Арк-хив

— И что вы делаете? — поинтересовался Айронвуд, глядя, как Библи быстро листает страницы планшета, делая поправки и отмечая «истории». — Фильтр ставлю, — ответил Библи. — Что-то наподобие родительского контроля, чтобы Принц, и другие ребятишки, не увидели серые или темные реальности: я хоть и желаю для Принца добра и понимаю, что рано или поздно он увидит «грязный реализм», но давать смотреть миры полные дерьма, у меня что-то нет желания. — А такие бывают? — удивился Кроу. — Да, — поморщился Библиотекарь. — Вселенная и различные хтонические сущности любят взбалтывать мироздание, создавая различные ответвления с «плохими концовками», или, например, мирами, где моралью подтирается чуть ли не каждый. Взрослые переглянулись между собой. Они не хотели, чтобы их «детишки» — какими бы те ни были Охотниками и Охотницами — видели грязные моменты, каких довольно много на Ремнанте. — Так-с, с фильтром закончил, — хлопнул в ладоши Библи. — Но Библиотека уже взяла пару миров и вставила их в «плеер», да и мне самому хочется показать их вам всем, так что нам придётся их просмотреть, тем самым пометив, как просмотренные. — Там всё настолько плохо? — спросила Кали. — Скорее… слишком реалистично, немного недотягивает до «темной реальности», — ответил мужчина. — Всё же Жон не всегда является главным героем «Мира», и порой берёт на себя задачу пушечного мяса. Как говорится — у каждого бывает «плохой день». После последних слов Библи махнул рукой, приглашая гостей Театра занять свои места. Спустя пару секунд Библи нажал на «пуск». Экран засветился. — Эй, Арк, лови! Рука машинально схватила летевшую в его сторону банку пива. Секундой позже на скамейку рядом с ним, перемахнув через спинку, приземлился улыбающийся во все 32 зуба Кардин. Молодые люди с экрана устроились на скамейке городского парка, вокруг них было столпотворение других знакомых и незнакомых для учителей Бикона молодых Охотников. — Что за… Каждый из молодых Охотников обладал мраморной кожей мертвеца с вязью темных — даже черных — вен и глазами с красной радужкой, и черной склерой заместо белой. Они всем своим видом походили на помесь Гримм и человека. — Они словно… — прошептал Озпин. Но продолжить мысль вслух он не захотел. Рядовой первого класса Винчестер погиб в первом же бою: огонь противника задел энергоблок ранца, вызвав мгновенное возгорание. Десантник вспыхнул, словно спичка, не успев даже понять, что случилось. Поганая смерть. — Десантник? — полушепотом произнесла Винтер. — Ага, — кивнул Библи. — Добро пожаловать на войну. — Они кадеты, — сказал Айронвуд. — Последний день каникул… Дальше экзамены, присяга и всё… — Кардин вздохнул. — Считай, в последний раз собираемся! Что, есть у кого мысли, куда дальше? Ну, кроме нас с Арком, конечно… — Мы с Саном присматриваемся к авиакавалерии. Будем как рыцари старины! Только вместо мечей с копьями — крупнокалиберные пулемёты и самонаводящиеся ракеты, хе-хе… Ну, а не выйдет — посмотрим, все войска важны, в конце концов. С тобой-то всё понятно, с такой родословной только в десантуру… А с Арком что? — Спросил Нептун. Старшина Вуконг и лейтенант Василиас: герои Салем и кавалеры Триады 3-й степени посмертно. Как и вся 8-я авиа-кавалерийская эскадра. Как и все, кто остался в рукотворном аду руин Атласа после провалившегося контрнаступления, прикрывая последнюю волну эвакуации. — Салем? — Нет, это не она, — ответил на вопрос древнего старика не менее древний Библиотекарь. — Салем в этом мире — планета, причем довольно отвратительная: ядовитая атмосфера, практически постоянные электромагнитные бури, опасные флора и фауна и так далее. Библи щёлкнул пальцами. Видео остановилось, и экран разделился на две части. — Салемская Корпорация назвала планету, вращающуюся вокруг звезды AlphaCentauri в системе Альфа Центавра, в честь себя самой. — Другая планета, — выдохнул Айронвуд. Атлас, да и весь Ремнант, давно уже мечтали притронуться к звёздам и тьме космоса, возможно даже, найти ответы на множество вопросов или технологии, что помогут победить Гримм, но Прах не действует вне атмосферы планеты, превращая дорогостоящее оборудование в космический мусор, который рано или поздно упадёт на землю. — Данная планета обладает поразительным количеством ресурсов, но, к сожалению, добыча с поверхности при помощи людей невозможна из-за опасности и радиационного фона, пыли, гроз и флоры с фауной. Так что Корпорация послала дронов, чтобы те добывали ресурсы и посредством космического лифта отправляли их в космос, где Корпорация уже спокойно могла как торговать сырым продуктом, так и отправлять его на обработку на собственные предприятия. — Но за дронами нужен уход, — уточнил знаток дела и владелец роботизированной армии. — Как бы совершенна ни была машина, уберечь её от поломок, влияния окружающей среды — невозможно, это уже не говоря о профилактическом осмотре или обновлении штата. — Правильно, — улыбнулся Библи. — Поэтому на планете построили несколько заводов с поддерживаемой пригодной для людей атмосферой и жилых комплексов при них — для рабочего персонала и их семей, если те пожелали перебраться на Салем за счёт компании. — Довольно выгодный вариант для них, — кивнула Винтер. — Рабочим, как я понимаю, предоставили преференции, дополнительный заработок и возможность обучения для детей, что даст корпорации верных и исполнительных служащих. Библи ещё раз обворожительно улыбнулся — вся его улыбка сочилась похвалой. Пока больше вопросов не поднималось и сеанс продолжился. — Ну, есть кое-какая новая информация… — Заговорщицки, — усмехнулся Кардин. –Жон у нас, скажем так, особенный. А, впрочем, сейчас остальные придут, он сам всё расскажет. Кстати об остальных… Из-за угла как раз показались два знакомых силуэта: Нора и Рен. Прямо-таки живая иллюстрация фразы «противоположности притягиваются». Во время очередного рейда за ранеными «Валькирия Аргуса», спасшая десятки жизней, попала под взрыв гранаты, лишившись ног и навсегда оставшись инвалидом. Провести протезирование в тех условиях было почти нереально, а после войны банально не хватало денег: нормальной работы нет, пособия едва ли хватает на пропитание и оплату жилья. Два года назад в её комнате прозвучал выстрел. На полу рядом со свежим трупом лежал наградной «Тропов». Практически все в зале дернулись от эха выстрела и звука падения пистолета на пол комнаты вместе с телом рыжеволосой женщины с проседью в волосах. Лишь Библи, Озпин и Айронвуд с Торчвиком только слегка поморщились от увиденного. Первый довольно часто видел такое. Второй уже практически привык к смерти, а двое последних застали такие моменты в своей жизни. Кроу незаметно поднял фляжку и отпил из неё: гриммова реальность и собственное Проявление давали о себе знать. Судьба Рена была неизвестна. Последний раз они виделись буквально считанные дни после выпуска. Тогда он сказал, что сам напишет или позвонит, как будет возможность.Это могло значить лишь одно: Корпус Специалистов.Но ни письма, ни звонка Жон так и не дождался. Кто-либо из их знакомых — тоже. Хотелось верить, что старый товарищ ещё жив и сейчас командует или тренирует новое поколение коммандос или оперативников Службы Безопасности… Но Жон был реалистом. Он знал, что незадолго до террацида специалистов начали бросать в усиление на передовую. Со всей успешностью, присущей идее отправлять разведчиков и диверсантов в сердце мясорубки. Наверняка где-то на обелиске в штаб-квартире СБ есть и его серийный номер. — Хорошо, что они этого не увидят, — пробормотал Гира. — Можно узнать причины конфликта? — поинтересовался Озпин. — Конечно, — Библи остановил сеанс. Экран мигнул, показывая спорящих мужчин и женщин. Одни были одеты в строгие костюмы, где преобладали черные и серые цвета с некоторым количеством красного, другие же одевались пёстро, и ни один из их костюмов не был точной копией друг друга. Это могло бы служить признаком разобщённости второй группы, если бы не единый символ у каждого на груди. — Конфликт высшего руководства, — кивнул своим мыслям Айронвуд. — Не совсем, — покачал головой Библи. — Данный конфликт глубже, чем кажется на первый взгляд. Это не просто желание обладать силой и властью — за ним стоят и другие мотивы. Ещё один щелчок пальцев Библи, и перед зрителями открылась земля, поражённая войной, разрухой и всеми сопутствующими болезнями мирового конфликта — Третьей Мировой Войны. — Это… — Земля, колыбель всего человечества, — ответил Библи. — Здесь люди родились, эволюционировали, дрались за место под солнцем. В этой мире существовало множество государств, народностей и культур со своими принципами и богами. Как вы уже догадались, конфликты землян уходили за рамки ваших конфликтов — мировые войны. — А Гримм? А другие враги? — Их не было, — продолжил лекцию библиотекарь. — Нет грим, нет фавнов, лишь люди и их низменные желания. Всего на этой Земле было три мировых конфликта, последний из которых вы можете наблюдать сейчас на экране. Первая мировая — заключалась в конфликте интересов сильных властных структур, таких как Германия, Франция, Великобритания и Россия. Все эти страны обладали значительной мощью, как в армии, так и производстве. — Битва за ресурсы. — И не только, — покачал головой Библи. — Германия была новообразованным государством, что стремилось объединить германскую нацию — пангерманизм, другими словами, это культурное и политическое движение, взявшее себе цель создать единую нацию на основе этнической, культурной и языковой идентичности. — Похвальное стремление, — кивнул Озпин, отпивая из кружки. — Да, и это в большинстве заслуга довольно интересной личности, советую, кстати, почитать о нём, когда найдется время, — сказал Библи. — Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шёнхаузен, политический деятель и «отец» Германии, как единого государства. Неоднозначный человек, попробовавший себя во многих начинаниях, однако, как не прискорбно это признавать, его идеи и начинания вылились в новый виток конфликтов. Ещё один щелчок и перед зрителями появился образ немолодого мужчины в летах, эдак сорока лет с прилизанными волосами, зачёсанными на левую сторону, и усами над верхней губой. — Адольф Гитлер, — произнес Библи. — Немецкий политик, основоположник и центральная фигура национал-социализма — «нацизма». Ввиду поражения Германии и её союзниц в Первой мировой войне, и заключения Версальского договора — та ещё бумажка — Германия потеряла территории — как в Европе, так и по всему земному шару, отказываясь от них в пользу стран-победительниц; вводились военные ограничения, ей навязали экономические условия дальнейшего развития, включая способ выплаты репараций. — Жестоко, — произнес Айронвуд. — После Великой войны мы тоже разделили сферы влияния и запретили создание монархии на территории Атласа и Мистраля, но мы не пытались ввергнуть противников в неподъёмные долги. — Всё очень просто, — прервал генерала библиотекарь. — Общие потери всех конфликтующих сторон, как военных, так и гражданских, составили восемнадцать миллионов четыреста двадцать девять тысяч шестьсот тридцать три человека. Так же имело место применение оружия массового поражения — ядовитый газ, и преступления против морали и человечности — геноцид мирного населения. Как я понимаю, такого у вас не было? Все медленно кивнули, одновременно пытаясь осознать, как так могло получиться, что миллионы людей не вернулись домой или уже просто не увидели белый свет. — Так вот… Гитлер устроил заварушку посерьёзней, — сказал Библи. — Вторая мировая война окончилась… смертью более семидесяти миллионов человек. — П-почему так много?! Библи щелкнул пальцами. Спустя тридцать минут он вызвал горничных, чтобы они прибрались в зале. — Перерыв.

***

— Успокоились, надеюсь? — сухим тоном поинтересовался Библи. — Он… — Сумасшедший, но крайне харизматичный лидер, — сказал Библи. — И поверьте мне, Земля таких правителей видела немало, но таких масштабы мы достигли впервые. — Зачем вы нам это показали? — прошипел сквозь зубы Гира, не отошедший ещё от исторических фотографий преступлений нацисткой Германии. — Чтобы уберечь, — вздохнул Библи. — Вы не представляете, как легко уговорить правителей других миров жить миром или хотя бы блюсти моральные ценности и не переходить рамки дозволенного после показа исторических фильмов об этом конфликте. — У нас не будет такой войны, — решительной произнес Айронвуд. — В ближайшем будущем, — парировал Библи. — Но, увы, вы не в силах заглянуть в будущее, и, возможно, когда с угрозой Гримм будет покончено… как вы думаете, что будет, если убрать монстров, что влекут отрицательные эмоции из мира, где люди привыкли жить за стенами? Постоянная экономия пространства, дефицит товаров из-за нападения Гримм и различного сброда… И вдруг — неожиданно — ты спокойно можешь выйти за стену, не боясь, что тебя сожрёт монстр, ты можешь убивать, грабить и насиловать, не опасаясь неукротимых чудищ? — Закон… — А он существует за стенами Вейла? Или Атласа? Я уже и не говорю о Мистрале и Вакуо… А ещё вы задумывались, что будет с фавнами? — А что с нами будет? — с опаской спросила Сиенна. — Мне именно вам напоминать, как вы желаете благополучия для фавнов? — ухмыльнулся Библи. — Что, если правительства вновь забудут о вас, словно фавнов и не существует, как тогда, во времена основания Менажери? Или как вы его называете… Он театрально и крайне задумчиво потёр подбородок. — Гр-р… — Ах да, — улыбнулся тот, не забыв звонко щелкнуть пальцами. — Зверинец! Звенящая тишина наступила в зале. Это слово слишком часто звучало в прошлом, так что среди культурных людей оно вызывает ненависть, и отнюдь не только среди фавнов. — Возьмите свои слова обратно, — строго произнесла Глинда. На её предложение Библиотекарь обворожительно улыбнулся и произнес: — Нико… Но закончить тот не успел. Вспышка — и Библи исчез со своего места. — Куда этот ублюдок делся?! — прорычала Сиенна. — Его вызвали, — ответил незнакомый голос с чарующими нотками. Все повернули голову к неизвестному, который оказался мужчиной с коротко подстриженными волосами, почему-то одетым в пижаму с летучими мышами и подушкой-обнимашкой с изображённой на ней полуголой девушкой. — Я Влад, — обнажил улыбку, полную клыков, Влад, однако она даже не пугала — а, наоборот казалась теплой и всепонимающей. — Я извиняюсь за… истерику моего друга, но эта тема для него довольно щепетильна… Продолжим просмотр? — Со мной вчера говорил полковник Айронвуд… Мне предложили вступить в Гвардию! — Жон сиял, но, судя по лицам друзей, те не разделяли его энтузиазма, а скорее находились в недоумении: радоваться им за друга или ужасаться. Ситуацию быстро исправил Кардин: — …Автарха. Он говорит про Гвардию Автарха. Не собирается его никто ссылать на архипелаг.— Переведя взгляд на Жона, юноша вздохнул. — У меня была такая же реакция, пока ты не пояснил. Я понимаю, что назвать колониалов гвардией — это как пытаться выдать беовульфа за обычную домашнюю собачонку, но не забывай, номинально гвардии у нас всё же две. И в одной из них, хвала богам, тебя пока что не ждут. Если ты, конечно, что-то о себе не скрываешь… — Я боюсь даже спрашивать, в чём отличия, — пробормотал Айронвуд. — Отличия просты, — светло улыбнулся Влад. — Гвардия Автарха — элита, личная охрана-армия, а Колониальная гвардия — оборванцы и преступники. Безбашенные разумные. — Разумные? — зацепился за слово Озпин. — Не люди? — Они называют себя Гримм, — ответил Влад. — Всё, что вы видите — это исход долгой и неприятной мутации. По сути, они даже и не люди, и людские законы на них не действуют… — Гвардии страж Арк… А что, звучит! Даже приятно будет такому честь отдавать! — Сан зашёлся заразительным смехом, который тут же подхватили остальные. — Брось, Сан! То, что я получу красную ленту, ещё не означает… — Жон попытался было унять товарищей, но его перебил Нептун, последние несколько секунд листавший инфопланшет. — Да нет, означает! Устав, статья 21: «Бойцы Гвардии Автарха расцениваются, как старшие по званию относительно солдат и офицеров всех прочих войск — кроме Корпуса Специалистов — чьё звание ниже полковника/капитана 1-го ранга, и как равные по званию — относительно специалистов и офицеров рангом полковник/капитан 1-го ранга и выше, за исключением командующих армий/флотилий, командиров специальных тактических групп и представителей особоуполномоченного отдела Военной Полиции (а также солдат и офицеров, находящихся в их (представителей ОО ВП) непосредственном подчинении). Отдавать приказы бойцам Гвардии могут лишь лично автарх либо лица, имеющие специальное на то право в соответствии с распоряжениями автарха». — Закончив зачитывать, юноша перевёл дух и, хитро улыбнувшись, вдруг вскочил и встал по стойке смирно. — Курсант Василиас прибыл, сэр! Какие будут приказания, сэр? Компания взорвалась хохотом. С судьбоносного вечера, когда полковник сделал ему то предложение, и вплоть до окончания изнурительных месяцев отбора и подготовки, Жон не мог поверить в свою удачу. Даже когда ему вручали гвардейские ленту и брошь, а затем, поднеся Кодекс, сказали принести клятву, он ожидал, что окружающий мир вот-вот рассыплется в пыль, оказавшись не более чем сном. Эти ленту с брошью он пронёс через всю войну: через самые страшные бои, через самые долгие марши, через террацид и последовавшее за ним переселение… Лишь чтобы полгода назад продать. Квартира Жона с экрана оказалась маленькой и погрязшей в мусоре. Бутылки и банки из-под пива, остатки еды быстрого приготовления — но первого было больше, чем последнего, и сверху добавлялся слой пыли практически на всём. — И это квартира ветерана войны? — нарочито спокойно сказал Айронвуд. — Джимми, — прошептал ему на ухо Кроу. — Давай, не будешь ломать стулья, а? Генерал перевёл взгляд на свои руки, который полыхали искрами Ауры, и на щепки от ручек от кресла. — Хм, интересно, — прошептал Влад. — ISA… это местное НАТО?.. Хм, понятненько. — И что это значит? — спросил Озпин, переводя взгляд с экрана на Влада. — ISA, или Interplanetary Strategic Alliance, в переводе означает — Межпланетный Стратегический Альянс, — прочитал по планшету Влад, движением пальца выводя на главный экран знак отличия МСА. — Это организация создана на основе Миротворцев ООН — Организации Объединённых Наций, по сути, она является единственной армией, объединяющей в себе флот — как морской, так и космический — армию и военно-воздушные силы. — Каковы её задачи? — поинтересовался Айронвуд. — Охрана, работа полицией и сохранение интересов United Colonial Nations, в переводе, Объединённые Колониальные Нации. Она собирается из добровольцев с колоний, оплачивается самими колониями, но оснащается за счёт всех Колоний, а не местной администрации. — Значит, это главная сила, что победила… Гримм, — покивал Айронвуд, но затем, моргнув несколько раз, неожиданно произнёс. — Стоп, а разве это не делает МСА разобщенной силой, распылённой тонким слоем по всей территории? Влад кивнул. — Тогда как они смогли победить Гримм, если те напали неожиданно и имели преимущество в солдатах, технике и, вероятнее всего, их подготовке? — удивленно произнесла Винтер. С ней согласно кивнула Сиенна. — United Colonial Army, или Объединённая Колониальная Армия, — ответил Влад. — Это армия, созданная на основе НАТО. Хорошо организованная, профессиональная, обеспеченная наилучшим оружием, техникой и так далее. Порой попадаются прототипы. — А тогда зачем МСА? — спросил генерал, а затем осознал. — Только не говори… — МСА было создано в качестве «пугала» и элемента сдерживания колоний от… излишней свободы, — мягко закончил Влад. — Они… это диктатура! — воскликнула Сиенна. — Нет, — покачал с улыбкой на губах Влад. — Это политика. ОКА — это личная армия Земли. Можно сказать, что это главная сила, что держит в узде все колонии. МСА — это знак предупреждения, а ОКА — пулемёт, что расстреливает всех перешедших за знак. Продолжим просмотр. Скупщик оценил его честь и доблесть в 2000 кредитов. Судя по тому, как всего через неделю у входа в его лавку приземлился флаер дорогой модели, принадлежавший, очевидно, какому-то коллекционеру или представителю музея, эта сделка принесла ему намного больше. Жону же она принесла ещё несколько месяцев наличия крыши над головой, ящик пайков и несколько фляг самогона — вроде как даже не самого плохого, если судить по тому, что он ещё не ослеп и не начал блевать собственными внутренностями. А ещё — новую боль, от которой, впрочем, как и от уже имеющейся, помогало старое доброе средство. Запои. Всякий раз начинавшиеся с очередного приступа отчаяния, и всякий же раз заканчивавшиеся почти что истеричным самобичеванием, обещаниями самому себе всё исправить и планами начать новую жизнь. Далее, как правило, шла пауза длиной от пары недель до месяца, после чего Жон вновь осознавал, в какой же глубокой заднице находится, и цикл повторялся. Снова отчаяние. Снова алкогольная пелена, притупляющая сознание. Снова невыполнимые обещания и планы, которым так и суждено остаться лишь планами. Война началась внезапно. Нет. Не так. Война не началась, она уже длилась 2 года. Внезапно она дошла до них. Внезапно из нападавших они стали обороняющимися. Когда они только начали вторжение на Ремнант, СМИ и соцсети регулярно докладывали об успехах салемских войск. «Орбитальная сеть обороны уничтожена: 5-я и 6-я флотилии на острие атаки!» «Север — наш! Первые подразделения 3-ей ударной армии успешно высадились и взяли под контроль плацдарм для дальнейшего наступления…» «Вейл окружён! Генерал Лайонхарт предлагает ремнантскому командованию начать переговоры…» Так было первые несколько месяцев. Затем заголовки начали становиться всё более нейтральными, тексты — всё более скупыми на детали. Публиковаться новости с фронта стали значительно реже, а в определённый момент — и вовсе практически исчезли. — Почему они проиграли? — спросил Айронвуд. — Судя по всему, у них всё шло отлично… — Мегакорпорации, наемники и пара людей в нужное время и в нужном месте, — ответил Влад. — Они пошли против всех и вся… — Месть, — кивнул своим мыслям Озпин. — Она самая. Так, во всяком случае, оно было для обывателей. Но не для Жона. И не для любого другого гвардейца, стоявшего на посту в кабинете автарха. Конфиденциальные разговоры, шедшие почти шёпотом. Отчёты и следовавшие за ними холодные распоряжения. Полные ярости и недовольства крики спорящих. Срочные, полные паники донесения. Стоя безмолвными статуями в ожидании приказа, они не должны были обращать внимания на сеансы связи автарха с эмиссароми не должны были их обсуждать. Но это не значило, что они их не слышали. Айронвуд моргнул, ещё раз моргнул, потер переносицу и вновь взглянул на знакомую архитектуру здания. Поместье Шни — не точная копия, явно больше, массивней и как раз в вкусе Жака, но общие черты — «гнёздышка» Шни с Ремнанта. — Ох, — прикрыла глаза Винтер. — Мой отец - автарх Гримм! «1-я штурмовая рота Колониальной Гвардии уничтожена. Полковник Каллоус погиб». «3-я ударная армия отброшена к укрепрайону «Цитадель». Большие потери. Генерал Лайонхарт не уверен в возможности удержать плацдарм собственными силами. Срочно запрашивает подкрепления». «Прибывают подкрепления ISA. Большая часть кораблей группы флота «Ремнант» рассредоточена по рубежам системы и предпринимает попытки задержать противника». «Спецгруппа полковника Ваттса минирует ключевые объекты и отступает из Мантла. Удалось захватить документацию и несколько образцов.Ремнантские наёмники освободили адмирала Гудвич. Работа по проекту «Эсхатон» приостановлена. Полковник запрашивает транспорт для возвращения на Салем». — Ещё и наёмники, — невесело вздохнул Айронвуд. — Я даже… немного рад, что я на стороне гримм. — Я адмирал? — удивилась мисс Гудвич. — Да, — кивнул Влад. — Но вам не захочется узнать своего двойника поближе. — Это ещё почему? — влез в разговор Кроу. — Вам Библи показал оружие массового поражения? — спросил Влад, и увидел, как поморщились и позеленели все гости. — Вижу, что показал. «Эсхатон», или «проект Эсхатон» — это вирусное оружие, способное убить гримм за секунды. Мисс Гудвич было поручено «провести полевые испытания». Женщина побледнела. — Э-это… — Грязно, — сплюнул на пол Кроу. — Даже для наших консулов… хотя для бывшего короля Мантла… — У вас тоже его использовали, — кивнул Влад. — И как оно? — «Подавители Эмоций», «Подавители Индивидуальности», «Гнев Севера», «Трихимоностаз», — перечислил Озпин и в конец с заминкой добавил. — «Пустота». — Последнее… — Уничтожено полностью. Заводы, записи о нём… — ответил Айронвуд. — Любая найденная информация об этом газе должна быть немедленно передана ближайшему Охотнику или полицейскому, любое укрывание информации о самом газе, законсервированных складах или о его создателе, а также хранение любого количества газа карается смертной казнью. «3-я ударная армия и «Цитадель» уничтожены. Генерал Лайонхарт убит. Уцелевшие силы пытаются выйти из окружения и срочно требуют эвакуацию». «Группа флота «Ремнант» лишилась более 80% судов, идёт подсчёт потерь личного состава. ISA прорвались в систему. Оставшиеся корабли стягиваются к Ремнанту и приступают к погрузке выживших из 3-й ударной». «Бумагу жгите, жёсткие диски — ломайте, а потом жгите! Лейтенант, код от сейфа в стене — 2422, от сейфа в столе — 7380! Ты! Да, ты! Бегом в серверную! Быстрее, быстрее! …Сэр? Сэр, вы меня слышите? Отлично. Сэр, все суда, кроме нашего, успешно совершили прыжок и приблизятся к Салем через несколько часов. Мы потеряли двигатели и окружены. В соответствии с протоколом, я и несколько членов экипажа уничтожаем документацию. Остальной экипаж, гардемарины и принятые на борт солдаты готовятся отражать абордаж. Капитан приказал техникам заняться перегрузкой реактора. Это было честью для меня. Слава Салем.». С того последнего, короткого, но крайне ёмкого сеанса посреди ночи, эмиссар на связь больше не выходил. Как он и сказал — через несколько часов, ближе к утру, объявилась группа «Ремнант». Вернее — то, что от неё осталось. — Сэр, это «Атлас». Говорит старший помощник Кхан. Капитан Белладонна убит, командование остальных судов также понесло потери. Как старший по званию офицер, я приняла командование группой на себя. — Я был на их стороне, — удивленно прошептал Гира. Его приобняла жена, а он её в ответ. — Докладывайте, старпом… — Обычно уверенный, энергичный и полный харизмы, автарх звучал крайне уставшим. — Не считая «Атласа», остались «Охотник», «Воевода» и «Свирепый». «Покоритель» не вышел из прыжка: их модуль был повреждён. С нами также прибыли 8 судов сопровождения: 7 барж огневой поддержки и 1 инженерный корабль. Все суда понесли значительный урон, ранжирующийся от критического с полным сохранением функций до необходимости активного поддержания минимальной живуч… — Короче. — Автарх нетерпеливо перебил офицера. — Хорошо… — офицер тяжело вздохнула. — Разрешите начистоту, сэр? — Валяй. — Ситуация — полное дерьмо. Мы однозначно небоеспособны как минимум на ближайшие месяцы, не говоря уже о том, что необходимо ещё компенсировать потерянные корабли. 3-я ударная… — Из динамика коммуникатора послышалось характерное чирканье зажигалки. — То, что я увидела, было даже не подразделениями. Это горстки выживших, которым каким-то чудом повезло не сгинуть во время зачистки очередного котла и не попасть в плен. Легче будет не восполнять их потери, а просто прикрепить к другим частям. Цветастые не стали нас преследовать, но контратака — лишь вопрос времени. Месяц, максимум полтора-два, и они постучатся в наши двери. И это — не учитывая подкреплений от ISA. Не знаю, какие конкретно силы они бросили в систему, но, если рассматривать самые худшие варианты, я бы дала нам не больше месяца. — Я вас понял. Что-ж… Во-первых, поздравляю вас с повышением, капитан Кхан. — В голосе автарха вновь появилась характерная сталь. — Во-вторых — новые указания. Слушайте внимательно. Не выходите на связь ни с кем за пределами группы. Скоро к вам будут направлены транспорты для приёма груза, личного состава 3-й ударной, раненых и убитых. Оставайтесь на позиции и ожидайте их. После отгрузки вы направитесь на верфи, в сектор Merlot Industries. Вас там будут ожидать. И ещё: ни слова о произошедшем. Официально вы — лишь часть флота, отправленная в тыл после тяжёлого столкновения с противником; 3-я ударная до сих пор находится на Ремнанте и ведёт бои. Детали можете придумать сами, только не забудьте их согласовать. Делайте всё, как я скажу, или будут последствия. — Сэр… — голос новоиспечённого капитана звучал шокировано. -А как же… — Делайте, что говорят, капитан. — Отрезал автарх. — Ещё какие-то вопросы? — Н-нет… — выдавила из себя Кхан. — Никак нет, сэр! Слава Салем! Конец связи. Тогда это решение показалось ему сомнительным, даже при всей его лояльности и годах муштры. Но теперь он понимал: народу нужна определённость. Не столь страшно, когда о поражении и грядущем вторжении сообщает размеренная речь диктора, а не вид того, что от некогда гигантской армады осталось чуть больше дюжины судов, а могучая армия — разгромлена и отступает. Айронвуд грустно улыбнулся: он, да и не только он, самостоятельно затирал моменты из истории и практиковал контроль над СМИ, когда это было просто необходимо. Всё же Гримм, всякие «племена»(отребье) и «семьи» (опасное отребье) губят поселения без разбора, а СМИ главное — сенсация, и плевать на то, что эта «сенсация» может привлечь ещё больше Гримм к городам и поселениям за стенами. Иногда нужен контроль… а о свободе можно подумать и потом. Разумеется, полностью избежать волнений не удалось: к счастью, Имперская Полиция и Министерство Массовых Коммуникаций быстро заткнули паникёрам рты при помощи групп захвата, усиленных патрулей на улицах, блокировок аккаунтов в соцсетях и своевременного прекращения работы отдельных сайтов и телеканалов «по техническим причинам». Идеальным такой вариант не назовёшь, но, в целом, он сработал — население районов, где, предположительно, должна была пройти высадка основных ремнанстких сил, исправно собирало вещи и вставало в очередь на эвакуацию, местная администрация активно сотрудничала с военным командованием, помогая обустраивать оборону, а сотрудники производств и инфраструктурных объектов консультировали сапёров на случай необходимости минирования. На планете в целом же в разы увеличился поток добровольцев в армию, а Merlot Industries быстро уверили начавших было беспокоиться гражданских, что сделают всё возможное и пожертвуют колоссальные средства на сохранение приемлемого качества жизни, медицинское обслуживание, и компенсацию материального ущерба. Соседство с линией фронта, введение продовольственного режима и экономический кризис выглядели не чем-то ужасающим и фатальным, а лишь весьма неприятными, но неизбежными временными трудностями. Одними из множества, через которые прошли Гримм за свою не слишком длинную, но весьма насыщенную историю. Во время Первой Внесолнечной независимость, пусть и не без потерь, отстояли. Назло цветастым выжили, заселили Салем, восстановили инфраструктуру. Блокаду с голодом и эпидемией пережили. Предательскую Администрацию сбросили. Кризис выдержали. Так кто сказал, что они не справятся с этим? Естественно, тогда ещё никто не мог даже предположить, что в течение всего одного года они потеряют сначала первичные позиции, затем столицу и практически все территории южнее Аргуса, а после — и всю планету. Что из полутора миллиардов уцелеют лишь несколько миллионов. Что новой родиной им станет гигантское гетто, отгороженное от остального мира минами, кружащими в воздухе дронами, бороздящими море патрульными судами и дежурящей группой флота с тактическими боеголовками наготове. Что единственным шансом вырваться из нищеты, не считая военную службу, криминал и «вытягивание счастливого билета», будет переселение на материки и работа на бывших врагов, что, не стесняясь, льют грязь на их нацию, а об их природе в лучшем случае говорят как о какой-то болезни. У Сиенны дернулся глаз. Эти слова задевали в душе женщины очень, просто крайне деликатные струны, которые трогать лучше не надо — подобру-поздорову. — Эти мутации… — Салем — неспокойная планета, как и было сказано, и в течение нескольких поколений люди перешли на следующую ступень эволюции, — пояснил Влад. — Следующую? — Гримм обладают большей выносливостью, куда более острым умом и стойким организмом, — сказал Влад. — Это делает их лучше людей… Официально Ремнант помогал им, выплачивая репарации и поставляя гуманитарную помощь. Но, конечно же, лишь официально: действительно поверить в подобное могли лишь законченные идиоты вроде Робин Хилл, регулярно кричащейщей о «стране-тюрьме» и «озлобленном народе с отсталым рабским менталитетом, что упрямо отказывается принимать ценности свободного мира». Вернее, кричавшей — когда вскрылся факт финансирования её партии из-за кордона, и ей заинтересовались полиция и Служба Безопасности, у неё появились дела поважнее. Навроде попыток получить у Ремнанта политическое убежище или хотя бы пойти по статье, которая не предполагает казнь или пожизненный строгий режим. Генерал хмыкнул. Хилл и у них была той ещё занозой в заднице. Её бы поддержали в Атласе, уже не говоря о финансировании назло Жаку или просто из-за обыкновенной сердобольности стариков с достатком или их энергичных наследников, но на корню всё губит её… «политика партии», если так можно сказать. Порой Айронвуд даже думал поймать Робин и поговорить с глазу на глаз. Реальность была куда как более прозаичной и жестокой: репарации были мизерными и выплачивались крайне неохотно, а за хвалёную гуманитарку, как и в блокадные годы, выставлялись совершенно грабительские цены, которые, как ни прискорбно, Новая Салем безропотно принимала: без поставок им не выжить, да и канцлер не имела того стержня, которым обладал её отец. — Я стала канцлером… — Поздравляю, Специалист Шни, — похлопал по плечу девушку Джеймс. Жак Шни возвёл из руин уничтоженного мира великую державу и дал народу надежду на будущее. Винтер Шни не могла контролировать собственное государство, чаще поручая принятие решений советникам и главам ведомств, а всё, что она давала народу — пустые слова во время редких появлений на публике, причём явно заготовленные без её участия. Жон всё больше склонялся к мнению, что канцлером её назначили не столько из практических соображений, сколько из уважения и политического веса её фамилии. Если ему не изменяла память, и он правильно всё понимал, автарх, несмотря на старшинство, планировал передать бразды правления не ей, а кому-то из других детей — скорее всего, младшему, Уитли. В отличие от сестёр, что больше пропадали на балах и в различных поездках, мальчик дни напролёт проводил за книгами, уроками с лучшими учителями занятиями с лучшими тренерами, а также старался не упускать ни единой возможности сопровождать отца на различных совещаниях, переговорах и деловых встречах, впитывая знания и опыт, словно губка. Да, из него бы вышел хороший автарх. Ну или канцлер, если смотреть по текущим реалиям. Пулям было на это плевать, да и знать они об этом не могли. То же касалось и ремнанстких охотников, что их выпускали. — «Ремнантские охотники»? А причём тут они? — удивился Айронвуд. — Ремнант — это вторая планета, заселенная Салемской Корпорацией, — ответил Влад. — Обладает приемлемой атмосферой, климатом и просто является райской планетой, как раз для жизни людей и основания нового главного офиса корпорации, а также хорошо подходит для торговли, так как стоит на пути движения большинства кораблей. — Ещё и гражданская война! — нисколько не удивленно воскликнул Кроу. — Что ещё в это… — Ремнант после войны между Салемской Корпорацией и Землей перешёл к Земле, — улыбнулся Влад. — Они забрали целую планету в качестве репараций, — прошептал Озпин, поставив кружку с кофе на столик. — А? — Влад с улыбкой покачал головой. — Нет, Ремнант сам перешел на сторону МСА и их союзников во времена Первой Внесолнечной войны. — Они предали собственных людей, — прошептал Айронвуд. Предательства генерал не прощал. Никогда не прощал и никто не смог уйти от правосудия. — Ох, мать твою… — Это интересный дизайн, — произнесла Винтер. — Похож на старую модель бронетранспортёра, — щелкнул пальцами Айронвуд. — Мы отказались от такой модели: легче доставить отряд на снегоходах или буллхедах, чем искать дорогу для такого транспорта, да и небезопасно ездить на таких машинах по Гримм-инфицированным землям. — Правда? — удивился Влад. — У нас на Земле до сих пор используют такие машины, точнее, модернизированные модели, и они вполне справляются с поставленными им задачами. Первым, что он почувствовал, была острая пульсирующая боль в голове. Ожидаемо, если последним, что он увидел перед потерей сознания, был стремительно летящий в его сторону ящик. Зрение плыло, а глазам потребовалось несколько секунд, чтобы «поймать» фокус и привыкнуть к… полумраку? Даже при потере питания экстренная батарея должна была поддерживать аварийное освещение в салоне и кабине ещё минимум час. Сколько он, чёрт возьми, так провалялся? Да и даже если так — оптика шлема должна была переключиться в ночной режим. Внутренности бронетранспортёра тонули в полумраке. Глаза Жона ещё не привыкли к такому количеству света. Лишь свет луны развеивал тьму. Рука инстинктивно метнулась к лицу. Вместо стали и полимеров он наткнулся на кожу. Дьявол. Его приложило крепче, чем он думал: проклятая коробка буквально вырвала нашлемный визор вместе с креплениями. Дышать было тяжело. Видимо, удар повредил и респиратор.Плохо. Очень плохо. Замену нужно будет найти как можно скорее. Заученными движениями Жон быстро, настолько, насколько позволяли всё ещё еле слушающиеся руки, отсоединил разбитую маску от шлема и отшвырнул теперь уже бесполезный мусор в сторону.Маска полетела по довольно странной траектории и приземлилась… На потолок. Что ж, ему не показалось, что ремни слишком сильно давят. Транспорт перевернулся. Из чего такого по ним вообще зарядили? Все вопросы потом. Нужно было отсюда выбираться. И быстрее вытаскивать Шни. Кстати, а где они? Кресла, которые во время поездки занимали жена и дети автарха, пустовали. Они могли выбраться самостоятельно, их могли вытащить оставшиеся пассажиры и члены экипажа — сам по себе данный факт ещё ни о чём не говорил. Сам по себе. Но было и кое-что ещё. Кое-что в разы страшнее. Во-первых, если бы их эвакуировали из подбитой машины, вытащили бы и его — кроме разбитых в кровь лба и носа видимых серьёзных повреждений, из-за которых его могли принять за труп, не было. Во-вторых, сидевшая прямо напротив него министр внутренних дел Роуз явно была мертва. Тело женщины было буквально изрешечено пулями, а её некогда прекрасное лицо — навечно искажено гримасой ужаса, боли и непонимания. Та же участь постигла и двух телохранителей, сидевших от неё по бокам: один из них даже вроде как успел среагировать, если судить по вынутому из кобуры «Лису», до сих пор свисающему с полуразжатой ладони. Не то, чтобы в итоге это ему помогло. Двое друзей непроизвольно дернулись из-за картинки на экране. Лицо Саммер с застывшим ужасом на нём, и израненное тело с лоскутками одежды, разорванной пулями. Кроу сжал плечо своего друга в качестве поддержки. Он и сам был — краше в гроб кладут, но всё же держался, а вот у Тая заплыли глаза -то ли от ярости, то ли из-за наворачивающихся слёз. От него не отставали другие знакомые и друзья убитой женщины с экрана. В-третьих — даже спустя явно приличный промежуток времени, он всё ещё чувствовал запах, столь хорошо знакомый ему с курса «Тактика городского боя». Запах инженерного резака и прожигаемого им металла. Напрашивающийся вывод был неутешительным: кто-то устроил засаду на конвой, остановил его, перебил эскорт, а затем вскрыл дверь в салон транспорта с ОВП и, нейтрализовав сопротивление и — судя по убийству министра Роуз — свидетелей, похитил Шни. Кто-то очень хорошо снаряженный и подготовленный. Почерк, буквально кричащий: «охотники». И произошло всё это чёрт знает сколько времени назад. Шни и их похитители могли быть где угодно. И тем не менее, будучи гвардейцем, он был обязан попытаться. Вверив ему безопасность своей семьи, автарх оказал огромную честь. Не оправдать его надежд — преступно само по себе. Расстегнув ремни и перегруппировавшись, он максимально тихо спустился на потолок. Высвободив пистолет-пулемёт из руки мёртвого телохранителя министра и быстро выудив из его разгрузки пару дополнительных магазинов, Жон проверил боезапас в самом оружии. Полный. Хреново было так говорить, но хорошо, что телохранитель не сделал ни единого выстрела. Это слегка экономило время и улучшало его положение. Прокравшись к выходу, гвардеец высунулся, чтобы осмотреться. Единственными звуками были лишь завывание ветра и потрескивание голубоватого прахового пламени от уничтоженной техники. Не обнаружив угрозы, Жон расстегнул маленький кармашек на плече и выудил оттуда маленький чёрный с жёлтой полосой инъектор, после чего зубами снял пластиковый колпачок и вогнал иглы в плечо. Боль, слабость и головокружение вмиг начали уходить. Дождавшись, когда укол начнёт действовать в полную силу, Жон покинул машину и начал медленно продвигаться вдоль разбитого конвоя. Дорога была усеяна трупами. И все из них были облачены в салемскую форму. Либо противник был настолько хорош, либо он забрал своих убитых с собой. И то, и другое указывало на охотников. Они были элитой войск ISA. Цепными псами, что рвали в клочья любого, на кого укажут их хозяева. А ещё некоторых из них защищал персональный генератор щита «Аура», превращавший просто хорошо подготовленных и наглухо отбитых отморозков в хорошо подготовленных и наглухо отбитых отморозков, которых крайне сложно убить. Айронвуд кивнул, принимая к вниманию «персональный генератор щита». Похоже эта вещь было чем-то вроде заменителя Ауры в этой вселенной, при чём созданная искусственно при помощи технологий без участия души. Уважительного кивка также заслужил Жон: быстро осмотрел, понял, что случилось и принял к сведению, попутно начав искать следы вверенных ВИП-персон. — Винтер, напомни посмотреть в Библиотеке о «персональном генераторе щита», — озаботился ближайшим будущим генерал. Из этого потока мыслей Жона выдернуло ощущение чьей-то руки на своей голени. Резко крутанувшись, припав на колено и вскинув оружие, он уже готов был выстрелить, остановившись в последний момент. — Свои-свои-свои! — просипел мужчина, в котором Жон узнал командира взвода, сопровождавшего их. Он был в скверном положении: всё тело ниже груди было скрыто под лёгшим на бок вездеходом. Заметив взгляд Жона, офицер вымученно усмехнулся. — Хе-хе-хе… Как видишь, я немного застрял… Кхе… Ты ведь тот гвардеец, что ехал вместе с Шни… Ищешь их, так? Кхе-кхе… — Ты видел, что произошло? Куда их забрали? Сколько их было? — Всего четверо… Помню, удивился ещё, как это нас такая горстка раскидывает… Кхе-кхе… А потом увидел, как от одного ублюдка пули отлетают, ясно всё стало: по наши души охотников послали… Ммм… — Офицер сморщился от боли. — Твою же… Слышь, парень… У тебя случаем «Панацеи» не завалялось? Я слышал, вам её в стандартном комплекте выдают, мало ли… «Панацея» или, как её называли официально, «экстренная универсальная инъекция V2», была крайне мощным коктейлем из стимуляторов, антибиотиков, обезболивающего и питательных веществ. Как и предполагало название, она предназначалась для экстренных случаев: при необходимости срочно временно стабилизировать чьё-то состояние — будь то тяжелораненый, готовящийся дать последний бой, или же обнаруженный пропавший без вести, находящийся на грани из-за истощения. Она действительно входила в стандартный комплект гвардейца. И она у Жона была. Целых 4… уже 3 шприца. Но она была нужна ему самому: без укола он вряд ли сможет нормально сражаться, да и кто знает, в каком состоянии он найдёт Шни. — Нет. Извини. — Он не поделился с сослуживцев «Усилителем»? — раздраженно произнесла Винтер. — А что ты хотела, Шни? — язвительно протянула Сиенна. — Шансы выживания его сослуживца минимальны, половина тела придавлена, в рану точно уже попала инфекция, даже если он его спасёт, то запорет свою основную миссию. — Правильно, — кивнул Влад. — Всё нормально… Ладно. Короче. Когда эти мрази из вашего БТРа Шни вытащили, одна — видимо, главная — всё ругалась по рации. Многого я отсюда не слышал, но походу они планировали улететь прямо отсюда. А наше ПВО им нагадило. Дальше было что-то про следующее окно и вторичную точку выхода… А потом они со Шни двинули туда. — Мужчина махнул рукой в сторону зарослей леса. — Прямо мимо меня прошагали… Только чудом не засекли… — Понял. Жон уже начал распрямляться и собрался было уйти, когда мужчина вновь схватил его за ногу. — Эй, парень. Слушай. Я однозначно всё… Пожалуйста. — Сделав несколько глубоких вздохов, он продолжил. — «Милосердие Гримм». Я не хочу так. Лучше сразу. Жон вновь опустился на колено и, не говоря ни слова, обхватил руками голову офицера, после чего кивнул и, дождавшись кивка в ответ, одним резким движением свернул тому шею. Не самый изящный и достойный способ избавить от страданий брата по оружию, но патроны были на вес золота, да и шум поднимать было нельзя. Осторожно уложив обмякшее тело, он отсоединил от шлема мертвеца респиратор и визор, после чего присоединил к своему. Несмотря на внешнюю побитость, как показала быстрая проверка — оборудование исправно работало. Это, конечно, были общевойсковые модели, не обладавшие тем набором функций, что имелся у гвардейских, но всяко лучше, чем ничего. Проведя по лицу офицера рукой и закрыв тому глаза, Жон встал и, не теряя ни минуты, зашагал в указанном направлении. Местность болотистая, даже на транспорте далеко не уйдёшь. Не говоря уже про наступившую ночь. — Он… — Удар милосердия, — пояснил произошедшее на экране Влад. — Его, правда, чаще всего используют на противнике, которого невозможно спасти, либо во время охоты охотник добивает точным ударом раненое животное, но мне приходилось наблюдать и такую вариацию «удара». У вас такое было? — Нет! — воскликнули практически все. — Да, — полушепотом произнес Айронвуд, а с ним кивнул Озпин. — Что? — Винтер, у нас есть несколько приказов… они были приняты во времена, когда активность Гримм на территории Атласа была максимальна, — ответил Айронвуд. — О, как при осаде Масада? — щелкнул пальцами Влад. — Во время осады этой крепости, Эл‘азар бен-Яир, еврейский вождь, увидев, как стены города пали и войско врагов готовиться к последнему штурму, отдал приказ нанести «удар милосердия» всем женщинам и детям, а затем — умертвить друг друга. В общем было убито чуть меньше тысячи человек, однако одна женщина и её дети укрылись и спаслись от «удара» в спину защитниками крепости. — Это ужасно, — прикрыла рот Кали. — Неужели враг был настолько жесток к пленным? — Мм… времена были жестокие, враг же… скажем так, он удивился такому повороту событий, да так, что вывез женщину и их детей подальше от «дикарей», — сказал Влад с улыбкой. — Держитесь. Я иду. — Оу, — Влад посмотрел на планшет. — Хм, перерыв!

***

— То есть вы говорите, что у вас завёлся монстр? — спросил старосту деревни Жон. — Да, ГЕРОЙ! — прокричал старик. — В пещере, в получасе пути от нас завелось ЧУДИЩЕ! Что-что? Гримм! Этот старик любит нагнать драмы и пафоса, подумал про себя Жон, пытаясь унять в ушах оглушающий звон. — Его не берут стрелы, оно похищает нашу еду и портит коровье молоко!!! — старик со слезами на глазах упал на пол, стуча по доскам кулаками. — НАШИ БЕДНЫЕ БУРЁНКИ!!! Чем они заслужили такую кару!!! Жон посмотрел на «бурёнку» — фавна-корову, что сидела рядом со стариком и утешительно гладила того по спине. Да, она явно бурёнка, где-то DD, и возможно больше. — Мой отец хочет сказать, — прощебетала девушка рядом с Жоном. — Что этот МОНСТР пугает нас настолько, что молоко не хочет больше даваться. А знаешь, как грудь болит?! Девушка — дочка старика и фавна-бурёнки — для убедительности схватила руку Жона и прижала её к груди. — Видишь?! ЧУВСТВУЮ!!! Проорал в мыслях молодой, ничего не понимающий блондинистый везучий ублюдок. Это действие девушки настолько застало Арка врасплох, что тот непроизвольно использовал собственное Проявление. — А-ах̴ Жон отдернул руку от груди девушки, которая прибывала в нирване и… это молоко? Жон, скрипя всеми шейными позвонками, повернул голову к Старейшине — это его настоящее имя — и ужаснулся от блеска в глазах старика. — ГЕРОЙ! НАМ НУЖНА ДРУГАЯ ПОМОЩЬ!!! — А к-как же монстр? — стуча зубами, изрек Арк. — ПЛЕВАТЬ!!! — с улыбкой, отдающей пошлостью, старик подскочил к Арку. — МЫ ОТДАДИМ ВАМ АБСОЛЮТНО ВСЁ, лишь вылечите наших коровок!!!