Будни семейства

Мир Изи Ранковских никогда не казался ей скучным. Даже хмурые, однообразные больничные будни не казались ей таковыми. И дело было даже не в таблетках, Господи, сделай так, чтобы дело было не в таблетках! Просто она умела найти себе развлечение, наслаждаясь одиночеством. Изольда не доставляла особенных проблем медперсоналу, в этих стенах она как дома. Ей нечего бояться. И потому девушка могла свободно выходить на больничный дворик. Именно сейчас она сидела на лавочке позади больнички. Она смотрела в небо и о чем-то задумалась. — Привет. Ну и, что ты там такого интересного нашла? — на лавочку подсел Чес. — Облако похоже на дракона, не находишь? — Чес посмотрел в небо — Может быть, а вон то на черепаху. Как дела? — Для кого как. Мои дела не очень, так как меня перевели в палату к девочке с шизофренией, которая воет по ночам. Хотя, в этом тоже есть что-то забавное. А как дела у тебя? — У меня хорошо, стараюсь всегда находить что-то хорошое. Быть грустным не интересно. Согласна? — Грустные люди никому не нужны. — Да, но как интересно показывать им что-то интересное и смешное. Смотрит на него внимательно. Волосы подсрижены еще короче, аккуратная розовая пижамка, грустные темные глаза. Она красива сейчас, лучше чем была когда-то прежде. — Когда домой? — Через месяц, минимум. Хм, у меня ведь нет дома. — Как нет, а дом Рахель? — Ну это ведь даже звучит не так: «Дом Рахель» Ууууу, страшно? — Хехех, очень, но куда ты тогда думаешь идти? — Я не знаю. Сейчас трудно об этом говорить. Чес откинулся на спинку лавки. Хм, бешаная идея пришла в голову — Ты же знаешь, я человек простой. Кажу прямо, если нужна помощь я могу всегда помочь… И приютить. — Хорошо. — А, да. — Чес отошёл и вернулся через минуту — Я знаю, что музыканту сложно, без инструмента. Одна из моих акустик. Думай как хочешь, можешь принять за подарок, или как за моральную помощь. Не знаю, можно ли в больнице играть, но я думаю, что найдётся где. *Изи обняла Чеса* — Спасибо Для Чеса это было неожиданно. Редко, кто его обнимал. Он обнял в ответ — Эй, ты чего? Я сейчас зареву. Может, сыграешь что-то? — Сыграть? А что? — Что хочешь. Чес сидел и слушал. Она играла так чисто, как он. Чес начал подпевать. Все проходящие мимо начали на них смотреть. Уже был вечер. Хеви зашёл холл больницы. Он хотел подойти к какой-то медсестре, чтобы та провела к Изи, но он услышал звук гитары. Он сразу понял, кто играет. Ведь вряд-ли, те психи, что здесь сидят, могут так сыграть. Нет, так может только псих Изи. Хеви оказался в холе. Изи откинувшись в кресле играла. — Изи, привет. — Хеви подошёл ближе и помахал рукой — Привет, зачем ты здесь? — Я проведать тебя. Ну и вот — он достал пакет апельсинов с рюкзака — Откуда гитара? — Чес подарил. У меня аллергия на цитрусовые. — А я знал, что может быть подвох. — поставил апельсины обратно и достал ананас — Чес? Гитару? Изольда рассмеялась. — И ананас не нравится? — Нравится, спасибо. Не вздумай взрослеть, братец, никогда. — Хехех, я подумаю над этим. — сел на соседнее место — Сегодня репетиция была. — Как все прошло? — Не могли нормально играть. Соня даже заплакала. Не можем без тебя. — Фил приходил? — Да. Изи молчала, чего она ждала от этого парня — неизвестно. Участь таких, как она разделять просто глупо. — Знаешь, а я его любила. Один денечек, а все же любила. — Да и он тебя. Наверное до сих пор. — Я очень больна, Хэви. И это практически не лечится. Меня любить глупо, это даже неправильно, похоже на извращения. — Но тебя все равно будут любить и это не глупо. Я уверен. — Ты живёшь в каком-то… Придуманном мире, младший брат. — Значит, я тоже болен, сестренка. Извини, может неудачная шутка. — Нет, мне нравится. — Улыбнулась, обернулась, слезинка пробежала по ее лицу. — Ей, где та чокнутая Изи, что я знаю. Ты чего плачешь? — Мне очень плохо, Хэви. Херово осознавать, что ты рано или поздно сдохнешь в стенах больницы. — Изь, да не унывай. Все ок будет. — Нет, Хэви, отыграла я свое, понимаешь? — Тебе 16. Понимаю, ты ещё та старуха, но все же. — Хехех, я. Я всю жизнь буду пить эти таблетки и отмечаться у врача. Рахель забрала документы из школы, я буду учиться на дистанте, я опасна… Ищите себе другую солистку. — Расплакалась Хеви не ожидал этого и этих слов. Он думал, что он никогда не услышат таких слов от Изи. Он обнял её. Ничего не оставалось больше. — Все будет хорошо, Изи! Поняла? — Хэви, прошу тебя. — Чего?! — он посмотрел на неё — Алиса, девушка Ди, попроси ее занять мое место. Она способная, быстро освоится. Я не могу вами рисковать. — Я предам, но без тебя это не то. Кто будет в меня тапком кидаться? Ты что, не вернёшься? — Нет. По крайней мере не в этом году. — Можно я буду приходить? — Я буду жить с Чесом. — Правда? — Да, он меня заберёт. — Наверное, Рахель будет против. — Нет, ей нет до этого дела, поверь. — Это Чес предложил? — Да, а я согласилась. Мне жаль Фила… — Да, как-то успокоится. Главное, чтобы тебе лучше стало. Он сам так сказал. — Хм, очень благородно с его стороны. Ты особенный, Хэви. Ты талантливее меня, ты многое сможешь. Запомни мои слова, ведь я ещё когда-нибудь кину тебе кроссовок в голову. — Хехех, надеюсь, Изи. Хеви пришло сообщение на телефон. — Изи, там Фил пришел. Ты же не против? — Нет, пока, братец. — Поцеловала в щеку. Хеви встал и помахал рукой Буквально сразу зашёл Фил — Привет, Изи. — Привет… Как ты? — Не важно, ты как? — Бывало и лучше. Что с тобой? — Протянула ему свою руку. — Переживаю. Спать не могу. Чувствую и свою вину. — В чем же? — Когда друзей пригласил, может, это из-за них ты извини так скажу, сдурела. — Нет, спи спокойно. Ты обошёлся со мной, как любой добрый человек обошелся бы с бездомной собакой. Спасибо тебе. — Поверь, мне от этих слов немножко легче. Это ананас? — Да. — Хеви? Понятно, но я тоже не с пустыми руками. — Фил достал с рюкзака плюшевого пса — Мишек не было. Надеюсь, что не выкинешь. — Нет. Спасибо, собака, как символично. Не приходи сюда, Фил. Не надо рвать душу. Собак отдают в приют и забывают. Я не хотела быть собакой сейчас, но видимо, так сложились обстоятельства. Не приходи ко мне, прежней Изольды нет. Вздохнул — Если тебе так будет лучше, хорошо. Я тогда пойду? — Прощай, Фил Футси. — Прощай, Изольда Ранковских