Дом

Есть один очень интересный психологический прием, которым в основном неосознанно пользуются люди, пережившие сильный эмоциональный стресс или шок. Суть в том, что индивид настолько сильно отказывается верить в то или иное событие, что просто убеждает самого себя, в нереальности произошедшего. Проснувшись в своей постели по середине ночи, Клэри совершенно четко помнила каждую секунду, проведенную в руках брата вчерашним вечером, помнила все до мельчайших подробностей, все свои эмоции, ощущения. А потом она просто закрыла глаза и заставила себя уснуть. Утро встретило ее редкими лучами солнца, которые с трудом пробивались через плотную стену деревьев, окруживших дом. Настроение на удивление замечательное. На душе было легко, а тело, не смотря на постоянную усталость и отсутствие сил за последнее время, с которым она почти смирилась, стало вдруг необъяснимо расслабленным. Это ее вовсе не смутило, наоборот лишь обрадовало, ведь хороший настрой это уже половина пути к удаче и возможно сегодня она станет хоть на унцию ближе к свободе. Фрей с прошедшего дня помня только лишь то, что тайная слежка успехов не принесла, а действовать нужно быстро, решила взять быка за рога так сказать и начать вертеться около парней все свое свободное время, которого у нее вагон и большая тележка. Приняв утренние водные процедуры, Клэри переоделась и даже сделала легкий макияж. Она в последнее время намеренно ходила страшнее атомной войны, а это никак не способствовала ее настрою. Все же девушке важно знать, что она красива. Летящей походкой она выбежала в столовую и обнаружила на столе свой завтрак, состоящий из овсяной каши, йогурта, фруктов, орехов, остывший кофе и записку. С добрым утром, милая. Не забудь про завтрак. Вернемся к обеду, не скучай) Твои Д.К. Последить не удастся… Клэри все же быстренько слопала свой завтрак, откинула посуду на мойку и принялась ждать мальчиков, попутно обыскивая кухню особо не на что, не надеясь, но чисто, чтобы себя занять. Уже через пару минут из гостиной послышались голоса парней. Видимо Клэри спала достаточно долго. Первым на кухне появился брат. - Привет, - Клэри громко поздоровалась и ярко улыбнулась, прежде чем начать подходить к блондину протягивая руки к бумажным пакетам в его руках. - Привет, - в его голосе сквозило удивление, и он застыл у двери, прижимая к себе пакеты. Когда рыжая подошла достаточно близко Джонатан недоверчиво сощурился и оглядел ее с ног до головы. - Давай помогу, - сказала девушка, не понимая его такой странной реакции. Себастьян щелкнул челюстью и казался на грани своей выдержки. - Они тяжелые. Я сам, - голос отстраненный, движение скованные и держал ее на веду. Он просто не мог понять, почему сестра как всегда не устраивает истерики или молчаливый бойкот, не пытается отстраниться, сбежать или убить его. Все это казалось дико подозрительным, и сейчас его основной целью было выяснить, что задумала сестренка. Он конечно бог секса, но чудесное резкое смена позиций всего лишь из-за кунилингуса, даже в его тщеславной душенке не умещалось. - Хорошо, - ничего не помнящая, о вчерашнем вечере и теперь уже ничего не понимающая о сегодняшнем дне Клэри, легко согласилась и пожала плечами, раздумывая над тем, где же Джейс. Ее парень появился буквально через пару секунд, сразу же заключил ее в объятья и зарылся носом в ее волосы. - Тебя не было в твоей комнате, и я успел испугаться, - прошептал он ей прямо на ушко. - Я не так давно встала и позавтракала. Не думала, что меня можно потерять в доме, - хихикнула рыжая, обнимая парня в ответ. - Кхм, - Джонатан прочистил горло, - мне нужно кое-что проверить, - объявил он громко, подходя к парочке, - последовало долгое молчание, прежде чем Моргенштерн уточнил, - вы проход загораживаете, дадите мне пройти, нет? Как только Себастьян исчез в своем кабинете, Джейс резко подхватил Клэри на руки и посадил на столешницу, сам удобно устроившись между ее ног. - Я соскучился. - Я тоже, - отвечала девушка и не врала. Она действительно соскучилась по нему, по его голосу, по его рукам и божественному телу. Его ладони медленно скользили по ее талии, а губы проводили дорожку из поцелуев по шее, скулам, то спускаясь, то снова поднимаясь по ее открытому вороту, насколько позволяла кофточка. Джонатан быстрым шагом направился в свой кабинет, громко захлопнул дверь и торопясь, дрожащими руками ввел пароль на своей ноуте. Его тело горело и полыхало изнутри. У него был длинный список желаний и далеко ведущие планы, но и там и там милая сестренка стояла на первом месте. Чтобы не произошло, Кларисса должна была остаться с ним, а такое поведение девушки после вчерашних событий, мягко говоря, настораживало. Себастьян недолго колебался, прежде чем включить запись видео наблюдений за ночь и сегодняшнее утро. Быстро в перемотке он просмотрел их дважды, но не заметил ничего странного и если даже сестренка что-то начала предпринимать, то это явно только в ее голове. Жаль, он пока не мог добраться до ее мыслей. Делать было нечего, ему придется принять правило игры рыжой. Чертыхнувшись, и раздражено пару раз побродив с одного угла комнаты в другую, Джонатан постарался успокоиться. Она будет с ним при любом раскладе событий. Вернувшись на кухню, он застал парочку за поцелуями. Клэри закинула голову вверх, ее волосы яркими волнами струились вниз, глаза прикрыты, влажные губы слегка открыты, дыхание учащенное. Джейс увлеченно оставляет засосы на ее белой фарфоровой коже, руками изучая, каждый сантиметр ее тела. Когда парень неосторожно, слегка прикусывает нежную девичью кожу из ее горла вырывается страстный стон. От этой картины в брюках становится тесно. Себастьян поправляет член в штанах и раздраженно вздыхает. Лишь бы не встал, он уже устал ходить возбужденным, стараясь не торопить события. - Не съешьте друг друга, - громко объявляет Моргенштерн о своем присутствие. Глаза Клэри распахнулись, голова опустилась, а лицо она решила спрятать за каскадом волос. Как мило, она стесняется. - А тебе и завидно, - ухмыляется Джейс, прерывая свое занятие. - Нет, я вчера получил немного больше чем поцелуи, - Джонатан хотел понять, но на ее лице было лишь растерянность и непонимание. Девушка молчала и удивленно выпучив глаза, переводила взгляды с брата на себя, на Джейса и снова на брата. Эрендейл повел себя не менее странно, на лбу надулась вена, руки сжаты в кулаки, плечи напряжены. Воздух в комнате заметно накалился, но никто из присутствующих кажется не мог разобраться в происходящем. Джонатан старался спровоцировать Клэри на признание, разговор или хотя бы эмоции. Джейс, как не странно не смотря на все свои слова, о том, что готов поделиться Клэри с Себастьяном, все же ревновал или завидовал. А сама девушка не понимала абсолютно ничего. На что намекал сейчас брат? Зачем он это делал? На что вдруг злиться Джейс, если сам же почти и предлагал ей спать с Джонатаном? Почему она чувствует угнетение и жалкий голосок совести, на грани истерики? - У нас был уговор, - хрипит блондин, гневно стреляя глазками. - Да, и он в силе. Условия не нарушены, - легко отвечает ему Моргенштерн, про себя думая, что это чистая случайность, потому что если бы была возможность он бы точно ее не упустил из-за глупых предпочтений Джейса, - Да ведь сестренка? - Наверное, - Клэри хмуриться, не понимая сути разговора, - что-то я не улавливаю о чем вы ребята. - Правда что ли? – Джонатан не сводит глаз с ее лица, пытаясь заметить малейшие изменения, но ничего не происходит. Либо она уж очень хорошая актриса. Либо за ночь, что то произошло, и он совершенно запутался. - Да. Я правда не понимаю что ты у меня спрашиваешь. - Хм, - парень почесал подбородок, - Ладно. Пора обедать. Ты голодна? - Нет, я совсем недавно завтракала. Джейс подошел к девушке легонько приподняв спустил ее на пол и оставил не ее губах болезненный поцелуй. - Милая, тебе нужно питаться, а обед самая важная еда для охотника. - Как и для обычного человека, - заметила девушка. Дальше день проходил, по мнению Клэри, просто замечательно. Настолько хорошо, насколько может быть, учитывая всю ситуацию в этом доме. План Фрей работал, и она все свое время проводила с парнями. Джейс был доволен как слон, а Джонатан лишь изредка косился, в поисках подводных камней. Несмотря на адекватное и почти приличное поведение мужчин, Клэри все же старалась держаться ближе к своему парню. Брат все еще ее пугал и она не была дурой, чтобы поверить, что он не будет продолжать свои попытки затащить ее в свою постель, если так можно выразиться. Клэри считала, что Джонатан больной извращенный ублюдок, мечтающий трахнуть свою сестру, но при этом, что-то внутри нее шептала, что это ее вина, вина ее отца и матери. Он был просто ребенком жаждущий любви, но получивший лишь боль. Клэри была той, на кого он молился будучи ребенком, и это ее вина, что он стал таким. Она была недостаточно сильной, недостаточно умной, недостаточно взрослой, чтобы помочь ему. Наверное, из-за этих мыслей ей порой хотелось его обнять, пожалеть. Но она тут же себя останавливала, если этот человек и был когда то ей братом, то точно не сейчас и ничего его уже не исправит. Он убил Макса, убил Аматис, и еще сотни, если не тысячи ни в чем не повинных людей, ранил Люка, привязал к себе Джейса. Ее Джейса, которого она любила всей душой и сердцем. Витая в своих мыслях она упускала всю суть фильма, который они смотрели втроем, усевшись в гостиной с попкорном. Это казалось ей таким удивительным. Они были как обычные люди, как обычная семья. За этим днем прошли еще два. Также легко и просто. Без никаких особых событий и неловких ситуаций. Они с Джейсом страстно целовались, кажется абсолютно в каждой комнате и на любой поверхности, но дальше поцелуев дело не доходило. Клэри старалась из-за всех сил остановить постоянные попытки парня, но при этом не обидеть и дать надежду на продолжение. Этакая игра сдавайся, но не совсем. Согласись, но откажись. Не дай. Не возбуди, но разыграй воображение. И каждый раз она ловила себя на мысли, что гуляет на краю пропасти, один неверный шаг и она сорвется. Грань была такая тонкая, что Фрей и сама была постоянно на взводе и как бы стыдно и унизительно не было это признавать. Оставаясь ночью одна в своей комнате ее пальцы частенько оказывались в трусиках. С Джонатаном отношения были еще страннее. Он все еще поглядывал на нее с подозрением и кажется, следил за каждым шагом, но при этом охотно подшучивал над ней, заигрывал, подмигивал, всегда и всюду пытался коснуться ее, быть ближе. И в тоже время, что на него совсем не похоже, не предпринимал никаких решительных действий. Клэри это устраивало. Немного напрягало, но это пока лучшее, что можно представить. Учитывая, что за эти дни ничего плохого не произошло у Фрей было хорошее настроение. Правда краски сгущались в более темные оттенки, когда вспоминала про свою слабость не позволяющие ей прийти в себя. Да было гораздо лучше, чем в самом начале, но все же это даже не ее силы полноценного человека, что уж говорить о силах нефилима. А еще ей ничего не удалось выяснить. Даже находясь с парнями весь день с пробуждения до сна, она не смогла подобраться к ответам этого дома. Двери все еще открывались только перед ними. Стило, ключей, телефонов и компьютеров нигде не было. Пейзаж за окном не менялся. Клэри вновь лежала в объятьях Джейса, наслаждаясь сладкими поцелуями в его горячих объятьях пока по огромному экрану показывали очередной боевик. Она настолько расслабилась, что и не заметила, как его пальцы оказались под ее футболкой. - Ты нужна мне в моей комнате, - его шепот слышался через пелену желания и все что она сейчас могла это просто кивнуть. Мозг настолько затуманился, что Клэри уже совсем нечего не соображала. Все что она хотела, это его прикосновения, его губы, его ласки и больше ничего. Ей было нужно это. Также как и ему. Ей хотелось этого. Так сильно и так долго, что каждое новое касание казалось пыткой. Джей легко подхватил девушку на руки и буквально взлетел по лестнице, ногой открывая дверь в свою комнату. Все чувства обостряются, разум теряется, где-то внутри внизу чувствуется болезненная тяга. Постель приятно холодит тело, в то время как горячие руки словно обжигают все открытые участки ее тела, до которых он дотрагивается. Клэри готова была поклясться, что в первые в жизни у нее по страшному зудят руки, на столько сильно она хотела дотронуться до его обнаженной груди, провести ладонью по стальному прессу, сквозь пальцы пропустить его золотые пряди. - Джейс, - имя вырывается из груди вместе со стоном, когда блондин срывает с нее футболку вместе с лифчиком и припадает к ее груди. Пожалуй, это его любимая часть тела. Желание увидеть парня обнаженным заставляет ее жалобно скулить и остервенело дергать ненужный предмет одежды. Эрендейл с блаженной улыбкой отстраняется от девушки, снимает футболку и стоит, позволяя ей разглядывать его сверкающими глазами, возбужденно облизывая губы. Он сам не в силах сдержаться от любимой девушки, которая так долго разыгрывала его воображение и манила, манила, манила… Клэри тянет ручки к его шеи, притягивает к себе целуя в мочку уха, затем скользит вниз по скуле и хочет продолжить поцелуи, но парень уползает вниз, мучительно медленно проводя дорожку поцелуев от ее шеи до пупка. Джейс стягивает черные легинсы, которые так круто выделяли ее попку и длинные худые ножки, оставляя рыжую в черных кружевных трусиках. Дальше он не торопится, прекрасно понимая, что это ее первый раз и она возможно не совсем готова, и нужно удостовериться, что девушка не испугается и не захочет все прекратить прямо сейчас. Он возвращается к ее губам, медленно проводя по ним языком, ныряя в ее рот борясь с ней же самой за такой сладкий, тягучий, блаженный поцелуй. - Ты мой рай, - шепчет он, когда оба пытаются глотнуть воздуха в перерывах между поцелуями. Клэри лишь учащенно дышат и улыбается. Она так устала с ним бороться, устала бороться с собой, со своими чувствами, эмоциями, гормонами, желаниями, что сдастся, казалось самым правильным решением. Правильным и таким потрясающим, что слов описать происходящее она бы точно не нашла. Его руки неспешно гуляли по ее обнажённому телу, не решаясь на что то большее, пока сама Фрей не перешла в активную стадию, хватаясь за пряжку его ремня. Он все понимает, ликует внутри, горя от желания стать ближе к своей девушке. Джейс сам снимает с себя брюки, торопливо освобождается от обуви и носков и возвращается к любимой. Клэри нетерпеливо скользит по его плечам, груди, торсу, тянется за поцелуем снова и снова, но испуганно замирает, когда его пальцы оказываются на ее интимной части, хоть и через ткань. Джейс видит ее реакцию, целует, не давая повода пугаться, забирает все ее страхи и сомнения. Затем Фрей даже не успевает понять, как оказывается и без этой последней части своего белья, в его крепких объятьях, вся истекая соками желания. - Не бойся, - тихо хрипит, ей в ухо Эрендейл, медленно пальцами делая круговые движения по ее самой чувствительно части тела, - я аккуратно. - Я знаю, - Клэри дрожит и задыхается, но хочет его. Так сильно, что не выдержит, если он сейчас захочет уйти, - я люблю тебя, - она и сама не уверенна, кому это говорит. Джейсу, который сейчас перед ней? Джейсу, которого любила до всей этой заварухи? Или же просто убеждает саму себя, что не совершает ошибку? - И я люблю тебя Клэри. Больше всех на свете, люблю тебя. Тебя и только тебя, - он клянется ей и она знает. Он не лжет. Говорит правду. И у нее первый секс с человеком который ее любит и которого любит она. Фрей сгорает от нетерпения. Внизу живота тянет, а когда парень убирает пальцы с интимной точки, ее прошибает холод. Пустота, которую нужно заполнить им. Джейс тянет ее вверх на середину постели, шире раздвигает ее ноги и удобно устраивается между ними. Одна его рука проводит по щеке, губам и путается в волосах, тогда как вторая, проводит по всей длине собственной плоти. Он осыпает ее поцелуями и осторожно опускается к ее телу. Блондин очень медленно, на грани своей выдержки погружается в ее горячее, влажно лоно, пока не упирается в тонкую преграду. Девушка почти не дышат, взволнованно хватаясь за его руки и впивая ногти в кожу. Не желая причинять любимой боль, Джейс замирает, раздумывает, но понимает, что совсем без боли не получится и пока она не успела опомниться, одним резким движением оказывается внутри нее полностью. Полу крик, полу всхлип вырывается из ее груди, зубы сжаты, голова опрокинута, глаза закрыты. - Прости, прости, прости, - шепчет парень, оставляя на ее лице крошечные сотни поцелуев, стараясь не двигаться лишний раз, пока она не привыкнет к новым ощущениям. - Все хорошо. Все в порядке, - уверяет его рыжая, спустя минуту. Боль еже не казалась такой острой как в первые несколько секунд, когда она думала, будто ее проткнули ножом. Но при этом чувствовалось болезненное давление, к которому можно было бы привыкнуть. - Ты такая красивая, - на его губах играет легкая улыбка, - люблю тебя. Если в его довольно богатой сексуальной жизни раньше и были девушки секс с которыми он мог назвать одним из лучших, то сейчас перед Клэри они меркли. Он был в ней. Джейс был внутри нее и это лучшее, что когда либо испытывал. Это то, за что он мог бы убить и то за что он готов жить. Кажется за этот вечер парень уже раз сто признался ей в любви, но не останавливался и с каждым своим движением повторял вновь и вновь, пока они не перешли на быстрый темп, где слова уже были лишними. Их сбитое дыхание, стоны, звуки поцелуев, и ударов об тела друг друга заполняли комнату, пока из их груди не вырвался последний крик блаженства, накрывший обеих одновременно тысячей фейерверков взорвавших в их телах. Клэри уснула в объятьях любимого человека, выбившаяся из сил и не способная даже говорить. Она лишь слушала биение его сердца и размышляла о несправедливости жизни. Связь с Моргенштерном, возможно как-то и повлияло на Джейса, но точно не сделало его идиотом. Охотник не собирался разводить в мире смерть, уничтожая тот или иной вид. Это не было в его планах, точно также как и не было в планах Джонатана. Но их никто не понимал…. И даже Клэри. Их с Себастьяном мнения во многом совпадали, но самое главное совпадали их чувства по отношению к этой даме. Они любили ее. Любили до помутнения разума, до остановки сердца, до убийства, до восстания планет, похищения зомби, до самого Эдема или ада, а затем до самых небес к ангелам. Они ее хотели. Целовать, обнимать, любить. Каждую веснушку, каждый рыжий волосок на ее голове, каждую ресничку. Боготворили ее красоту, доброту, милосердие, стойкость, силу, гордость. Клэри была для них богиней, ангелом, святыней. Это было странно, но Джейс не испытывал отвращения от того, что ее брат мог любить ее и хотеть не только в платоническом смысле. Наверное потому что, когда Эрендейл считал Клэри сестрой он не переставал чувствовать в ней физической потребности. Джейс как не странно был готов ее делить с братом. Только с ним и больше не с кем. Потому что только Джонатан любил ее также сильно, как и он. А Клэри должна была получать только любовь и так много, сколько они только могли ей дать и если даже сейчас она отказывалась от этого, то в скором времени привыкнет и они заживут вместе. Фрэй смирится, привыкнет, освоится и станет получать удовольствие от их крепкого союза. Везде будет царить мир и любовь. Особенно в их доме.