Гибрид

Который раз проходя мимо укрепленного прозрачного пластика, Гэвин поражался находящейся по ту сторону твари. Несколько раз он видел, как бывший человек, а в этом Рид был уверен, изучал свою клетку. Медленные движения длинного хвоста завораживали и мужчина был рад, что находится по эту сторону. Ему посчастливилось наблюдать по монитору, как это напало на человека, буквально разорвав жертву на части. Эксперимент был признан неудачным. Существо не шло на контакт и демонстрировало поведение обычного хищника, чем разумного человека. Попытка выявить хоть какие-то признаки разума не увенчались успехом. За спиной Гэвин подсмеивался над учеными, которые пытались взаимодействовать с этой штукой, как с обычным шимпанзе, предварительно запихав в комнату разные игрушки, а сами попрятались за укрытие. Он был обычным охранником, но и то уже знал, что эта тварь может только повторять движения и бросаться на преграду. Но даже в том, что существо перестало на него нападать, человек видел только инстинкт и понимание невозможности достигнуть цели. Конечно Риду и раньше не особо нравилась ситуация с парнем, который был частью эксперимента и однажды просто появился с очередной поставкой на станции. Тогда карие глаза с тоской смотрели на единственного человека не в белом халате. Кажется, тот понимал, что бесполезно просить о помощи, а потом он пропал. Помнится, за день до этого Гэвин подмигнул ему, а потом показал фак, когда парень прильнул к стеклу в тщетной надежде. Тогда мужчина просто сбежал из коридора, предпочтя топтаться вне его, чтобы не видеть печальные глаза и от понимания своей бесполезности. Он не смог бы вытащить заключенного при всем желании. Только один раз ему удалось подкинуть в стандартный паек целое яблоко, а потом сидел пару дней в изоляторе за выходку. Но это того стоило. А потом, спустя несколько месяцев, появилось это. Поначалу Рид и подумать не мог, что тварь была остатками от того парня. Даже яркое освещение не давали возможность опознать существо нормально. Черный клубок не двигался, а стоило отвести глаза, то было не до разглядываний. Силуэт вмазывался в перегородку, скользя по гладкой поверхности и шипя от злости. Отшатнувшись, Гэвин ретировался подальше, но чтобы видеть это долбанное окно. Это потом, когда мужчина уже привык к этой твари за стеклом, началась своеобразная игра. Он мог стоять рядом, выглядывая из-за стены, потом присесть и вновь заглянуть в комнату, словно там был большой кот. Только тот черный клубок особо не реагировал на него, до одного дня, когда Гэвин не ожидая появившегося напротив лица, сел на задницу прямо там же. И вот тогда человека охватил ужас. Он помнил те темные глаза, только вот светлую пижаму теперь заменила черная поверхность… чего? Брони? Впервые Гэвин задался этим вопросом. Что хотели создать здесь ученые, если результатом стало вот это. Когда мужчину проводили по всей базе в начале службы, он успел заметить колбы со странными существами, но нанимали его для охраны объекта, а не для вопросов. К тому же Гэвин и не задумывался в первое время, от чего здесь можно охранять. Потом все разрешилось само по себе. Редко когда, но на станцию могли пробраться люди, боровшиеся за гуманное отношение к животным и их приходилось отлавливать, попутно видя странные вещи. Но это существо… А Коннор смотрел на человека за прозрачной перегородкой и едва покачивался, словно гипнотизируя. Он наслаждался своей небольшой победой и злился, что не мог выбраться наружу и отомстить. В прошлом была боль, очень сильная боль и беспомощность. Парень не мог не то чтобы шевелиться, но и кричать. Только сидящий силуэт был чем-то знаком и почему-то злость спадала. Обернув себя хвостом, он опустился на пол у самого окна и стал ждать. Люди по своей природе были глупы и не понимали, что недооценивают его. Он прекрасно знал, что дверь открывалась по кодовому замку, скорее всего от карты, но не совсем осознавал, откуда это у него в голове. Видя свое отражение в поверхности, Коннор мог точно сказать, что он не являлся человеком, но знания присущие людям у него были. Только он и памятью похвастаться не мог. Все его воспоминания находились на той болезненной платформе и в этом помещении. Он слышал этих двуногих, понимал, о чем те говорят, но не причислял себя к их роду. Видя свое отражение, парень считал свое лицо маской, которую нацепили на чудовище, чтобы люди его не так сильно боялись. Даже вместо номера его часто называли Коннор, словно он был кем-то из них. А теперь тот странный вновь подходил к окну, чтобы заглянуть вниз на него. Видеть макушку, а потом настороженные глаза, было забавно, жаль только разбить перегородку за один раз не получится. Он не раз проверял ее на прочность и даже после многих ударов та оставалась как новая. В этот раз человек изучал его лицо долго, задумчиво хмурясь и напряженно отшагивая назад, когда Коннор начинал шевелиться. Сам же он рассматривал бирку на одежде. Набор черточек, но почему-то Коннор перекатывал их на языке, силясь понять, как к полоскам принадлежит звуковое сопровождение. Позже, когда никого не было рядом, он пробовал произнести эти символы, Гэвин Рид. Мужчина теперь с уверенностью мог сказать, что это существо было тем парнем. После их взаимного разглядывания, тварь вновь не реагировала на его появление, но продолжала следить из своего угла. Это немного раздражало и Рид целенаправленно старался вывести существо из себя. Ему начинало нравиться, когда черная сволочь начинала двигаться, главное чтобы не кидалась на стекло. И было противно признаваться самому себе, что эта тварь была по-своему красива. Человек так не мог двигаться, тем более с хвостом в довесок. Гэвин подмигивал, говорил полную ахинею, посылал на хуй, если тот черный комок не соизволил вовремя ответить на его закидоны. Ему только не хватало под пристальным взглядом снять штаны, показав задницу или же дрочить на это чучело. Впрочем в последнем человек уже мог проиграть и самому себе, так как соблазнительные движения все чаще приходили во снах, и не всегда в кошмарах. Странно, что на это время экспериментов почти не проходило. А потом тварь вновь начала беситься внутри комнаты, кидаясь на каждого за стеклом или же забившись в угол, в зависимости от своего состояния. Гэвин не знал, что с ним могли делать, но какой-то раз видел на полу потеки странной жидкости, тянувшейся к существу от шлюза. Только теперь он и подавно не мог ничего сделать. Это не было человеком и спасать того, кто отвернет тебе голову в секунду, было равно самоубийству. И через пару недель начались другие испытания. Рида все чаще привлекали к конвоированию очередных жертв до той самой клетки. Ему приходилось забрасывать внутрь заключенных, при этом наблюдая, как с ними расправляются. Раз заикнувшись о подобном начальству станции, ему просто предложили премиальные или отправиться в ту же комнату, только с последним визитом. Теперь Гэвин молчал. Дни слились в один бесконечный цикл чужих смертей и жутких криков, когда тварь уводили на другие опыты. Его уже тошнило от подобного, но жить хотелось сильнее. Из нового, ему вручили кролика, открывая промежуточный шлюз с той самой комнатой. Есть припрятанное яблоко сразу перехотелось. Глядя на черную приготовившуюся тень, Рид закинул несчастное животное, а потом на последних секундах, швыранул и яблоко в другую от него сторону, пока створки не закрылись. Он собирался уже уходить, как взволнованность ученых заставила его обернуться и уставиться на нелепую картину. Существо заинтересовалось добычей лишь на короткое время и просто откинуло пищащий комок меха в сторону. Но как только кролик понял, что жрать его не собираются, то двинулся в сторону фрукта, только теперь мертвая тушка осталась на полу, а тварь крутила в руках яблоко. Ночью Гэвин проснулся от аварийного включения тревоги. Скоро должна была быть очередная проверка и тем не менее липкий страх заставил подскочить на ноги и впопыхах вылететь в коридор с пистолетом и в чем он завалился вчера спать. Даже об обуви не подумал, хотя на плановую сирену срывался полностью собранным. Но сейчас было не до этого. Что-то внутри шептало про неправильность ситуации. Способствовали этому и погаснувший яркий свет, сменившийся аварийным тусклым, да раздававшиеся вдалеке по коридору крики. Не особо размышляя, Рид побежал в том направлении. Все же он должен был защищать людей на этой станции, только… от кого? Про тварь он и не подумал, решив, что была стыковка с транспортником и прибыли зеленые, настроенные более решительно. Только царящий хаос через пару отсеков, сразу отметал такую версию. Люди не могли переворачивать тяжелые контейнеры или выдирать прикрученные к полу скамейки в зале отдыха. К тому же трупы… некоторые части тел просто валялись в другой стороне. И кажется более усиленная охрана не принесла результат, раз пулемётные очереди быстро затухали, обрываясь очередным криком. Гэвин побежал. Он ничего не сможет сделать, пока не поймет с чем именно имеет дело, да еще в таком виде. Следовало пробраться в арсенал, чтобы подобрать снаряжение и возможно броник бы помог. Хотя кого он обманывал… Только вот Рид не учел одного, что впопыхах, он свернет не туда, пытаясь обойти более темный коридор и уткнется в заблокированную дверь. Явно уже до него пытались перегородить станцию и уйти от опасности, только вот он кажется не успел. Оттолкнувшись от закрытого спасительного тихого по ту сторону шлюза, Гэвин с отчаяньем ударился в него спиной. Притвориться дохлым он бы не успел, чужие темные глаза следили за ним, а хвост… Один раз мужчина видел, как эта плеть махом проткнула человека насквозь. Вздернув подбородок, Рид поднял пистолет, приставляя к низу челюсти и ухмыляясь. Так он не промахнется, только вот немного изменить угол, чтобы точно сразу… - Не на..до… - слова давались с трудом, но Коннор вытолкнул их через саднящее горло, пристально смотря на человека перед ним. Благодаря той округлой штуке, он вспомнил охранника, который был довольно добрым с ним, в отличие от остальных. Он медленно приближался к своей добыче, видя, как меняется лицо Гэвина и тот убирает оружие. Это было хорошо. Теперь мужчина точно не выстрелит ни в него, ни в себя. Иначе бы уже сделал эту ошибку давно. Как же он хотел приблизиться все это время, а ему подсовывали не тех. Гэвин дернулся, выронив оружие и вжался спиной в дверь, отворачивая голову. Только инстинкты сработали и здесь, заставляя тело двинуться в сторону упавшего пистолета, но тут же было пришпилено за запястья обратно к вертикальной поверхности. Надо было стрелять, а не поддаваться спятившему разуму, который якобы услышал слова от этой твари. Да и скользнувший по шее нос, жадно втягивающий воздух, не то чтобы заставил трястись от страха, чем от скорее волнения… Пришлось поднимать голову выше, пока существо вело головой в другую сторону, плотно прижавшись к коже под подбородком. Не было особого страха, просто осознание беспомощности и конца, особенно когда язык медленно прошелся по уголку рта, заставляя скатиться слезу и… надо было стрелять сразу же… вкус яблока… Гэвин не веря застыл, пока черная грудная клетка прижималась к нему плотнее и губы выдыхали в ухо еле слышное – Гэ..вин… мой…