что для тебя красота?

Она так красива, но Это яблоко червиво

      Ракитин помнил, что давно не ощущал ноющей, тугой боли в затылке. Веки были будто свинцовые, а чтоб разлепить их, нужно было приложить усилия. — Ай, бляяяять, — перед глазами все плыло. Попытавшись подняться с кровати, парень с провалом упал обратно. Картинка все ещё не сфокусировалась. И если бы не адская боль в затылке, Егор бы хоть как-то отреагировал на приближающие чёрное пятно, которое с каждый шагом приобретало чёткие черты женской фигуры. — Кто тут? — хрипло выдал Тейп, сильно зажмурив глаза.       Раздался тихий скрип. Девушка аккуратно села на кровать, закидывая ногу на ногу. — Как же мы давно не виделись… — русоволосый замер. Этот голос. Нежный, бархатный, ласкающий уши. Его было приятно слушать даже тогда, когда разговор шёл о неинтересных вещах. Егор не раскрыл глаза, этого и делать не нужно было для того, чтобы определить, кто сейчас сидит перед ним. — Да, и место, в котором мы сейчас находимся, уж точно не то, где бы я захотел с тобой встретиться. — Вильсан залилась тихим, кокетливым смехом. Брюнетка была как всегда шикарна. Пухлые губы переливались на свету бежевым оттенком. Небольшой персиковый румянец придавал девушке свежести. Ее идеальную, неестественную фигуру обтягивало нежно-голубое платье, подчеркивающее пышную грудь и осиную талию. — Я так по тебе соскучилась, малыш Тейпи. — тонкая ручка с длинными, чёрными ноготками, коснулись пальцев русоволосого. У Ракитина перехватило дыхание. Небольшой, предательский разряд тока прошёлся по телу. — Прошло уже почти четыре месяца, как ты ушёл от меня. — в словах девушки проскакивала обида, сжигающая ее на протяжении этих мучительно долгих месяцев. — Я считаю, что мой котёнок уже достаточно погулял на свободе, и теперь ему стоит вернуться домой, к своей любящей хозяйке. — Карина переплела их пальцы вместе, ощущая тепло чужого, но в тоже время, такого родного тела. — Во-первых, ты мне не хозяйка, и я тебе не котёнок. — с этими словами Егор вырвал руку. Взгляд Карины наполнялся злобой и обидой. — Во-вторых, между нами все конечно. Я тебе уже об этом говорил, и как мне показалось, довольно понятно разъяснил, почему не хочу видеть тебя рядом с собой. Только не надо этих слез. Насмотрелся уже на них. — Ты же всё еще любишь, — слёзы непокидающей обиды стекали по белой коже. — Я это чувствую. Помнишь, как нам было хорошо вместе? Мы с тобой катались по ночному городу, а после залазили на крышу дома и ждали рассвета. Ты тогда так нежно меня целовал, будто бы я плод твоих фантазий, и в любой момент могу просто исчезнуть. Я никогда не забуду слова, что ты мне сказал. — у Егора перехватило дыхание. Его сознание старательно пыталось стереть все воспоминания, связанные с Кариной. Он заливался алкоголем, курил до тошноты и закидывался наркотой. Только тогда он забывал про своё несчастье, растоптавшее его в пух и прах. Услышанные слова так легко оживили все то, что он усердно закапывал под землю холода и равнодушия. Надеясь, что только это поможет убить все то, что когда-то его грело. В голове пролетели те самые слова. Любил и любить буду… — Любил и любить буду — вот, что ты мне сказал тогда. По твоему лицу вижу, что помнишь. Хоть максимально стараешься это скрыть. От своих чувств не убежать. Разве тебе помог тот факт, что ты стал наркоманом, избавиться от меня навсегда? — Ты меня растоптала и теперь называешь наркоманом!       Ракитин учащенно дышал, смотря лишь на спокойное лицо напротив. Вильсан аккуратно, боясь, что ее действия вызовут резкую агрессию, прикоснулась подушечками пальцев скул парня. Ракитин хотел оттолкнуть ее, но что-то мешало этому. — Егор. — девушка придвинулась ближе, кладя свою голову на грудь парня. Вильсан прижималась щекой, ощущая, как внутри все пылает от счастья просто находиться рядом с этим человеком. Она скучала по его голосу, запаху, волосам, голубым глазам. Она скучала по всему Ракитину. — Прощу тебя, — шептала Карина, — не отказывайся от меня снова. Я тебя люблю. Да, я много раз оступалась, но никто, слышишь? Никто не смог заменить твоё тепло. — Русоволосый понимал, что сражается сейчас с сильным соперником. И нет, это не сама Карина, а наглухо спрятанные чувства к ней, которые старательно пытались вернуться и захватить похолодевший разум Ракитина.       Как же обычная розоволосая девочка с кучей проблем и комплексов, которая так покорила твоё сердце, Егор? Что будет с ней? Ты же дал ей все надежды на то, что вы будете вместе, а сейчас ты решаешься вернуться ли тебе к своей бывшей. Она предана тебе, она пойдёт с тобой, забыв про всю боль, причинённую тобой. Она любит тебя. А любишь ли ты?       Любил ли ты ее настоящую? Или пытался сделать Арину немного похожую на Вильсан, даря ей платья, которые на подобии носила Карина?       Ракитин что-то увидел в характере Вельтман, что напомнило ему свою бывшую любовь. Сердце больно кольнуло, когда он осознал это только сейчас. Егора разрывало от ненависти к себе. «Я убиваю ее…» — Уйди… — пальцы вцепились в тонкие, хрупкие плечи. — Я не хочу тебя видеть. — Ракитин пытался отпихнуть прижимающуюся к нему Вильсан. — Отпусти ее, просто, отпусти. Ты достаточно причин ей боли. Ей нужен тот, кто всегда будет рядом.. и это не ты.

***

— Арина! Девочки, она здесь, — слышала я голос, будто через толще воды. Он был где-то далеко, но в тоже время очень близко. — Арина, Ариш… — чьи-то руки взяли мое лицо, поднимая его к себе. Это была Милена. — с тобой все хорошо? Ты не ранена? — со мной все отлично, несмотря на то, что я лишила жизни ещё одного человека. Так просто оставила умирать, как псину. В этот раз я долго не думала, просто взяла и сделала. Этим же ножом, на котором уже была чужая кровь, да не одна. — Нет, он меня не покалечил. — зато я его. — Мы не так далеко успели убежать, решили постоять отдохнуть, как увидели свет. Это была ты. — я ничего не помню. Как дошла сюда, как села на холодную землю. Будто бы между убийством и сейчас прошла одна секунда. — Сколько прошло после того, как я сказала вам бежать без меня? — Нэнси взяла фонарик из моей обмякшей руки. Белый свет упал на окровавленный нож, который я даже убрать не удосужилась. Девочки ничего не сказали, все поняли. — Минут сорок, может час. — Отлично. — нужно идти дальше. Я приподнялась, все также держа подарок Тейпа в руках. Надо его убрать, а то этим я пугаю девочек. — Это же нож Егора? — меньше всего мне сейчас хотелось разговаривать о русоволосом. Ангелина внимательно разглядывала оружие, как какой-то экспонат. — Да, он мне его подарил. Идём, — я двинулась вперёд, забирая фонарик из рук рыжеволосой. — Даже не думала, что ты можешь совершить… — В твоего брата пошла. — я не дала ей договорить. Убийство. Она хотела сказать, что я, такая тефтеля, смогла ебнуть насмерть человека.       Следующие полчаса мы шли в полнейшей тишине. Мысли были заняты только тем, в какой полнейшей жопе мы находимся. В моем рюкзаке осталась одна бутылка воды. И немного еды. Ее достать было трудно. Но самое страшное то, что мы шли хуй знает куда. Когда я так «путешествовала» с Гришей, мы пользовались правилом «возле реки всегда будет чей-нибудь дом». Здесь, как бы я не вслушивалась в тишину глубокого леса, звуки воды не удавалось услышать. Ноги пекли от усталости, хотелось уже прилечь на землю и закрыть глаза. Сначала было бы очень холодно. Мороз проходил бы по коже, пробираясь под неё, а после, вытерпев мучительный холод, по телу прошлась бы блаженная волна тепла. Такая приятная. Сон бы схватил в свои крепкие объятия и не отпускал. Никогда. Мои раздумья о том, как хорошо будет, когда я умру, перервала Барсина, которая неожиданно остановилась. — Сеть! Я поймала две палочки! — после этих слов моя усталость перешла на второй план. — Посмотри по картам, где мы находимся, — замёрзшие пальцы блондинки еле двигались. — Ну же…давай-давай, — блондинка внимательно вглядывалась в наше местонахождение, листая то вверх, то вниз. — Арина, твою ж мышь… — Что такое? Мы уже в Китай пришли? — Нет, лучше… — голос девушки меня пугал и радовал одновременно. — Помнишь, когда мы ездили на дачу, то всегда на перекрёстке поворачивали налево, — я кивнула, хотя никогда не обращала на это внимание. — так вот, мы сейчас находимся в противоположной стороне. То есть, если бы мы повернули направо, то бы подъехали к особняку БДСМ извращенца сзади. Правда, по лесу бы пришлось поехать, но не суть. Нам нужно выйти на ту разъебанную дорогу, потом дойти до перекрёстка, а дальше моя дача! — не знаю, где Милена нашла в себе силы, но она начала прыгать от счастья, что мы не замёрзнем тут нахуй. А может она и прыгала, чтоб не замёрзнуть. — Сколько по времени нам ещё ебашить? — дрожащим от холода голосом спросила Ракитина. — Сейчас, — Милена задала маршрут, — ммм, пятнадцать километров. — пф, всего пятнадцать? Дело двух минут! Как же я надеялась, что она скажет три, а лучше ещё меньше. — Три часа пиздошить… — Ну луч-ше так. — впервые за все время подала голос Нэнси. — Нужно позвонить кому-нибудь из ребят и сказать, что мы в полной пизде. — я достала свой почти разряженный телефон. Блять, из-за тройного падения разбился экран. Пальцы судорожно искали нужный номер.       Блять, пожалуйста, только возьми трубку. — Запоминай дорогу, пока телефон не разрядился. — сказала я, слушая гудки. — А ты святи, — я передала фонарик Нэнси. Пальцы покраснели от холода. Поднеся их к губам, я обдала их горячим воздухом, стараясь хоть как-нибудь согреть. — Ну возьми же ты трубку, блять! — безуспешно, в ответ лишь автоответчик. Гриша, твою ж мать, где тебя черти носят? Сбросив, я стала искать номер Димы. Тот вообще недоступен. — У тебя что? — я повернулась к Милене. Та отрицательно покачала головой. Да что ж это такое? Где они все?!

***

      Вильсан была не человеком. Она точно имеет в роду вампиров, раз так умело может высасывать из Ракитина все силы.       Парень валялся без каких-либо сил. Как удары оголенным проводом под напряжением, вспоминались слова брюнетки. «Она пытается влезть ко мне в мысли. Захватить мой разум. Но я не верю ей». О какой любви может быть речь, когда тебе плюнули в душу? Ракитин в который раз себя корил за то, что пошёл на поводу у этой бестии, которая вечно вляпывалась в неудачи. Хоть и Егор был из тех, кого женский пол интересовал только в плане секса, но ему в какой-то момент понравилось оберегать свою подругу?       Ракитин, развалившись поперёк кровати делал вид, что слушал «уж очень увлекательный рассказ» о том, как Кристаллу сосала шлюха, и его чуть не стошнило ей на голову из-за никотинового отравления. Из гостиной орала музыка, смешанная с женскими выкриками и смехом. Депо под боком не было, а значит некому было принести ему новую бутылочку коньячка, который так легко разливайся по его горлу.       Егор ощущал, как вся эта суета его откровенно заебала. Они с пацанами постоянно тусили у кого-то на хатах, трахали девочек, которые с удовольствием раздвигали свои ножки, бухали до дичайшего похмелья, а на утро все рассердились. — Егорик, что ты такой кислый? — подметив скучающего друга, Назар подсел на кровать, наблюдая за тем, как Тейп выпивает последние капли коньяка.— Может тебе дать пару таблеточек для поднятия настроения? — брюнет расстегнул молнию на поясной сумке, перебирая пальцами пластины таблеток, словно это были визитные карточки, а не экстайзи. Визитная карточка, кстати, также имелась у Обладает. Как-то раз он пробовал ей сформировать дороги, но она постоянно сгибалась. Короче, хуйня одним словом. — Лирику или Ксанекс? — Ничего. — Тю, братанчик, значит надо что-то по-серьёзнее. Давай я тебе девочку приведу, она тебе сделает ахуенный минет, а после мы пойдём хорошенько дунем? — Если я соглашусь, ты отъебешься? — Ну на время пока тебе сосать будут, да. — Назар еле сдерживался, чтобы не заржать в голос. Вся ситуация его смешила, особенно Ракитин, которого так любил выводить из Вотяков. Хоть и старше его на несколько лет, но явно моложе морально. — Веди сюда своих шл… —телефон в кармане спортивок завибрировал. — 100% Депо в пьяном угаре забыл, где находится спальня в его же квартире. — голубые глаза расширились и потемнели, когда на экране высветилось имя новой знакомой, а не заебавшего его друга. — Алло? — на той стороне послушался тяжелый вздох. Казалось, что девушка не ожидала, что Ракитин возьмёт трубку. Тем более она звонила ему всего лишь второй раз. — Егор, тут такое дело… — Блять, Карина, только не говори, что ты опять в какую-то хуету влезла! — у Егора случилось дежавю, позавчера брюнетка так же звонила парню с точно такими же словами. Тогда ему пришлось ехать в отделение и забирать пьяную Вильсан домой, ведь та решила, что ей можно все, и лечь по середине пешеходного перехода было для неё отличной идеей. — Какую херню ты совершила в этот раз? — Егор, не ругайся, пожалуйста. Я просто потерялась! — только ее «просто» не звучало, как пустяк. — И где тебя носит? — В Зеленогорске. — Тю, блять, Карина, что ты там забыла? — Тейп уже явно начинал подкипать. Ему и ясновидящем быть не надо, чтобы предугадать, дальнейшие слова Вильсан. — Я не помню.. не знаю. Егор, пожалуйста, забери меня. Тут страшно!       И Тейп вместо того, что бы послать брюнетку далеко и надолго, сорвался с места, бросил всех, даже не попрощавшись, заказал такси до Зеленогорска и отправился на поиски Карины. Нашёл он кстати ее быстро. Девушка сидела в центральном парке на лавочке, облокотившись локтями на колени. Рядом валялись ее туфли и сломанный каблук. Она рыдала, как маленький ребёнок, у которого отобрали игрушки. А причиной этого были лишь испорченные новые туфли. Всю обратную дорогу до Петербурга Ракитин угрожал засыпающей на его плече Карине, что знатно отрахает ее в анал.       После того момента Карина и Егор стали общаться чаще. Ракитин порой брал подругу с собой тусить, вот расслабляться он не мог. Боялся потерять Вильсан из поля зрения, вдруг, та опять вляпается во что-нибудь. Когда-то она занимала важное место в его сердце. Егор не отрицает, что, если бы не развратный характер брюнетки, то они бы по сей день были бы вместе. Не было бы никакой розоволосой в его жизни. И проблем у бедной Арины бы тоже не было. Жила бы себе девочка обычной жизнью, книги читала, по вечерам гулять ходила, если бы не только пустота Тейпа, которую ему нужно было кем-то заполнить. По началу Егор понимал, что Вельтман интересует ее только в интимном плане. Он хотел эту девочку с необычной внешностью, как других девочек. Если сравнивать Арину с Кариной, то первая выглядит настоящей. Без накаченных губ, сделанных сисек и талии. Но не внешность даже привлекла Тейпа, он чувствовал ее сильный характер. За своей спиной Егор хотел видеть именно такую девушку.       Мужчина без стука, тихонько приоткрыл дверь в комнату. Слабый свет от лампы освещал только кровать, на которой сидела брюнетка, повернутая спиной к нему. Он улыбнулся, слыша тихие всхлипы Карины. — Ну и что же ты ревешь? Все же ходила к этому балбесу? — он прошёл в глубь комнаты, рассматривая всякие непонятные ему разноцветные флаконы. Отец Егора знал про сильные чувства Вильсан к его сыну. Ему нравилась эта девушка в качестве невестки, правда, он бы хотел, что бы Карина была с Глебом, чем с Егором. Ракитин являлся для него распиздяем, тем более он также знал про розоволосую девчонку, с которой крутил роман его сын. — Да, — жгучие слёзы обиды стекали по бархатной коже брюнетки. Кулачком она стирала соленые дорожки, издавая всхлипы. — Он сказал, что мы не сможем никогда быть вместе. — вместо ожидающих слов поддержки Вильсан услышала лишь басистый смех. — Ну ты подожди, это он сейчас так говорит. Стоит на него еще чуть надавить, так он твоим сразу станет. — в голосе слышались нотки злости и издёвки. Карина резко повернулась заплаканным лицом к мужчине. Красные глаза с удивление смотрели на то, как шире становится улыбка Олега Дмитриевича. От этого было не по себе. — Что вы снова задумали? — шёпотом произнесла Вильсан. Ее саму пугало все происходящее. Когда в ней горело пламя ревности и желания отомстить Вельтман, то она не думала головой, просто делала то, что ей говорили. Но позже ее стали мучать осколки совести. Все зашло слишком далеко, и лишь небольшая месть, перешла в то, что Арине просто не дают спокойно жить, лишая абсолютно всего. Хоть и Карина больше ни в чем не участвовала, но чувствовала себя причастной ко всему этому ужасу. — Та так, ничего страшного, это будет последнее. Лучше ложись отдыхать. — Олег Дмитриевич вышел, оставляя напуганную Карину мучаться, гадая, что случиться в этот раз. «Последнее что?» — развернувшись обратно, спиной к двери, Карина зажала рот рукой, сдерживая всхлипы. «Последний удар?» Ракитин старший, который направлялся в свой кабинет, резко остановился, оборачиваясь назад. Взяв рацию, лежавшую в правом кармане, мужчина нажал на кнопку. — Мне сейчас же нужны записи с камер наблюдения.