Выбор

Часть 30. Джо

Мой сын пошёл на амбразуру, и если она сработает, то он обеспечит своей семье благополучие и безмятежность. Но сейчас я смотрю на Эмму. Потерянная, загнанная девушка, которая стоит на коленях у кровати дочери и роняет слёзы на паркет. Когда все начали расходиться, я подошёл к плачущей Эмме. — Дорогая, пол холодный — вы простудитесь. — на меня посмотрели два зелёных глаза, наполненных страданием и безысходностью. Я протянул руки и поднял на ноги хрупкое тело жены моего сына. Она посмотрела на меня и, ещё сильнее разрыдавшись, уткнулась в моё плечо лбом. Впервые кто-то попросил у меня успокоения, хоть и без слов. — Давайте сядем, Эмма. Мы прошли к дивану, я приказал своим взглядом, чтобы все вышли из комнаты. Мы просидели так полчаса, пока моя невестка не поднялась с плеча. Её глаза метались в безнадежных попытках найти успокоение, а дыхание сбивалось от слёз. Она словно искала его. — Он всё сможет. Я уверен. — Да… Да, сможет… — Эмма, не считайте меня извергом, молю. Я хотел сам ехать туда, но Марк убедил всех, что именно он должен идти на это. Я пытался отговорить его. — Почему я вам не верю? — Потому что вы не хотите мне верить. Вам нравится думать обо мне так, как сказал вам мой сын, Эмма. Проблема в том, что он знает только то, что хочет. Во что поверил. — Что, например, он не знает? — Он внушил вам, что я убийца. Что я убил его родителей из-за денег. Ужасный человек пришёл и убил отца, а затем и мать его. Вот только было всё категорически не так. — А как же? Вы решили спасти его от невиданного зла любящих родителей? — Его родители продали его. Они сказали, что родить ещё смогут, а деньги им нужны были срочно. Я дал им их. И дал месяц на то, чтобы дать понять всё Марку. Но они подумали, что умнее меня. Переехали в другой дом, сменили фамилию. А я, такой ужасный человек, пришёл и убил любящих родителей. Чёрта с два, дорогая. Я дал им три шанса. Но они потратили все три билета на счастливую жизнь. — Почему я должна вам верить? — Потому что вы знаете, что это правда. Вы думаете, что лишитесь любимого мужа, но и я также лишусь любимого сына. И поверьте. Это не легче. Эмма лишь неуверенно кивнула и вновь положила голову мне на плечо. Так прошло 2 часа. Ни Эмма, ни я не сомкнули глаза. Резко открывшаяся дверь вырвала нас с Эммой из ожидания. Кристофер Ной тащил на плече моего сына. — Где Грю?! Марку помощь нужна! — я увидел пулевые ранения на теле сына. Из них сочилась багровая кровь, капая на пол. Из комнат начали выходить люди и подбегать к нам. Мы оттащили Марка на стол, и Грю начал спасать его жизнь. Из-за шума проснулась Мия и начала кричать. — Эмма, идите в комнату, успокойте ребёнка. — девушка стояла, словно парализованная, и лишь мои крики вытащили её из этого состояния. Спустя десять минут, через стоны истекающего кровью Марка, мы услышали выстрел в комнате Эммы. Нет. Я не могу лишиться сегодня всех. Я побежал к комнате, но девушка выбежала из неё с ребёнком и пистолетом на руках. Слёзы стекали по её щекам, а дыхание сбилось настолько, что она не могла нормально дышать. Я взял Мию на руки, а Эмму опустил на пол. — К…Как он? — Мы делаем всё… Всё… Всё, что в наших силах. Мия, несмотря на все эти крики, спала ангельским сном. Я отдал её Саре, а сам подошёл к сыну. Он устал бороться. Из его тела доставали пули, зашивая раны на ходу. Он смотрел на меня, пытаясь что-то сказать. Марк протянул руку и сжал мою рубашку, оставляя на ней кровавые пятна. — Уговор… Ты должен сдержать уговор… Уговор. Мы обсудили его ещё в первый день моего возвращения в жизнь Марка. Я должен увезти Эмму с дочерью в безопасное место, если с Марком что-то случится. Что ж. Время пришло. Я забрал Мию и, схватив Эмму за руку, повел её на улицу. Она сопротивлялась, но я был сильнее. Да и Кристофер помог затащить её в машину.