не услышал, просто кивнул. — Я не мог поступить как крыса. Это был бы жесткий удар по нашей дружбе, который разломал нашу стену доверия, и, вряд ли, Егор после этого захотел бы со мной иметь какие-либо дела, интересы. С Ракитиным я знаком уже давно, за это время мы стали родными друг другу, настолько, что он пьяный сказал: «Если я откинусь, а рано или поздно это случится, то позаботься за Ангелиной. Пусть она всегда будет в тепле, в достатке. Мне не на кого больше положиться». Я дал обещание, насколько бы грустно не было, но отчасти он говорил правду, а я не могу помочь, Егор не хочет. Он знает к чему ведёт такой образ жизни, знает, чем это все заканчивается, но все равно идёт к этому. Это его не берет, это его не пугает. Думать об этом очень больно и тяжело, не хочется представлять, как все будет происходить, лучше уж наивно верить в то, что светлый лучик проберется через тучи, которые окружают Егора уже много лет, и он согреет русоволосого теплотой, подарив смысл жизни и надежду никогда не умереть». — Темыч, — рядом с шатеном, на бежевый диван, приземляется Приходов, держа в обеих руках стаканы с коньяком. — Что такой задумчивый? Случилось что-то? — Федя всегда был в большой компании любящей мамочкой, замечал то, чему не придавали внимания другие, переживал за здоровье парней, и если кто-нибудь из них получал ранение, то он, словно трудящаяся пчёлка, крутился вокруг больного и залечивал раны. А ещё Айсик был прекрасным слушателем. Если нужно выговориться, то Федя всегда рад, он молчал, а под конец говорил свои вердикты и советы, словно психолог. Конечно же, все, что открывали парни ему, оставалось между ними двоими навсегда, ведь длинноволосому не позволила совесть рассказывать личное на публику. — А, нет, все хорошо... — Артем растерянно улыбается, принимая протянутый стакан с алкоголем. Приходов смотрит на него с презрением, но ничего не говорит. Видно, что Федя не поверил шатену, слишком уж хорошо длинноволосый знает его, и такое поведение синеглазого редкость, хоть и Шатохин всегда хранил в себе кучу тайн и был самым загадочным среди всех, но только не для Айсика. Одна из причин, почему Депо глубоко уважает Федю — он никогда не будет настаивать. В данной ситуации Федя кивает, поднимаясь с дивана, он понимает, что Шатохин не настроен на разговор, а заставлять его выдавливать из себя слова — ужасная затея, ведь это будет не искренне, если шатену нужен будет совет, то он обязательно сам это покажет.       Всю эту идиллию, которую можно назвать «пацанской», нарушает звонок в дверь. Артем смотрит по сторонам, в недоумении разглядывая парней. Все, вроде, в сборе. Нет только Егора и Гриши. Первого по понятным причинам — он сегодня занят, а вот Ляхов сказал, что у него нет настроения и чтобы его не трогали. Это все, кончено, странно и не понятно, но Шатохину было как-то плевать, сейчас его волновали свои проблемы. Милена       Это имя полностью подходит ей, теперь она является ассоциацией. Ми-ле-на: губы соприкасаются, а после кончик языка совершает путь в один шажок вниз по небу, чтобы после толкнуться о зубу. Оно такое тёплое, словно июнь. Июнь — ее месяц...       Ее волосы такие же мягкие, как утренние лучи солнца. Она яркая, как сочные фрукты. Ее глаза напоминают ему луга, где растут клевер, люцерны, васильки, одуванчики. Но в каждом лугу водятся змеи.       Наконец-то звенит долгожданный звонок. Весь классный час Артем сидел как на иголках. Ему хотелось повернуть голову влево, посмотреть на ее золотистые волосы, увидеть, как Милена хмурит брови, стараясь быть серьёзной. Ему становится смешно и неприятно от того, как зеленоглазая делает вид, что Шатохина здесь нет, не замечает его. Максимально игнорировала момент, когда их взгляды пересеклись. Снежная королева       Барсина вылетает из кабинета первее всех, держа в руках портфель Вельтман. «Нужно действовать сейчас, пока Арины нет рядом, скорее всего она с Ракитиным, если, конечно, успела его догнать». Хватая рюкзак, Депо срывается с места, игнорируя слова учителя, который что-то кричит ему в след. — Милена! — в ответ игнор. — Милен, стой! Мне нужно с тобой поговорить! — между ними всего лишь три метра, но блондинка всеми силами пытается оторваться от шатена. — Барси... — резко открывается дверь, в которую врезается Шатохин, ударяясь ладонями, которые он успел выставить в последнюю секунду. — Ой, Шатохин, извини меня, но школа — не спортивная площадка, чтобы бегать. Хочешь бегать, добро пожаловать в спортивный зал! — директор делает выговор, на что Артем лишь равнодушно кивает, не вникая в слова. Она убежала, выиграла время, которое Депо потерял. А шатен ее почти догнал... — Мальчики, привет! — бархатистый голос звучит в коридоре, а после, словно это модели на подиуме, в комнату одна за другой заходят девушки, некоторых он видит впервые. «Что за хуйня? Роберт не говорил, что прийдут татти». Честно, ему не хотелось сейчас слушать эти мерзкие визги, чувствовать на себе похотливые взгляды, и выслушивать мусор, льющийся из их ртов. Шатохин относился к ним так же, как они себя показывали, если какая-нибудь девушка начнёт его оскорблять, Артем не будет молчать и закроет ей рот. Все равноправно, как он считал, и оправдание — она же девочка, не принималось.       Парни сразу оживились, уделяя внимание новоприбывшим леди. Депо морщится, залпом выпивая остатки алкоголя в стакане, а после ставя его на кофейный столик. Шатену не хотелось находиться в этой обстановке, ведь музыка, громкий смех мешали думать. Поднявшись с дивана, Шатохин уходит на кухню блондина. Туда, где тихо, и никто не будет мешать ему погружаться, словно аквалангист в глубокую падину мыслей. За окном уже давно стемнело, а огни ночного города создавали эстетику, голубоглазому хотелось сейчас оказаться на крыше с человеком, который станет для него спасательным глотком свежей воды в пустыне. Но мечтать не вредно. «Грустно, что я не знаю где найти подход, чтобы она хотя бы выслушала. Я не знаю, сможет ли она принять мои извинения, но ведь я солгал, чтобы потом ей не было плохо. Как это доказать?!». — Почему ты сидишь в темноте? — Шатохин переводит свой взгляд с пейзажа ночного Питера на длинноволосую брюнетку, что стоит в дверном проёме, держа бутылку виски в правой руке. — Просто, хочу побыть один. — равнодушно ответив, Артем надеятся, что девушка поймёт намека и покинет его так же быстро, как и нарушила покой шатена. Она хмыкает, улыбаясь, но, видимо, уходить не собирается. — А не хочешь разделить своё одиночество со мной? Я на психолога учусь, могу помочь морально... — брюнетка садится рядом на подоконник. Сейчас Шатохин мог лучше рассмотреть ее сильно накрашенное лицо. Длинные кошачьи стрелки делают взгляд янтарных глаз игривым. Шатохин недоволен таким развитием событий, девушка прекрасно это видит, но не поступает так, как хочет Артем. — Я Ксюша. — она улыбается, показывая белоснежные и идеально ровные зубы. «Виниры — подмечает Артем, продолжая рассматривать девушку». Ее чуть полноватые плечи открыты, а бледную шею украшает тоненькая цепочка. — Артем. — звучит крайне недружелюбно, отчего Ксюша морщится, называя Артема бякой. — Я вижу, ты не хочешь мне ничего говорить. — «Какая догадливая». — Но я не уйду. Будем сидеть в тишине. — для того, чтобы подтвердить свои слова, Ксюша садиться поудобнее, складывая руки на груди и закидывая ногу на ногу. Шатохин пожал плечами, стараясь максимально игнорировать то, как длинноволосая откровенно пялиться на него. — Ладно, я знаю, что поможет тебе. — «Твоё исчезновение». — она спрыгивает с подоконника, беря со стола бутылку с алкоголем, а после снова приземляясь на то место, даже чуть ближе к шатену. — Выпей. — Ксюша протягивает алкоголь, а ее глаза блестят, когда на них падал свет от уличных фонарей. Не поморозившись, Депо отпил два больших глотка, даже не морщась. — Вот, так лучше. Давай сначала. Почему ты тут сидишь? — Я же ответил. Хочу подумать. — Что тебя беспокоит? — взгляд янтарных глаз скользит по худым, татуированным рукам Артема, внимательно изучает, как дергается кадык шатена, когда он делает глотки ванильного виски. Шатохин качает головой, давай понять, что не будет отвечать на поставленный вопрос.       Глоток, ещё глоток, а после ещё и ещё, и вот Ксюша уже не кажется такой противной. Шатохин рассказывает все: как в детстве его дико помотало по стране из-за отца, который занимался коммерцией, как пережил смерть родного брата, рассказал о знакомстве с Айсиком и другими парнями. Брюнетка внимательно слушает, изредка задавая вопросы, а Депо это не смущает, алкоголь «развязал» ему язык. Синеглазый чувствует, что он уже сильно пьяный, но ещё не до такой степени, чтобы не соображать, теряя рассудок, и не помнить на следующий день. Ксюша сидит очень близко к Артему, касаясь своей коленкой его, а парень говорит без остановки, смотря куда-то в пол. — Вот скажи мне. — за весь их длинный диалог Шатохин ни разу не упомянул про Милену, да и не хотелось. — Почему вы-девушки такие сложные? — язык путается, но брюнетка прекрасно понимает, что говорит синеглазый. Она хмурится от такой резкой смены темы. — Я вот стараюсь, и так и сяк...а она... — слова адресованы куда-то в темноту, но не Ксении, кажется, Шатохин сказал это себе, чем ей. — Ну, мы — нежные особы. — синеглазый поворачивает голову, где сидела длинноволосая, только сейчас он заметил, насколько близко они сидят. — С нами нужно, как с котятами: ухаживать, играть, показывать свою любовь. Тогда из таких котят вырастут любящие кошечки. — с каждым словом Ксюша поддаётся вперёд, обжигая бледную кожу парня тёплым дыханием. Один рывок, и их губы соприкасаются в пьяном поцелуе. Язык брюнетки детально изучает рот шатена, вырисовывая незамысловатые узоры. Что ты творишь? Оттолкни! Она же шлюха, выжидала момента, когда ты опьянеешь. Ради всего святого, прекрати этот цирк       Секунда и они уже в спальне. Губы длинноволосой делают мокрые дорожки на теле парня, она прижимаются к нему, кусает, но взаимности не получает. Шатохин лежит, прикрыв глаза, а совесть не даёт прикоснуться или поцеловать Ксению. Милена. Что она подумает, если ты трахнешь эту шлюху? Мы не встречаемся. Я вправе делать все, что хочу. Но. Представь, если она сейчас лежит под каким-нибудь парнем, а он трогает ее везде, целует ее девственное тело...       Одним рывком шатен переворачивает Ксению под себя, она стонет, пошло улыбаясь, проводя длинными ногтями по впалому животу парня. Шатохин снимает с неё топик, кладя его рядом с собой. Девушка недовольно хмурится, ведь парень ни разу не прикоснулся своими нежно-розовыми губами к ней. — Поцелуй меня... — Подожди. — хрипло отвечает он, легким движением расстёгивая бюстгальтер, а после кладя рядом с топом. Шатохин не обращает внимание на жалобный взгляд янтарных глаз, не на то, как Ксения пытается притянуть его к себе и завлечь в долгий, страстный поцелуй без ноток любви. Никаких чувств. — Приподними ножки. — брюнетка покорно слушается, прикрывая глаза в ожидании эйфории. Но ничего не происходит, когда последняя вещь на ней была снята. Она открывает глаза и видит, как Шатохин расстёгивает ремень на своих чёрных штанах. — Давай ручки. — брюнетка немного ошарашено смотрит на него, шутит или нет? Но Артем мило улыбается, внушая только доверие. — Хорошо. — сводит запястья вместе, давая прицепить себя к кровати. — Ах, слишком туго, ты чего? — непонимающий взгляд падает на Артема, который становится в полной рост, перед оголенной девушкой. В правой руке он держит всю одежду девушки, ехидно улыбаясь. — Тем...Что с тобой? — Мне не нужен эскорт. Легкие женщины не возбуждают. — с этим словами Депо подошёл к открытому окну, а после все вещи девушки полетели вниз с тринадцатого этажа. — Что ты делаешь?! Блять, что ты наделал?! — она орет, брыкается, пытаясь освободить руки, но ремень очень сильно сжимал запястья. — А я просто хотел поговорить, но не ебаться. — полное отвращение звучит в его голосе. Депо поднимает свою футболку, надевая ее на ходу. — Стой, не уходи! — а шатен, как будто не слышит. Он зол...на себя. — Тема! Тем! Темочка, не оставляй меня, прошу тебя! Остан.... — что кричала ему вслед Ксения, он не дослушал. Хлопнув дверью, ему хотелось одного — уйти.       Нет, не чтобы насолить Ксюши, она поучила свое. Если кто-нибудь из пьяных парней найдет ее, то будет ей обещанный секс, неважно же с кем. Просто хотелось уйти туда, где ему будет спокойно и хорошо. Он знал где это место, и не раздумывая шёл туда, пусть там и холодно. Мне и в холодной Сибири тепло       Пусть его там и не ждут, возможно, даже не впустят, но Депо тянуло туда, как пчёл на нектар.       Если бы не мысль, которая заставила его ревновать с не с чего, то он бы лёг под брюнетку, шатену противно от себя, нужно было вообще не разговаривать с ней. Весь проделанный путь занял, на удивление, очень мало, хоть он шёл пешком. Поднялся неприятный ветер, а его олимпийка осталась у Роберта, но Артем не замечал ничего, просто шагал, думая, какими последствиями ему вышел бы один секс с незнакомкой. Знакомая многоэтажка, знакомый подъезд. А я без пионов...       «Она, наверно, спит. Если не откроет, пойду домой спать» — он уверенно нажимает на кнопочку, а после слышит, как звонок разносится по квартире. Ждёт примерно тридцать секунд, а после нажимает повторно. Не идёт       Синеглазый теряет надежду после еще двух попыток, что блондинка вообще находится дома. «Блять, она же живет с родителями, идиот!» — шатен разворачивается, спускаясь на несколько ступенек вниз, но его останавливает звук поворота дверного замка. — Артем?