Гера с Рязани

На первое задание отряд ехал задорно, под музыку. Прямо к потолку "рафика" был прибит старый кассетный магнитофон, из которого доносился голос Кинчева. - Красное на чёрном! - подпевали пассажиры, бряцали оружием и трясли причёсками. Все были молоды и готовы к бою. Кроме Полянского и Цуркана в машине были ещё двое - Нефёдов и Оляпкин. Гриша Нефёдов был специалистом по убойному оружию. В мирной обстановке он выглядел как мальчишка, у него были совершенно невинные голубые глаза и копна светлых волос. Но своими руками он собрал пулемёт и ракетницу, два ящичка гранат и бронежилет. И это богатство парень прихватил с собой. Нефёдов взял бы с собой и небольшой танк, но тревога как раз оторвала от работ по его достройке. Пока машина ехала, Григорий времени не терял - он перебирал пули как горох и шептал им ласковые магические заговоры. Чтоб врага громили, без промаха били, наповал мочили. Оляпкин сидел за рулём. К нему редко обращались по имени и даже Геральт не мог вспомнить как этого товарища зовут. Шофёр этот Оляпкин был высококлассный, первостатейный. Говорили что он может проехаться по МКАДу с закрытыми глазами, с ватой в ушах и к тому же задним ходом. Единственное что смущало - Оляпкину шибко нравилась музыка. Так нравилась, что он дёргался в такт, сидя за рулём, закладывал лихие виражи под убойное гитарное соло. Оляпкин как и Геральт слушал рок, особенно его пёрло от Цоя и Кинчева, они даже были в рамочках на приборной панели, вместо иконок. - Коля! Сбавь обороты! - крикнул Цуркан, приложившись макушкой об потолок и едва не выронив арбалет. Вот и оказался Оляпкин Николаем. А замедляться не стал - по его прикидкам завод ЖБК находился совсем рядом. Появились корпуса, штабеля бетонных плит. И наконец здоровенный голем, который спокойно разгуливал за железным забором. Это было бетонное чудовище, с торчащей вместо ушей арматурой, лишённое глаз, но с огромным ртом. Голем бродил кругами, шатаясь и чуть ли не запинаясь на ровном месте. Он немного потоптал плиты, отвесил пинка бетономешалке. Подъехавшую бригаду по искоренению монстров он не заметил. Нефёдов открыл дверцу и заботливо угостил гиганта очередью из пулемёта. Голем потёр поясницу и издал недовольный звук. Затем арбалетные болты пощекотали его пустую голову. Ведьмачья кувалда тихонько ухнула, отколов голему небольшой кусок ноги. - Крепкий попался... - вздохнул Нефёдов, когда и взрывы гранат не смогли повергнуть врага наземь. - И чего он так тупит? - недоумевал Цуркан - Это ж допотопный робот. Может программу заело. - сказал Геральт, пытаясь придумать как одолеть этого увальня. И тут его осенило. Яна вчера ему дала интересную штуку. Эта штука звалась разрыв-травой и в теории могла сровнять с землёй даже средневековый замок. Обычная такая зелёненькая травка на первый взгляд. Но нужно было как-то её применить. Решение было максимально странным - Геральт задумал залезть на плечо голему и швырнуть травяной комок прямо в глотку. Но голем вероятно будет не шибко рад такому угощению... Выскочив из машины, Геральт стал заходить к врагу с тыла. Впрочем голем был слишком медлительный и тупой, чтобы реагировать на манёвр. И даже когда человек пополз по его бугристой спине, монстр не спешил хватать его и жрать. И вот трава улетела в чудовищный рот... Монстр икнул и застыл на месте. Грянул мощный взрыв, обращая исполина в бетонную крошку с лёгкой примесью арматурин. Пыль рассеялась.Среди останков сидел Геральт и задумчиво глядел на свою сломанную ногу. Он грохнулся с большой высоты, не успев устроить себе мягкую посадку. Излишнее геройство аукнулось сполна. Хорошо хоть обезболивающее зелье было при нём... Подошедшие товарищи погрузили Геральта в машину и собрались было ехать. Но тут Геральт вспомнил, что видел среди кусков бетона небольшую бумажку, которую взрыв не тронул. - Ага! Программа для робота! - смекнул Миша и тут же сбегал за этой вещицей. На бумажке была сплошная латынь. - Мда...Я на медика не учился. Как и вы. - сказал Геральт. - Ну может тут написано что-то в духе "расхерачь тут всё к собачьей бабушке" - предположил Нефёдов и раскатисто хохотнул. - А советский бетон латыни не понимает. - заключил Цуркан и тоже засмеялся. Только Геральту было не очень весело. Его поцарапало при взрыве и вид он имел израненный. Но шрамы украшают мужчину, а в медпункте его быстро поставят на ноги. Но Гера упустил одну важную деталь. Вот Геральта привезли, дотащили до медпункта и положили на кушетку. И тут явилась злополучная деталь. Имя ей - Тамара. Она вовсю улыбалась, сочувственно ворковала и откровенно говоря пялилась на Геру. Это было логично, ведь перед ней лежал мужчина в самом расцвете сил, накачанный, героический, так ещё и адекватный. Полянский прям чувствовал как тёплые руки чародейки дрожат, когда она смазывала его раны и гипсовала ногу. Ведьмак подумал, что если в медпункт заглянет Яна, то моментально случится кровавая расправа. И Яна действительно заглянула. Прихватила с собой Тамару и удалилась... "Ну всё. Хана девчонке." - решил Геральт и заснул. Очнулся он от крепкого запаха табака. Этот запах издавал Шестаков. - Ты по убийству? Я коллектив не разлагал! - буркнул сонный Полянский. - Да ты что? Какое убийство? Поздравляю с боевым крещением! - Ну спасибо... - пробормотал ведьмак. Олег рассказал, что удалось добраться до создателя голема. Это был плешивенький мужичок, в нелепой фиолетовой мантии и шлёпанцах. Горе-алхимик сразу оценил грозящую опасность и пустился в бега. Но по дороге он сосчитал все ступеньки своим носом-картошкой и вывалился из подъезда прямо в лапы правосудия. У преступника была изъята проклятая книжка, десяток колб с гомункулами и сковородка с недоплавленным свинцом. А ещё на привязи в подвале обнаружилась замученная химера, собранная из разных зверушек и одним своим видом сулящая для алхимика расстрел за живодёрство. Негодяй поначалу уходил в несознанку и изъяснялся исключительно на латыни. И только когда Шестаков обозвал его редкостным mandibula и вытащил пистолет, к алхимику вдруг вернулось звание великого и могучего. - А ты тут поправляйся. Думаю через пару дней стометровку пробежишь влёгкую. - сказал напоследок Шестаков. - Ну так меня лечить некому больше... - Как это некому? Тут в коридоре две свирепые девки сидят, насилу прорвался. Всё орали про покой, про режим. - Какие девки? Рыжая и чёрная? - Ага. Как тараканы. До Геральта дошло, что Яна и Тамара очень даже сдружились, причём давненько. Только Геральта всё равно не радовала перспектива внезапно провалиться в забытье и оказаться в чужой постели в компании молоденькой колдуньи. Он слыхал о всяких приворотных зельях и иных примочках... Через пару дней нога ведьмака уже абсолютно зажила и его тут же впрягли в новое дело. Таскать и катать бочки. Здоровенные деревянные бочки без крышек. Это было странным занятием и при первой возможности Гера поинтересовался у завхоза зачем же это нужно. - Милый мой, ты сказок что ли не читал? - изумилась Элеонора Леопольдовна. - Ну читал... - Погляди внимательнее - это же ступы! Русские народные ступы. Правда после модернизации. На сверхзвук выйти могут, боекомплект можно взять, да и трофеи прихватить... - А кто летать будет? - Ох, я бы и сама полетала. Да года не те. Да и не солидно уже. А так Оля с девчатами будут. Они уже и название себе выбрали. - И какое же? - Эскадрилья "Совы" - сказала завхоз и улыбнулась. Вскоре Гера увидел "сов" воочию, они с ходу приступили к вылетам. Оказалось что воздушное пространство вокруг Москвы регулярно нарушалось магическими существами. Это была вражеская разведка, не иначе. Ибо драконы в округе не водились. И грифоны. И перепуганная фея с тоненькими крылышками была тоже существом подозрительным. "Догнать и обезвредить" - именно такая задача стояла перед лётчицами. Звучала команда "По ступам!" и агрегаты уходили на задание. Командир "сов" Ольга Якубова была женщиной заметной. Примерно того же уровня что и её подруга-завхоз. Летчица носила на себе десяток амулетов, браслетов и фенечек, которые делали её совершенно непробиваемой и вызывали у тварей аллергию, а то и неожиданную смерть. Так же у Ольги были длинные кудрявые волосы и старомодные авиаторские очки, которые довершали несколько безумный образ. "Совы" порой приносили занятные трофеи. Обычно это были забугорные предметы изъятые у наездников магической живности и корявых метёлок. Иногда попадались красивые зубки и коготки, которые выпадали у перепуганных зверюшек. Особым шиком были драконьи яйца, из которых выходила первоклассная яичница. А уж когда удавалось захватить живого зверя... На такое дело прибегал посмотреть весь кооператив. Однажды девчата добыли детёныша грифона. Маленького, зашуганного и даже милого. Он тут же был передан на поруки Тамаре, которая души не чаяла в животных. Грифончик быстро перешёл с сырого мяса на гречку, был назван Ванюшей и стал всеобщим любимцем. Ещё у Тамары поселились другие пернатые - жар-птица, которую подбили браконьеры и совершенно фиолетовый воробей. Последний вероятно был жертвой чьих-то опытов и стеснялся чирикать, так как его чириканье больше напоминало предсмертные хрипы. Но не только барышни были заняты делами. Геральт тоже не бил баклуши, а разъезжал со отрядом по наводкам. Самыми ненавистными целями были некроманты. Отчего-то их развелось как грибов после дождя. Видно каждый уважающий себя чёрный маг, заполучив свежий "Некрономикон" должен был попробовать позабавиться с мертвецами, как бы странно это не звучало. Но на русской земле дела не клеились. Скелеты и зомби не просто дохли с одного удара, а могли развалиться вообще не успев повоевать. "Никак вы блин не научитесь!" - орал Геральт стряхивая с себя очередного мертвяка и швыряя кувалду в балахонистую фигуру с книжкой. Куда хуже были проклятия, которые тёмные раскидывали в разных местах. Они сводили с ума несчастных жертв, превращали их в монстров, отравляли природу. Видным специалистом по проклятиям был Семён Сергеевич Черных, пожилой мужчина в вытертой шинели и с печальными серыми глазами. Он сравнивал себя с сапёром и был не лишён фатализма. - Я ж всё равно помру от этой дряни. Вы глядите в оба- могу начать блевать чёрной жижей или превращаться в бабайку. Сразу жгите, не сомневайтесь... - говорил Семён тихим голосом, перебирая свои волшебные чётки. - А что ж мы без вас делать будем? - возражал кто-нибудь - Авось выкрутитесь. А я уж старый, скоро ложку мимо рта носить буду. К счастью Черных был не шибко разговорчив и с отрядом ездил не всегда. Зато к отряду пристала Тамара. Ну прям как банный лист. С одной стороны это радовало - у неё с собой была куча лечебных прибамбасов. А с другой... Не каждый суровый мужик мог переварить её вечное щебетание. Особенно когда оно раздавалось в мрачном подземелье. Тамара не унывала. Она конечно боялась поначалу, но мигом привыкала и рвалась в бой. И даже в горячке боя не забывала поглядывать на Геральта. Но в итоге её удалось отвадить от прямого участия в операциях. Вышло это случайно. В старом доме в самом центре Москвы творилась чертовщина -раздавались страшные вопли, появлялась кровь на стенах и даже какой-то любопытный пионер пропал с концами в подвальных помещениях. Когда в подъезде появилась надпись "Сотона прейдёт" и отрубленная голова почтенного литератора, боевой отряд наконец направился к стенам злополучного дома. В подвал лезли трое - Полянский, Цуркан и Нефёдов. Тамара нашла какую-то отговорку для поездки, а Черных уехал по зову печени в больницу. Поначалу кроме крысиного помёта и редких надписей в духе "Панки хой!" в подвале ничего не было. Потом попался пыльный пионерский галстук. - Пионерский галстук, береги его. Он ведь с красным знаменем цвета одного - продекламировал Нефёдов. - Костя Перестукин галстук свой сберёг. Вместе с этим галстуком он в могилу лёг - передразнил его Цуркан. Но было не до смеха. Хоть и говорят что пионеров не едят, но кто же знает наверняка... Да, Геральт почему-то сразу подумал про гномов-каннибалов. Которые давненько не получали по хлебалам. Но гномы были во всех смыслах мелковаты для творящихся в подземелье дел. А дела там были ого-го, только успевай шить! В огромной комнате была начертана огромная пентаграмма. Тут же стояли чаши с кровью и иными подозрительными жидкостями. Воняли свечи и парочка несвежих трупов. Вокруг алтаря бродили странные фигуры в плащах и бубнили что-то под нос. На них ошалевшими глазами смотрел чёрный козёл, привязанный к шесту. Самый главный негодяй вытащил кривой кинжал и двинулся к мелкому рогатому скоту. Должна была брызнуть кровь, тело билось бы в агонии и жалобно блеяло. Но кинжал резко воспарил к потолку и стал задумчиво качаться. А потом со свистом прилетел главарю в лоб. Вся мрачность и торжественность церемонии призыва дьявола сорвалась. Сатанисты бегали туда-сюда и истошно вопили. Внятный и громкий приказ сдаться они проигнорировали. Поэтому их тут же истребили, вогнав в головы арбалетные болты, немножко попилив пилой и нашпиговав свинцом. Воины света выдохнули. Правда ненадолго. Вожак сатанистов кряхтя восставал, несмотря на кинжал, который по прежнему торчал у него из башки. Ведьмак попытался поджарить гадину одним из своих "коктейлей". Безуспешно - враг не горел. Пила обломала зубья об его бычью шею. А кувалду Геральту просто стало жалко. Но за пазухой лежал пистолет. Всего один меткий выстрел угомонил упыря раз и навсегда. - Ёлы-палы! Это как? -удивился Цуркан, разглядывая Герин пистолет и чудесные серебряные пули. - Ну как-то так. Убойная штука. - Браунинг...- констатировал Нефёдов, погладив рукоять. - Это же легендарный пистолет Ван Хельсинга! - воскликнул Миша - Это пистолет моего прадеда. - сказал Гера - Так ты... - Я не внук Ван Хельсинга! - отрезал ведьмак - Но ведь Дракула сам мне говорил... - Что я его внук? - Тьфу ты! - вампир от души плюнул. - Откуда ты вообще Дракулу знаешь? - Ну как...Румыния маленькая. - А он кусал Чаушеску? - Аааа! - Миша схватился за голову - Не кусал! Как вы задолбали с этим вопросом! - А ведь говорили что кусал... - Не кусал! Он и есть Чаушеску! Тут Цуркан нахмурился, видимо подумал что сболтнул лишнего. - Дракула мне говорил, что пришёл к нему какой-то тип, двинул по роже сапогом и сказал что графов отныне не будет. И пальнул ему в сердце серебряными пулями. -Дело было после революции? - уточнил ведьмак - Ага. С тех пор товарищ Дракула решил не ссориться с красными и горячо одобрил развитие донорства. - Ну ты врёшь... - Ну поехали в Кишинёв, я вас лично познакомлю! Диалог был прерван истошным блеяньем козла и чьими-то тихими матами. Козёл был выпущен на волю, а источником брани оказался Нефёдов, который из любопытства полез в угол и там его приголубили цепкие растения. Крепко его скрутили и видимо попутно высасывали из него соки. Когда побеги были срезаны, Гриша вынул зажигалку и хотел было сжечь эту пакость. - Стой. Тут довольно огнеопасно. Тем более на огонь может прибежать сатана и тогда нам точно кирдык - сказал Геральт, удерживая коллегу. Мрачный подвал оставался на потеху команде дезинфекторов, которые уже ехали с кооператива. В их задачи входила опись, упаковка и уничтожение черномагических предметов. Правда было неясно, стоит ли таким предметом считать козла. - А давайте заберём его. Тамарке подарим! - предложил Нефёдов. Идея была одобрена, разве что Коля был не очень рад, он морщился от козлиного амбре. Когда Тамаре торжественно презентовали ароматного козла, она сильно обиделась. Аж до слёз. К счастью Геральт в этот момент стругал чурбачки и был не при делах. Вот к нему и прибежала заплаканная девушка. И пожаловалась, попутно всхлипывая. - Ну брось. Я видел этого козла. Отмыть, накормить - приличная животина будет. Его ведь в жертву принести хотели. - Правда? - Честное ведьмаковское. Там у главаря такой нож был, закачаешься... - Ой... - Ещё и в люлю этот живодёр никак не хотел. С козликом в призыв сатаны не наигрался, видишь ли! Тамара рассмеялась и успокоилась. Козла она выходила и назвала Бяшей. Этот самый Бяша ходил за ней следом и любовно мекал. Да ещё и бодался, если видел какого-нибудь недружелюбного субчика. А в это время наступали девяностые годы. Каждый сотрудник кожей чувствовал что в лесу что-то сдохло. Битва со злом не думала прекращаться, ставки росли, как и горы трупов...