Погружение

Lowell, Massachusetts. September 2, 2012

Ким не спешит выходить из машины, со скучающим видом поглядывая то на циферблат наручных часов, то на медленно бредящих в школу подростков. Где-то в их рядах затесался, очевидно, один из учителей, потому что из приоткрытого окна до Тэхёна доносятся суматошливые приветствия и бодрые пожелания доброго утра. Тэхён вскидывает голову и тут же морщится от полыхнувшей мигрени в затылке. У остальных утро, может быть, и было добрым, но Ким, вывернувший свой завтрак и едва ли не внутренности на клумбу матери с розами, пока та читала ему нотации, страдающий от жуткого похмелья и головной боли, был в корне не согласен с ними. Судя по тому, как Чонгук, бодрый и полный жизни, с утра пораньше позвонил ему, чтобы с ужасом сообщить о разбитой антикварной вазе бабушки, отвлечённо прикрикивая на кого-то, вечеринка удалась на славу. Ким слеповато щурится, поправляя на носу тёмные очки и вымученно стонет, когда в окне внезапно появляется жизнерадостное свежее лицо друга. — Что это тут у нас? - Чон бесцеремонно стаскивает с него очки, но тут же, шутливо испуганно вскрикнув, возвращает их на место, — Сразу предупреждаю, тебе лучше не есть мои мозги, их всю ночь трахала Нэнси, вместо того, чтобы трахать меня. Ким хмыкает. — Было бы что трахать, друг. — Что-что? Мне показалось, ты сказал "засунь кофе, который ты мне добродушно взял по дороге, себе в задницу"? - Чонгук приставляет ладонь к уху, словно бы не услышав Кима. Тэхён тут же мягко улыбается. — Ты ведь в курсе, что я люблю тебя? — Тебя ждёт френдзона. — Придурок, - смеётся Тэхён, тыкая пальцем в лоб Чона, чтобы тот отодвинулся, и открывает дверь, — Сдался ты мне. Чонгук только ухмыляется, стаскивая стакан с кофе с капота машины и протягивая вышедшему Киму. — В рост выглядишь ещё паршивее... Что с губой? Это Элли тебя так? Ну и стрёмный же ты, и почему девчонки вешаются. — О боже, сдохни... - морщится Тэхён, принимая напиток, — Зачем я только притащился, голова трещит. — Потому что ты ответственный и честолюбивый молодой человек — Это сейчас обо мне было, да? - фыркает Тэхён. — Я что-то переборщил, да, - шутливо отмахивается Чон, — Пойдём, горе-алкоголик, ты когда успел так нажраться? — Отец утром втащил, - подаёт голос Чонгук, когда они уже заходят в школу. — Он узнал? Чонгук недовольно кивает. — Позвонил сразу бабушке, теперь стыдно, а мы ещё и её вазу разбили. — Как он узнал? Чонгук морщит нос. — Этот мудак свалил вчера с вечеринки и притащился домой, мол забыл написать эссе или что-то вроде этого, а родаки сразу заподозрили неладное, позвонили, а мне, ясное дело, было не до этого. — Он был вчера на вечеринке? - спрашивает удивлённо Тэхён, набирая код на шкафичке. — Ага, я же сказал, что хочу просто с друзьями посидеть, а мать попросила взять его, мол он еще не обзавёлся друзьями, пусть посидит с вами. Боже, я виноват, что он такой чудила? - фыркает Чонгук, закатывая глаза, — Пришлось брать его, слава вселенной, он сам не горел желанием проводить время в моей компании, так что весь вечер отсиживался где-то в углу, я его даже не видел. Тэхён отрешённо кивает, сосредоточенно копаясь в тетрадках и книжках. — Так нельзя поступать, он что не знает, что своих нельзя сдавать? — Ты к нему относишься не лучшим образом, на его месте, я бы тоже сдал тебя, - пожимает плечами Тэхён и шкодливо улыбается, замечая широко распахнутые в ужасе глаза Чонгука. — Нет-нет-нет, - неверяще шепчет он, поглядывая куда-то за спину Тэхёна, — Я не хочу с ним разговаривать. Не сейчас! Боже, какого хрена этот придурок идёт прямо сюда?! - раздражённо произносит он сквозь зубы. — Кто? - только успевает отрешенно спросить Тэхён, прежде чем захлопнуть шкафчик и опереться на него плечом, оглядываясь на друга, как застывает с поражённым выражением. — Привет, - раздаётся мягкий ровный голос. — Что тебе нужно? - хмуро спрашивает Чонгук, скрещивая руки на груди и оглядывая подошедшего с нескрываемым недовольством. — Ты вчера не вернулся домой... - проигнорировав вопрос Чона, говорит тот. — А ты вернулся, хотя не стоило, - шипит Чонгук. — Прости, я не думал, что так получится... - улыбается спокойно незнакомец и вдруг, словно вспомнив, зачем явился, скидывает с плеча рюкзак, — Тётя просила передать тебе ланч. На этих словах Ким нервно улыбается, втискиваясь в шкафчик плотнее и утыкается лбом в плечо, желая исчезнуть. — Вот и передавай и проваливай, - почти по-детски дуется Чонгук, не замечая страданий Тэхёна. Парень только закатывает глаза. — Как грубо, - шутливо оскорбляется он, залезая в рюкзак, очевидно, за упомянутым ланчем, — Приятного аппетита, братик, - беззлобно с дружелюбной улыбкой произносит шатен и косится на подавившегося кашлем Тэхёна, наконец, обратив на него внимание. Тот прячется за отросшими кудрями и скрывает лицо в плече, судорожно покашливая в кулак. Чонгук переминается с ноги на ногу, но всё же говорит тихое благодарное "спасибо". — Что-что? - переспрашивает глумливо незнакомец, в этот момент ужасно походя на Чонгука, что Тэхён костерит себя за то, что не заметил этого раньше. — Пошёл к чёрту! - взрывается Чонгук и шатен удовлетворённо улыбается во все тридцать два. — И тебе хорошего дня! Ким невольно расплывается в улыбке, наблюдая за непомерным спокойствием парня и заражаясь его беззаботностью, потому его словно окатывает кипящей водой, заливая огнём скулы, когда тот внезапно оборачивается к нему. Тэхён хватает ртом воздух, а тот только удивлённо приоткрывает рот в беззвучном "о" и добродушно кивает ему, здороваясь. Чонгук недоумённо щурится. — Привет... - тихо отвечает Ким и смущённый неожиданным вниманием к своей персоне, отводит взгляд, посчитав пятно на светлом паркете заслуживающим немедленного изучения. — Как твои дела? - спрашивает он, поправляя лямку на рюкзаке, и Чонгук хмурится пуще прежнего, а глаза превращаются в маленькие щёлочки, полные подозрения. — Хорошо... - односложно отвечает Тэхён, притаптывая пятно носком ботинка. — Нашёл свою девчонку? Тэхён вскидывается, широко распахивая глаза, и виновато косится на Чонгука. — Нет... - неуверенно отвечает он, - Нет. - чуть громче, — Я ушёл... Решил пойти домой и отоспаться, кажется, я перебрал слегка... Чон выгибает бровь с многозначительным красноречивым, но так и не озвученным: "Слегка?". Тэхён поджимает губы. — Вот как? - кивает тот, — Жаль... — Нет, - неловко улыбается Ким, — Вовсе нет... Шатен ободряюще улыбается. — Ладно, я пошёл, братик, - он треплет младшего за волосы, который в с ужасом смотрит на это безобразие и подмигивает Тэхёну, — До новых встреч... Ким пялится ему в спину не менее вечности, пока за спиной не объявляется Чонгук, заключая его в медвежьи объятия. Треплет его по всклокоченным кудрям, превращая их в птичье гнездо - Ким уверен, что тот просто отыгрывается на нём из-за, видимо, брата. — Это что такое сейчас было? Вы знакомы? Тэхён хлопает себя по лбу. Затем ещё пару раз и ещё, пока Чонгук не начинает волноваться о ментальном здоровье друга и не перехватывает его руку. — Ты чего? — Только не говори мне, что это он, - Тэхён тыкает давно исчезнувшему шатену вслед. Чонгук только тяжко вздыхает. — И что ты натворил?

ххх

Lowell, Massachusetts. September 1, 2012

Элли не притворялась, как делали многие девчонки, что ей совсем не льстит его внимание. Она весь вечер сверкала зубами и с театральной покорностью принимала бокалы с вином, которые ей по-джентльменски приносил Ким. У него не было цели довести её до состояния нестояния, он лишь с задорным интересом проверял слухи о том, что алкоголь её совсем не берёт. У них намечался очень интересный вечер в обществе друг друга, но Тэхён бы остановился и обязательно убедился в том, чтобы она отправилась домой, если бы заметил, что девушка перешагнула порог сознательности. Но, оказалось, что слухи не лгали. — Что ты мне наливаешь? Сок? - хохотала блондинка, весело поглядывая на его ошарашенное лицо. — Боже правый, да ты ведьма... - убеждённо закивал Ким, разглядывая совершенно трезвую веселящуюся девушку, — Как ты это делаешь? У меня от двух бокалов голова кружится. — Это секрет... - улыбнулась Элли и многозначительно подмигнула ему. Тэхён ухмыльнулся. Элли первая потянулась к нему, аккуратно цепляясь пальцами за его волосы. Вскоре девушка торопливо отстранилась, чтобы залезть к нему на колени, и наклонилась за новым поцелуем. — Хэй-хэй, не при всех, - натянуто улыбнулся Тэхён, осторожно стаскивая её со своих колен, а на её огорошённый взгляд пожал плечами. — Вот как? - вскинула брови девушка, — Тогда пойдём наверх... Ким чмокнул её в подбородок и кивнул. — Беги, я скажу Чону, что отлучусь и приду к тебе. Тэхён решил выпить ещё один бокал, прежде чем взобраться вверх, и почувствовал, что уже слишком пьян, чтобы сейчас идти на подвиги, поэтому успокаивающе похлопал себя по щекам. — Мы просто пообжимаемся и всё, - проговорил он, стоя перед дверью комнаты, — Может быть, мы поможем друг другу справиться с напряжением, но не более, - покивал он и уверенно толкнул дверь, погружаясь в беспросветную темень. Он водил рукой по стене в поисках выключателя и тут наткнулся на тонкие аккуратные пальцы. — А вот и я, - улыбнулся он в никуда и притянул к себе девушку за талию, тут же вжимая её в стену и набрасываясь на её губы голодным поцелуем. Её губы были мягкие, податливые, и Ким сходил с ума, мягко покусывая их и водя руками по выгнутой пояснице. Он проглотил чужой судорожный выдох и одной рукой залез под футболку, скользя пальцами по плавному изгибу позвонков, вызывая лёгкую дрожь и ощущая мелкую рябь мурашек на коже, а другой рукой он сжал её упругую задницу, — Чёрт, - прошипел он ей в ухо, отрываясь на мгновение. Затем начал спускаться поцелуями по шее и оставил небольшой засос над ключицей. Девушка дёрнулась в сторону и захлопала ладонью по стене, видимо, стараясь включить свет. — Нет-нет, оставь, мне нравится так, - он перехватил её руку и мягко прижал ее к своей талии. Он целовался, хватаясь за её ягодицы и крепко сжимая ладони, ужасно возбуждаясь и потираясь пахом о чужие бёдра. Внезапно чужая рука взметнулась к его груди и мягко толкнула его. Ким улыбнулся в поцелуй и скользнул языком в распахнутый рот, неожиданно получая болючий укус в нижнюю губу, — Не кусайся, - хохотнул Тэхён и застонал, расстегнул пуговицу на брюках, мельком целуя девушку в неожиданно острую скулу и хотел уже нырнуть пальцами к ней под шорты, как рука, застывшая на его груди внезапно исчезла и послышался негромкий щелчок, после которого комнату озарил свет, заставляя Кима поморщиться и прикрыть глаза от слепящей светлоты, — Чёрт, зачем ты... - Тэхён распахнул глаза и дёрнулся всем телом, вскрикивая от неожиданности, подняв прищуренный взгляд на того, с кем увлеченно целовался последние пять минут. Парень. Высокий, ниже его разве что на пару сантиметров, увлеченно ощупывал губы, не обращая на него никакого внимания, и хмуро сводил брови на переносице. — Что за чёрт... - прошептал Тэхён, переводя на себя чужой взгляд, и остолбенел столкнувшись с ним. Острый нос, острые скулы, острый прищуренный взгляд. "И даже поцелуи с ним вызывают острые ощущения" - его сознание явно подшучивало над ним. У Тэхёна никогда не водилось в привычках оценивать красоту парней, но взглянув на чувственный, припухший от поцелуев рот, вовсе не кричащий в панике "насилуют!", хотя однозначно стоило, показался ему именно красивым. Очень красивым. Чертовски красивым. Настолько, что Тэхён, несмотря на жуткое смущение и совершенно натуральную ориентацию, был не прочь попробовать ещё разочек. Разочек скользнуть языком в этот рот, лизнуть бледную родинку над губой, покусать ровную линию челюсти, а мысли об упругой заднице, о которой кричало подсознание, подмигивая красным и повизгивая сиренами, Ким предпочёл твёрдо игнорировать. Именно этот момент выбрал шатен, чтобы опустить глаза, вперившись внимательным взглядом на расстёгнутую ширинку Кима, и только выгнул бровь. Ким весь покрылся красными пятнами, смущённо переминаясь с ноги на ноги, и усердно старался прикрыть не особо длинной футболкой стояк. — Чёрт... я не... чёрт! Прости, Господи... я не хотел... Прости... чёрт... - он судорожно пытался застегнуть неподдающуюся ширинку. Парень только недовольно поморщился и тыльной стороной ладони протер влажные губы. — Это не то... что ты подумал, - прошептал Тэхён и язвительно мысленно шипел на себя: "Да, я вовсе не трахал только что своим языком твой рот, вовсе не облапал твою шикарную, стоит признать, задницу, и у меня вовсе не встало на тебя так, как не вставало ещё ни на одну другую девушку. Не-е-ет, что ты, это не то, о чём ты подумал..." — Я думал тут... тут должна была быть Элли... Элли это... - он остановился на мгновение, перевел дыхание, уставившись в потолок и вздохнул, — Ладно, это неважно... - Ким мельком глянул на парня, а затем осторожно опустил взгляд на всё ещё вздыбленную ширинку, тут же прикрывая смущённо ладонями лицо,— Прости, это не проходит. Я не знаю, что делать... Ты не мог бы выйти? Парень покачал головой из стороны в сторону. — Я не выйду в это пекло. - сказал он серьёзным тоном и обогнув Кима, плюхнулся на кровать, раскрывая валяющуюся на прикроватной тумбочке книгу и утыкаясь в неё взглядом. — И что мне делать?! - потерянно пролепетал Тэхён, уставившись на парня так, словно именно он был виноват во всех его грехах. Тот только лениво пожал плечами, даже не поворачиваясь к нему. Ким так и стоял у порога, прижавшись спиной к стене и наблюдал за тем, как шатен временами перелистывает страницы, смачивая палец языком. — Тебе не мешает шум? - Ким кивнул на дверь, имея ввиду музыку, раздающуюся, если не на весь квартал, то на весь дом точно. Парень застыл, поднял на него взгляд и покачал головой. — Мне мешаешь ты. Тэхён моргнул. — Не обязательно грубить, - насупился он, отворачиваясь в сторону. И неожиданно услышал тихое хмыканье. Когда Ким обернулся, шатен невинно улыбался. — Это было грубо? Прости... Я просто сказал правду. — Я ведь молчу. Это не должно отвлекать. — Ты не отвлекаешь, ты сбиваешь мои мысли... - сказал он, откидываясь на подушку и подмигнув Киму, отчего тот густо покраснел, — Хочешь выпить? - внезапно спросил парень, кивая куда-то под ноги. Обернувшись, Тэхён заметил пару бутылок виски, оставленных, скорее всего, Чонгуком на экстренный случай, и уверенно кивнул. Выпить ему сейчас бы не помешало.

ххх

Lowell, Massachusetts. September 2, 2012

— Чего-чего он сказал?! - едва ли не кричит на весь кафетерий Чонгук. — Что я сбиваю его мысли. — То есть, ты. Вломился в спальню, там было темно, ты обнаружил... эм... кого-то, типа реально просто наткнулся на кого-то, с какого-то чёрта решил, что это Элли, полизался с этим "кем-то", у тебя встал, потому что у этого "кого-то" шикарная задница, чёрт теперь придётся заценить, - сбиваясь с мысли, добавляет Чонгук куда-то под нос, — А потом он тебе аб-со-лют-но ничего не говорит, типа реально никаких "отвали, пидор" или "сосёшься ты конечно так себе", - Тэхён закатывает глаза, — Просто заваливается на кровать, и пока ты стараешься переждать своё возбуждение, он читает книгу, а потом ещё говорит, что ты сбиваешь его мысли? Ким глядит в ответ с абсолютно каменным выражением лица. — Да. Да-да, Чонгук, так и было, - отмахивается он, недовольно покивав. Чонгук внезапно наивно улыбается, глядя куда-то вверх. — Чего ты лыбишься теперь? — Так по-гейски. — Боже, Чонгук, как же ты меня бесишь. - взвивается Тэхён с вымученным стоном, — Ненавижу тебя. Я вообще могу тебе доверять или нет? Уже жалею, что рассказал... - морщит лоб он. — Нет, а что? - беззаботно жмёт плечами Чон, — Я просто не ожидал от него такого спокойствия, он же типа реально из какой-то дыры приехал. Настоящая деревенщина, я бы не удивился, если бы он придушил тебя, в попытках доказать, что он натурал. — Я, к твоему сведению, тоже. Чонгук незаинтересованно отмахивается. — А чего это он выглядит свежим, как огурчик, а ты как будто тебя замариновали? Тэхён дует щёки и медленно, словно обдумывая стоит говорить или нет, вздыхает. — Он не пил... — Чего? — Он не пил! - выдыхает громко Тэхён. — Почему это? - удивляется Чонгук. — Вот у него и спроси! Он же твой кузен. - хмуро отвечает Ким и обогнув назойливого Чона, отправляется в сторону нужного класса.

ххх

Lowell, Massachusetts. October 19, 2012

Когда его оставляют переписывать эссе, а в добавок к нему объяснительную за безобразно выполненную, если быть точнее, практически невыполненную, работу, то Тэхён точно не ожидает, что окажется запертым на пару с Хосоком - с тем самым кузеном Чонгука - в одном классе. Говоря честно, Тэхён и вовсе предпочитает всеми силами избегать вечно невозмутимого чудака, обходя за километр, оправдываясь перед Чонгуком, что старший Чон его жуть как пугает. На деле же Ким просто ужасно смущается, стоит их первой встрече всплыть в памяти Кима. Тэхён сомневается, что тот случай вызывает в Хосоке хоть толику каких-либо эмоций или неприятных чувств, должно быть, он уже успел позабыть не только о том дне, но и о существовании самого Тэхёна, но дело было вовсе не в беззаботном Хосоке, дело было в самом Тэхёне и во впечатлении, котором производил на него этот странный парень. Отчего-то каждый раз сталкиваясь с ним в коридоре, в спортзале на совместных занятиях или даже в кафетерии во время ланча, Ким замирал на месте, словно завидев саму Медузу Горгону, и в голове становилось пусто-пусто. Вот и сейчас. Когда Ким заходит в класс, Хосок кидает на него один единственный, совершенно незаинтересованный взгляд и вновь возвращается к своим насущным делам, даже не бросив формального приветствия. И не то чтобы Тэхёна это сильно задевает, просто он совершенно не понимает, как стоит вести себя с Чоном - это выбивает его из колеи, заставляя судорожно думать о том, какой рукой шевельнуть, с каким периодом моргать и стоит ли прокашляться, чтобы прочистить горло или лучше ему постараться вести себя как можно тише, чтобы не навлечь на себя пугающее внимание пронзительного взгляда. Миссис Шеннон досадливо охает, причитает за пренебрежение и что-то говорит без конца и начала, а Тэхён только застывает безмолвной статуей, не зная куда податься, чтобы вдоволь откраснеться и вернуться с таким же равнодушным лицом, какое было у Чона в девяносто пяти процентах времени - в остальные пять он любил выводить Чонгука из себя и удовлетворённо злорадствовал, сверкая самодовольной ухмылкой - эти моменты Киму нравились особенно. Нет-нет, Ким больше не думает о Хосоке в том ключе, в котором он оценивал его на пьяную возбуждённую голову. Да и думать об этом было слегка страшновато. Как если бы ты всю жизнь считал, что можешь жить только на суше, а затем оказалось, что умеешь дышать под водой - это завлекало и разжигало неуёмный интерес к подводному миру. Вот только Тэхён боялся, как бы ненароком не потонуть, заполняя лёгкие горючей водой. Он искоренял все сознательные и подсознательные размышления по этому поводу, но так и не смог избавиться от прожигающего грудь любопытства к немногословному и прямолинейному старшекласснику. Хотелось прицепиться к нему клещом и знать о каждом его шаге, хотелось прочитать мысли, что роились в этой тёмной макушке, хотелось знать о нём хоть что-нибудь. — Тэхён, я вернусь через час и хочу увидеть на этом листке что-то более информативное Вашего сухого: "Роман мне не понравился". Тэхён морщит нос и только уныло кивает в ответ. Когда за Миссис Шеннон хлопает дверь, раздаётся глухой смешок с задних рядов, и Тэхён осторожно оборачивается. Хосок кидает на него взгляд исподлобья, кривя губы в насмешливой улыбке, и только испытующе смотрит, не выдавив из себя ни одного словечка. Ким успевает со вздохом отвернуться, когда раздаётся тихое: — Ты действительно написал в эссе, что тебе не понравился роман? Вот чудак... - хмыкает Хосок, заставляя Тэхёна вновь повернуться к нему. Киму хочется пробурчать возмущённое: "Кто бы говорил!" - но он только прикусывает язык, не осмеливаясь развязать разговор с Чоном. — А ты что тут делаешь? - интересуется Тэхён, склоняя голову к плечу. Хосок пожимает плечами. — Отрабатываю оценку по литературе. Ким вытягивает шею, пытаясь рассмотреть издалека, чем именно занимается Чон, но успевает зацепиться только за кисточку, застывшую в аккуратных пальцах. — Рисунком? - выгибает бровь Ким. Чон кивает. — Я не очень хорошо изъясняюсь на английском, чтобы писать эссе, потому оценки у меня неважные, - признаётся Хосок, откидываясь на спинку стула и разминая шею, — Миссис Шеннон узнала, что я собираюсь поступать в художественный и нашла подходящий для меня выход из ситуации. Вот... сижу рисую плакаты для хэллоуинской пьесы. Не люблю рисовать то, что не хочется самому, но это лучше, чем писать эссе... - в конце Хосок сочувствующе улыбается Киму, — Так что ты - мой герой! - добавляет Чон и заливисто хохочет. Тэхён веселеет, улыбаясь ему в ответ. Тэхён задумчиво кусает колпачок от ручки, с совершенно пустой головой разглядывая лист бумаги, а затем устало заваливается на парту щекой, глядя в окно. — Что за роман? Не отрывая головы от парты, Тэхён лениво отвечает: — "Над пропастью во ржи". Хосок недовольно цокает. Тэхён поднимается с места, чтобы посмотреть на рисунки Чона, но замирает в паре шагов и, по-ребячески перекатываясь с пяток на носки, тихо спрашивает: — Можно посмотреть? Хосок улыбается какой-то странной улыбкой. — Американская учтивость? - выгибает он бровь. — Может быть, - кивает Тэхён, — Это важно, вдруг ты не хочешь, чтобы я смотрел. — Через пару дней их повесят в фойе и на них будут пялиться все, кому не лень. Ким пожимает плечами и подходит ближе. — Красиво. Тэхён невольно замечает, что безымянный и средний пальцы Чона были выкрашены в матовый чёрный - слишком аккуратно, чтобы решить, что парень нечаянно измазал их в чём-то - и удивлённо вскидывает брови. — И ногти красивые, - вырывается у Тэхёна невольно. Чон явно смешивается и быстро прячет руки под партой, никак не реагируя на слова Тэхёна, но через пару мгновений поднимает на него взгляд. — Тебе стоило сдать пустой лист, роман - ни о чём. — Любишь постмодернизм? - улыбается Тэхён. Хосок в ответ только хмыкает.

ххх

Lowell, Massachusetts. November 4, 2012

— Ты знал, что Элли растрепала всем, что вы переспали? - спрашивает Чонгук, лениво развалившись на диване. Рубится в какую-то войнушку на телефоне и время от времени досадливо кричит, ругаясь на бездушный кусок пластика и мстительно кидая его на диван, но затем вновь возвращается к игре, начиная уровень заново. Ким согласно мычит, не отрываясь от книги. — Но вы же не спали? Тэхён качает головой. — Ты язык проглотил? - хмурится Чонгук. — Да, - отвечает Тэхён, игнорируя язвительный вопрос друга. — И ты ничего не собираешься с этим делать? — А что, надо? Зачем? Может, наконец-то перестанут считать меня геем, - пожимает плечами Тэхён. — А что плохого в том, что тебя считают геем? - отвлекаясь от игрушки, внезапно спрашивает Чонгук с недоумением. — Ничего, кроме того, что это неправда. — Уверен? - спрашивает осторожно Чон. Ким застывает, отрываясь от книги, аккуратно откладывает её в сторону и обманчиво приторно улыбается другу. — Так. И что я успел пропустить? - медленно цедит Тэхён сквозь зубы. Чонгук вздыхает и поднимает взгляд к потолку. — Я знаю, что у тебя был секс с девушками, но не помню, чтобы ты хоть раз говорил, что тебе кто-то действительно нравится. Это странно, нет? Ты ходишь вечно мрачной тучей по школе и влюбляешь в себя идиотов, обожающих загадочных парней, ожидающих от тебя тайн, включающих себя гору трупов в гараже или блестящей кожи, как в "Сумерках", а то и сразу первого и второго. Но ты отвергаешь всех девушек, конечно и с парнями, кроме изумительного меня, разумеется, ни с кем не общаешься. Но ведь... тебе не признавались парни? Может, ты просто никогда не задумывался о том, что они могут нравиться тебе? Улыбка с лица Тэхёна стирается, пока Чонгук задумчиво тараторит, делясь вздорными мыслями. Под конец размышлений Чона, слышится топот ног по лестнице и через несколько бесконечно долгих мгновений в гостиной появляется сонный растрёпанный Хосок. Он пробегается прищуренными глазами по обстановке, задерживает более-менее долгий взгляд на Тэхёне, но так ничего и не сказав, перебирается через гостиную на кухню. — А поздороваться?! - кричит Чонгук ему вслед, — Грубиян! Тэхён тоже смотрит Хосоку в спину, который только вытягивает средний палец в ответ на выпад Чонгука, скрываясь за дверями. А когда друг поворачивается вновь к нему, то смущённо выговаривает тихое: — Вообще-то задумывался. Чонгук тут же улыбается, открывает рот, явно собираясь вновь выдать какую-нибудь глупую шутку, но тут же, видимо, покрутив шестерёнками, чуть хмурится, через секунду он в ужасе распахивает глаза, с нечеловеческой быстротой поворачивает шею в сторону кухни, а затем оборачивается обратно на Тэхёна. А когда Ким кивает, то театрально хватается за сердце и разъярённо шепчет: — У тебя крыша навернулась?!

***

Lowell, Massachusetts. November 13, 2012

Через неделю чонгуковские "ты ненормальный", "я с тобой больше не общаюсь" и "да он же стрёмный!" сменяются на докучливые "пригласи его куда-нибудь", "я заценил его зад, вроде ничего" и "блять, да он ногти красит, это же типа реально по-гейски, понимаешь?!". — Ничего не по-гейски, - хмурится Тэхён, набирая в поднос еды, — Он просто творческий человек, да и вообще это красиво, а у тебя в голове глупые стереотипы, - он улыбается и одаривает Чонгука лёгким подзатыльником. — Стереотипы не рождаются на пустом месте?! - раздражается в ответ Чон. — Чонгук, отстань. Он мне интересен, но я даже не уверен, что я испытываю к нему... Мне просто хочется общаться с ним, - пожимает плечами Ким. — Ну так общайся, а не пялься на него своим печальным взглядом! — Ничего не печальным! — Ага, не печальным - чертовски печальным. — Ты не понимаешь! - поджимает губы Тэхён, — Я когда смотрю на него, то у меня мозги отключаются, я тупею раз в сто и превращаюсь в наивного дурака, который только и может хлопать глазами и смотреть на него, вообще не имея ни малейшего понятия, о чём он болтает. Ладно, если он сам начал бы разговор, мне как-то легче, но он же вообще не разговаривает! Даже не здоровается! — Так поздоровайся с ним ты? Почему ты сам не здороваешься?! — Господи, я уверен он скажет что-нибудь в стиле "американские формальности?" и пройдёт мимо, а потом я вернусь домой и сгорю со стыда, Чонгук, потому что я не привык получать отказы, понимаешь? - Тэхён делает паузу, а затем, чуть подумав, добавляет: — Я его не понимаю и боюсь, что никогда не пойму. На фоне его загадочности, моя кажется какой-то абсурдной и фальшивой. Это всё глупо... Чонгук сочувствующе и понимающе кивает. Тэхён было уже вздыхает с облегчением, радуясь, что от него наконец-то отстали, когда раздаётся громкий голос Чонгука по кафетерию: — Братик! Не составишь нам компанию?! Тэхён прикрывает глаза, тянет заохавшего Чонгука к себе за ухо и цедит: — У меня скоро в гараже действительно появится труп. — Если это сделает тебя достаточно загадочным для нашего мистера "загадочность", то я согласен. Нож, подушка, яд? Я бы предпочёл умереть безболезненной смертью. — Ненавижу тебя. Чонгук подмигивает. — Я тоже люблю тебя. — Тебя ждёт френдзона. — Не кради мои шутки. — Это не шутка, Чонгук, это твоя жизнь. Хосок выглядит усталым и измученным, но после ланча бодреет и улыбается шуткам Чонгука, даже поддразнивает его привычно. — Ты выглядишь вымотанным, - невольно вырывается из Тэхёна, прежде, чем он успевает осмыслить, — То есть... Хосок хмыкает. — Сильно заметно? — Н-нет. — Да. - синхронно произносят они с Чонгуком. Ким пихает локтем слишком прямолинейного друга в плечо, а Хосок хохочет. — Я вчера не спал, в голову ударило вдохновение, не мог остановиться и заснул под утро. — Рисовал? - интересуется Тэхён. Старший Чон кивает. — Покажешь? - спрашивает он. Хосок нервно стряхивает со лба тёмную чёлку и натянуто улыбается. — Нет. — Ну ты грубиян, - фыркает Чонгук.

ххх

Lowell, Massachusetts. November 17, 2012

Хосок выглядит до одури уставшим, застывая у порога гостиной и наблюдая за резвящимися в какую-то дурацкую игру друзьями. Выглядит настолько посеревшим и мрачным, что, наблюдающие за ними Чонгук и Тэхён, внезапно тоже перестают веселиться, стирая улыбки с лица и настороженно заглядывая старшему в глаза. — Опять вы, - морщится он, тяжко вздыхая и прерывая внезапную неловкую паузу. — Ты бы побрился, - фыркает Чонгук, отмирая первым, — На дворе скоро тринадцатый год будет, ты должен знать, усики - не проход в трусики. Ким невольно прыскает, пряча улыбку в ладони, но тут Хосок внезапно переводит на него странный взгляд и прищуривается: — У тебя нет дома? Внезапно в гостиной становится ужасающе тихо. Тэхён смешивается, опуская взгляд, а Чонгук недовольно хмурится и скрещивает руки на груди. — Ты не обнаглел, деревенщина? Это дом моих родителей, и мои друзья могут приходить сюда, когда захотят и будут находиться здесь ровно столько, сколько захотят, не спрашивая у тебя разрешения, ясно? Хосок кривит уголок губ в насмешливой улыбке и понятливо кивает, закатывая глаза. — Окей, сиамские близнецы, не вы - так я, - пожимает плечами шатен и, сбросив куртку с крючка, выходит из дома. — Хам! - кричит Чонгук ему вслед.

ххх

Lowell, Massachusetts. November 19, 2012

Тэхён просыпается от назойливого звонка Чонгука и обнаруживает себя задремавшим за потрепанным экземпляром Голдинга прямо в библиотеке. Недовольно поцокав, Ким записывает книжку в свой читательский и, добродушно улыбнувшись старушке-библиотекарше на прощание, забирает её собой. На выходе Ким замечает знакомую фигуру, копошащуюся в шкафчике, и подойдя ближе, поражённо раскрывает рот, стоит Хосоку, приподнявшись на носках, отложить свои бумажки поверх шкафа, тем самым вскидывая руку и оголяя плечо, на котором чернела татуировка, имитирующая разрыв плоти, оттуда словно проглядывал механический скелет конечности. Биомеханика - Тэхён слышал об этом от восторженного Чонгука. Хосок раздражённо сминает листы, вырывая их из тетради, и, не глядя, впихивает их в раскрытый рюкзак, висевший на плече. Он то и дело стукается локтем о дверь шкафчика и раздражённо шипит, стараясь сдвинуть её в сторону, чтобы не мешала. Тэхён впервые видит его таким. Злым, эмоциональным, настоящим. — Привет... - выдыхает Тэхён. Хосок подскакивает на месте и оглянувшись на Кима, шумно вздыхает. — Привет, - кивает он неохотно. — Проблемы? - участливо интересуется Ким, шагая к нему ближе. Хосок настороженно следит за тем, как тот приближается, и отводит взгляд. — Это не твоё дело, Ким, - говорит раздражённо Чон, поджимая губы. Он пару раз кивает в сторону, словно бы стараясь убедить в этом самого себя, и вернувшись к шкафчику, со всей дури захлопывает дверцу. Ким недоумённо смотрит на взбешенного Хосока и вздрагивает, когда отложенная наверх стопка бумаг, соскальзывает со шкафа, потревоженные ударом, и медленно беспорядочно разлетается, словно конфетти. Чон наблюдает за ними с нескрываемой ненавистью, но затем устало хмыкает, прикрывая глаза ладонью и отворачиваясь. Опустив глаза, Ким бледнеет. Взгляд сразу цепляется за рисунок на котором изображён профиль темноволосого парня с всклокоченными кудрями. Тэхён прикусывает губу. Его веки были прикрыты, в пушистых, почти неестественно густых ресницах были нарисованы росинки слёз, тёмные пряди волосы прилипали к вспотевшему лбу. Чуть приглядевшись, Тэхён замечает тонкие пальцы, что зарывались в его волосы, словно притягивая за них. Но самое интересное творилось немного ниже. Ким шумно вздыхает, безбожно краснеет, но опускается на корточки, притягивая к себе непристойный рисунок. Пухлые губы Ким тоже распознаёт сразу. Пухлые губы, которые мельком касались возбуждённого, изображённого предельно реалистично, члена. По его, совершенно точно его - кимовскому подбородку и шее стекали белёсые капли, о сущности которых Тэхён не хотел задумываться, хоть всё было красноречивее красноречивого. Глаза Кима мечутся по хаотично разбросанным листкам. И Тэхён задыхается. На каждом из них был изображён он. Чаще хмурый, задумчивый, откровенно скучающий. Всегда какой-то печальный, меланхоличный, но похожий до мельчайших деталей, вроде родинки под глазом, на носу или отстутствующего двойного века на правом глазу. Ким не успевает пробежаться взглядом по всем рисункам, когда Хосок, опустившись рядом, начинает собирать разбросанные бумажки. — Что ты делаешь? - выдыхает тихо Тэхён. Хосок не отвечает и глаз на него не поднимает. — Что это? - спрашивает Ким, кивая на бумажку в своих руках. Чон вновь игнорирует его и выхватывает рисунок из чужих рук, — Эй! Он преспокойно поднимается с места и негромко говорит: — Забудь, - он разворачивается на пятках и идёт к выходу. Тэхен оправившись от шока, резко встаёт и хватает Чона за ворот футболки. — Ну нет, выкладывай. Хосок грубо сбрасывает его руку и иронично выгибает бровь, наконец, поднимая глаза на Кима. — Что ты хочешь услышать от меня? — Что? - уточняет Ким, — Быть может, объяснений или... Извинений, хотя бы...- разводит руками Тэхен, хмурясь — Извинений? За что? - Хосок машет стопкой бумаг и внезапно сминает их, превращая в один небольшой ком, — За это? - спрашивает он и оглянувшись, цепляется взглядом за мусорное ведро и, в два шага преодолев расстояние, выбрасывает свои рисунки. — Да, чёрт побери! - кивает Тэхён, — За это! Хосок крепко жмурится, поднимая лицо к потолку. — Ты не должен был увидеть это, - тихо шепчет он. — Но я увидел... - в тон ему отвечает негромко Ким, — И... это... неприятно, ясно? - выдыхает Ким, сглатывая ком, застрявший в горле, — Я не хочу быть грёбанной сексуальной фантазией, ясно? И да, я хочу услышать извинения, может, ты считаешь, что в этом нет ничего такого, ведь это просто рисунок, так? Но... - Ким не находится словами, не зная объяснить, что именно он чувствует и за что просит извинений. Хосок подходит к нему и мягко хватает его за плечи. — Прости меня... - шепчет он виновато, — Не представляешь, насколько мне сейчас стыдно... - он морщится, — Но... - он облизывает губы, отводя взгляд, — Это была попытка, дурацкая конечно, но попытка Не думать о тебе в этом ключе. - он заглядывает хмурому Киму в глаза, — Я знаю это глупо. Но... я бы сгорел от стыда, если бы постарался... передрочить, не знаю... - он пожимает плечами, — Это ещё хуже. Это всё, - он кивает на мусорное ведро, — Навязчивые образы, я думал, что смогу от них избавиться, если, как и обычно, нарисую. Я стараюсь не думать. Но порой это сводит меня с ума, жрёт меня... Я... ты больше... - он останавливается, подбирая слова, — Я больше не потревожу тебя. - тараторит он и развернувшись, ныряет в гардеробную, чтобы через минуту выскочить из школы, громко хлопая дверьми.

ххх

Kilington, Vermont. December 14, 2012

Уже никто и не помнил, кому именно пришла идея съездить в курорт перед рождеством, но задумка понравилась всем. Поездка в Вермонт виделась школьникам возможностью избежать парочки будних дней с разрешения школы и сбросить накопившийся за полгода стресс. Чонгук с восторгом ожидал поездку - прежде ему не доводилось покидать Массачусетс, поэтому в автобусе он не мог заснуть, несмотря на ранее пробуждение и бранящегося Тэхёна, просившего оставить его в покое и дать поспать. Вскоре тот-таки оставляет его, находя себе новый объект для терроризирования. Ким приоткрывает глаза, услышав знакомый ровный голос, но тут же отворачивается к окну, приказывая себе не поддаваться минутной слабости. Он всё ещё злится на Чона из-за его рисунков, а беззаботного Чонгука решает оставить в неведении - ему не хочется становиться причиной раздора братьев. Хотя Ким и не мог предсказать реакции друга наверняка. Может, взбалмошный Чон и вовсе выгнул бы скептически бровь, ответив что-то вроде: "Типа ты на него накричал, вместо того, чтобы встать на колени и воплотить в реальность его извращенные фантазии?". Это было бы вполне в его стиле. Если раньше Тэхён думал о старшем Чоне с неким благоговением и смущением, то теперь старался только отфыркиваться от любой худо-бедно похвальной мысли о нём. "Однако красивые же у него глаза" - подобные мысли без единого шанса на существование сменялись раздражёнными: "Этими самыми глазами он пялился на тебя, чтобы потом запечатлеть твоё лицо на своих похабных рисульках". На самом деле Ким его давно простил. Ещё в ту самую секунду, когда посмотрел в до ужаса смущённый взгляд, пока Хосок суматошливо объяснялся перед ним, нежно поглаживая его по плечам. Раздражался скорее из привычки, а ещё потому что ужасно хотел с ним поговорить. Но самосудное обещание не тревожить его, Хосок выполнял с невероятным усердием, а Тэхён всё не находил подходящего случая завязать разговор. Чон закрывал все пути подобраться к нему, и у Кима складывалось ощущение, что тот делает это потому что сам не хочет иметь с ним больше никаких дел. Вымотавшись с Чонгуком на лыжах, Тэхён оставляет друга на инструктора и отправляется отогреваться в коттедж. Там, отправившаяся вместе с ним мать встречает его с чашечкой кофе и заботливо расправляет ему кудри, пока он недовольно бурчит, попивая кофе. — Миссис Ким, вы не пойдёте кататься на коньках? Тэхён затихает, услышав бодрый голос Хосока, и прячет лицо в чашке с горячим напитком. — Ох, если бы я умела! - Ким слышит улыбку в голосе матери и невольно думает о том, что смотря на такого вежливого и улыбчивого Чона, невозможно не улыбнуться в ответ. Но отчего-то Тэхёну от этих размышлений становится только печальнее. — Могу научить! - вызывается шатен, воинственно упирая руки в бока. — Нет уж, сегодня я уже настроилась на "Секс в большом городе" и тёплый плед и кофе, так что сегодня не ищите меня! Хосок понимающе кивает и уже собирается уходить, когда она спрашивает у Тэхёна: — А ты, дорогой, не пойдёшь? Все девчонки пошли кататься... - она мажет помадой по его скуле и треплет по волосам. — А я похож на девчонку? - хмурится Тэхён, не отрываясь от полыхающего огня в камине. Хосок внезапно хохочет, а когда Ким недоумённо оглядывается на него, то тепло улыбается ему, прежде чем выскочить за дверь. — Я имела ввиду, что ты мог бы хорошо провести время в обществе девушек, - объясняет мать, — Но если не хочешь, то можем вместе посмотреть что-нибудь. Тэхён в ужасе отставляет кружку в сторону и натянуто улыбается. — Знаешь, да... девушки... я пойду покатаюсь, - кивает он. Уже через минут десять, Киму становится невероятно скучно, но возвращаться к матери он не спешит. Большая половина девушек предпочли лыжам коньки, и в общем-то в горы отправились только жуткие энтузиасты вроде Чонгука. Тэхён тщательно скрывает удивление, следя за наворачивающим круги Хосоком. Он-то думал, что его заставили поехать родители Чонгука, а сам он будет отсиживаться где-нибудь в коттедже, попивая горячего шоколада и малюя что-нибудь на своём потрёпанном скетчбуке. Катается он хорошо, мерно скользя по льду, а порой даже умудряется делать кое-какие трюки. Ким поглощённо, но стараясь не попасться, следит за ним, пока кто-то не окликает его: — Эй, Ким! - кричит светловолосая и румяная Элли, бухнувшись пятой точкой на лёд, — Что даже не подашь руку даме? Тэхён щурится на солнце и склоняет голову в бок. — Нужно просто подняться на корточки, потом встать - ничего сложного. — Боже, не будь таким занудой, помоги встать! - закатывает глаза блондинка, даже не делая попыток встать без чужой помощи. — Вставай сама, я тоже падал, не помню, чтобы ты мне помогала, - лениво произносит Тэхён, насмешливо глядя на неё сверху вниз. — Ну ты придурок! - морщится она, вставая на колени, наконец стараясь подняться. Внезапно из неоткуда возникает Хосок, резко тормозя рядом с упавшей девушкой, и протягивает ей руку. — Боже, спасибо, ты лучший, - улыбается Элли Чону, принимая помощь, — Не то, что некоторые... - она по-детски показывает Тэхёну язык и тут же хохочет, натыкаясь на его недоуменный взгляд. — Пойдём, покажу тебе, чего не следует делать, чтобы не падать, - смеётся Хосок, сжимая её ладонь в своей. Следующие полчаса, Тэхён старается не сгореть от раздражения, дабы не растопить каток, но упорно смотрит на веселящихся Хосока и Элли, стискивая челюсть так, что играют желваки. — Пойдём внутрь? Я угощу тебя чашечкой кофе за приятно проведённое время. - цепляется слухом Тэхён. — С меня имбирное печенье, - соглашается Хосок, а затем задумчиво замирает, — Тебе они нравятся? — Они всем нравятся! "Ненавижу имбирное печенье" - думает Тэхён, стараясь глядеть куда угодно, но не на раздражающе довольную парочку. "Ненавижу катки" "Ненавижу курорты" "Ненавижу зиму и чёртов мороз!" Поглощённый ненавистью ко всему окружающему, Тэхён совсем не замечает, когда к нему со спины подходит Хосок, опираясь о борт и протягивая ему свой шарф. — Чего тебе? - не понимает Ким. — Я иду в тепло, а у тебя уши красные, подумал, что тебе нужнее, - говорит он медленно, явно стараясь подбирать нужные слова. — Переживу, - отмахивается Тэхён, отворачиваясь. — Я не буду настаивать, - говорит Хосок, но считает нужным добавить хмурое: — Но ты ведёшь себя глупо... — Это ты ведёшь себя глупо! - взвивается Ким, — Что это вообще? Зачем флиртовать с девчонкой, явно привлекая к себе её внимание, если ты не можешь ей ничего дать в ответ? Зачем давать надежду? Хосок недоуменно распахивает рот, выдыхая дым. А потом, видимо, догадавшись, что именно имел ввиду Тэхён, хмыкает насмешливо. — Я не гей, Ким. Тэхён радуется тому, что щёки и так до безобразия красные, потому что внезапно становится ужасно стыдно за самонадеянность. Он забирает чужой шарф и тихо бурчит под нос: — Ужасно за тебя рад. Когда он возвращается в коттедж, то ужасно жалеет, что решил поселиться в одном коттедже с Чонами, потому что Элли оказывается с Хосоком, к ним присоединяется восторженно радостный Чонгук, и Тэхён чувствует ужасную неловкость, находясь в этой атмосфере всеобщего счастья и ощущая лишь желание пристрелиться. — Мам, купи мне выпить, - бормочет тихо Тэхён, уткнувшись носом в плечо матери и исподлобья поглядывая на трио - они играли в карты. — Что ты хочешь? - интересуется она с тяжким вздохом. — Парочку бокалов глинтвейна, ну или виски, вообще-то всё равно. — Ты кажешься огорчённым, тебе не понравилась поездка? — Не занудствуй, - фыркает Тэхён, — Я просто хочу выпить. Через пару часов выскакивая из коттеджа в полную темень на улицу, с такой прытью, словно за ним гонится стая волков, Тэхён уже не считает, что это было хорошей идеей. Он слегка покачивается и опьянение притупляет ощущение холода, но вот на душе становится только гаже. Мисисс Ким купила бутылку Дэниэлса на четверых, встретившись с бурной поддержкой выпить для повышения настроения. Ким выпивает только чуть больше пары стопок, но вкупе с голодным желудком и паршивым настроением, получается адский коктейль. Тэхёну хочется расплакаться, потому что он всё ещё достаточно трезв, чтобы осознать, что действительно повёл себя по-дурацки. Вспылил, казалось бы, на почве жульничества, а в итоге выплеснул всю свою злобу на невинного друга и попытавшуюся его успокоить мать. Злобу на себя и свою нерешительность и трусость, которые так и не позволили ему честно признаться хотя бы самому себе, что... — Чёрт! - шипит Тэхён, плюхаясь на сугроб и пряча лицо в ладонях, — Чёрт, какой же я дурак... Придурок! Кретин! - он заваливается на снег морской звездой и прикрывает глаза. В Килингтоне много холоднее, чем в родном Лоуэлле и уже через пару минут он замерзает так, что кончики пальцев начинают неметь и покалывать. Но так же здесь можно было увидеть звёзды. Ким распахивает глаза и практически не удивляется, когда замечает нависшего над ним Чона. Старшего. — Уйди... - со скорбной усталостью произносит Тэхён. — Как только, так сразу, - отвечает тот с натянутой улыбкой, — Миссис Ким беспокоится... - вздыхает Чон, присаживаясь рядом. — Я вернусь через пару... десятков минут. — Я посижу с тобой. — Нет, не посидишь. — Ещё как посижу. Посижу и, если захочешь, даже выслушаю за что ты так костерил себя пару минут назад. Ким вздыхает и согласно качает головой. В любом случае, завтра можно будет сказать, что он был пьян и всё, что он сейчас скажет - бред сивой кобылы. — Ты... сказал, что ты не гей, - начинает Тэхён, — А я катался на дурацком катке, пил кофе и не мог перестать думать об этом. Пялился на вас с Элли, злился непонятно из-за чего и вдруг осознал, что ты, может быть, и не гей, зато я похоже чертовски гей... - Тэхён смеётся, приоткрывает веки, замечая каменные напряжённые плечи Чона, — И я напился, потому что... потому что нельзя вот так взять и мило хихикать с какой-то девчонкой и обжиматься с ней, после того, как ты нарисовал, как я тебе отсасываю, ясно? - шутливо бурчит Ким, говоря с ужасной честностью, но в то же время сводя всё к абсурдной шутке из-за смущения. - Нет? - с насмешкой спрашивает Хосок спустя бесконечно долгую минуту. - Нет! - отвечает Ким, возмущенно. И задыхается, когда Чон внезапно нависает над ним, оперевшись ладонью над его головой. - И что же я должен сделать? Предложить тебе руку и сердце? - щурится он. Тэхён вздрагивает от прошившего холодного воздуха и морщится. - Я жутко замёрз, так что руки пока будет достаточно, - он вытягивает руку, прося помощи. Хосок ожидаемо фыркает. Руки они не расцепляют до самого дома, хоть всю дорогу и молчат. — К твоему сведению, я рисовал тебя не только в подобном амплуа, но ты, кажется, не оценил, - говорит Хосок, когда они уже заходят в коттедж. Тэхён качает головой. — Ты не прав... - говорит он, а затем тянет его за руку к камину, — Приготовишь нам горячий шоколад, а я постараюсь тебя удивить, - обещает Ким, подмигивая непонимающему Чону. Когда Хосок заходит к нему с дымящими чашками и едва не спотыкается на пороге, ему приходится согласиться с тем, что у Кима удалось. На столе лежала мятая стопка знакомых рисунков. — Ты... - Тэхён впервые видит, как Хосок теряется и не может найти подходящие слова. — Я вытащил их, - кивает Тэхён, — Много раз просматривал каждую. Они все чудесные... А ещё я нашёл тут парочку рисунков с Чонгуком, мне стоит начать ревновать? - неловко хохочет Тэхён, смущённый своим восторженным тоном. Хосок поддаётся вперёд и вжимает Кима в объятиях. — Тебе не стоит ревновать меня ни к кому. — Даже к Элли? - шепотом интересуется Тэхён осторожно. — Даже к Элли.

ххх

Kilington, Vermont. December 16, 2012

На третий день даже Чонгук устаёт от катания на лыжах и остаётся учить Миссис Ким кататься на коньках. Хосок с Тэхёном решают остаться в коттедже, оправдываясь перед матерью Кима, что вдоволь накатались ещё вчера и теперь хочется полежать в тепле. Миссис Ким усердно настаивает, даже вставляя глумливые "Будете вести себя как зануды - ни одна девушка не взглянет в вашу сторону". Настаивает ровно до тех пор, пока закатывающий глаза Чонгук, видевший, как они вчера весь день держались за ручки и инфантильно лыбились, устав от разыгравшегося спектакля, не выпаливает насмешливо: — Миссис Ким, пойдёмте скорее, я думаю, мы немножко мешаем этим занудам смотреть "в сторону друг друга". Женщина только выдаёт многозначительное "оу", но быстро преодолев своё удивление, подмигивает засмущавшемуся сыну, который порывается выбраться из объятий Чона, видимо, чтобы вцепиться в шею захохотавшего друга и задушить за слишком болтливый рот. — Помнишь нашу первую встречу? - спрашивает Тэхён, развалившись на коленях Хосока и вполуха слушая фильм, который смотрел Чон. Хосок улыбается. — Ещё бы не помнить. — Ты тогда ничего не сказал и... ничего не сделал. Тот пожимает плечами и опускает хитрый взгляд на Кима. — Ты тогда был такой трогательный, возбуждённый... Будь я на своём месте, так бы и завалил на кровать, чтобы творить с тобой всякие непотребства. — А тогда не хотел? — Тогда я был просто удивлён. Тэхён закатывает глаза. — У тебя было абсолютно каменное выражение лица. Чем это ты был удивлён? — Я ходил в школу в августе, в какой-то клуб для дебилов - тётя настаивала, дабы я завёл друзей и не чувствовал себя одиноко во время учёбы, - смеётся Хосок, поморщившись, — Меня запугивали тобой. Девчонки говорили, что ты пугающий, мрачный, грубый - никакой конкретики, одни эпитеты - что мне не стоит попадаться на твои глаза и, тем более, злить. Тэхён недоумённо распахивает глаза и хмурит брови. — Чепуха какая-то! - вскакивает он с места, — Кто вообще распространяет эти слухи? Я в жизни никого не обидел... — Мне сказали, что ты избил какого-то парня, просто потому, что он не уступил тебе в очереди. Тэхён сжимает виски и мученически стонет. — Когда это? В кафетерии? Боже, да этот придурок сам полез на меня, потому что его сестра сказала всем, что мы спали, хотя мы просто как-то поцеловались, когда играли в бутылочку! Я защищался, но он был так плох, что в конце действительно выглядело, будто бы я его избил, - торопливо объясняется Ким, — Бред какой-то... Хосок кивает согласно: — Поэтому я удивился. Ты не выглядел, как пугающий мафиози. Тэхён закатывает глаза, тут же повеселев. — Когда ты заметил меня? - серьёзно спрашивает Ким внезапно шёпотом. Хосок завороженно заглядывает ему в глаза и мягко касается чужого подбородка, поглаживая острую скулу. — Я не знаю... Всегда? Я замечал тебя всегда. Я смотрел на тебя и сравнивал твой образ с тем, что мне рассказывали, не понимая, как можно верить в эти глупости, - Чон озадаченно взмахивает руками, а затем с улыбкой добавляет: — Несмотря на все эти чёрные пальто, чёрные водолазки и чёрные ботинки и извечное мрачное выражение лица, словно ты каждый день кого-то хоронишь, ты всё равно каждый раз виделся в моих глазах всклокоченным растерянным воробушком. Тэхён недовольно поджимает губы. — Ты избегал меня? Хосок моргает. — Только последний месяц. — Правда? А мне казалось, всегда. — Почему? — Ты всегда казался таким равнодушным, ни за что бы не подумал, что я тебе хотя бы на капельку нравлюсь... — Потому что я сам об этом не думал, - отвечает Хосок, — Я просто рисовал тебя. Я многих рисую, того же Чонгука, и мне это не показалось странным, мне прежде и вовсе не нравились парни. Осознание пришло столь внезапно, просто обухом по голове, потому я сначала ужасно злился. Тэхён весь обращается в слух, даже задерживая дыхание. — Я всегда мечтал учиться в Америке. Мне нравится здесь. Я всегда относился уважительно к чужим предпочтениям, что бы это ни было. Просто... я наслушался многого. О рисовании, об одной единственной татуировке, о ногтях, - Хосок поднял ладонь, демонстрируя тёмные полосы на среднем и безымянном, — Как это вообще должно определять мою ориентацию? - хмурится Хосок и тяжело вздыхает, — Все старались молчать, называя меня просто сумасбродным художником, потому что у меня была девушка. И когда я понял, что влюбился в парня, то почувствовал бессилие. Мне не хотелось подтверждать их ожидания, потому что всё, что они говорят - полный бред! - раздражённо цедит Чон. Тэхён вмиг преодолевает расстояние между ними и впивается в чужие губы нежным поцелуем. Хосок сразу же отвечает, цепляясь за мягкие кудри и раскрывая рот для осторожно лизнувшего его губы языка. Ким отстраняется на мгновение, чтобы лукаво шепнуть ему в губы: — Прости, но всё, что я услышал это то, что ты влюбился в парня.

ххх

Lowell, Massachusetts. December 25, 2012

Чонгук обвешивает весь дом омелой, буквально каждый уголочек и тащится за Хосоком и Тэхёном следом, стоит этим двоим хоть чуточку подозрительно шевельнуться. — Ты дашь мне поссать? - хмурится Тэхён, оглядываясь на шагающего позади друга, который с невозмутимым выражением лица замирает посреди коридора, словно бы ковыряясь под ногтями, когда Ким поворачивается к нему. — Ты что-то сказал? - непонимающе моргает Чон, отрываясь словно бы невзначай от своих насущных ногтевых дел. Тэхён только закатывает глаза. — Чего ты хочешь от меня? - выгибает бровь Хосок, когда Чонгук предлагает свою помощь в приготовлении риса, котороое доверили Хосоку за имением многолетнего опыта. — Я просто хочу помочь? Хосок прищуривается, но потом пожимает плечами, насмешливо улыбаясь: — Спасибо, я бы не справился. Выбирай: будешь насыпать рис или наливать воду? Под конец дня Чонгук жутко выматывается и устало приваливается спиной к парадной двери, когда все выходят на улицу смотреть на фейерверки. Поэтому, когда нужная парочка, весело переговариваясь и обнимаясь, внезапно оказывается под омелой, то внутри Чонгука столь же внезапно распахивается дверь к недоступной ему раннее кладези энергии. Он разве что не расталкивая пораженных родителей локтями, пробирается к другу и брату, громко победно восклицая: — Ха! Вы под чёртовой омелой! Наконец-то! Я ждал этого целый ебучий день! И так, повернитесь вот так, я хочу всё хорошенько запечатлеть, ага, сюда, ты чуть дальше. Вот так! — Боже, ты поэтому преследовал нас целый день?! - мученически стонет Тэхён, с досадой прикрывая лицо ладонью. — Что происходит? - интересуется Хосок с растерянной улыбкой. — Абсурд какой-то происходит, вот что! — Заткнись, ты под омелой, у тебя нет мнения! - с раздражением шипит Чонгук, хмурясь, — Давайте, я жду! — Нет, Чонгук. — Вы мне объясните? — Вы под омелой! — И что? — Боже, деревенщина, Вам нужно поцеловаться, вот что! — Зачем? — Этого требуют традиции! — Боже, да тринадцатый год на дворе, срал я на твои традиции! - взрывается Тэхён. — Хосок? - оборачивается к нему Чонгук. Тот только качает головой и пожимает плечами. — Очевидно, он против, - замечает он, кивая на злобно щурящегося Кима. Чонгук тяжко вздыхает. – МАМ, ОНИ ПОД ОМЕЛОЙ И СОБИРАЮТСЯ НАПЛЕВАТЬ НА МНОГОВЕКОВЫЕ ЦЕННЫЕ ТРАДИЦИИ, ОТКАЗЫВАЯСЬ ЦЕЛОВАТЬСЯ, ОНИ НЕ УВАЖАЮТ РОЖДЕСТВО, ИИСУСА, НАС, В ЧАСТНОСТИ МЕНЯ, И Я ОБРАЩАЮСЬ К ТВОЕМУ АВТОРИТЕТУ В НАДЕЖДЕ НА ПОДДЕРЖКУ! — Чон Хосок, я отправлю тебя обратно к своей сварливой занудной сестре, не хочешь? Тогда чти наши глупые американские традиции! - шутливо грозится улыбчивая женщина, подмигивая сыну. Чонгук в ответ улыбается во все тридцать два. — Ну Миссис Чон! - канючит Тэхён, — Это не традиция, а прихоть этого придурка! — Признайся уже, что вы встречаетесь, так спелись, что ты уже превращаешься в такое же хамло! - хмурится Чон. — Так ты это устроил, чтобы убедиться в этом? - выгибает бровь Тэхён, – Серьезно? Ты что, не мог спросить? — Ты такой недоумок, братик! — Грубиян! — И тебе счастливого рождества!