Часть 1
30 января 2020 г., 21:04
Они встретились случайно — Бан спас ее от хулиганов, а она в благодарность купила ему выпить и предложила себя. Долго они сидели в темной таверне, изучая друг друга, пока он не сумел, наконец, признать — она красивая, она не из этих мест, и у нее не все дома.
— Ты боишься смерти? — спрашивала она, когда он рассказывает ей о войне в Лионессе и о побежденных десяти заповедях. — А жизни?
— Я бессмертный Бан, — легко признается он, осклабившись. — Смерть стала бы для меня благодарностью, но теперь я обречен идти по жизни до самого конца мира. И дальше тоже.
— Кто тебя благословил вечной жизнью? — спросила она, из-под темного плаща сверкнули голубые глаза.
— Любовь всей моей жизни, — усмехнулся Бан. — Ее звали Элейн. Она умерла, чтобы я жил вечно. Смешно, правда? Бессмертная дева умерла, чтобы смертный я жил вечно, — ему слышится издевка самого бога в этом, далекий смех самой вечности, глупая шутка небес.
Женщина на самом деле смеется — обнажая белоснежные зубы, как дикий зверь. Вся она — воплощение уюта и нежности — мягкие плавные черты, выдающаяся грудь, нежная улыбка. И все-таки лисий грех не обмануть — нет в ней ничего светлого, одна тьма, дикая и обнаженная тьма, тьма во всей своей сущности. Таких он и раньше встречал — три тысячи лет назад — с такими обычно сражается его капитан, да и он сам иногда.
— У тебя есть имя? — спрашивает он. — Семья?
— Имя есть, — кивает она. — Птичье имя, не люблю его. У меня была мать, но она умерла — сгорела ради своих книг. И был красивый светлый мир, в котором я жила.
— Где он теперь? — Бан поворачивает голову набок — по-кошачьи, алые глаза его сверкают недобрым пламенем.
— Я променяла его на жизнь шестерых пиратов, — кивает женщина. — Теперь нет ни мира, ни пиратов, ничего нет.
— Но ты не жалеешь, — отвечает за нее Бан.
— И ты не жалеешь, — кивает она ему.
Они выходят из темной таверны вместе — в тесном переходе Бан первым достает нож, невидимые сотни рук оплетают его тело как лианы, и лезвие глухо стукается о каменную мостовую. Невыносимо сильно пахнет цветами. Миллионы глаз смотрят на него из темноты.
— Я бессмертный Бан, — смеется он — алый разрез на шее медленно смыкается, кровь перестает течь, отрезанная голыми руками голова возвращается на свое место. — Ты не сумеешь отнять мою вечность — если бы ты могла, я бы первым пришел к тебе просить смерти.
— Я приношу смерть и забвение всем, кого касаюсь, — признается женщина. — На мне лежит проклятье. Я родилась на проклятой земле, знаю проклятый язык и разрушила свой мир. Твой мир я тоже разрушу, не беспокойся. Мне нет места нигде во вселенной.
Женщина мягко смеется — бесчисленные руки водят по его лицу и ласкают тело, Элейн никогда бы не поступила так. В ее смехе Бан слышит собственные рыдания — незнакомка хочет жить, не меньше чем он хочет умереть. Вот только смерть никогда не придет к такому, как он. А она никогда не спасется, как бы не старалась убежать от собственной смерти.
— Так не живут люди, — вырывается у Бана, когда он смотрит со стороны на себя и на голубые глаза незнакомки. — Так живут демоны.
Женщина смеется — белые зубы ее изогнуты в оскале, пальцы впиваются ему в горло.
— Я их дитя, — признается она на прощание, прежде чем гасит свет в его глазах. — Спи.
