Это моя самка...

"— Когда мы учились на первом курсе, Гарри, мы тогда были совсем ещё зелёные, беззаботные и невинные... Гарри хмыкнул. — Во всяком случае более невинные, чем сейчас". Гарри Поттер, Рон Уизли. "Гарри Поттер и узник Азкабана"

      Билл, по своей натуре - собственник, да ещё какой. Он готов запрятать в лабиринт, посадить под тысячу замков свою собственность. И под это слово - "собственность", подходило немногое: его личная омега и самка, а также его щенки.       Только вот, прятать в лабиринт он будет не своих щенков, а их мать, или же свою самку и омегу, он посадит под тысячу замков. Чтобы не происходило ничего сверхъестественного. И не щекотать нервы альфы, как быку, который увидел движущийся яркий объект.       Только вот Билл даже не думал, что он такой собственник.

***

      После неловкой и шокирующей ситуации, они чуть расслабились.       Биллу резко захотелось проверить все свои теории на счёт омеги.       Правда ли он сможет выносить без последствий щенков.       Беременен ли он сейчас?       И, в конце концов, любит ли Диппер его, или же это только из-за течки, вдруг, феромоны просто ударили его в голову. Да, омега помечен. Да, вероятнее всего Билл оплодотворил его яйцеклетку. Но ведь Диппер может просто взять - и убежать, ничего не сказав.       Сейчас же, смотря на омегу, Билл не видел его внутренних сражений, поэтому решил, что тот был не против, или же, он не хочет об этом сейчас думать.       Омега сейчас был занят важным для него делом - изучением себя. Он успел везде себя общупать, даже самые постыдные и интимные места. Кажется, его это совершенно не смущало.       Ведь на вряд ли он знал, что такие действия не приветствуются в приличном обществе. Но его это не волновало, совершенно.       Билл так погрузился в свои мысли, что пропустил тот момент, когда омега что-то спросил его.       Поэтому смотря на вопросительное лицо своей самки, он думал, что же она могла его такого спросить. Но внутренние терзания не дали каких либо ответов. Поэтому пришлось сознаться. - Сосенка, прости, я прослушал. Повтори вопрос, Диппер, - теперь эти глаза с вопросом в зрачках, смотрел на него со смешинкой. Ведь, как он, демон Сновидений - самый могущественный демон, прослушал слова своего омеги. Это для него было унизительно, ведь омега после течки чувствовал себя уязвлённым, к тому же альфа не слушал его. У него есть все права затаить обиду на Билла Сайфера. - Ты меня не слушал? Совершенно, нет? - глаза омеги наполнились слезами. Это было очевидно, ведь после течки некоторые омеги очень чувствительны на эмоции. Но, так как Билл не часто видел слёзы омег, к тому же если это твоя омега упивается слезами, он был расстерян, - Тебе на меня плевать, ведь так? - кажется, омега собирался уйти из помещения, - Я-я ух-хожу, - он рывком принял сидячее положение, - Пока-а, - на последней букве он сорвался в плаче, чуть подвывая.       Ведь он думал, что альфа его любит и будет у них всё как в сказках, которые рассказывала его альфа-двойняшка. Как он давно не связывался с ней и оттого он ещё сильнее заплакал.       Альфа-двойняшка... Его сестра - точная копия его, только другого пола и другого гендера. Ей повезло стать альфой. Сильной, отважной, бесстрашный и независимой. Она часто защищала от нападок своего непутёвого братишку. А ведь это было совсем недавно.       Он всё ещё помнил, как они совсем маленькие убегали от своих родителей из-за того, что повредили драгоценную вазу. Её так любила мама. Мама... Её уже нет на этом свете. Она его покинула по вине отца. Омега был в этом уверен на все сто процентов. Как был уверен в том, что он омега. То есть точно-точно.       Это произошло, когда им было всего 7 лет. В этом возрасте особенно нужна поддержка родителей.       Их родители никогда не были в хороших отношениях, но также никогда не допускали разговоров при детях на повышенных тонах. Но было что-то, что не давало Дипперу спать спокойным сном. Его интуиция громыхала, и напоминала всякий раз, когда его родители находились в опасной близости друг от друга. И ведь не зря громыхала как сумасшедшая...

***

      14 октября. Поместье Пайнсов.       Диппер и Мейбл стояли в своей комнате на втором этаже в восточном крыле особняка. Перед ними стояла напуганная до ужаса мать. Вокруг них пылал огонь. Яркий, он как будто рад здесь появиться. Мама что-то кричала им, но Диппер не слышал, так как был в панике, зато его сестра-альфа всё прекрасно уловила. Мать им кричала, чтобы они скорее шли в северное крыло, ведь, как она говорила: "там есть чёрный выход, вы быстрее добежите до туда, чем до центрального входа".       Они хотели было помочь матери, но она на них посмотрела тем грозным, угрожающим взглядом. Это так казалось с виду. Но двойняшки сразу увидели безграничную нежность в её карих глазах. Они внимали, и безмолвно кричали, чтобы они уходили. Они не смогли её ослушаться.       Перед тем как убежать, они сказали прощальные слова, такие банальные, но такие горько ложащиеся на язык, оставляя после себя ужасное послевкусие. "Мы любим тебя", а она: "Я тоже вас люблю".       Они бежали как кони на марафоне за золото. Бежали недолго, как и сказал мама. Через минут пять, они уже были на улице и с внешнего мира смотрели, как горит поместье, в котором они родились, выросли и в котором, как бы это горько не звучало, погибла их мать от рук отца. Они знали это, всегда знали, что он что-то замышляет недоброе. Но ведь всему есть предел. У него нет тормозов.       За три дня до этого       Дети сидели в своей комнате, окна в которой выходили на центральные ворота и вход, а также на одну загадочную лестницу перед входом.       Лестница делилась на две части, и как бы шла полукругом, но так, чтоб было место в центре.       И в эту дверь заносили какие-то деревянные ящики, опечатанные красными надписями. "ОПАСНО! НЕ ТРОГАТЬ! ВЗРЫВООПАСНО!!!". Всё эти восклицательные знаки ведь что-то значили, ведь так?...       Как оказалось, да, значили. Как позже узнается, в этих ящиках лежал порох.       И ведь именно с центрального входа всё началось. Они всё знали. Он всё знал.       После этого они убежали в лес. Обойти охрану не составило для них труда. Бежали они очень долго. Ведь они знали, куда бежали...

***

      Кристальные, девственно чистые слёзы катились по пухлым щекам. Глаза обрамленные пушистыми ресницами каждые секунды наполнялись новыми порциями слёз, хотя они больше были похожи на кристаллы.       Все воспоминания нахлынули на него мощным цунами, он не был к этому готов. И от этого он заревел ещё сильнее.       Слабый, беспомощный, с дефектами - это всё он. Куда он такой? Кому он нужен? Если даже альфа его не слушал...       Он всегда был меньше всех, и уступал всем в силе, но не в уме. Отец его за это ненавидел. Ведь он хотел, чтобы наследник по мужской линии был воинственным альфой, который мог удержать в узде свою семью, а в главную очередь - своих подчинённых. Но Диппер не оправдал их ожидания.       Он родился омегой и поэтому отец сказал, что он точно станет шлю...       Его мысли оборвали на половине объятия. Сильные и очень тёплые. В этих сильных руках, он чувствовал себя защищённым и от этого по его лицу перестали течь слёзы. Кто-то легонько, не надавливая, большим пальцем убирал оставшиеся слёзы с пухлого личика.       А потом он почувствовал, как его берут за подборок очень нежно, без резкости. Когда омега открыл глаза, то увидеть перед собой обычного человека, ничем не отличающегося, но если присмотреться... Было довольно неожиданно... Он не часто видел людей. У него расширились, и так большие глаза, от увиденного. В них стояло удивление. А потом уже осознание от того, кто перед ним. Ведь рядом не было Билла, следовательно, вот он, перед омегой. Весь такой из себя.       Первое, что увидел омега - это глаза. Они были цвета жидкого золота. Без каких либо вкраплений. Их обрамляли пышные ресницы.       Вторым, что увидел омега - это скулы. О них точно можно порезаться. Они были очень остры. И сильно выделялись. Было слишком притягательно.       И третьим, на что обратил внимание омега - это были волосы. Золотые. Серьёзно! Как будто это не волосы, а золотые проволоки, но они бы выглядели очень жёстко, а здесь смотришь и уже видишь, что они очень мягкие на ощупь. Хотелось бы проверить.       И самым последним, на что обратил внимание омега - это тело. Высокое, мускулистое, но в меру, всё в меру. Рост, если прикинуть, то около ста девяносто сантиметров. Очень высокий, с ним омега смотрелся бы коротышём. Прям аж стыдно стало.       Но разглядывать дальше ему не дали, так как Билл втянул его в поцелуй.       Альфа нежно коснулся пухлых губ омеги. Того это здорово удивило. Пока Сайфер проходился раздвоенным языком по губам, то омега открывал рот от удивления. Билл смекнул, что надо бы воспользоваться. Змеиным языком он проводил по внутренней стороне щеки, по нёбу, кромке зубов и только потом, встретился с омежьим языком. Маленьким и юрким. Они сплетались в каком-то танце, известным только им двоим.

"— Северус Снейп служил не тебе, — сказал Гарри. — Он был на стороне Дамблдора с той самой минуты, как ты стал преследовать мою мать. А ты так ничего и не заметил, потому что это как раз то, чего ты не понимаешь. Ты видел когда-нибудь, как Снейп вызывает Патронуса? Волан-де-Морт не ответил. — Патронус Снейпа — лань, — сказал Гарри, — как у моей матери, потому что он любил её всю жизнь, с самого детства. — Гарри увидел, как затрепетали ноздри Волан-де-Морта. — Разве он не просил тебя пощадить её? — Он хотел её, вот и всё, — насмешливо сказал Волан-де-Морт". Гарри Поттер, Волан-де-Морт. " Гарри Поттер и Дары Смерти"