echoing

В дверь кто-то аккуратно и коротко позвонил. Девин ссадил с колена племянницу и, коротко улыбнувшись устало закатившей глаза Кейси, пошел открывать. Он знал, что та хотела сказать, но так и не озвучила. «Девин, у тебя не может быть столько друзей!» Сейчас он уже подумывал, что сестра права, и Глория просто нашла благовидный предлог, чтобы свести нужных ей людей в одном месте. Черт ее знает, на самом деле. Девин и сам не думал, что у него найдется столько знакомых, которые согласятся прийти на его тридцатилетие. «Кошмар просто», — подумал он, нажимая на отполированную временем ручку двери. И застыл. — Ммм… Привет? — Честер чуть наклонил голову, улыбаясь неожиданно сдержанно — но приветливо. — Я получил приглашение, и… Ничего, что я пришел? Он выглядел… окей. Взять себя… в руки. Он выглядел обезоруживающе. Неожиданно строго — в непривычно отглаженной рубашке, прямых узких брюках со стрелками, темных дерби. Девин без единой мысли в голове кивнул и шагнул назад, пропуская гостя внутрь. В руках Честер мял небольшую коробочку, аккуратно и без излишеств обернутую в бумагу стального цвета. Улыбнувшись чуть искренней, он протянул ее имениннику. — Поздравляю? — в его интонациях постоянно прослеживалась вопросительная нотка. Вопросительная… или извиняющаяся. Девин сглотнул, заметив выглядывающую из-под манжета тыльную сторону кисти с темным узором вен, и эти дурацкие серебряные кольца на большом и указательном пальцах, и… — он принял подарок. Конечно же он принял. — Спасибо, — пробормотал он, глядя на тяжелую коробочку в руке. Бумага на ощупь была приятной, гладковато-бархатистой, и завернут подарок был по всем правилам, не демонстрируя скрытой, некрасивой стороны обертки и держащего ее двустороннего скотча. — Ты в порядке? — с тревогой спросил Честер; Девин очнулся от странных мыслей и поднял на него глаза. Друг, почти коснувшийся его плеча, но замерший в дюймах, тут же отстранился, заметив, куда направлен его взгляд. — Я не… — пробормотал Девин негромко и как-то беспомощно, но его прервала привычно протопавшая и ткнувшаяся в поясницу дочь. — Пап, а это кто? — Алисия высунулась из-за него, глядя с детским непосредственным любопытством на сбитого с толку Честера. Девин вздохнул, потрепав дочь по голове: — А это, Лис, мой… друг из колледжа, — он поднял взгляд на Честера. — Мы… жили в одной комнате. — Выглядит скучным, — после небольшого размышления выдала Алисия. Честер фыркнул, отмирая, и присел на корточки, чтобы быть одного уровня с девочкой — та тут же спряталась обратно, но почти сразу же выглянула, чтобы хоть одним глазком наблюдать за незнакомцем. — Из нас двоих скучным был как раз твой папа, — поделился «секретом» гость, стараясь не слишком улыбаться. Алисия возразила: — Но папа не скучный! — А я еще нескучнее, — пошутил Честер и искоса глянул на Девина — снизу вверх. Тот молчал несколько секунд, но автомате поглаживая дочь по плечу. — Ты зарастил проколы в ушах. Признайся, взрослая жизнь взяла верх, — наконец, произнес он. Выражение лица Честера тут же стало возмущенно-удивленным, как будто он получил удар с неожиданной стороны. Не найдя слов, он молча вскинул руку, демонстрируя Девину неприличный жест. Для вида прикрыв хихикающей дочери глаза, Девин ответил ему тем же. Не помешал даже зажатый в пальцах подарок. Честер негромко рассмеялся, качая головой, и поднялся на ноги; расстояние между ними было всего ничего, и Девин не смог — не удержался. Он даже не подумал, что их, наверное, можно легко заметить из гостиной или из кухни. Он перекинул подарок в левую руку и положил Честеру освободившуюся правую на затылок; в один момент они оба сдвинулись на те полшага, которые их разделяли, и — нет, всего лишь мягко соприкоснулись лбами. Девин закрыл глаза, поэтому он не знал, что происходит вокруг, что происходит с Честером — он просто молча стоял, медленно поглаживая бывшего любовника по мягким тонким волосам, и думал только о том, как привычно ощущать выдохи — его выдохи, в совершенно особенном и неповторимом темпе его дыхания, — и его тепло, и ладонь, все же сжавшуюся на плече: останавливая, сдерживая, замирая, вжимаясь до боли. Хоть в этот раз — не отпуская. Кажется, они оба дали не те обещания.