Сон

Какой-то сон мне постоянно снится… Я не летаю там полетом птицы, Не ощущаю средь ветвей ни взлетов, ни видений. Лишь череда прыжков, да и падений! Я не летаю – значит, не расту? Я только падаю! Что этим я несу? И что за странный сон? Но почему Я только падаю?... Я будто белка средь ветвей. Я прыгаю быстрей, ловчей, Но веточка другая вдруг В пути моем. Как смелый плут Я разгоняюсь, хвост как лента. Я долго ждал того момента! От ветки резко оттолкнулся, И лапки резвые поджав, Высоте ветки ужаснулся. А дальше… Что же, я упал! Что за проклятие такое? Ведь я всё верно рассчитал! Я просто белка, я ведь резвый! Но эту ветку я проклял… Что ж, может, это глупо? Ведь это же всего лишь сон. Но только снов давно не вижу, А в эту ночь приснился он… И белка странная я, кстати, Ведь у меня не рыжий мех. Он белый странно, он сверкает, Меня заметно среди всех: Ветвей, деревьев, темных листьев, Среди тумана, смога, тьмы. Я будто дух, как призрак леса, Под светом месяца луны, Что прыгает, бежит вперед. И иногда за мной по лесу Бежит и беличий народ! Через прозрачную завесу. Они так резвы, ярко рыжи! Они бегут среди ветвей, А я, серебряной стрелою, Бегу быстрей, шустрей, ловчей. И вот, сияя лунным светом, Я подбегаю к вышине. Шум ветра слышится извне. Я прыгаю снова на ветку, Но вдруг ее не достаю!!! И камнем я лечу сквозь ветви, Как лунный камень. Не парю Я над той бездной ни минуты. Все веточки пропали вдруг… Остался тот проклятый сук, С которого всегда срываюсь! Свет не погас, но я упал. Пушистый зверь, что был стрелою, Теперь к земле навек пристал. И он поднимется волною Разве что ветра, пыли, мглы, Не долетит он до луны, Не добежит он никогда До ветви, где видна звезда…