Выбор

Часть 7. Пристанище.

      Я проснулась от лёгких толчков в плечо. Марк. Он был взволнован, и на лбу от напряжения образовалась морщина. — Что… — он оборвал меня на полуслове, закрыв мой рот своей ладонью, и жестом показал «тихо» — Что случилось? — я говорила настолько тихо, что боялась того, что даже Марк не услышит меня. Повернув мою голову ухом к себе, он начал отвечать также шёпотом. — Они слишком близко, нам надо идти, — по телу пошли мурашки, а руки задрожали. Он дал мне руку и помог встать. Тело невыносимо ныло и отказывалось идти, но если мы не уйдем, то смерть ждёт не только меня, но и Марка.       И вот мы пошли, стараясь не шуметь, без единого слова, он просто вёл меня за руку, а я не пыталась сопротивляться. Юноша вновь захотел что-то мне сказать, и мы остановились на пару секунд. — Сейчас выйдем к дороге и побежим, поняла?       Я просто кивнула, язык был явно против разговоров. Нас ищут по лесу, и просто так они не сдадутся.       Мы шли минут 20, и я увидела кусок дороги. Марк посмотрел на меня, и когда я кивнула, мы снова побежали со всех ног.       Мы бежали за руку без остановок. Ноги болели и без длинного забега, но с учётом обуви на каблуках наш путь превратился в настоящий ад. Я не знала, гнались ли за нами, но останавливаться было нельзя. Мы добежали до небольшого посёлка, состоящего из 3-х небольших домиков. Марк начал замедляться, и я вслед за ним. — Мы остановимся на ночь у моего друга, — голос Марка казался уставшим и раздосадованным. — Он мне многим должен. — Можешь мне ничего не объяснять, я пойду за тобой куда угодно, — Марк посмотрел на меня и кивнул.       Мы подошли к дому, и Марк постучал в дверь. Её открыл юноша лет 18, и первым делом он посмотрел на Марка, а затем на наши сцепленные руки. Худощавый, высокий парень смотрел на нас небесными, крайне обеспокоенными глазами. Всклокоченные русые волосы, короткий прямой нос и широкие лохматые брови делали его лицо взрослым, но во взгляде читалась юность. — Крис, нам нужна помощь. — Марк, да, разумеется, проходи, что случилось? — парень был действительно поражен.       Мы прошли в светлую маленькую гостиную, соединенную с кухней. — Неужели ты всё-таки это сделал? Сбежал из мафии? Уильямс, ты сумасшедший! — Кристофер говорил с явным восторгом. — Чем я могу тебе помочь? — Нам нужно укрытие. Ненадолго. И… — Марк посмотрел на меня и продолжил. — И возьми у сестры что-нибудь для неё, пожалуйста. — Да, разумеется, — парень посмотрел на меня и с сарказмом продолжил. — Есть какие-нибудь предпочтения, мисс… — Эмма Браун. — Эмма Браун? — весёлое выражение лица парня сменилось на испуганное. — Мой отец сказал, что вы… — Но как ты видишь — она жива. Крайне устала и голодна. — Да, разумеется, мама готовит еду. Вам нужна ванна? Налево по коридору, если что. Что-нибудь ещё? — Воды, пожалуйста, — это единственное, чего я хотела. Парень принёс стакан с водой мне и Марку. — Спасибо. — Эми, можешь сходить в ванну, пока есть время.       Кивнув, я пошла в ванну. Наконец-то я нахожусь в одиночестве. Маленькая комната, от которой может начаться клаустрофобия. Я подошла к зеркалу и увидела себя: уставшая, с синяками под глазами от усталости и от рукоприкладства на челюсти, потёкшим чёрным карандашом и помадой, со шрамом от ножа на щеке. Открыв кран, начала отмывать косметику с лица, и вместе с этим рыдала от всего случившегося. Я тёрла кожу так сильно, что она покраснела. Сняв туфли, я хотела смыть с себя всю грязь и кровь, но меня прервал стук в дверь. — Входите. — Я принёс одежду. Так будет удобнее бегать от мафии, — на лицо Марка вернулась искренняя улыбка. Он отдал мне стопку одежды. — Обувь тебе дадут, когда выйдешь из ванной. — Хорошо, — радость в моём голосе не наблюдалась. — Что с лицом? — вернулась его фирменная ухмылка. — Пыталась оттереть остатки вчерашнего дня. — Что ж, неплохо получилось, —он взял меня за подбородок и начал рассматривать порез на щеке. — Но, думаю, напоминание о нём останется надолго в виде шрама. — Поверь, я никогда не забуду это всё. — Да, думаю, да, — он улыбнулся и обнял меня. — Я тоже.       Я обняла его в ответ, несколько секунд тепла от его тела, и вот он уже начал отпустил меня. — Ну, хорошо, нас ждут к обеду через 20 минут.       Я начала думать о том, сколько осталось до дома, и в это время отмывать от своего тела застывшие кровь и грязь.       Я надела одежду, которую принёс мне Марк. Чёрные брюки, носки и белую блузку с рюшами. Волосы скреплять не стала.       Когда пришла на кухню, Марк и Кристофер смеялись над чем-то, а рядом с ними сидела девочка, крайне похожая на брата, только младше. Я присоединилась к ним. — Ты Эмма Браун? — у девочки был звонкий, громкий голосок. — Я думала, ты иначе выглядишь. — Буквально вчера утром я выглядела намного лучше. Как твоё имя? — Руби. — Дорогая, помоги мне, пожалуйста, — это произнесла женщина, которая готовила. Видимо, их мама. Девочка начала расставлять приборы на стол. — Может вам помочь? — я не хотела сидеть просто так. — Благодарю, Эмма, уже всё готово, — её милый голос успокаивал, но во взгляде была какая-то встревоженность.       Мы ели почти без разговоров. — Марк, ты выглядишь крайне уставшим, может, ты пойдешь в комнату? — я не замечала этого до того, как мать Руби и Кристофера указали на это. — Да, я пойду, если никто не против.       После того, как Марк ушёл, прошло немало времени. Я хотела узнать, сколько нам ещё бежать до дома. — Извините, вы не знаете, долго ещё бежать до моего отца? Он должен быть на работе днём. — Эмма… — мне не понравился тон, с которым это сказал Кристофер. Слишком много сожаления. — Твой… Твой отец. Он. Он в больнице. — Что? — Он слёг, как только узнал, что тебя выкрали. Упал в обморок и ударился грудиной. — Спасибо за честность.       Больше я не сказала ни слова и пошла в комнату. Мой отец умирает.