Rider Of The East

Когда-то в Королевском замке работал кузнец. Каждый день он ковал удивительные вещи для короля и был счастлив, что его искусство приносит пользу и делает жизнь его господина лучше. От корон до колец, от доспехов до мечей - он был гением и мастером высочайшего класса. Но однажды король изменился. Он стал одержим войной и завоеванием других земель. Кузнец был более чем счастлив снабдить своего господина клинками, в которых тот нуждался, не замечая безумного блеска в глазах короля. И вот однажды его привели в башню, чтобы выковать меч. Это было странное требование, поскольку он обычно работал в своей собственной кузнице, но его преданность королю была абсолютной. Он принес свои инструменты в башню и приступил к работе. Он ковал и закалял сталь бесчисленное количество раз, чтобы показать своему королю истинное мастерство кузнеца. В результате получился меч, способный уничтожить холм одним ударом. Удовлетворенный, он показал его королю. «Это действительно шедевр, но это не то, чего бы я хотел. Начинай сначала.» - Сказал ему король. Кузнец был разочарован тем, что король не увидел мастерства и усилий, вложенных в клинок, и решил создать нечто еще более превосходное. И вот он снова принялся ковать клинок, достойный короля. Тот, кто сказал, что обучение владению мечом - пустая трата времени в наши дни, очевидно, никогда не пытался сражаться с божеством на Божественной колеснице. Единственная причина, по которой Годо еще не потерял голову, заключалась в том, что он потратил много времени, чтобы научиться владеть клинком в своей руке. Сражение длилось уже несколько минут, и хотя Годо не чувствовал усталости, он чувствовал, что его руки начали затекать. Каждый удар божества был подобен грузовому поезду, и требовалась вся его сила, чтобы блокировать его. Бронированный Бог был одновременно силен и гибок до такой степени, что мог поспевать за Годо, который управлял [Колесницей]. К счастью, лошади, тянувшие колесницу, были достаточно разумны, чтобы понять, что гигантское чудовище, похожее на смесь быка и нескольких змей, пыталось убить их, и им нужно было избегать его ударов. Они были быстрее, чем Химероподобное чудовище, которое было больше, чем все, что Годо когда-либо видел, так что даже если бы они уклонялись от прямого нападения, ветер от удара все равно наносил бы урон. Эта штука была такой большой, что могла бы стоять в кратере вулкана и все равно выглядела бы уместно. До сих пор была видна только верхняя часть тела, ноги и бедра были скрыты в кратере. Если бы он не был слишком занят схваткой со стальным божеством, то фыркнул бы от сходства быка и горы с клише стриптизерши, выпрыгивающей из праздничного торта. Но для того, чтобы показать вам причину, по которой сражение шло именно так, нам нужно вернуться на несколько минут назад. В самом начале сражения… «Дзюити Есаму» - Закричал Мурамаса, размахнувшись мечом. Черная волна рассекла воздух и распространилась, намереваясь поглотить Годо, стоявшего на колеснице. Каждый камень на его пути был срезан, каждый камешек рассечен, и каждая снежинка была разрезана на тысячу кусочков. Так велика была власть, которую призывал Бог. Могущество власти, могущество клинка достигло своего пика сейчас, в ночь Токио, ибо божество назвало свой меч Дзюити Есаму, 10 000 холодных ночей, и они были в стране его происхождения, были в самой холодной части земель, и это была самая темная ночь в году. Такова была сила божества. Годо не знал ни о силе власти, ни о ее происхождении. Все, что он знал, - это то, что темнота нападает на него. Поэтому он поднял меч над головой. «Да не будет тьмы подо мной. Да не будет теней надо мной. Пусть жертва, которая пытается спрятаться в ночи, будет убита! Я, Охотник бездны, бойтесь моего гнева!» - пропел он. Заклинание для [Небесной катастрофы] пришло легко. Сначала он боялся, что его сила взбесится и испепелит все вокруг, но здесь, где не было ни больших зданий, ни людей, он мог позволить ей свободно бушевать. В отличие от [Колесницы], которую лучше всего описывать как счастливую и невинную по своей природе, [Небесная катастрофа] была подобна гневному венцу наказания. Его использование усиливало чувство гнева и битвы Годо, и он боялся, что причинит боль мирным жителям в своем послебоевом гневе. Теперь, когда он позволил яркому свету солнечного пламени прорваться сквозь меч, он почувствовал, как желание боя разливается по его телу и побуждает его сделать шаг вперед и сразить врага. Скорее всего, он бы так и сделал, если бы не увидел результат удара. Черная как смоль волна тьмы встретила удар чистого света лоб в лоб, и тьма была сожжена в одно мгновение. Луч небесного огня, продолжился к божеству и поглотил его в Большом взрыве. Любому, кто наблюдал за битвой, показалось бы, что закованная в броню фигура испарилась. Действительно, взрыв сотряс гору и расплавил скалу, на которой он стоял. Ни одно существо, еретическое божество или нет, не должно было пережить это нападение. Так почему же у него было такое чувство, будто он потерпел неудачу? На всякий случай, если это ловушка, он взялся за поводья колесницы. Если божество по имени Мурамаса приготовило что-то заранее, то было бы неплохо приготовиться к отступлению. «Знаешь ли ты, Богоубийца, что такое кузнечное дело?» - тот же голос божества. Он снова прятался. Прекрасно. - «Большинство людей думают, что это просто вбивание чего-то во что-то другое. Искусство быть кузнецом - это гораздо больше. Мы изобретатели, воины, ремесленники, тактики и стратеги. По мере развития технологий вашего вида вы забывали, что такое творить.» - Замечательно! Он собирался произнести монолог! «Позволь мне показать тебе истинное творение кузницы!» - Внезапно гора содрогнулась. Земля задрожала, и Годо пришлось ухватиться за колесницу, чтобы удержаться на ногах. Он щелкнул поводьями, приказывая жеребцам оторваться от земли и подняться в воздух. Лошади подчинились и тронулись в путь. Как только колесница поднялась в воздух, огромная рука вырвалась из кратер. Это была гротескная особенность, на которую даже смотреть было противно. Большая ее часть была сделана из какого-то темного металла, покрытого бронзой. Но в некоторых местах металл был покрыт плотью, из-за чего казалось, что кто-то вскрыл человеческую руку и заменил кости и кожу трубами и пластинами. Она также горела, так как лава, которая кипела внутри вулкана, пожирала появившуюся фигуру. Рука ухватилась за край вулкана и начала протискиваться сквозь камни. Медленно, но верно возник образ зверя. Это было все так же отвратительно. Голова была бычьей, если можно назвать головой этот обезумевший и обожженный кусок мяса. Его рога были большими и черными, и каждый рог был больше, чем тележка поезда. С другой стороны, тело было женским, от беременного живота до груди; нельзя было отрицать его женственные черты. Последними примечательными частями его тела были змеи, которые ползали по нему, как будто гравитация на него не действовала. Чудовище, как ни посмотри, но ему было интересно имя этого существа. Мурамаса не был героем. Он был мастером меча, известным мастером, но не настолько, чтобы стать божеством. Это означало, что у настоящего Бога было другое имя, связанное с кузницей и кузнецами. Один из европейцев, который путешествовал по Азии, чтобы добраться до Японии и стать Мурамасой. Есть ли такой Бог? В Европе существовали скандинавский пантеон, греко-римский, христианский, кельтский и несколько менее известных таких, как Славянский. Многие из них были связаны с кузницей, самым известным из них был Гефест, божество, которое уже было убито парнем из Италии. Этот монстр был ключом к разгадке личности Бога. Поскольку он, очевидно, был известен в нескольких культурах из-за различных видов доспехов, этот божественный зверь, вероятно, также был коллекцией зверей. Женщина-Минотавр, которая носила змей в качестве одежды. Меч, который освобождает ночь. Кузнец, который утверждает ,что он [отец стали]. Так мало подсказок, и все же он не мог найти в себе силы думать, что раздражало. Это было совсем не похоже на битву с Соль, где малейшая ошибка могла означать его гибель. Тогда он был слабым смертным, тем, кому была предрешена смерть. На этот раз все было по-другому. Он боролся с божеством своими силами, своими авторитетами. Он победит еретического Бога, даже если тот выведет своего вулканического любимца. «Теперь ты можешь сдаться, Убийца Богов! Ты никогда не победишь ни мое творение, ни божественных существ, рожденных в моей кузнице. Даже если ты украл силу моего рода, моя Пасифая не падет к таким, как ты!» - божество закричало из своего укрытия. Что с этим парнем? Он кричал, что Годо трус, но в конце концов, разве не он прятался, пока его зверь сражался? Погоди-ка ... Пасифая? Пасифая была греческой царицей. Она была матерью Минотавра, а не такого зверя, как этот. Как это чудовище могло родиться от дочери бога? Не было никакого смысла в том, что божество из [Стали] могло использовать полубога в качестве божественного зверя. Хотя, была одна часть легенды, которая, казалось, делала кусочки головоломки подходящими. Бог Посейдон проклял ее с помощью Афродиты, чтобы она влюбилась в быка. Чтобы забеременеть Минотавром, она велела мужчине построить деревянную корову. Человек, которого она наняла, был изобретателем.… Дедал. Греческий изобретатель, который построил лабиринт и летал на восковых крыльях. «Твое имя вовсе не Мурамаса! Это было просто имя, которое люди дали вам, когда вы приехали сюда. Ты ведь Дедал, не так ли?» - Крикнул Годо. К этому времени пятисотметровый гигант уже наполовину выбрался из кратера и стабилизировал свое положение. Голос хозяина заставил его вздрогнуть. «Не называй меня так, щенок! Ты заслуживаешь знать о моей истории не больше, чем владеть этим мечом.» - Голос, который до сих пор был сердитым, теперь стал неровным от ярости. Божество оказалось совсем не тем, чего ожидал Годо. Объединение нескольких божеств не было редкостью, поскольку в большинстве случаев это означало, что божество было знаменитым, но он явно ненавидел свою собственную историю. В рассказе о Минотавре он построил деревянную корову для Пасифаи и лабиринт для Миноса, но был заключен в тюрьму вместе со своим сыном. При попытке к бегству сын погиб. История была печальной, но это был обычный сценарий для божества греческого пантеона. Должно быть что-то еще, доспехи, которые он носил, были тому доказательством! Как ему заставить божество говорить?… Ему пришлось прервать свои размышления, когда зверь попытался прижать его к Земле. Зверь был огромен и, не смотря на его размеры, он каким-то образом он мог сравняться с Божественной скоростью [Колесницы]. Годо еще раз щелкнул поводьями, призывая жеребцов ускориться. Лошади, осознав происходящее, увеличили скорость, едва избежав гигантского кулака, который пытался раздавить их в лепешку. Вместо этого рука ударилась о склон горы, и огромная сила снова сотрясла землю. Лава хлынула из проделанного отверстия. Годо наконец-то понял, как обычным людям повезло, что они не видят божественных существ. Наблюдать за тем, как гигантский Минотавр уничтожает объект Всемирного наследия, было, вероятно, не тем, что он хотел бы увидеть, если бы он был нормальным человеком. С другой стороны, он был японцем, а японцы всегда восхищались гигантскими монстрами, разрушающими Токио. Однако ему нужно было найти способ избавиться от Пасифаи. Его власти не имели никакого преимущества против существа стали. У него было два варианта: использовать [Небесную катастрофу] на полную мощь, которая приведет его к тому, что останется всего два заряда, или броситься на него с [Колесницей]. В то время как первый казался расточительным, второй казался скорее самоубийственным, поскольку это был огромный Божественный зверь, покрытый расплавленной лавой. Если бы только у него было какое-нибудь руководство по борьбе с Богом или что-то в этом роде.… Несмотря на сложившуюся ситуацию, он невольно хлопнул себя по лбу и застонал от собственной глупости. Лучший способ разгадать миф о Божестве - использовать [Видение духа], то, что могут использовать только ведьмы и Химэ-Мико. Однако, поскольку у него была [Корона мистических искусств], он мог использовать его. Конечно, он был пользователем мужского пола, поэтому он был значительно слабее, чем принцесса Алиса, но поскольку в воздухе было огромное количество Божественной энергии, не было бы проблем с эффективностью. «Поскольку в искусстве магии нет равных, я принес заклинания ваниров. Я учу, я учусь, я всегда буду стоять на вершине!» Песнопение для [Короны мистических искусств] было странным. Большую часть времени это был пассивный авторитет; он мог быстрее изучать магию и быстрее петь заклинания. Он мог использовать их гораздо более умело, чем другие люди, которые практиковались так же много или даже больше. Но это было только в том случае, если он хотел использовать магию, которую может использовать любой. Для того, чтобы использовать специализированную магию, которая могла быть использована только немногими, такими как [Полет] или [Видение духа], ему нужно было активировать свою власть. Но даже тогда его магия была не на высоте. [Видение духа] было магией, которая требовала врожденного таланта. Когда Годо переродился в Кампионе, он родился с определенной долей этого таланта. Эта определенная сумма просто оказалась чрезвычайно низкой. Если талант принцессы Алисы был на уровне 1000 точек атаки, а средний Химэ-Мико был на уровне 100, то у Годо было около 30... прежде чем он активировал свою власть. Когда он использовал [Корону мистических искусств], его талант был повышен, не настолько, чтобы соперничать с принцессой, но больше, чем средний Химэ-Мико. Еще один способ повысить эффективность - наполнить воздух магической энергией, что уже произошло, а еще лучше-Божественной магической энергией. В тот момент, когда он активировал свой авторитет, его зрение приобрело неестественный блеск, как тень, которую вы получите, если приложите фильтр сепии к фотографии. Когда он оглядел новый пейзаж, в его глазах промелькнуло видение. Кузнец выковывал мечи для короля день за днем, но король никогда не был удовлетворен. «Каждый клинок, который вы выковываете, неполноценный», - сказал он. «Создайте мне меч без изъянов», - сказал он. «Когда вы подарите мне величайший меч, который когда-либо создавало человечество, я освобожу вас. Вы сможете уйти или присоединитесь ко мне в моей армии. Вас будут прославлять как величайшего героя, все будут знать имя Велунда". Король сказал кузнецу. Кузнец подумал, что это глупое предложение; он никогда не был воином. Но предложение вселило в него надежду. Может ли он однажды стать великим рыцарем? Будут ли люди помнить его как сильного героя, который покорил земли и защитил невинных? И он продолжил ковать. Меч чуть не отрубил ему голову, когда его взор затуманило видение. Единственная причина, по которой он смог уклониться, заключалась в том, что Арвакр и Алсвидр сделали крутой поворот и изменили траекторию лезвия. Это было плохо. Видения, казалось, происходили в реальной жизни, и он потерял представление о том, что происходит, когда он использовал [Видение духа]. Но видение показало ему одну вещь, которая может помочь. «Мерзкая чернь! Как ты посмел узреть мое прошлое! Смерти недостаточно для тебя! Ты должен испытать безумие, подобно моему, прежде чем ты умрешь!» - закричал бог Мурамаса / Дедал. Он наносил удар за ударом, используя свою катану, пытаясь разрезать Годо на маленькие кусочки мяса. Годо выдерживал удары своим мечом, однако крылатое божество имело такую ​​силу, что его руки начинали становится вялыми. Каждый раз, когда он поднимал свой меч только для того, чтобы снова нанести удар, Годо чувствовал, как вибрации поднимаются по его рукам и болезненно заканчиваются в груди. А теперь мы вернулись к тому месту, где остановились. - Будь ты проклят! Будь ты проклят! Будь ты проклят! - Мурамаса / Дедала неистово повторял ругательства при каждом ударе. Хотя скорость его ударов была выше всего, что Годо видел, им не хватало навыков или изящества старших участников кендо. В результате он мог блокировать, уклоняться или отклонять большинство атак. Однако было очень странно, что божество [Стали] было так неумело. Большинство легендарных героев славились своими навыками, но Дедал был изобретателем, а Мурамаса - кузнецом мечей. Ни один из них не был известен своими героическими битвами, поэтому причина, по которой он считал себя [Сталью], должна быть в чем-то другом. Стабилизируя [Небесную катастрофу] в своем клинке, он начал контратаку. Мастерство Годо в обращении с мечом было не на уровне божества, но с точки зрения чтения своего противника и использования тактики, Годо превосходил его. Лезвие сияло пылающим светом, и каждый раз, когда Мурамаса бил своим мечом, на Джуичи Ёсаму появлялись небольшие трещины. Этого следовало ожидать; если меч [Стальи] встретится с мечом [Огня], [Стальной] клинок расплавится. Трещина за трещиной, удар за ударом, битва продолжалась. Божество с его безумным бредом и непрекращающимися ударами и Годо с его безмолвным взглядом и расчетливостью. Все это время колесница, на которой стоял Годо, мчалась по небу, как комета, а крылатое божество летело рядом. В конце концов Годо оказался в идеальном положении, чтобы осуществить свой план. Лошади, унаследовавшие дух Арвакра и Альсвидра, понимали его мысли и следовали его командам. Когда Мурамаса собирался нанести еще одну серию ударов, Годо спрыгнул с колесницы. При работе с огромными мифологическими монстрами и божествами следует помнить одну важную вещь: они не управляются здравым смыслом или законами, как смертные люди. Это существа, созданные на основе убеждений человечества и наделенные силой от людской веры. Следовательно, чтобы бороться с ними, нужно иметь искаженное представление о здравом смысле. Это была причина, по которой Годо подумал, что было бы неплохо спрыгнуть с летающей колесницы на высоте 4500 метров над землей на беременного Минотавра, который стоял в лаве и был покрыт горячим расплавленным камнем. Он держал Тоцука-но-Цуруги левой рукой, а правой указал на чудовищного Пасифаэ. Он потянулся к источнику божественной энергии, который был внутри него, и почувствовал, как его тело наполняется божественной силой. «Да не будет тьмы подо мной. Да не будет теней надо мной. Пусть жертва, которая пытается спрятаться в ночи, будет убита! Я, Охотник бездны, бойтесь моего гнева!» Это был второй заряд [Небесной катастрофы], который он использовал в ту ночь. В отличие от прошлого, когда он использовал меч в качестве фокусировки, чтобы наполнить лезвие силой, это был чистый взрыв бело-голубой энергии света. Луч божественного огня устремился к существу, и из-за своего положения в вулкане он не мог увернуться. Он поднял две руки размером с футбольный стадион в последней попытке защитить себя от света, но божественный огонь просто растворил его руки. Острие копья [Небесной катастрофы], наконец, попало в бык, и при ударе произошел мощный взрыв. Ударной волны было достаточно, чтобы остановить падение Годо, что выбило воздух из его легких, несмотря на то, что он находился на расстоянии более ста метров. Он закашлялся и попытался вдохнуть, но падение и холодный воздух затрудняли дыхание. Он мысленно позвал Арвакра и Альсвидра поднять его, но краем глаза увидел, как Мурамаса собирается атаковать его. Он скрутил свое тело и схватился за лезвие обеими руками, используя [Усиление] на полную мощность. Затем божество столкнулось с ним. Если предыдущие удары были подобны попаданию под грузовой поезд, то это было похоже на попадание метеорита. Это был заряд, который использовал как и импульс падения, так и скорость его крыльев и силу его мускулов, чтобы врезаться в него, как стрела. Даже несмотря на то, что Годо использовал всю свою силу одновременно с [Усилением], даже несмотря на то, что он пытался перенаправить мощный удар в строну, столкновение все равно было идеальным. Клинок, который использовал бог, оттолкнул Тоцука-но-Цуруги и пронзил живот Годо. Агония была первой, о чем он мог подумать. Это была не та боль, которую он испытал, когда его пронзило копье Сола. Это была более глубокая боль, боль на клеточном уровне. Каждая молекула в его теле кричала от мучений, причиненных клинком. Это не был клинок нормального бога. Это было проклятое оружие. Изобретателя посадили в тюрьму, потому что ни одному человеку нельзя было позволить узнать то, что знал он. Он служил своему королю преданно и мужественно. Он изобретал и выковывал военное оружие, которое требовал от него король, он создал лабиринт для короля, но он не был какой-то собакой, которую можно было запереть в доме по какой-то мелкой причине. Королева попросила его о помощи, и он помог ей. Разве не его долг служить своей королеве? Где его награда за верность? Король потребовал от него помощи, и он помог ему. Разве не было его долгом служить своему королю? Где его награда за верность? Вечное заточение за его рабство! Это не награда, это рабство! Он, величайший изобретатель и кузнец, был заключен в тюрьму своим повелителем за выполнение приказов! Позор! Но он сбежит, но не раньше, чем он сможет отомстить за то, что они с ним сделали. Годо видел это. Причина, по которой его клинки были прокляты. Почему божество было из стали, а не войны. Божество, держащее меч в животе Годо, не было воином. Он стиснул зубы, когда схватился за рукоять меча божества и своим мечом ударил по руке, держащей рукоять. Мурамаса выпустил меч как раз вовремя, чтобы не потерять руку, но лезвие было отделено от рукояти. Вызывая своих жеребцов, он был удивлен, увидев их почти рядом с собой. Он протянул руку, чтобы схватить одного из них, надеясь, что у него будет достаточно времени, прежде чем он упадет на землю. Ему удалось ухватиться за гриву правой лошади. Годо бросил взгляд вниз и увидел, что находится менее чем в двадцати метрах от пика Фудзи. Хорошо, что ему повезло. Когда лошади опустили его на землю, Годо внимательно следил за божеством. Он не полетел за ним, когда он рухнул на землю, а по какой-то причине остался в воздухе. Он был в ярости, но теперь он стал более сдержанным. О, он все еще был в ярости. Годо видел, как его трясло от гнева, но он летел не прямо на него с намерением убить. Было ли это хорошо или плохо, было непонятно, но, по крайней мере, это дало ему время подумать. С другой стороны, Минотавр был повержен, хотя на самом деле не было никакого способа сказать, был ли это Минотавр вообще. Голова исчезла вместе с руками, плечами и грудью. От него остались только раздутый беременный живот и тлеющие бедра. Ноги, вероятно, скоро сгорят. Было интересно наблюдать, как монстр медленно падает, как в кино. Медленно, но верно колоссальное существо опрокинулось, тело в значительной степени уничтожило все ворота тории и магазины в горах. При ударе земля задрожала, и все, что касалось трупа, загорелось. Жгучая боль в животе вернула его внимание к травме. Лезвие в животе все еще оставалось на месте, и каждое движение разрушало его тело от боли. Он схватил лезвие обоими руками и вытянул его. Он заворчал от боли, когда рваные края катаны рассекли его кишки, но пронизывающая душу боль, распространяющаяся от меча, ушла. Лезвие упало на землю и разбилось от удара о землю. Хотя лезвия уже не было, и он использовал [Исцеление], чтобы остановить кровотечение, он все еще чувствовал проклятие, оставленное мечом. Точную цель проклятия он не мог определить, поскольку сосредоточил все своё внимание на божестве, но он мог сказать, что у него были изнуряющие свойства. Несмотря на то, что ему наконец удалось убить Божественного Зверя, он не чувствовал, что у него появилось преимущество. «Ты ... В твоей легенде есть нечто большее, чем просто Дедал и Мурамаса, не так ли? В северной Европе есть история об искалеченном кузнеце. Кузнеца заперли в башне и зажали подколы, чтобы заставить его остаться там. Он был вынужден выковывать предметы и мечи для короля в надежде, что однажды он будет освобожден. Но король отказался отпустить его, и кузнец сошел с ума. Он убил сыновей короля и изнасиловал дочь, которая забеременела его ребенком. Ребенок был воспитан в секрете в его башне, поскольку он использовал секретное кольцо, чтобы скрыть беременность. Однажды двое сбежали, используя крылья, сделанные отцом. Прямо как Дедал! " Он крикнул божеству. « Отец, ты уверен, что это сработает? Люди не предназначены для полета, мы должны ходить по земле, как боги создали нас». Сын рассказал отцу. Его снабдили большими пернатыми крыльями, черными от огня кузницы. « Конечно, - .. Ты действительно сомневаешься в своем старике? Единственное, что ты должен помнить, это не летать слишком высоко, так как жар солнца расплавит металл, и не летать слишком низко, так как море разъедает крылья ". Кузнец не принял отрицательного ответа. Он провел десятилетия в башне, не видя солнца и не чувствуя ветра. Он был в бреду от возбуждения, и его голос был нетерпеливым. Он уже надел свои собственные крылья, когда сказал своему сыну использовать молоток, чтобы сломать стену. Потребовался всего один взмах, и мгновение спустя он увидел солнце. Они оба использовали свои крылья, чтобы улететь от башни, и они взлетели выше любой птицы. Но сын был слишком взволнован. « Отец, это то небо, о котором ты мне рассказывал? А трава такая зеленая! Море такое большое, что я не вижу его края!» пока они летели, юноша указал на то, чего никогда раньше не видел. Он никогда не ступал за пределы башни, и тот простой факт, что он был снаружи, символизировал его свободу во многих отношениях. « Да, это небо, и трава зеленая. Море, которое стоит под вами, - ничто по сравнению с океаном на западе». Кузнец сказал своему сыну, очень обрадовавшись, что наконец-то дал своему сыну и наследнику шанс уйти. « Посмотри, отец! Яркое пламя в небе! Оно такое яркое и ослепительное! Я должен увидеть его вблизи!» Сын крикнул отцу и поднялся к солнцу. " Нет! Не надо!" Кузнец пытался предупредить сына, но ребенок проигнорировал его. Мальчик был слишком взволнован, будучи свободным и имея возможность делать все, что он хотел. Вся его жизнь была в маленькой башней, и теперь он мог видеть и чувствовать все в этом мире. Он не заметил, как металл крыльев начал плавиться. Он не заметил, что набирать высоту становится все труднее. Он не заметил, что вместо того, чтобы подняться, он падал. Только когда он оказался в холодной воде, он понял, что потерпел неудачу. " Отец, помоги мне! Отец!" юноша закричал, когда волны обрушились на него и попытались утопить. Кузнец попытался помочь ему, но крылья начали ржаветь, и он не мог плавать, так как изначально был искалечен. Он мог только наблюдать, как волна за волной одолевала его ребенка. Когда ветер утих и кузнец подумал, что наконец-то сможет спасти своего сына, появились акулы. По частям они рвали юношу, и море окрасилось кровью в красный цвет. Наконец кузнецу не осталось ничего, и он улетел, измученный и горестный. «Этого кузнеца звали Велунд, и он считался величайшим кузнецом мечей. Он выковал мечи героев, в том числе Грам, Дюрандаль, Куртана и меч Аскалон. Вот почему тебя называют [Отцом стали], не потому, что ты первое или самое сильное из божеств, а потому, что ты тот, кто создал основу [Стали], их оружие!» Он говорил с нетерпением, о котором не подозревал. Он разгадал загадку происхождения божества! Легенда о Дедале была известна так же, как легенда о Мурамасе и мечах, которые выковал Велунд. Как ни странно, с тех пор божество не двинулось с места. Он просто парил в воздухе, подвешенный ровными взмахами крыльев. «Но легенда была искажена на несколько частей! На севере он стал Вэйландом, Дайном и Двалинном. Двалинн был гномом и одним из величайших кузнецов. Искалеченный статус Велунда превратил его в гнома в сказках, и его высмеивали. Только когда Свафрлами заставил его выковать для него клинок, он стал легендой. Пока Вейланд выковал священные мечи, способные убивать драконов, Двалинн выковал проклятые мечи, и когда человек угрожал выковать волшебный меч, он проклял его на отбирание человеческой жизни каждый раз, когда его вынимают. Даин был королем эльфов и также выковал меч, наполненный проклятиями ». «На юге, однако, кузнец потерял связь с клинками и оружием. У греков уже был бог-кузниц, Гефест, который не терпел соперников. Греческий бог ассимилировал искалеченные свойства Велунда, а сам Велунд стал изобретателем, Дедалом. Там он построил деревянную корову, чтобы помочь королеве Пасифаи спариться с быком. Твой божественный зверь был частью той легенды, смесь человека и животного! " Теперь он тяжело дышал. То, как он изливал все, что узнал о божестве, было идеальным! У него даже не было времени дышать. «Однако это не сделало бы вас божеством [стали], просто божеством кузницы. Когда-то вы были героем, не так ли? Героем, который пытался служить своему королю!» Король вскоре нашел его. Он пытался убежать от лорда, которому когда-то служил, но с его описанием спрятаться было негде. Все, что он мог сделать, это дождаться поимки. « Я не виню тебя, Велунд. Я действительно не виню», - сказал ему король. Он не поверил своим ушам. О чем говорил король? « Я зашел слишком далеко в своих амбициях и не мог винить тебя за послушание моей жене. Это был ее собственный выбор, чтобы совершить преступление, которое она совершила, но ты просто был верен короне. Я не виню тебя». От слов царя на глаза кузнеца навернулись слезы. Он убил его сына и изнасиловал дочь, и король не знал об этом. Как он мог сказать, что не винит его? « Я хочу, чтобы ты вернулся в замок со мной. Я дам тебе лучшие ресурсы, чтобы ты мог восстановить свое тело, и когда ты выздоровеешь, ты присоединишься ко мне в моем крестовом походе как моя правая рука и величайший воин». Король сделал ему предложение, от которого он не мог отказаться. Он, воин? Невозможно! Но он не отказался. Как он мог? После всего, что он сделал король все еще не винил его. Итак, он вернулся в башню и начал выковывать себе стальное тело. Это была тяжелая работа, но ему это удалось. Он пошел к королю и показал доспехи, и король сказал ему, что теперь он рыцарь, воин высочайшего уровня. Его имя было изменено с кузнеца Велунда на воина Вейланда. Он был вне себя от радости. Он вступил в битву с мечом в руке, а его разум был наполнен мыслями о миссии. Ничто не могло встать у него на пути. Но за каждую битву хвалили кого-то другого. Оливер, Терпин, Ожье, Ганелон - все они получили славу за свои достижения. Царь сказал ему не беспокоиться, вполне естественно, что один или два человека получат ложную славу. В этом нет ничего страшного, его время рано или поздно придёт. Но его время не пришло. Со временем он угас в славе и уступил свое место другому воину по имени Роланд. «Вы пытались заслужить славу как воин, но как бы вы ни старались, вы никогда не получали за это чести!» Годо сказал божеству, осмелившись поправить его. Он промолвил. «Да, это правда. Я был войном только в действии. Я так и не стал героем легенд; меня изгнали в кузницу, несмотря на все мои попытки. Короля не заботили мелкие чувства кузнеца, даже если он был сильнее любого из его людей. Я был его слугой, инструментом, а не его рыцарем ». В одиночестве кузнец вышел лицом к лицу с армией в отчаянной попытке занять свое место рядом с королем. Он использовал свой меч, чтобы убивать противника за противником. После битвы эпических масштабов он победил. Армия была убита его руками, и он был обязательно удостоен почетного места за свои усилия. Но пришел Роланд. Он утверждал, что это он уничтожил армию, когда прибыл король. Царь ему верил. В гневе Вэйланд бросил в мужчину свой меч, убив Роланда и расколов гору. В ярости и горечи кузнец спрятался поклявшись, что больше никогда не будет помогать королевской семье. Спустя много лет перед ним предстал юноша. У него были осколки прекрасного меча, но не было кузнеца, способного сковать эти осколки. Итак, он искал искалеченного кузнеца, который, по слухам, выковал величайшие из клинков. Кузнец увидел осколки и решил, что он создаст последний клинок, который превзойдет все, чем владеют паладины его бывшего короля. Он взял сломанную сталь и нагрел ее в кузнице. Он ударял, отбивал и придавал стали форму, выковывая огромный меч, который сразил бы каждого врага пред ним. Когда меч был готов, юноша взял его и использовал против свирепого дракона, поразившего землю. Удовлетворенный тем, что он превзошел собственное мастерство, кузнец ушёл навсегда. «Вы были обычным человеком, но ваше мастерство превзошло богов. Люди рассказывали истории о ваших клинках, пока они не распространились, и появился миф, способный привести вас в мир в качестве бога-еретика. Как божество, ты странствовал по землям и учил людей искусству кузнечного дела, тому, что приносило тебе радость и страдания на протяжении веков. Вот почему ваши клинки прокляты как Мурамаса; правитель однажды попытался запретить использование ваших клинков и стереть ваше существование так же, как это сделали король и Роланд.- Годо закончил. Боль, распространяющаяся в животе, немного уменьшилась. Для этого тоже была причина. Причина, по которой божество сошло с ума, заключалась в том, что люди использовали его в своих целях, пытаясь скрыть его существование. Годо не пытался скрыть это и поэтому был устойчив к изнурительному проклятию. «И что теперь, богубийца? Ты видел мое происхождение, историю моего прародителя. Эти знания никак не поможет тебе в битве со мной. Они не защитят тебя от моих ударов, и я устал от этой маленькой игры. Ты будешь наказан за убийство моего творения, наказан смертью! " Пока божество говорило, Годо вернулся к колеснице. Он не использовал ее, чтобы протаранить божественного зверя, потому она ему пригодится против божества [Стали], и он не мог использовать божественный огонь, одновременно сдерживая натиск ударов. Поэтому ему пришлось спрыгнуть, но теперь остались только он и божество. Нет зверя, который помешал бы ему в бою. Он схватился за поводья и приказал жеребцам протаранить божество. Они выполнили его просьбу. Они знали, что сила их панического бега повредит божество [Стали], если произойдёт прямое столкновение. Поэтому они двинулись на бога в странных доспехах. Божество с множеством имен, которое отныне будет называться Мурамасой, явило клинок европейского дизайна. Большой четырехметровый меч, пульсирующий проклятой энергией, был самым большим клинком, который видел Годо, даже больше, чем цвайхендер, от которого он раньше уклонялся в своей штаб-квартире. Маневрируя в небе, они начали извращенную форму рыцарского поединка. Годо использовал колесницу, чтобы топтать и сокрушать противника своей силой, и одновременно держал свой меч, который сиял божественным светом, парируя удары длинного меча. Мурамаса использовал свою ловкость, чтобы уклониться от колесницы, в то время как мечом пытался отрубить Годо голову. Каждый пробег колесницы оставлял за собой пламя, в то время как проклятый клинок пронизывал воздух своей проклятой магией. Лава под ними кипела и текла из повреждений в горе, вызванных столкновением их сил. Каждый раз, когда колесница пропускала божество, заряд ударялся о склон горы, оставляя длинный шрам, когда она топтала землю колесница сжигала камень. Каждый удар проклятого меча будет отражаться и рассекать вулкан своей мощью и разрушать поверхность проклятиями. Гора, которая была источником вдохновения для художников во всем мире, подвергалась пыткам от силы Бога и Кампионе. Белый снег, покрывавший ее, растаял от жара, и теперь она больше походила на настоящий вулкан, чем на гору. Рана Годо горела, но он игнорировал ее, сосредоточившись на битве. Он понятия не имел, выигрывает он или нет, хотя имел преимущество в огневой мощи, ведь у Мурамасы был диапазон. Решив рискнуть, он изменил план. «Да не будет тьмы подо мной. Да не будет теней надо мной. Пусть жертва, которая пытается спрятаться в ночи, будет убита! Я, Охотник бездны, бойтесь моего гнева!» В третий раз он использовал власть божественного света. Луч устремился вперед, намереваясь поразить противника. Мурамаса увидел атаку и уклонился. Этого следовало ожидать; дистанция между ними была слишком большой, чтобы поразить ловкое божество. Крылья, которые он использовал, раздражали в этом отношении, но цель заключалась не в этом. Правда, было бы хорошо, если бы удар поразил божество, и он бы не почувствовал, что потратил зря последний оставшийся у него заряд. У него была другая цель. «К чему ты стремишься? Ты никогда не ударишь меня таким небрежным ударом, ничтожный дурак!» божество насмехалось над ним. Однако он остановился, когда увидел улыбку на его лице. Он обернулся и осознал куда была направлена атака. Свет поразил вулкан со всей его божественной силой. Лава теперь извергалась из жерла. А кто летел прямо над ним? Мурамаса. У него не было времени сказать ни слова, как он попал в лавину лавы и пламени. Слабостью всей [Стали] было [Пламя]. Откровенно говоря, любое тепло подойдет в больших количествах. Даже пламя человеческого происхождения можно было использовать, чтобы убить божество из категории стали, но оно должно было иметь огромные размеры, больше, чем те, что могли произвести 10 000 магов. Вулкан содержит больше силы, чем это скудное количество, и Годо использовал собственное пламя, чтобы увеличить его. Если Мурамас сможет пережить эту жару, Годо не знал, что могло его убить. Он натянул поводья, чтобы приблизить его к месту, где Мурамаса пожирало пламя. Плащ вокруг него, который носил Соль, защищал его от жары и холода, поэтому тепло, исходящее от оранжевой магмы не влияло на него. Он не мог видеть никаких признаков Бога-еретика и не мог почувствовать магию от него. Это было в некотором роде тревожным. Он только что применил мощную атаку, которая должна была убить бога, но он не мог ощутить силу, которую должен был получить, если бы это произошло. Он собирался обследовать местность, когда увидел, как поднимается фигура. Он был массивным, но далеко не такого размера, как минотавр до этого. Он был крупным, более десяти метров ростом и мускулистым. Его руки были особенно огромными, так как бицепсы были больше его головы. На нем был фартук из нескольких кусков коричневой кожи и грубые перчатки. В его руках было два молота, каждый больше его рук. Ручки, казалось, слились с его руками, придавая кулакам серебристый цвет. На нем не было штанов. Его ноги и бедра были заменены металлическими конструкциями. Болты и винты были примитивными, а на металлических пластинах были вмятины от неосторожного удара молотком, но они выглядели более мощными, чем части его тела, сделанные из плоти. Но самым странным было его лицо. Одна сторона смеялась, а другая ревела от гнева. Когда он заговорил, обе стороны двинулись. « Ты думал, что сможешь убить меня пламенем земли? Глупый маленький богубийца, я кузнец, который выковывает величайшую из стали. Ни один человек или бог не знает лучше меня, что для того, чтобы выковать клинок, нужна кузница. Причина, по которой я выбрал это место в качестве поля битвы, заключалась в том, что нет лучшего пламени для ковки мечей, чем пламя Матери-Земли! " - сказал бог абсурда. Он встал на колени и поднял руками-молотами большой кусок полутвердой лавы. Затем он использовал один молот как наковальню, а другим начал отбивать лаву. За три удара лава превратилась из того, что напоминало горячую слизь, в лезвие размером с автобус. Клинок можно было описать лишь одним словом - Зло. Лезвие было зазубренным и неровным, как зубцы пилы. Гарда была изогнута в виде больших крючков. В общем, это было оружие, предназначенное не для убийства, а для резни. Когда клинок был закончен, молоток в его правой руке заменился новым оружием и вплавился в кулак. Годо понятия не имел, как бог [Стали] смог выжить в огне солнца и земли, но на данный момент ему было все равно. Он давно смирился с тем, что в этой битве выйдет только один победитель, и он собирался сделать так, чтобы победителем стал Он сам. Это означало, что ему необходимо убить этого бога любой ценой. Гигантский кузнец ударил гигантским тесаком в Годо. Это было удивительно быстро для существа его размера, но [Колесница] теперь ехала с удивительной скоростью, что даже Годо с трудом отслеживал окружение. Вверх, вправо, влево, вниз колесница вращалась во всех направлениях, чтобы избежать лезвия, которое, казалось, рассекало сам воздух. Каждый раз, размахивая клинком, Годо тянул поводья в одном направлении, чтобы избежать этого. Это не была дуэль, в которой он и противник разменивались ударами. Это была битва, в которой малейшая ошибка означала смерть, а малейший шаг - победу. Кто победит; Мурамаса с его гигантским телом и Злым Клинком или Годо с его колесницей и Клинком Света? Что бы сделал Годо? У него не было плана, который помог бы ему в этой ситуации. У него не осталось зарядов для [Небесного крушения], кроме того, что было в его клинке, и он уже использовал колесницу. Все, что у него было, - это наследник Скинфакси в резерве. Он мог бы использовать его как средство передвижения для атаки, но это оставило бы ... Улыбка вспыхнула на его лице, и его скакуны приняли его идею, поскольку они резко увеличили свою скорость. Решающий удар был хорошей идеей для любой боевой ситуации! Пора было уничтожить врага, вторгшегося на его территорию. Он сделал резкий рывок и бросился на Мурамасу. Гигант увидел его действие и поднял свой клинок в оборонительной стойке. Жаль, что это было бесполезно. Когда они приблизились к гигантскому кузнецу, Мурамаса замахнулся мечом, в этот момент Годо призвал преемника Скинфакси и прыгнул ему на спину. Колесница, запряженная Арвакром и Альсвидром повернула налево, а Годо и его конь повернули направо. Лезвие упало между ними, скорее всего, из-за того, что Мурамаса был слишком потрясён, чтобы изменить траекторию. Колесница завершила свою атаку и врезалась гиганту в сердце. [Колесница] не была оружием, которое можно использовать как меч. Сила меча была режущей силой, а у колесницы была сила разрушения. Жеребцы были сделаны из огня от солнца, а колесница несла солнце по небу, другими словами, колесница была силой солнца. Почти во всех религиях солнце всегда было символом силы и мощи. Оно было причиной, по которой росли зерновые культуры, дающие людям пищу. Оно было причиной, по которой тьма отступала, даруя безопасность людям. Солнце само по себе было воином. Поэтому вспышка света, которая произошла, когда колесница ударилась о грудь гиганта, не стала неожиданностью для Годо. В отличие от того момента, когда он использовал луч света, это был тихий взрыв. Не было слышно ни звука. Годо подумал, что он оглох, но быстро осознал, что это была просто огромная ударная волна, которая нарушила звуки, исходящие от взрыва. Это был необычный опыт, мягко говоря. После уничтожения колесницы была полная и абсолютная тишина. Когда он сидел на «Жеребце» из пламени, сжимая меч в левой руке, он все время задавался вопросом, что другие жеребцы думают об этом плане. Поскольку [Колесница] все еще была активна, он мог чувствовать их мысли. Они устали и были измучены, но обиды на это не было. Они были счастливы служить ему в его безумном порыве. Это была преданность Божественного Зверя, преданность, которая полностью превосходила любую другую в мире. Поистине, ему повезло с такими товарищами. Припарковавшись на лаву, он увидел труп убитого им божества. Велунд, Дедал, Вейланд, Мурамаса, Дайн, Двалинн, Ма Гандринг, Котар-ва-Хасис, кем бы он ни был, он плыл в горящей жидкости. Он больше не был размером с гиганта, и его броня исчезла. Теперь он был похож на обычного европейца, лишенного безумия. Он казался печальным, как будто весь его мир был разрушен. Годо по какой-то причине чувствовал себя… виноватым, хотя и понятия не имел, почему. «Тебе удалось убить меня, Ямато Такахаши». Сказало божество. Он впервые произнес свое имя. «Подумать только, богубийцу с востока удалось убить меня в конце концов. Какая ирония судьбы, учитывая, кто дремлет в этой стране». Он жаловался? «Зачем ты пришел сюда? Не было причин искать меня, чтобы сражаться. Что такого в Кампионе, что боги их так ненавидят?» - спросил Годо. Помимо убийства богов, у него не было никаких причин ненавидеть Годо настолько, чтобы пытаться убить его. «Нужна ли тигру причина, чтобы прогнать льва? Нужна ли волку причина, чтобы убить пуму? Нет другой причины убивать вас, кроме того, что наша природа не позволять вам жить. Тем не менее, даже если сталь, которую вы носите, больная и искривленная, это хороший клинок. Хотя она больше не принесет вам никакой пользы, сталь, которую вы держите, теперь является мертвым клинком. Ни одна человеческая кузница не может создать меч, способный удерживать силу бога ». Он вдруг почему-то улыбнулся. «Убийца богов, если ты собираешься владеть клинком, тебе понадобится сталь, достойная тебя. Возьми мою [Сталь] и иди вперед, с моим даром». С этим божество по имени Мурамаса исчезло, его тело разлетелось на множество осколков. Годо вздохнул, не зная, что делать дальше. Битва была титанической, и если бы кто-нибудь увидел ее лично, он бы никогда больше не остался доволен фильмами о кайдзю. Серьезно: гигантский беременный Минотавр сражается изнутри вулкана с солнечной колесницей; такое бывает только в блокбастерах. Теперь, когда все было кончено, он решил, что пора идти домой и поспать ... Черт возьми, гора Фудзи вот-вот взорвется! Хотя он уже извергался реками лавы, извергавшимися из кратера, трещины на стенах, вызванные битвой, также изливали лаву. Он не осознавал причиненный ущерб, но разве это не было естественной реакцией, если невероятное количество сил было применено к чему-то столь же нестабильному, как вулкан? Он должен был ожидать, что это произойдет, после того, как огромный гребаный гигант просто разорвал все это изнутри, извержение - нормальный результат. Что, черт возьми, он должен был делать ?! [Колесница] ничем не могла помочь, от этого стало бы еще хуже! [Корона мистических искусств] тоже не сработала, поскольку не давала ему силы земли. что, черт возьми, он был ... Ох ... охлаждающие заклинания и магические запасы бога ... Почему он волновался? Решившись, он принялся за работу ... Следующий день… Каору и ее подчиненная сидели в ее офисе, и они оба читали отчет с прошлой ночи. Амакуса принес папку своему начальнику, но отчет был настолько большим, что его было легче просто прочитать вместе. Отчет Фумы Котаро В 22 часа большой снаряд попал в многоквартирный дом, принадлежащий королю Ямато Такахаши. Хотя снаряд летел так быстро, что наши глаза не могли его видеть, король смог безупречно увернуться от него. Издалека мы слышали, как Бог-еретик обвиняет царя в трусости, и король немедленно принял это обвинение как личное оскорбление. Защита здания была слишком сильной, чтобы мы могли видеть, что происходит, но, скорее всего, король готовился к противостоянию с богом. Через несколько минут мы увидели, как король вышел на крышу здания и призвал колесницу, запряженную двумя божественными зверями, покрытыми пламенем. Используя колесницу, он помчался к горе Фудзи, чтобы победить божество. Чтобы добраться до горы, нам потребовалось несколько минут, но к тому времени, как мы добрались до горы, столкновение уже началось. Божество вызвало колоссального Божественного зверя для битвы, который пытался сокрушить Кампионе. Король Ямато, с другой стороны, не заботился о гигантском подчиненном и просто оторвал ему голову и верхнюю часть тела. Гигантский труп упал и причинил значительный ущерб горе. В этот момент божество занялось королем лично и сумело нанести ему рану, хотя это, похоже, было ловушкой, поскольку позволяло королю распознать происхождение бога и уничтожить клинок, использованный для нападения на него. Раскрыв историю о боге и обнаружив, что это слияние нескольких известных кузнецов, включая Мурамаса, Дедала и Вейланда, король Ямато использовал сам вулкан в качестве оружия, используя мощную силу огня, чтобы вызвать извержение, которое застало божество врасплох. Однако божество не умерло, а просто превратилось в большого кузнеца, который выковал клинок из лавы. После того, как король без особых усилий уклонялся от каждого удара, он просто позволил своей колеснице врезаться в гиганта, вызвав в процессе еще один, еще больший взрыв. Вскоре после этого божество умерло. После битвы король остановил извержение, применив мощные охлаждающие заклинания на поврежденные части вулкана и несколько заклинаний замораживания на трещинах. После того, как кризис был улажен, король ушел на жеребце, окутанным пламенем. Краткое описание: Хотя точное божество, убитое королем Ямато, чтобы стать Кампионе, неизвестно, очевидно, что оно было связано с солнцем. Скорее всего, это божество, которое едет на солнечной колеснице, возможно, это Аполлон. Неизвестно, какой авторитет получил царь, убив божество по имени Мурамаса, но, скорее всего, он имеет какое-то отношение к стали. Краткое содержание короля Ямато: Скрытный человек - первое, что приходит на ум. Он прикрывается черной одеждой, чтобы скрыть свою личность. Даже наши самые талантливые агенты не смогли пробиться сквозь иллюзию, которую он плетет на своем лице. Одежда, которую он носил, никак не улучшалась, но он использовал магию [усиления] так же, как сэр Сальваторе. Похоже, он очень высоко ценит владение мечом, так как он тренируется с мечом несколько часов в день. С точки зрения личности король Ямато порочен. У него не было проблем с тем, чтобы вызвать извержение, которое могло бы убить десятки тысяч людей только ради битвы. Он наслаждается битвой, если радость в его голосе была каким-либо признаком, но, похоже, ему не нравится акт убийства своего противника в конце. Как и у всех Кампионе, его здравого смысла почти нет. Он, не колеблясь ни секунды, прыгнул с колесницы на несколько сотен метров в воздух и рассмеялся, когда столкнулся с гигантом с мечом, способным рассечь сам воздух. Пока мы не смогли определить истинную личность короля, но наши усилия не прекращаются. Кампионе были нелогичными существами. Она знала это, и ей несколько раз напоминали об этом с тех пор, как стало известно, что она должна связаться с королем. Здравый смысл не действовал на них, и пытаться использовать любую мораль, которую простой народ имел в отношении людей, было бы бессмысленным усилием. Ей следовало ожидать, что король Японии создаст подобный беспорядок и вступить в контакт с ним раньше. Этот человек вызвал активность вулкана всего в нескольких милях от Токио. При мысли о извержении вулкана так близко к городу у Каору пробежала дрожь. Если бы его не волновали жизни миллионов людей, какая разница в жизни Каору? Вероятность того, что он действительно позволит ей жить, практически отсутствовала. Если у этого человека не было проблем с убийством всех в таких густонаселенных городах, как Токио, то что стоит жизнь одной девушки в его глазах? Ничего - вот ответ. Теперь этот человек стал еще сильнее с новым авторитетом в его руках. Что она собиралась делать? Сможет ли она сбежать? Если бы она использовала магию, чтобы скрыть свои следы, то могла бы уклониться от большинства агентов Комитета истории (или ниндзя, как их называют многие), но более опытные члены, такие как Амакасу, нашли бы ее в течение месяца. Они не позволили бы своей жертвенной пешке уйти, даже если бы это означало пойти против приказов ее деда. Саяномия Даичи обладал большой властью, но даже он не мог поставить благополучие своей внучки выше благополучия Японии. Нет, ей нужно было остаться и встретиться с Кампионе. Это означало, что ей придется найти способ не стать простой игрушкой для его развлечения. Сможет ли она стать его советником, как Андреа Ривера - итальянскому королю? Это был реальный вариант, но только в том случае, если она сможет показать, что может быть чем-то большим, чем просто игрушкой, предназначенной для его сексуального удовольствия. Это было непросто, особенно учитывая его возраст, когда гормоны контролировали большую часть его выбора, и тот факт, что он уже неплохо заработал. Тогда ей придется быть его проводником в других вопросах, касающихся магии и богов. Она будет его правой рукой, показывая ему, как вести себя как король и как правильно править. Он смотрел на нее снизу вверх и, когда беспокоился, просил совета. Если все, что он хотел, - это облегчить себе жизнь в вопросах сексуального характера, тогда в Комитете не было недостатка в женщинах. Проблема заключалась в том, что когда Андреа Ривера стал советником Сальваторе, это было потому, что итальянский король был некомпетентен в отношении магии и общественных мероприятий. Все, для чего он был хорош, - это борьба и фехтование. Ямато Такахаши уже достаточно хорошо владел магией, и фотографии, на которых он использовал заклинание замораживания высокого уровня, были показательны. Она понятия не имела, чему его учить, кроме магии и боевых искусств. Она могла бы быть помощником, планировать события и помогать ему находить богов для битвы, но это не давало ей должного доверия, в котором она нуждалась. Она должна была быть тем, на кого он равнялся, а не тем, кого он нанял. Он не стал бы уважать ее, если бы все, что она могла сделать, это рассказать ему о планах на день, а затем подать ему напитки. Такие отношения в конечном итоге дадут ему повод заменить ее, и она будет понижена в должности до игрушки. В чем она была хороша? Боевые искусства - это одно; она была опытной в стрельбе из лука и боевом искусстве голыми руками под названием «Древний стиль Шуто», а также в некоторых других. Каратэ, кемпо и айкидо она тоже выучила, но так и не продвинулась дальше из-за подготовки, необходимой для того, чтобы стать Химэ-мико. Заинтересован ли король в изучении боевых искусств? Он показал, что занимается кендо, но будет ли такой же интерес проявлен и к техникам с голыми руками? Другое, на что она была способна, - это магия, точнее сказать; [Духовное видение]. Хотя она не была самой талантливой в Японии, она все же попала в десятку лучших, пока еще была в хорошей форме, чтобы сражаться. Это означало, что она была ценным союзником или подчиненной в любой ситуации, касающейся паранормальной стороны жизни. Если бы она смогла убедить короля изучить боевые искусства, такие как кемпо, и показать ему свой талант в области магии, то он, возможно, пришел бы посмотреть на нее как на старшую сестру. Она больше не будет куском мяса в его глазах, а будет тем, кого нужно защищать и лелеять. Это покажет миру, что Саяномия Каору была правой рукой короля Ямато Такахаши, что фактически сделало ее кем-то, кому кампионе доверял, а не использовал. Одна из ее самых трудных задач, когда она достигнет этой позиции, будет ограничения разрушений, вызванные его битвами. Она понимала, что помешать ему сражаться было невыполнимой задачей, поскольку он был Кампионе, и никто не может сказал Кампионе, что делать, но, возможно, она могла направить короля, направить его по пути, который приведет к наименьшим потерям. Судя по первоначальным сообщениям, люди не были убиты из-за выброса лавы, но расследование все еще продолжается. Позволить ему сразиться с другим богом возле вулкана - это одна из вещей, которых она постарается избежать.

***

Обновленный список властей: [Корона мистических искусств]: позволяет ему изучать всевозможную магию. Даже если есть условия, которые обычно не позволяют ему это сделать; как женская магия, Духовное зрение или полет. Это не настоящий Авторитет, а скорее подарок богини до того, как он стала Кампионе. Ибо нет равных в искусстве магии, я принес заклинания ванов. Я учу, я учусь, я всегда буду стоять на вершине [Колесница выжженных небес] : разделена на две части: [Колесница] и [Небесная катастрофа]. [Колесница]: вызывает колесницу, на которой путешествовала Соль, когда она тянула солнце по небу в поисках добычи. Его могут тянуть три, две или одна лошадь, но свойства меняются в зависимости от числа и того, как он на них едет. Езда на колеснице с тремя лошадьми дает ему максимальную скорость, которую он может использовать, а также самые разрушительные силы, которые колесница может принести. Один заряд мог уничтожить город. Езда на колеснице с двумя жеребцами дает ему больше контроля, но за счет скорости и силы. В этом состоянии колесницу всегда тянут Арвакр и Альсвидр. Езда на колеснице только с одной лошадью дает ему еще больший контроль за счет еще большей скорости и мощности. В этом состоянии колесница не может использовать свой разрушительный заряд. В таком виде колесницу всегда тянет Скинфакси. Езда на одной лошади дает ему максимальную скорость и контроль, но совсем не дает ему силы. В этом состоянии скорость превосходит скорость трехконной колесницы за счет разрушительного заряда. Эта форма лучше подходит для турниров с другими пользователями Godspeed. Плащ защищает его от жары и холода и является подарком богини Соль. Условия для этого Органа: Каждой лошади требуется два дня для восстановления. На восстановление колесницы требуется четыре дня. Я приношу солнце из восточных земель. Огонь Пылает, пламя - это звезды! Попирайте мятежников и охотьтесь на добычу, яркий свет сожжет небеса! [Небесная катастрофа]: высвобождает силу божественного света и огня. Может использоваться в двух формах; луч для дальнего боя или направленный в меч для ближнего боя. Он достаточно силен, чтобы ранить богов [Стали] и убить божественных зверей одним ударом. Условия для этого органа: Каждый заряд восстанавливается в течение дня. Если заряд используется до того, как все три заряда восстановятся, Годо будет страдать от боли от сильного пламени. «Да не будет тьмы подо мной. Да не будет теней надо мной. Пусть жертва, которая пытается спрятаться в ночи, будет убита! Я, Охотник бездны, бойтесь моего гнева!»