Маски

В честь дня рождения сына предлагаю моим читателям внеочередную главу. С именинником меня! Небольшой ужин по поводу поимки убийцы Ван Хао, предложенный Цзи Ли через неделю после памятного совещания, на котором так блистательно выступил Сяо лаоши, превратился в скромную вечеринку. Правда, начальник Лю внимательно следил за тем, чтобы Ибо не слишком часто наливали, да и сам предпочитал не сильно увлекаться алкоголем. Сяо Чжань тоже пил немного, так как с утра у него были лекции. Он незаметно, скорее уже на автомате, следил за присутствующими, отмечая их привычки, пристрастия и просто неприметные особенности, которые могут помочь в дальнейшей работе. Поэтому взгляды, которые кидали на новичка Чжочэн и Цзаньцзинь, пропустить не мог. Он тихо наклонился к сидящему рядом Юй Биню и невинно поинтересовался: — Я смотрю, ваш Тянь Тянь настолько хорош, что очаровал А-Чэна и А-Цзиня? Не знал, что они оба любят сладкое и домашних мальчиков. Мне всегда казалось, что у них вкусы схожи, но что все настолько плохо — нет… Бинь Бинь посмотрел в сторону коллег и усмехнулся: — Иногда я удивляюсь, как человек, легко разгадывающий такие сложные детективные загадки, так легко теряется в обычных отношениях между людьми. Иногда мне хочется повторить тебе твою же лекцию про стереотипы и еще одну, которую ты мне читал практически сразу, как пришел к нам в участок, — про не суди книжку по обложке. Чжань картинно поднял бровь и улыбнулся: — Ну и в чем я ошибся? Поделись с другом. Иначе сегодня я не усну. — за шуткой он маскировал интерес к новенькому и его отношениям в коллективе. — Как ты учил, для начала нужно тебя похвалить, чтобы дальнейшая критика не очень сильно тебя задела. Так вот — с одной стороны ты все правильно вычислил. Вкусы А-Чэна и А Цзиня действительно очень схожи. Настолько, что тебе даже и не снилось! Вот только выводы сделал неверные. На данный момент оба настолько ненавидят сладкое, что готовы загрызть малыша Бо. Догадываешься, почему? Сяо еще раз окинул взглядом комнату, присмотрелся, что-то проанализировал в уме, потом вдруг окинул Бинь Биня неверящим взглядом. Тот слегка улыбнулся и одобрительно кивнул. — Да. Это вам не конфетки жевать. Это самый настоящий уксус*. * пить уксус — ревновать Чжань сочувственно покивал головой и спросил жестами — знают ли они друг про друга. Юй кивнул. Психолог легко закусил нижнюю губу, внимательно посмотрел на Хайкуаня потом на А-Биня. — Нет. Вероятно, догадывается про Чжу, но не факт. Хотя зря они это… Ибо им не конкурент. Я тут кое-что узнал… Но давай сначала про твою вторую ошибку. Где твое хваленое чутье?! Хотя этот новичок — та еще шкатулка с секретами. Если бы не знал точно — ни за что бы не раскусил. Сяо Чжань нахмурился. Секреты Ван Ибо. Странно. Какие секреты могут быть у стеснительного, залюбленного семьей мальчика. Лег спать позже десяти вечера или тайком в подворотне дернул понравившуюся девушку за волосы? Он прикинул и так, и этак, но ничего не мог придумать. Может, если бы они хоть раз поближе пообщались… Так ведь нет. Весь обратный путь в участок с места преступления они промолчали, как два сыча, даже не глядя друг на друга. Ван Ибо, по всей вероятности, от стеснения, а Чжань — не желая его смущать. Юй Бинь сделал многозначительное лицо, наклонился к Чжаню и горячо прошептал ему на ухо: — У Ван Ибо нет семьи. Он сирота и воспитывался в детдоме! Сказать, что Чжань был удивлен или поражен, — не сказать ничего. Уж очень не подходил Ван Ибо под типаж детдомовского ребенка. А Юй Бинь, насладившись видом опешившего друга, продолжил: — Это Цзи Ли на днях проболтался. Пока вы вдвоем дружно ловили убийцу, А-Ли нечем было заняться, и он решил покопаться в прошлом Ибо. Ты ведь знаешь, этот парень любит узнавать чужие тайны. Я тоже не поверил, когда Ли Ли рассказал мне, но он показал кое-какие документы. И знаешь, нам удалось понять, почему он такой… странный… слишком правильный, что ли… не знаю даже, как сказать. Ты готов? Психолог задумчиво кивнул. Мысли в голове обгоняли одна другую, они не складывались в цельную картину, и это его крайне раздражало. Он не привык к хаосу, все должно быть четко и упорядоченно. Может, Бинь, наконец, прояснит все своим рассказом. Но его следующие слова посеяли в мозгу Чжаня еще большую смуту. — У Ван Ибо — амнезия. — Что? — мужчина вскрикнул так, что многие в комнате на них оглянулись. Бинь прижал палец к губам, призывая к молчанию и продолжил: — Он не помнит детдом. Мы проверяли. Пару раз начинали болтать про детство, пытались разговорить, но он только улыбается такой растерянной улыбочкой, словно маленький ребенок, и смотрит на меня и Ли Ли своими огромными глазищами, как на мучителей. А потом нас за этим застукал шеф Лю. И нам мало не показалось… — И тогда А-Чэн и А-Цзинь сделали вывод, что цзючжан* неравнодушен к мальчику, так? * цзючжан — начальник Бинь Бинь засмеялся: — Они не поняли, почему шеф вдруг психанул, но в итоге сделали свои выводы. Хоть и неверные. Лю-чжан рассказал нам про амнезию — якобы ему сообщил врач полицейского управления. Видимо, что-то травмирующее в детстве, о чем Бо-ди предпочел забыть. Жизнь до детдома он тоже не помнит. Какая-то мутная история. Мне не понравилась, и, хотя шеф велел нам больше не соваться туда, я все же выяснил: отец нашего босса дружит с начальником полиции в Лояне. Они с женой бездетные, поэтому супруга полжизни провела, помогая больницам и приютам. В одной из них она и увидела на кровати замотанного в бинты, в синяках, замученного, но от этого не менее красивого ангелочка. Как ты понимаешь, это и был наш Тянь Тянь. Люди нашли его возле стройки, в детдоме сказали, что он в очередной раз сбежал, сам Ибо ровным счетом ничего не помнил, даже практически не говорил. Жена начальника прослезилась, уговорила мужа, и они усыновили мальчишку. И не пожалели: вскоре он стал первым учеником школы, потом решил идти по стопам названого отца — в полицейскую академию. Но не захотел работать под началом папы после выпуска, и его определили в какой-то захудалый участок, а потом, за проявленные знания, перевели сюда, в Пекин. Сам Ибо вряд ли догадывается, но в нашем отделе он точно не без участия собственного отца и его друга. Думаю, начальник Лю присматривает за ним, хотя поблажек не дает. Уверен, что, если бы наша конфетка не проявила себя в Лояне, он ни за что бы не взял его просто по протекции. Не тот человек. Чжань выслушал друга и надолго замолчал, переваривая сказанное. Юй Бинь тоже ушел в себя, помешивая соломинкой коктейль. Так они сидели довольно продолжительное время, потом Сяо с надеждой посмотрел на него: — А… Бинь насмешливо глянул на мужчину и усмехнулся: — Не ты один такой умный, диди. Но там глухо, тупик. В детдоме через пару лет после усыновления был пожар. Небольшой, никто не пострадал, хотя сгорели все архивы. Если кто и видел бумаги, то только друг отца шефа Лю. Кстати, фамилия у него не Ван, а Чэнь. Чэнь Ижу. Значит, фамилия у парня настоящая. Но ты же знаешь, сколько в Китае Ванов… После окончания встречи с коллегами Ван Ибо на такси отправился домой. Собственная маленькая квартирка-студия в хорошем доме была его небольшой гордостью. Купить ее помогли родители, но он регулярно из зарплаты выплачивал им долг, потому что хотел быть самостоятельным и независимым. Почему-то любая мысль о жизни с кем-то, кроме приемных отца и матери, его очень пугала и доводила до истерики. Объяснить это он мог только своим странным и загадочным прошлым, которого, к слову, совсем не помнил. У него случались кошмары, но лиц и событий Ибо, просыпаясь, не помнил. Кажется, там были мужчина, женщина и мальчик. Или много детей. Или ему только так казалось. Свое жилье он содержал в идеальной чистоте. В обстановке гармонично сочетались белый и светло-голубой цвета. Еще одна привычка — прибирать квартиру и мыть посуду, когда его что-то нервировало, тоже была у него с детства. На стеллаже в спальне стояло множество фигурок и композиций, собранных из лего. Это занятие успокаивало парня, заставляло сконцентрироваться. За ним он с детства мог сидеть часами. Удобно устроившись на кровати юноша стал вспоминать недавние события. Больше всего на данный момент его удивлял и интересовал Сяо лаоши. И как только тот смог понять, что стрелу воткнули, а не выстрелили в жертву издалека. Надо бы к нему присмотреться и поучиться некоторым приемам, раз они такие полезные.