Твои, мои чувства

In the dark, and I'm right on the middle mark I'm just in the tier of everything that rides below the surface And I watch from a distance seventeen And I'm short of the others dreams of being golden and on top It's not what you painted in my head There's so much there instead of all the colors that I saw We all are living in a dream But life ain't what it seems Oh everything's a mess And all these sorrows I have seen They lead me to believe That everything's a mess But I wanna dream I wanna dream Leave me to dream ___________________ – ЭмДжей, прошу, скажи мне, что я не сошел с ума? Я уверен, что Старк- это не Старк. После щелчка- это больше не Тони. Он не тот, каким был раньше. Мишель, я боюсь его...– Питер смотрел в глаза напротив, надеясь найти там поддержку. – Питер, ты сам понимаешь, что Старк всегда был таким. Эгоистичный, циничный, эксцентричный гений, миллиардер, плэйбой и филантроп с синдромом гиперопеки. Ты сам прекрасно знаешь и понимаешь, что кроме отцовских чувств, он к тебе ничего не испытывает. А в остальном, каким мудаком он был, таким и остал... – Мишель... – Нет, Питер, не перебивай меня, когда я говорю. Сейчас я хочу высказаться. Ты две недели насилуешь мой мозг по поводу того, что Старк стал бóльшим мудилой, чем был! – ЭмДжей, пожалуйста.. – Джонс заметила, что взгляд парня направлен куда-то за нее. Она моментально поняла, что там, а точнее кто. Девушка всегда была сообразительной, поэтому понять причину, по которой Паркер так испугался и стал умолять ее прекратить говорить гадости в адрес определённого человека, не составило ей труда. – Зараза. – коротко бросила кудрявая девушка, разворачиваясь к источнику страха подростка. – Здрасьте, мистер Старк. – Мудак значит? – насмешливо бросил Тони, рассматривая репульсор на своей руке. Питер залюбовался на такого мужчину. Его ярко-голубые глаза, которых он так боялся, которые появились на месте таких привычных коньячных, сейчас завораживали. Старк заметил, что мальчик смотрит на него и решил продолжить. – Насчет чувств уверена? Глаза подростков округлились. – Мистер Старк? – Да, Пит? Что? – Что Вы этим хотите сказать? – вклинилась Джонс. – Ты и сама отлично это понимаешь. Питер, подойди. – Мужчина посмотрел на юношу, который на негнущихся ногах встал и пошел к нему. Не церемонясь, он схватил паучка на руки и вылетел из окна. .*.*.*.*.*. Прошла пара недель с момента, как мужчина очнулся после щелчка. Никто, абсолютно никто и не надеялся, что Тони выживет. Он лежал на земле с ужасными повреждениями. Половина его тела будто сгорела. Лишь паучок молился, чтобы его наставник выжил. Он плакал, рыдал, кричал, звал Тони, но он отключился. Пульса не было. Он не дышал. Но Паркер не собирался сдаваться, он заставил Мстителей забрать Старка на базу и подключить к аппарату жизнеобеспечения. Питер не отходил от уже считай трупа мужчины ни на секунду, не выпускал его руки из своей, не ел, не пил, и уж тем более не спал. Старк потерял много крови, да и его тело было сильно повреждено. Тогда Питер проверил свою кровь, которая просто по счастливому случаю оказалась допустимой к переливанию, и стал тайком от Бэннера и Стрэнджа переливать свою кровь в тело наставника. Кровь человека-паука делала свое дело, и регенерация Тони стала такой же быстрой, как у обладателя крови. Но на второй день прибывания Старка в коме...Паркер оплошался и спалил то, что тайком делал. Просто он взял у себя слишком много крови и его стало тянуть в обморок, хорошо, что подоспел Брюс, который подсунул спирта под нос мальчишке, и тот быстро пришел в себя. Стивен и Брюс добрых минут двадцать втирали о том, как опасно было делать переливание самому. Тем более, учитывая, что Питер еще ребёнок. Но тот их не слушал, пообещав, что больше так делать не будет. Он не смыкал глаз двое суток, но на третьи все же начал клевать носом. Юноша положил голову на бедро мужчины и уснул. Но не надолго. Старк резко и широко раскрыл глаза, подпрыгнул на кровати, смотря в ореховые глаза. Подросток крепко схватил Тони, заключая в объятия, последний обнял в ответ, чуть ли не придушив мальчика. Но на этом счастливая часть закончилась, потому что через пару мгновений Питер решил посмотреть в лицо наставника. А зря. Он отскочил от Старк, словно тот был болен чумой. А все из-за того, что взглянув в его глаза, он не нашёл там привычного тёплого цвета тёмного виски или же коньяка, глубокого взгляда. Вместо этого там был холодный лёд. Лёд и душераздирающая пустота. На ум сразу пришли ассоциации с каким-нибудь второсортным ужастиком, где главного героя заменяет инопланетянин, похожий на него как две капли. В другой ситуации Питер бы даже посмеялся над своей фантазией, но не сейчас, когда два леденящих душу глаза смотрят на него так проницательно. В глазах потемнело, и паучок провалился в обморок, хотя скорее в сон на грани бреда. Тони не понял причины, по которой Паркер свалился без чувств, поэтому списал все на усталость паренька, заприметив качественные мешки под глазами, которые говорили лучше слов о том, что парень не спал как минимум пару дней. Старк чувствовал себя отлично, так что он оторвал от себя все приборы, капельницы и прочие медицинские прибабахи. Он подошёл к юноше, поднял того с пола и уложил на свое место в кровать, а сам, накинув брюки и рубашку, которые аккуратно висели на стуле, пошел выпить кофе. Он спустился на общую кухню базы, по пути услышав там голоса. Это были Стив и Наташа. Он тихо вошёл, поправляя рукава рубашки, которая явно была не по размеру, хотя он и знал, что эта рубашка его. Он купил себе и Питеру одинаковые, когда они гуляли вместе, и паучок обмолвился, что у него практически нет рубашек, потому что он не любит их, а Старк возразил, уверен в том, что они отлично сидят на нем. Парень тогда мило смущался, а мужчина потащил его в центр, где одеваются все миллиардеры. Только это была точно его, а не Паркера рубашка. К слову, сейчас Тони не чувствовал тёплых эмоций, того трепета, которые он ощущал, когда юноша заставил мужчину купить себе такую же рубашку. – Доброго утра! – громко произнес Старк. – Еп твою! – вскрикнула рыжая женщина, выхватила пистолет из кармана на бедре. А Роджерс быстро схватил свой щит, который стоял неподалёку от него. – Воу! Полегче! – поднял руки в защитном жесте Старк. – Тони, это ты? Где Питер? – не убирая пушку спросила Романофф. – Эм, ну, кто? Спит Питер. Да что случилось? – искренне не понял мужчина. – Ты себя видел? – произнес голубоглазый блондин, заключая Старка в объятия. – Тони, мы так рады, что ты жив... – в подтверждение его слов шпионка убрала пистолет и тоже обняла хозяина базы. – Но в зеркало все же посмотрись. – И что я там должен увидеть? – Старк, скажи, что последнее ты помнишь перед тем, как проснулся. – Романофф оглядела Тони с ног до головы. – Ну... Блять. – последние события дали Старку о себе знать неприятной болью в голове. Да и во всем теле. – Мы победили? – мужчина спросил просто так, потому что прекрасно помнил, как Питер плакал и умолял его не умирать, говорил о победе и о том, что все теперь будет хорошо. Мужчина почувствовал что-то странное внутри. А точнее не почувствовал. Он не почувствовал ровно ничего по отношению к мальчишке, хотя обычно испытывал всю гамму эмоций. Сейчас ему, мягко говоря, было наплевать, что Паркер чувствовал, когда он, Старк, умирал. – Да, Тони, победили. – тихо, почти шёпотом сказал Роджерс, наблюдая как Старк идет к зеркалу. – Твою ж... – лишь обронил мужчина, увидев свое отражение. Сейчас на него смотрел явно не он сам. Его карие, теплые глаза теперь были холодными и голубыми, словно мёртвыми. Сам он стал выше и шире в плечах. Понятно, почему рубашка была ему маловата, как и брюки, которые стали чутка короче. А еще понятно, почему Питер бросился от него, как от дьявола во плоти. – Что со мной? Стив и Наташа лишь дружно передернули плечами. – Пятница, детка, ответь, что со мной? Я болен? При смерти? – Нет, мистер Старк, с вами все в порядке, за исключением того, что теперь ваше сердце бьётся в два раза медленнее, чем у нормального человека. Ваш пульс 36 ударов в минуту. Также ваша температура тела несколько отличается от той, что у мистера Роджерса и мисс Романофф. Ваша температура 32 градуса по Цельсию. – Что? Как? – воскликнула Нат. – Пятница, а ты уверена, что он живой? – поинтересовался Стив. – Да, мистер Роджерс. – ответила ИскИн. – Но, Пятница, дорогая, почему же меня не морозит? – Рискну предположить, мистер Старк, что вы сейчас не совсем человек. – Да? И кто же я тогда? – саркастично выгнул бровь Тони. – Простите, сэр, но я не имею понятия. – всем троим показалось, что в голосе искусственного интеллекта послышались нотки разочарования и даже сострадания. – Одно лишь важно сейчас. Ты жив, Тони, и это главное. – подошла ближе Наташа. .*.*.*.*.*. Старк опустил Питера на крышу базы, думая о том, что сказать. По правде говоря, ничего такого Тони не испытывает к своему протеже. Ничего такого от слова <<совсем>>. Да он вообще ничего не чувствует по отношению к кому-либо. С тех пор, как он буквально переродился, он ничего не ощущал. Ни радости, ни грусти, ни привязанности, ни любви, ни дружеских чувств. Но он видел, что Паркер влюблён в него по уши, хоть и не очень рад этому. К слову, ему все равно. Однако мужчина в глубине чувствует, что тот, прежний Старк, обязательно бы разобрался в таких отношениях... но кроме этого чувствует, что тот Старк был влюблён в мальчишку. Даже понимает того Старка. Вьющиеся каштановые волосы, которые слегка неряшливо растрепаны, светло-карие, орехового оттенка глаза, в меру острые скулы, ярко-алые тонкие, но по-юному пухлые губы, аккуратный нос, на котором расположилась россыпь веснушек, тонкая шея, острые ключицы, которые постоянно оголяет футболка, сползающая на одно плечо, сухие и крепкие мышцы, а также очень аппетитная...задница? Мужчина понял, что разглядывает округлую попку парня, который отошёл от него и развернулся задом, облокотившись на перила. Питер выглядит невероятно красиво. Он смотрит в небо, а его непослушные прядки каштановых волос нежно сдувает ветерок. В глубоких глазах мальчишки отражаются звезды. А футболка, будь она неладна, оголяет те самые ключицы, о которых и думал Старк пару минут назад. Его нано-броня исчезает и он подходит сзади, чувствуя, что его тянет к нему. И это охуенно, потому что сейчас он чувствует желание. И главное не то, что он чувствует его, а то, что впервые за последнее время он что-то чувствует вообще. – Питеррр...– низко, чуть ли не рыча произносит Тони, расставляя руки по сторонам от него, так, что теперь Паркер находится в ловушке из рук старшего мужчины, и упирается слегка набухшим членом в ягодицы юноши, на что последний оборачивается, оказавшись нос к носу, лоб в лоб с наставником. – Мистер Старк?.. – робко произносит подросток, смотря в ледяные глаза напротив. Они больше не кажутся ему страшными. Сейчас они скорее завораживают. – Что со мной не так, паучок? – Ничего. Вы живы, мистер Старк, а это главное. – Все так говорят. Но при этом все как один боятся меня, словно я дьявол, или что похуже. – глаза в глаза. Тони вспоминает, как вся команда, да и все люди шарахаются от него, будто тот заразит их малярией. – Я... не боюсь... – тихо, практически шёпотом говорит юноша. Старк удивляется. Правда не знает от чего больше. От того, что Паркер говорит правду, или от того, что Старк чувствует то, что Паркер говорит правду. Прямо чувствует. Словно он сам говорит эту правду. А еще чувствует тепло где-то в области груди. Столько ощущений за раз. Так необычно. После двух недель, которые тянулись словно век, за время которых ты ничего не ощущал, а теперь столько эмоций и чувств разом. Словно голодному льву спустя неделю того, как его не кормили, кинули кусок мяса. Мужчина посмотрел парню в глаза. Такие добрые, невинные и такие родные. Тони чувствует что-то, что чувствовал до своего щелчка. Что же это? Непонятно. Ну уж точно не отцовская привязанность. Кажется, тот Старк называл это любовью... Он засматривается, не замечая того, как проходят секунды. Слишком долго. Питер едва касается своими теплыми пальцами чужой руки. Старк переводит взгляд на их ладони, пальцы которых автоматически переплетаются между собой. – Питер, я не понимаю... – шепчет в самые губы. – Я тоже... – Паркер аккуратно тянется за поцелуем, легко касаясь губ наставника, снова сплетая их пальцы вместе. Последний перехватывает инициативу на себя, углубляя этот нежный и такой крышесносный поцелуй. Тони до слез горько, что он не может понять, что с ним происходит. Боже, да тут просто нечего сказать. Ни слов, ни эмоций, ни чего-либо еще не хватит, чтобы передать то, что чувствует мужчина. Столько чувств. Столько непонятного. Чувства, чувства и еще раз чувства. Их слишком много. Они словно разрывают изнутри, медленно, но верно пытаясь убить тебя. Если бы его сейчас попросили описать, что с ним происходит внутри, то мужчина послал бы этого человека ко всем чертям, потому что сейчас у него взрыв мозга. Перед глазами плывёт, он закрывает их, продолжая целовать мальчишку, покусывая его тёплые и такие мягкие губы, на которых хранится привкус чего-то сладкого, похожего на клубнику. Нечто внутри сигналит: <<нет, нет, Тони, нет! Что ты творишь?! Ты же даже не понимаешь, что чувствуешь к парню! Старк, прекрати! Не делай этого... не причиняй ему боли...>> Но мужчина не хочет прекращать. Он опускает руки на тонкую талию паучка, оглаживая его бока, и легко касаясь упругой задницы. В груди, там, где раньше, как он был уверен, должно было находиться сердце, так тепло, так хорошо. Но с каждым мгновением хочется больше. Все больше и больше. Тони уже с жадностью вытрахивает рот подростка своим языком, кусая его губы, и не стесняясь уже не поглаживает, а крепко и жестко сжимает его обтянутую джинсами попку. Он выбивает стоны из рта Питера и ловит их своими губами. Теперь уже плывёт не перед глазами, а конкретно в голове. Да еще как плывёт. Сознание, будто в темноту погружаясь, полностью отключается. Нет ни одной связной мысли. Только дикое желание трахнуть пацана. Паркер недоумевает от происходящего, когда Старк резко разворачивает его, наклоняя на перила крыши. Юноша чувствует, как член наставника упирается ему прямо меж ягодиц. Питер не знает, что и думать. Что вообще происходит? Только что мужчина нежно держал его за руку, робко обнимал за талию, а теперь... Окончательно паучок охуевает тогда, когда его наставник начинает... рычать? Именно. Тони сейчас именно рычит. Низко и утробно. Так, словно хочет сожрать. Юноша поворачивает голову и видит то, что ему тотчас хочется развидеть. Лицо Старка приобрело какую-то до ужаса будоражущую кровь, бледность. Тот и так был бледнее обычного, такого привычного карамельного оттенка, после того, как буквально переродился, а сейчас вообще. Бледен как полотно, как мел, как снег или как простыня. Скулы его и нос стали острее, приобретая хищные черты. Но самое страшное—это глаза. Они светились голубым, ледяным светом, а зрачок был вертикальным и очень-очень узким, как у кота, который летом смотрит на палящее солнце. Кроме того, мужчина как будто стал немного шире в плечах и еще крупнее. Складывалось впечатление, что если он немного прижмёт парня, то раздавит его, как букашку, а точнее, как паучка. Будет весьма иронично. Питер опомнился от завораживающего зрелища, которое так хотел развидеть секунд пять назад, когда старший мужчина уже откровенно притирался к его заднице своим стоящим во всю членом. Паучок понял, что надо что-то делать, потому что в глазах Старка не было ни капли разума или понимания происходящего. Прежде, чем начать думать как выбраться из под Старка, который всем телом прижимал его к перилам, паника начала поступать в кровь вместе с кислородом. Тони грубо сминал его ягодицы, забирался под футболку, оглаживая тонкое тело мальчика своими мозолистыми руками. Но потом резко начал сдирать с Паркера штаны. – Мистер Старк... Мисстееер Стаарк!! Что вы делаете?! М-мистер Старк.. пожалуйста прекратите... Мистер Старк.. Тони..? – захныкал парень, когда наставник уже закончил со штанами и его бельём, принимаясь стягивать свое. На <<Тони>> мужчину словно током ударило. Он сразу отпрянул от юноши, медленно опускаясь на пол крыши и хватаясь за голову. Паучок быстро натянул на себя штаны и подбежал к нему, но не подходя слишком близко, потому что теперь и правда боялся... – Питер?.. Что я? – Старк огляделся вокруг, прищуриваясь, и, видимо, понял, что произошло, ибо полными сочувствия глазами посмотрел на парня, вставая и подходя ближе, но тот сделал шаг назад. – Прости меня, паучок... – лишь произносит он, видя то, как глаза подростка наполняются слезами. <<Идиот>> – проносится в голове у мужчины, и он, облачаясь в броню, спрыгивает с бортика крыши, устремившись в никуда. .*.*.*.*. – Он пытался изнасиловать тебя? – в глазах рыжеволосой шпионки отчётливо видно сострадание и, кажется, отблески печали и тоски. – Да нет же! Нат, он не пытался меня насиловать. Он просто словно был не в себе... – щеки Питера моментально заалели от смущения. А может зря он все рассказал Романофф? Но, если посмотреть с другой стороны, эта женщина всегда поддерживала его во всем, на равне с тётей Мэй, ЭмДжей и Недом. Паркер долго не мог покинуть крышу. Он стоял у перил, давился слезами и смотрел вслед улетевшего железного человека. Питер не знал, что делать, но потом услышал шаги позади себя, и, вздрогнув, обернулся. Это была Наташа. Увидев мокрые щенячьи глаза и распухшее от слез лицо мальчишки, ее сердце сжал материнский инстинкт, и она быстро кинулась на парня, пытаясь вырвать из него хоть что-нибудь путное, на вопрос, что случилось. Но паучок лишь продолжил плакать, давясь отчаянием и заедая непониманием. Полный трендец. Тогда Вдова приобняла мальчика за плечи, силясь утешить, а потом повела ко входу в помещение базы. Там заварила ему чая с успокаивающими травами, выдала ему плед, заметив, что парня знобит. Конечно, вечером-то уже не жарко. К слову, кто бы мог подумать, что знаменитая шпионка Черная Вдова, попавшая на работу в Щ.И.Т. в не лучшем свете, а именно в свете того, что была наемницей, совсем не заботясь о том, кто заказчик или жертва, станет нервной дамочкой с инстинктом <<яжемать>>, когда дело будет касаться какого-то, самого простого, не считая суперсилы, шестнадцатилетнего парня из Квинса. Но, как видно, кто-то сверху очень любит пошутить. Собственно, под действием чашечки чая с травами Питер и выложил все женщине. – Что конкретно он хотел, Питер? – На этих словах Наташи парень сразу же покраснел пуще прежнего. – Понятно. Говоришь, не хотел изнасиловать? – Романофф начинал выводить из себя тот факт, что на протяжении всего рассказа, да и сейчас, Питер пытался и пытается защитить своего наставника. – Нет, Нат, не хотел. – Паркер осмелился взглянуть в глаза женщины напротив, которые почти сразу наполнились осознанием и злостью. – Ты хочешь сказать, что хотел бы этого? – Наташа едва сдержалась, чтобы не достать Старка из под земли и не кастрировать его ко всем чертям. – Питер, иди отдохни, ты наверно устал.. – сменила гнев на милость, <<яжемать>>, когда увидела, как подросток глубоко зевнул. – Да. Спокойной ночи, Наташа. – Паучок встал из-за стола и пошел по направлению своей комнаты, которую раньше должен был делить с Виженом, когда Тони предложил ему стать мстителем официально, но тот отказался. А теперь Вижен живет с Вандой, редко появляясь на базе, а если и появляется, то у них с мисс Максимофф своя комната. Так что Старк уже давно полностью отдал просторную комнату парню. Женщина, оставшись на кухне одна, решила набрать Стива и, пожалуй, рассказать и ему, что их боевой товарищ, гений-миллиардер-плэйбой-филантроп и друг сердечный, Тони Старк, видимо получил травму головы, а если нет, то обязательно получит эту травму головы от Черной Вдовы. И не только травму головы, и не только от шпионки. .*.*.*.*.*. Питер лежит в кровати, и все его мысли занимает Старк. Парень чувствует себя как героиня какого-то сопливого романа о двенадцатилетней школьнице из Японии, которая влюбилась в американского мажора, оказавшегося просто дьяволом во плоти. Но от этого ее стало тянуть к нему еще больше. Невероятно, но сейчас юноша хочет лишь того, чтобы мужчина покрепче прижал его к себе и упёрся подбородком в его макушку, прошептав о том, как сильно любит. Но это лишь мечты. Ясно одно, что бы не происходило с мужчиной, это не тот Старк, что был прежде. Тот Тони никогда бы не признал своих чувств по отношению к парню, даже если бы они и были. То, что происходит сейчас, если вообще что-то происходит, точно нельзя назвать любовью, или хоть чем-нибудь другим. У этого точно нет названия. Засыпая, Питер вспоминает, как нежно наставник обнимал его, целовал, вдыхая аромат его кожи. Сам подросток наслаждался каждым контактом кожи к коже, каждым прикосновением, каждым покусыванием губ, на которых отчётливо ощущался привкус дорогих сигар, кофе, мяты, а также совсем чуточку можно было почувствовать вкус виски, что так пьянило в совокупности с вездесущими, слегка мозолистыми, крупными ладонями мужчины, и его ловким языком, мягкими губами. Паучок снова и снова прокручивает их первый поцелуй в голове, не желая вспоминать о том, что увидел после. В любом случае, даже если бы там был не какой-то обезумевший Старк, а черт, да хоть сам дьявол, хоть кто, Питер бы не перестал думать о том, насколько сильно он любит своего наставника, которого еще совсем недавно считал отцом. Считал отцом до того, как железный человек собрал в себя всю мощность камней, сделал щелчок и умер. Почти умер. Тогда Паркеру нужна была пара суток на то, чтобы понять, что нет никаких этих чувств, которые чувствуют сыновья по отношению к своим отцам, или дочери к матерям, да просто дети к своим родителям. Юноша понял одно, что не сможет жить без Тони Старка. Он нужен ему, как нужен всем людям кислород. Как нужна людям гравитация. Как нужны инстинкты всему сущему. Когда мужчина был в коме, если его состояние можно было так назвать, парень не отходил от него сутками, не ел, не пил, не спал. Не было ничего, помимо желания вернуть мужчину к жизни, прижать к себе и прошептать тихо-тихо, чтоб мог услышать только наставник, нежные слова любви. А еще была боль. Боль утраты, хоть Питер и упорно верил, что никого не потерял, усердно убеждал себя, что Тони обязательно очнется. Эта боль давала надежду. А надежда с каждым часом давала все больше боли. А боль снова и снова заставляла верить в лучшее. И так по кругу... Столько противоречий в эмоциях несчастного подростка. Но сейчас в голове лишь одно. Это самое неуместное противоречие, какое только можно вообразить. И к слову, оно называется стокгольмским синдромом. Паркер где-то читал об этом. Что жертва зачастую привязывается к агрессору, не понимая и не оценивая трезво всей ситуации, убеждая себя все сильнее и сильнее, будто погружаясь все глубже на дно, в том, что агрессор не причем, а жертва вовсе не жертва, а просто добровольно идущий, повинующийся зову любви человек. Но парню настолько плевать, потому что он уверен, что нет у него никаких там синдромов, тем более стокгольмских, да и вообще все эти стокгольмские и ливанские синдромы просто выдумки чей-то больной фантазии. Юноша и не замечает, как проваливается в тревожный сон, который продлился часов пять-шесть. Его на самом интересном, нет, даже не так, на самом ВАЖНОМ месте разбудил встревоженный, но такой родной и мягкий голос Наташи. Он оглядывается по сторонам, понимая, что находится не в своей комнате базы, и не на самой базе, а вообще невесть где. Питер резко вскакивает на ноги, когда видит перед собой озеро. Романофф и стоящий рядом с ней Стив Роджерс, не понимают причину, по которой Паркер так резко вскочил. – Питер? Что случилось? Тебя выкрал Старк? Этот старый извращенец снова решил..– прямо в лоб спрашивает кэп, но затыкается при виде злобных глаз Питера и толчка в бок от Нат. – Питер, ты не должен ничего нам говорить, если не хочешь, но пойми, если же все-таки тебя похитил Тони, то ты должен... – Да никто меня не похищал! Я вообще не знаю, что я тут делаю. Я заснул, увидел до жути странный сон, а проснулся, когда вы разбудили меня.. – перебил шпионку Паркер. – Ты не хочешь рассказать о том, что именно ты видел во сне? – Романофф все еще говорила тревожным голосом. – Так, ничего особенного, просто странный сон. – соврал Питер, так как не хотел рассказывать о своём сне. – Ладно, идем. – окликнул их Капитан Америка, подходя к квинджету. .*.*.*.*. Они летели в неизвестном направлении, а может и известном, но парню было плевать. Все его мысли склоняются к его сну. А может это был не сон?... Питер прикрывает глаза, вспоминая и прокручивая в голове свое видение. Ему снилось что-то очень странное. А именно, он видел, как абсолютно обнаженный Тони стоит у какого-то необычного озера, которое такого же ледяного оттенка, как глаза мужчины, и узоры на его теле. Но приглядевшись...Паркер понял, что это не узоры, а вены мужчины, которые тускло светятся, но достаточно для того, чтобы видеть их отчётливо. Старк повернулся к Питеру, мягко улыбнулся и жестом пригласил подойти. Парень вздохнул, пытаясь откровенно не пялиться на тело наставника, но поняв, что это сон, подошёл, и продолжил разглядывать тело Тони, которое, к слову, было идеальным. Широкие плечи, подкаченные грудь и пресс, крепкая, сильная спина, а спереди... крупный член. Паучок сглотнул, представляя то, чего не надо бы представлять в такие моменты. Чтобы отвлечься, юноша стал рассматривать узоры из вен. Старк ухмыльнулся, когда заметил как дернулся кадык парня, когда последний заметил половой орган, и резко переключился на разглядывание вен. Удивительно, но в этом сне они понимали друг друга без слов. Просто чувствовали. Когда тишина уже стала напрягать, ее решил нарушить Старк. – Нравится? – он кинул взгляд на свои вены, которые и вправду чем-то напоминали замысловатый рисунок. – Это точно сон? – вопросом на вопрос. – Не знаю, паучок, не знаю, – передернул плечами старший. – Где мы, мистер Старк? – Думаю, что в моем разуме. Видишь ли, Питер, это до боли похоже на мои воспоминания. Когда я, то есть тот Старк умер, он попал сюда, где он, вероятно, переродился в какую-то высшую форму, то есть в меня, но при этом утратил все свои человеческие качества, которых и так было очень мало... – Старк как-то печально посмотрел вдаль. – О чем Вы? – Понимаешь, паучок, я ничего не чувствую. Не в плане того, что не могу понять вкус еды, а не могу чувствовать эмоций. Нет, нет, я могу смеяться или злиться, но по большому счёту мне просто наплевать на всех и все. – А наш поцелуй? – решился спросить юноша, подавляя желание накинуться на Старка с обвинениями о попытке изнасилования. Все равно. Будь что будет. – Вы тоже ничего не чувствовали? – теперь парень чувствовал обиду, потому что если Тони скажет нет, то это будет означать только одно, что мужчина просто использовал его. – Питер. Прости меня. Я не должен был этого делать. – с горечью в голосе произнес он. – Значит нет. – глаза начали прожигать слезы. – Нет, Пит, не значит. Ты просто не понимаешь. Не понимаешь, что я не тот, кем был раньше. Ты этого не видишь. А я буквально чувствую, что с каждым днём мое желание быть ближе к тебе только растет. Я хочу быть рядом с тобой. Видеть тебя. Слышать твой смех. Часами говорить с тобой. Обнимать и целовать. Хочу чувствовать тебя... – глаза Паркера округлились, как две тарелки, от таких признаний мужчины. – Но при этом я хочу защитить тебя... – От чего? – Кого. – коротко бросил наставник. – И от кого же? – А ты не понимаешь? – развернулся к юноше Старк, и с тоской, болью в глазах посмотрел на него. – От... Вас... Вы хотите защитить меня от себя? Но почему? – вскрикнул Питер, но тут же вспомнил то, как Тони, то есть то, что было похоже на него, но внутри имело пустоту и непонимание, пыталось жестко трахнуть его, перевесив через перила крыши. – Ты сам знаешь. – Знаю, но, мистер Старк, я не понимаю, что произошло, наверняка Вы просто устали. Это были не Вы. – затараторил пацан. – Нет, паучок. Это был я. Точнее то, что... Знаешь, это сложно объяснить. Но я попросил Пятницу сделать полное мое обследование. И, вроде как, я больше не человек. Я что-то иное, нечто усовершенствованное, высшая форма. Я могу не есть и не пить, могу не спать, мое сердце бьётся одинаково спокойно в любых ситуациях, а температура тела ниже человеческой.. как у трупа. Это позволяет мне не мёрзнуть и не потеть. Я легко приспосабливаюсь к любым погодным условиям. Я стал намного сильнее, быстрее, и вообще все мои физические свойства выросли чуть ли не втрое. Благодаря твоей крови я еще и регенерирую со скоростью света... Но.. у всего есть цена. Та, что положена мне... она мне не по карману..– последние слова он произнёс тише. – О чем вы? Какая цена? – спросил Питер, чувствуя в голове какое-то странное ощущение. – Придет время и ты сам поймёшь... – Нет! Что?! – вскрикнул парень, когда все начало расплываться. Собственно, на этом моменте он и увидел перед собой лицо Черной Вдовы, которая так бестактно прервала его сновидение. Паркер смотрит в окно квинджета. Он укрыт одеялом, что дала ему Наташа, почти по самые глаза. Мысли рассыпаются песком, ни о чем связном подросток сейчас не может думать, а единственное, что держится в его голове это слова мужчины о том, что придет время и Питер сам все поймёт. Но что именно? О какой цене говорил его наставник? И когда придет это время, чтобы узнать? Столько вопросов, но ни единого ответа на них. .*.*.*.*.*. Когда Питер начал едва ли дремать, квинджет резко тряхнуло, будто что-то снаружи упало на них. Или кто-то... __________ I know all your reasons To keep me from seeing Everything is actually a mess But now I am leaving All of us were only dreaming Everything is actually a mess We all are living in a dream But life ain't what it seems Oh everything's a mess And all these sorrows I have seen They lead me to believe That everything's a mess But I wanna dream I wanna dream Leave me to dream But I wanna dream I wanna dream Leave me to dream