Будни семейства

1995. Лето в Лас-Вегасе. Рахель и Чес на каком-то поле возле леса и маленького села. Они немножко пьяны. Сидя на земле смотрят в закат. — Знаешь, когда мы вернёмся мать обязательно убьёт меня. — Ну ты и загнула. Сначала меня. Я же тебе ночью выкрал и привёз сюда. — Тебя убьет отец. Хотя нет, ты свалишь и бросишь меня одну. — Я? Нет, конечно. — поцеловав в лоб — Ты же меня первая сдашь. Скажешь, что украл. Они тебе пожалеют *Кивнула* — Вот, все солнце село. Есть хочешь? Там есть чипсы и кола. — Нет не хочу. — Целует в губы. Утро. Чес просыпается с Рахель в обнимку. Они были в маленьком автобусе Чеса. Там чем-то воняло. Может, носками или дурь. Брюнетка, шатаясь, выходит на воздух. Ей почему-то сейчас хочется плакать и поскорее обнять маму — Рахель? — тот выходит. — Ты чего? — Ты ведь на мне не женишься, верно? — Воу… Ты чего… А нада? — Почему нет? — Ну если хочешь. — тот обратно зашёл в автобус — Поехали? — Что? Куда? — Детка, это Лас-Вегас. Здесь нас могут расписать на каждом углу, но… Денег хватает или на печать в паспорте, или на поездку домой. — Ты ведь это несерьёзно, Чес? Ты меня не понимаешь? — Села с грустным видом, — Твои друзья Вики и Глэм скоро поженятся. Они любят друг друга и это прекрасно. А ты, Чес? Ты хочешь семью? — Я? Хм, я то. Рахи, с тобой хоть всю жизнь. Вот только, приедешь ты домой и забудешь меня. Не так ли? — Что? Почему? — Тебя твои родители уговорят. Скажут, что я наркоман. И покроют тебя паранжой. — Ты их не знаешь, они поймут. — Увидим. Садись уже. Будем на родину возвращаться. Рахель заходит внутрь Тот улыбнулся — Ехать будем долго, так, что злится на меня не нужно. Какой же ты хиппи, если ты злее быка. — Я не злюсь, просто устала. — Тогда ложись спать. Смотри, что бы на тебя там гитара не упала. — Ты хочешь детей? — Я? — машина трехнулась — Хех, а не быстро? — Ну… Рано или поздно это может случится. — Ну, да… — Что скажешь? — Ну… Не знаю, Рахель. Точно не сейчас. Девушка молча легла в кресло Через пару часов они были на заправке. Чес взял пару купюр. — Сейчас заправимся и дальше поедем. Рахель накинула куртку, было действительно холодно. Неподалёку виделась будка уличного телефона. Чес был за 50 метров от мини-автобуса и не видел её. Брюнетка молча вошла внутрь и подняла трубку телефона. — Пап, это я… Помоги мне. Чес вошёл в автобус. Рахель не было. Он вышел на улицу. — Рахель?! Рахель! Где ты? «Сбежала» — подумал он и сел в автобус — Черт! Он подождал полчаса. Её не было. Ехать, или ждать ещё? И вот прошло 17 лет. Он так и не забыл её. Пару раз видел на улицах, но не подходил, а ведь как он переживал в тот день. Ведь, вдруг её украли… Или, что то хуже. Рахель Ранковских хотела написать Чесу, позвонить, сделать хоть что-то. У неё на это не хватило мужества. Их дочь выросла грубой, цинично и злой, выросла практически без её участия. Что было бы с ними, если бы Рахель осталась? Изольды точно не было бы.

***

Наше время — Изи, черт бы тебя побрал! — Воскликнул рассержанный Род, — Что это за дерьмо? — Овсянка, сэр Родион! — Громко и весело произнесла девушка, плюхаясь на старенький цветной диван в гараже. Роди недовольно морщится, Соня смеётся, Фил сидит в телефоне. Изольда гордо осматривает всех своих любимых «бездарей» и «придурков», ставших за год существования группы её настоящими друзьями. Теперь она сидит такая маленькая, яркая и красивая, ощущая себя хозяйкой положения. Ей это идет — быть первой, ей это не может не идти. Хэви не сразу понял, что Изольды стало уж слишком много в его жизни. Забылись встречи с друзьями, переписки с Сири, приколы над братом. Она заполонила собой все. Зачем она приблизила Хэви к себе? Она, холодная, гордая одинокая Изольда Ранковских называет маленького несмышленого наивного Хэви своим младшим братом! Чем же он заслужил такую честь? Быть может покорностью? Хэви с улыбкой повинуется многим её капризом, все реже вынимает гитару из рук. А вчера, вы не поверите, она заставила его пересказать главы, назначенного для прочтения романа! Хэви готов читать книги и слушать классику. Вот только вопрос, когда именно он на это согласился? Хеви начал кушать, нет жрать овсянку. Ему, как и его матери манер не хватает. Овсянка для него не самое худшее блюдо, ведь когда-то Глэм приготовил суп из крапивы, вот то было "бе", а это ещё вкусняшка. Да и это приготовила Изи. — Хехех, глядя на Хэви, я думаю, что наша страна голодает. — Мягко подметила Соня. Изи даже не улыбнулась — Хэви, а Чес Хар-хор… Тьфу! Непроизносимая фамилия! Он брат твоего папаши? — неожиданно спросила Изи — Нет, просто хороший друг, а, что? — Он хотел взять кредит в банке Рахель на покупку нового трейлера и указал твоего отца поручителем. Просто уточняю информацию. Этот тип немного того, да? — Чес? Да нет! Он вообще очень крутой. — Серьёзно? Он пришёл в банк в трусах. — Может, это были шорты? Девушка пожала плечами. И зачем Рахель рассказала ей об этом странном типе… Каблук Рахель Ранковских чуть поехал на асфальте — не мудрено, внутри нее 2 бутылки дорого французского вина. По наблюдениям Изольды, Рахель пьет каждый день, с чем ее молодой муженек вполне примирился. Что ж, приезжать на рабочее место под шафе — грубое нарушение дисциплины, даже учитывая то, что этот банк твой. Рахель безцельно бродит по светлому залу, одаривая клиентов и работников милой пьяной улыбочкой. Чес сидит возле одной из касс. На нем яркая футболка и шорты. Его взгляд как всегда спокойный и накуриенный. Видя Рахель он, что-то вспоминает, но ничего в голову не лезет. — Ей, дама, вижу вам хорошо? — А вам разве здесь плохо, м? — Я беру кредит, значит мне не очень хорошо. А как ваше имя, мадам? — Мой муж не разрешает мне разговаривать с незнакомцами… Даже с такими привлекательными. — Она это сказала, серьёзно? Рахель никогда не изменится! — Муж? А представим, что я не незнакомец. Я Чес. Рахель моргнула. Улыбка тут же исчезла. — Это что, шутка? — Шутка? Хех, я часто шутю, особенно над моею фамилию, но, да я Чес. — Рахель Ранковских. — Какое знакомое имя. — А ты и не изменился, практически. Едва ли не каждое утро, спрашивал, кто я. — Хм? Так мы знакомы. Дай угадаю, может лет 17 назад? Хиппи была? — Угадал. В Америке пересеклись, помнишь? — Хех, так мы знакомы… А ты незнакомый, незнакомец. Может чайку в соседней кафешке? — Почему нет? Через 15 минут они были в ближайшем кафе. Оно не было очень дешёвым, но выглядило так себе. — Так чем занимаешься? — С какого именно года? — Рахель поправила длинные черные волосы, — Поступила в колледж, закончила институт, вышла замуж, после смерти родителей управляю двумя частными банками в городе. А ты, все ещё на гитаре? — Да, путешествия, друзья и гитара. Какая скучная у тебя жизнь, Рахи. — Хм, а ты и не вспоминал обо мне до этого времени? — Да не особо. Хочешь сказать, ты скучала? — Нет, у меня на это не было времени. Работа, учёба, семья. — Семья? Мужа нашла? Круто. Значит и дети есть? — Двое. — сказала Рахель разгибая два пальца — И, что же ты такая пьяная? Дети же дома ждут. — Хм, они уже взрослые. Да ты и сам накуренный… Никто не ждёт дома, даже твой «братишка» Глэм? — У него свой дом. Как видишь, одинок.- Рахель ухмыльнулась — Чего довольная такая? — Да так. Пьяная тупая малолетка, сам ведь так называл. — И нечего не изменилось. Выглядишь прекрасно. Извините, что ухожу, ваше величество, Рахель, но есть работа. А то кредит выплачивать не чем. — Шмотки Майкла Джексона решил выкупить? — Хорошая идея, но нет. Хочу дом на колесах купить. — Зачем? — Как зачем? Кататься. Заехать в лес и там спать. Или на речку. Почувствовать себя опять подростком. Хочешь со мной? — Рахель лишь молча подняла на него большие чёрные пьяные глаза. Когда-то ведь очень хотела. — Это значит, да? — Приходи как-нибудь на ужин на улицу Шолд, с дочерью познакомлю. — Рахель встала со своего места — С дочерью? Интересно, как зовут? — Изи. — Вижу долго думала. Я пошел, но обязательно приду. Жди. — Рахель кивнула