Другой ты, другой я, другие мы.

Джон заметил, что Шерлок задремал. Можно было бы сейчас пойти к себе, но Джон решил все-таки остаться. Он просто не знал, что сейчас будет лучше. Им явно нужно поговорить. Но захочет ли этого разговора Шерлок? И все-таки сейчас лучше не скрываться от него, пусть даже и у себя в комнате. Лучше подождать здесь, с ним рядом, когда он проснется. Проследить, чтобы он не шевелил рукой, иначе травмируется вена, будет синяк. К тому же, через час закончится капельница. Конечно, можно ее и оставить, ничего не произойдет, но лучше все-таки убрать ее сразу. Джон задумался о жизни Шерлока. За эту ночь и утро у него не было на это времени. Шерлок скрывает свой гермафродитизм и это понятно. Он позиционирует себя как мужчина. В нем нет ни капли женского, и если не знать правду, никто не догадается, что с ним что-то не так. Точнее, никто и не догадывается. Но каково с этим живется самому Шерлоку? Джон тяжко вздохнул. Однозначно нелегко. Возможно, все то, что вызывает в нем раздражение, есть результат его приспособления к жизни, в которой постоянно нужно скрывать себя. Это однозначно очень сложно. А еще он наверняка принимает массу лекарств, и это ему тоже приходится скрывать. Ведь Джон ни разу не заметил, что Шерлок что-то принимает. Шерлок действительно сильно отличается от обычных людей. И он действительно гениален. Наверное, ему самому сложно принять свой гермафродитизм. И явно есть причины, почему он не прооперирован. Точно не потому, что сам не хочет и его все устраивает. Он же скрывает это, позиционируя себя исключительно мужчиной. Впрочем, он и в самом деле им является. Наверняка генетические тесты это подтвердили. Как ни странно, Джон не испытывал к нему жалости. Восхищение – да, ведь Джон, живя с ним рядом, ни разу не заподозрил, что с ним что-то не так. Абсолютное принятие – тоже да. Джон не чувствовал, что как-то иначе стал воспринимать Шерлока. Но только не жалость. Разве что некоторое сожаление, что жизнь Шерлока – это постоянное сокрытие себя, постоянный контроль своих действий, даже своей одежды, не говоря уже о каких-то контактах. Джон вспомнил их посиделки. Да, Шерлок находился рядом, но всегда в куче одежды, и всегда он старался сесть или устроиться так, чтобы его грудь была вне глаз Джона. Шерлок не доверил ему свою тайну, несмотря на их дружеские отношения. Можно сказать, близкие дружеские отношения. И это тоже понятно. Это та тайна, которую люди уносят с собой в могилу. Ну если только не хотят как-то на этом прославиться. Шерлок явно не хотел. А еще понятны его заявления о том, что он повенчан с работой. Да и язвительность Майкрофта по поводу секса. Наверное, у Шерлока не было отношений. И не только потому, что ему их сложно построить. Вполне вероятно, что ему это и в самом деле просто не нужно. Неизвестно, как у него все взаимодействует внутри, может быть и такое, что половая система просто не работает, а если работает, ее функции минимальны. Джон не много знал о гермафродитах. В университете этот раздел проходили вскользь. Во-первых, их немного, а во-вторых, это не специализация Джона. Но он знал, чтобы выявить возможности таких людей, нужно не одно обследование и возможно не одна операция. Конечно, Шерлока обследовали, но, судя по всему, не оперировали. Сложно судить, не зная хотя бы результатов узи и генетических тестов, о его возможностях. Да и зачем? Уж как минимум сейчас. Разобраться бы для начала с самим фактом того, что Джон знает тайну Шерлока. Ее еще знает Майкрофт. Точнее, для него это не тайна абсолютно. Он-то знает все, ведь Шерлок с появления на свет рос на его глазах. Оба скрывают эту тайну. Интересно, если Майкрофт узнает, что и Джон теперь в курсе особенного развития Шерлока, он его сразу убьет или просто будет запугивать, чтобы он никому об этом не рассказывал? Джон в душе посмеялся. Скорее, его ждет первый вариант, несмотря на то, что он и так собирается молчать и хранить эту тайну. Джон ни за что никому не раскроет ее. Ведь Шерлок дорог ему. Очень дорог. И очень близок. Сейчас у него никого нет ближе Шерлока. Он действительно был одинок до встречи с ним. Да проще умереть, чем раскрыть его тайну и лишиться его навсегда. Этого никогда не будет. Джон был в этом абсолютно уверен. Даже под дулом пистолета он не расскажет о тайне Шерлока. Джон посмотрел на заканчивающуюся капельницу и продолжавшего спать Шерлока, решая, что же все-таки сделать – оставить как есть или постараться вытащить иглу как можно аккуратнее и самому сжать руку Шерлока в локте. Возможно, он и не проснется, так как все еще под действием наркотика. Неизвестна его концентрация. Нужно еще взять кровь и мочу на анализ. И все-таки Джон решил убрать капельницу. Он взял антисептическую салфетку и взялся за иглу, чтобы вытащить ее. Шерлок открыл глаза и дернулся так, что она сама выскочила из вены. - Господи, Шерлок! – Джон схватил его за руку, приложил салфетку к ранке и сжал его руку в локте. – Я испугал тебя. Извини. Нужно было убрать капельницу. - Это все? – Шерлок уселся на кровати, поджав ноги и согнув руку, в которой была капельница. - Что все? - не понял Джон. - Ну, ты все сделал? - Да… То есть, нет. Нужно взять кровь и мочу на анализ. Узнать, что это за наркотик и его концентрацию. После капельницы это тоже можно сделать, просто рассчитав количество введенного лекарства. - Я знаю, что это за наркотик. Джон, ты все сделал, ты помог. Спасибо. Дальше я справлюсь сам. Ты уже можешь идти собирать вещи, - Шерлок уткнулся подбородком в колени и опустил взгляд. – Надеюсь, ты никому не расскажешь то, что узнал обо мне. - Какие вещи? – Джон искренне удивился. - Свои! - Ты хочешь, чтобы я съехал? – Джон напряженно посмотрел на Шерлока. Такого варианта он почему-то не рассматривал в мыслях о своей дальнейшей жизни. - А ты? – Шерлок поднял на него взгляд. – Ты хочешь остаться? - Да, - сказал Джон растерянно. - Зачем? Тебе нравится находиться рядом с уродом? Это для тебя представляет интерес? Какой? Научный? Врачебный? Или просто интересно, как генетический урод пытается жить жизнью обычного человека?! – выпалил Шерлок. – Ты хочешь наблюдать и записывать это в свой блог?! - Ты с ума сошел?! – Джон вскочил с кровати. – Ты что говоришь?! Мне нравится находиться рядом с тобой, Шерлок! С тобой, черт возьми! Генетический урод! Ты сам себя так назвал, или какой-то идиот сказал так про тебя?! Это генетическое отклонение, а не уродство, мать твою! И я никогда никому не расскажу о нем! Это твоя тайна, я узнал ее, но мне даже мысли не пришло в голову, чтобы поделиться ей с кем-то! Тем более, в блоге! Шерлок ошарашенно смотрел на Джона и молчал. Он не ожидал этих слов от него. Где-то в душе уже зарождалась надежда, что все может быть как раньше. Шерлок хотел ее подавить, но не мог. Он знал, чем выше взлетаешь, тем больнее падать. И если сейчас поверить словам Джона, то потом можно сильно пожалеть об этом. Он назвал его уродство генетическим отклонением. Абсолютно медицинский термин. Но Джон врач, он не может сказать иначе. И «мне нравится находиться с тобой». Что это значит? Какой смысл заложен в эти слова. Шерлок не понимал. Он просто не верил в то, что эти слова могут означать лишь то, что означают. - Шерлок, - Джон снова присел на кровать. – Я прошу тебя, не смотри на меня как на врага. Я твой друг. Был, есть и останусь им, если ты мне это позволишь. - Почему ты передумал уходить? – Шерлок уткнулся лбом в колени. – Ты навел порядок в квартире и свой комнате, разложил и развесил все вещи так, чтобы их удобно было собрать. Ты хотел уйти, но как врач, ты не мог меня оставить без помощи. И ты помог. Ты не нашел квартиру? - Господиии, - простонал Джон. – Я никуда не собирался уходить! Мне просто было нечем заняться, пока я присматривал за тобой! Вот и решил навести порядок! И сходил в аптеку, чтобы купить лекарства для капельницы. Только и всего. Я никуда не собираюсь уходить. - Почему? – спросил Шерлок, не поднимая головы. - Потому что я здесь живу! – отрезал Джон. Шерлок приподнял голову и посмотрел на него. И увидел решительность в его взгляде. - Да, Шерлок, я не уйду! И не смей называть себя уродом! Если тебе интересно мое мнение, то я тебя им точно не считаю! У твоего генетического отклонения есть медицинский термин – гермафродитизм! А отнюдь не уродство! Ты видел реальных уродов? Я тебе покажу, как только узнаю, кто подмешал наркотик в воду! Вот это урод! Но не ты! А еще урод этот твой Мориарти, который снаряжает живые бомбы! И тот журналист, который хотел возродить былую славу и убил ни в чем неповинных людей! Вот это все уроды! Самые настоящие уроды! Кто вообще вбил тебе в голову такие мысли? Или ты сам своим гениальным мозгом до этого додумался? Шерлок не проронил ни слова. Он просто смотрел на Джона и молчал. Он не знал, что сказать. Джон злился, он это прекрасно видел. Злился на него. Но не за то, что Шерлок обманывал его все это время, а за то, что называет себя тем, кем является. - Послушай меня, - Джон выдохнул воздух из легких и постарался говорить спокойно. – Я не знаю, почему ты говоришь все это. Но хочу тебе сказать, что точно не считаю тебя уродом. И мое отношение к тебе никак не изменилось и не изменится. Я клянусь тебе, я никогда никому не скажу об этом. И если ты действительно хочешь, я уйду. Я не могу навязывать тебе свое присутствие, если тебе теперь будет неудобно находиться рядом со мной, - он огорченно вздохнул. – Я понимаю, что ты не просто так скрывал от всех это. Ты точно не хочешь, чтобы об этом кто-то знал. И я в том числе. Но так получилось. Я не делал ничего специально... Точнее, конечно я раздел тебя специально, ты был весь мокрый, я просто хотел тебя переодеть. - Зачем? – тихо спросил Шерлок. - Потому что вся твоя одежда была мокрая. Вплоть до трусов. Я не хотел, чтобы ты подхватил простуду или пиелонефрит. Вся твоя одежда промокла. Если ты помнишь, то я вылил на тебя четверть ведра воды. Бинты тоже были все мокрые. И прости, я их разрезал. Я не мог предположить, что находится под ними. Подумал, что ты успел куда-то вляпаться и не сказал об этом. А разрезав их и увидев твою грудь, я понял, что это не гинекомастия. - И полез в трусы убедиться? Интересно же посмотреть на уродца, - Шерлок горько усмехнулся. - Нет! Я снял мокрую одежду с тебя. Не для того, чтобы убедиться! Шерлок, поверь, не это было моей целью. Я все понял, да. И скрыть, что я узнал твою тайну, все равно бы уже не получилось, ведь я разрезал бинты. Так какой смысл оставлять тебя в мокрой одежде? Воспаление почек очень болезненно и опасно. А в твоем случае это вдвойне опасно! - В одно… Или в один. - Что? - не понял Джон. - У меня одна почка, - пояснил Шерлок очень тихо. - Тем более! – Джон глубоко вздохнул, а потом выдохнул воздух. – Шерлок, очень прошу, услышь меня. Я раздел тебя не для того, чтобы посмотреть, что у тебя в трусах. Я всего лишь хотел тебя переодеть и уложить в кровать. И мне плевать на то, что там у тебя! То есть… Мне все равно, есть у тебя генетические отклонения или нет. Для меня это не играет совершенно никакой роли. Есть вещи, о которых я бы хотел с тобой поговорить, но это относится к медицине. Но я не могу навязывать тебе этот разговор. Как и не могу навязывать свое общество. Если ты сейчас скажешь, чтобы я ушел, я пойму. И я уйду. Но я не хочу этого. Мне уйти? Шерлок молчал. Джон тяжело вздохнул, встал и направился к двери. - Я не хотел, чтобы так получилось, - сказал уже возле двери. – И я лично убью эту тварь, которая подмешала тебе наркотик. Но не только за это! А за то, что сейчас переживаешь ты, и за то, что переживаю я! За то, что этот ублюдок или эта мразь непонятно для чего просто взяли и перевернули наши жизни. И знай, я никому не расскажу твою тайну. Даже под дулом пистолета я не открою ее. За это можешь не переживать. Если ты не хочешь меня видеть, я могу прийти за вещами, когда тебя не будет. Просто напиши, когда мне прийти и забрать их. Но я надеюсь, ты все-таки передумаешь, - сказал с горечью и открыл дверь. Он уже успел шагнуть за порог комнаты, когда Шерлок порывисто вскочил с постели и в два шага преодолел расстояние, разделявшее их. Он схватил Джона за руку и затащил обратно в комнату. Захлопнул дверь и прислонился к ней спиной. - Не уходи, - сказал едва слышно, опустив взгляд в пол и ожидая решения Джона как приговора. Шерлок уже давно никому не верил. И Джону боялся. То есть, раньше он безоговорочно доверял ему. Но сейчас… Сейчас ведь все изменилось. Он знает правду о нем. А вдруг это только слова? Вдруг за ними кроется какой-то подвох, за который Шерлок потом будет расплачиваться? И эта расплата будет очень болезненной. Немного придя в себя, начав именно размышлять и перестав испытывать первые эмоции, которые были просто пониманием, что Джон не ушел, он остался, и, начав думать, что за этим последует, Шерлок вновь стал испытывать недоверие. Он не верил, что все может быть так просто. У него никогда так не было. И он, разговаривая с Джоном, боролся с собой. Со своим недоверием и желанием, чтобы все оказалось правдой. Что все слова Джона – правда. Что он останется и не будет смотреть на него и видеть в нем дефектного уродца, который имеет лишь внешнюю привлекательную картинку. Шерлок сам прекрасно знает, что представляет собой. Но ему не хочется видеть, как Джон будет лишний раз подтверждать его знания. Он боролся с тем, чтобы больше никогда никому не доверять, и с желанием быть принятым Джоном, поверить ему, оставить его и остаться с ним. Потому что терять ту жизнь, что была у Шерлока до этого рокового случая, было просто невыносимо. Он не хотел этого. Ему не нужна уже другая жизнь. И если бы Джон не пришел так не вовремя, сейчас бы Шерлок уже не мучился выбором – остаться одному и все-таки воплотить в жизнь желание наконец-то сдохнуть, надеясь, что Майкрофт не успеет со своим очередным спасением, или поверить и будь что будет. Победило второе. И он остановил Джона. Но не знал, что говорить дальше. Поэтому просто стоял и подпирал дверь, не давая тому выйти. Джон вплотную подошел к нему, приподнял его голову и заглянул в глаза. А потом без слов обнял его и прижал к себе. Шерлок уткнулся в его плечо лицом, все также не проронив ни звука. А Джону не нужны были слова. Он мог бы обидеться, показать свой характер, но, во-первых, ему и в самом деле было очень больно от всего происходящего, а сейчас, заглянув в глаза Шерлока, он понял, что тому в тысячу раз больнее. В его взгляде не было ничего, кроме отчаяния. И Джон понял состояние Шерлока сейчас. Он прогонял его, потому что подумал, что он решил уйти, но из-за чего-то передумал. Он сам себя действительно считает уродом, отношением к которому может быть только презрение, чувство брезгливости и издевательская насмешка. Наверное, сталкивался с подобным в свой адрес. И не верит, что ничего подобного Джон не думает и не испытывает. И очень хочет остаться, а точнее, никуда не уходить. Где он еще сможет жить? Нормально жить! Только здесь, рядом с Шерлоком. - Я никуда не уйду, - прошептал Джон ему на ухо. – Только и ты меня не гони. Хорошо? Шерлок молча кивнул. - Я тебе уже говорил, что мне важен только ты. Такой, какой ты есть. Это всего лишь генетическое отклонение. Очень редкое, но не единичное. А никак не уродство. Никогда не называй себя так. И если ты по какой-то причине считаешь, что оно вызывает у меня отвращение, то ты очень сильно ошибаешься. - Не нужно, Джон, - Шерлок приподнял голову. – Просто останься. - Не нужно что? – не понял тот. - Говорить все это. Я знаю, кем являюсь. И не нужно жалеть меня. - Жалеть?! – Джон отстранил его от себя и ощутимо встряхнул за плечи. – Жалеть?! Ты серьезно?! А ты считаешь, что вызываешь чувство жалости?! Ты что, калека, у которого никого нет и нет средств к существованию?! Или ты болен неизлечимой болезнью, от которой умрешь со дня на день?! Или у тебя погибла в пожаре вся семья, а ты остался один, беспомощный и никому не нужный?! А ну пойдем! – он подтащил Шерлока к зеркалу. – Посмотри на себя! Посмотри, Шерлок! Тот поднял взгляд и посмотрел на свое отражение. - Видишь себя? Ответь. - Да. - Знаешь, какие чувства ты вызываешь? Нет? Шерлок снова молчал. - Ну так я тебе скажу! Однозначно чувство восхищения! Ты действительно красив, твоему уму можно только завидовать, что я часто и делаю. Однозначно чувство раздражения! Потому что ты как никто умеешь довести до белого каления! Но не непринятия, не подумай, что раздражение действует на нервы и хочется от тебя избавиться. Вовсе нет! Просто иногда хочется заткнуть тебе рот и чтобы ты хоть немного помолчал! Но вот чего ты точно не вызываешь, так это чувства жалости! Знаешь, что мне действительно жаль? Что ты сам не видишь в себе ничего, кроме этого генетического отклонения. Еще раз повторяю – генетического отклонения, а не уродства! И я хочу остаться здесь с тобой, потому что мне интересно не оно. Мне интересен ты, Шерлок! И нужен! Джон выдохнул и замолчал. Он не знал, как еще убедить Шерлока, что все, что ему нужно, это быть рядом и жить той жизнью, которой они жили до этого чертового расследования. Шерлок тоже молчал, явно немного ошарашенный этой отповедью Джона. Он лишь скрестил руки на груди, явно стесняясь выпирающих под майкой небольших окружностей. И еще ему явно было неуютно стоять просто в трусах. Джон взял пижамные штаны со стула и подал ему. - Надень. - Это тебя смущает? – Шерлок быстро нацепил штаны и снова встал, скрестив руки на груди. - Это смущает тебя, - вздохнул Джон. – И не говори, что это не так. - Не скажу, - пробурчал Шерлок и потянулся за халатом. - Хочешь, я выйду, ты оденешься, и мы продолжим разговор? - Нет, - снова становясь возле двери, словно намереваясь задержать Джона, сказал Шерлок, завязывая пояс халата. - Я никуда не уйду. - Нет, - упрямо сказал тот, не отходя от двери. - Ладно, - Джон согласно кивнул. – Хочешь, я отвернусь? - Не надо. Мне сейчас нормально. К тому же, ты и так все уже видел, - он смутился еще больше и едва заметно покраснел. - Я не трогал тебя, если что, - Джон взял его за руку и подвел к кровати. – Лучше приляг. Шерлок покорно лег на кровать и посмотрел на Джона. Тот присел рядом. - Я лишь проверил груди, нет ли там каких образований. Потому что, Шерлок, их нельзя так утягивать. - Джон, Майкрофт уже не раз читал мне лекции на эту тему. Я все уже знаю об этом. Не нужно. - Майкрофт абсолютно прав в данном случае. Зачем ты их утягиваешь бинтами? У тебя маленькая грудь, чтобы ее скрыть, достаточно спортивного топа. - Не достаточно! Ее видно! И в нем не видно соски, а у мужчины они вообще-то всегда намечаются под рубашкой. - Ясно, - Джон согласно кивнул. – Это мы решим. - Мы? – удивленно спросил Шерлок. – Ты собираешься как-то решать мои проблемы? - Да, - уверенно кивнул Джон. - Зачем?! – Шерлок удивился еще больше. - Я все еще твой друг, - Джон улыбнулся и погладил его по плечу. Помолчал секунду, а потом серьезно добавил: - Все будет нормально, Шерлок. Я тебе обещаю. Шерлок смотрел на него и не мог поверить сказанному. Нет, не обещанию. Он не мог поверить, что все будет нормально. Неужели в его жизни появился человек, который принял его таким, какой он есть? И речь сейчас не о характере или каких-то его бытовых особенностях, речь о том, что неужели появился человек, который принял не только все это, но и еще просто его самого? И он не оттолкнул его сейчас и не оттолкнет потом? В это безумно хотелось верить. И так хотелось дать себе шанс на эту веру. И на доверие. - Шерлок, - Джон снова погладил его по плечу, - мы обязательно найдем того, кто это сделал. Я обещаю, этой твари мало не покажется. - У нас нет никаких доказательств, - Шерлок едва заметно улыбнулся. – Мы не сможем привлечь его к ответственности. - Они есть. Сейчас я возьму у тебя кровь, а потом ты соберешь мочу. - Это доказательства не для суда. - Мне плевать на суд! У меня будет свой собственный. И не дай Бог ему или ей пойти и пожаловаться в полицию! Учитывая, что это и есть полиция. Это же сделал явно кто-то из сотрудников. - Не нужно, - детектив слегка коснулся руки Джона, словно проверяя, как тот отреагирует на этот контакт, исходяший от него. – Я уже в порядке. - Речь не об этом! Хотя, и об этом тоже! – Джон решительно сцепил их пальцы и ударил ими по кровати. – Это же наркотик, а не комплекс витаминов! – он потянул Шерлока на себя, тот поднялся и оказался в его объятиях. – И ты можешь не бояться прикасаться ко мне. Для меня ничего не изменилось. - Спасибо, - глухо отозвался Шерлок, снова утыкаясь в его плечо лицом и обнимая в ответ. - Не за что, - Джон взлохматил его кудри. – И спасибо, что все-таки не выставил меня за дверь. - А тебе за то, что не ушел. - Давай уже закроем эту тему? – Джон успокаивающе гладил Шерлока по плечам. – И если нас обоих устраивает наше соседство, то пусть все остается так, как было? - Давай, - Шерлок в очередной раз кивнул. - И не думай ничего и не накручивай себя. Мое отношение к тебе не изменится, я уже тебе это говорил и повторяю сейчас. И никто никогда не узнает твою тайну. - А у тебя у самого есть вопросы? - Только если ты сам на них захочешь ответить или что-то рассказать. - По-моему, после всего ты заслуживаешь откровенного разговора, - Шерлок выпутался из объятий Джона и посмотрел на него. – Разве нет? - Только если ты готов к нему и сам не будешь против. - Я не против. Шерлок действительно понимал, что должен хоть что-то рассказать о себе. К таким разговорам он никогда не был и не будет готов. Они ему, мягко говоря, неприятны. И пусть Джон готов не знать ответы на свои вопросы, но Шерлок не готов не дать их и оставить сейчас недосказанность между ними. Джон этого действительно не заслуживал. Ведь Шерлок решил дать себе шанс, и если начать с умалчивания проблемы, это не принесет ничего хорошего. А если он ошибется, и если только добавит себе проблем, то это будут последние проблемы в его жизни. Шерлок сделает все, чтобы Майкрофт не успел его остановить или спасти. - Только сначала дай я возьму кровь и сходи в туалет. Нам нужна моча на анализ, - Джон поднялся и подошел к двери. - Я знаю, что это за наркотик. Это «Тусиби». - Ты его употреблял раньше? - Было дело, - буркнул Шерлок. – Но сейчас я точно не употреблял его сам. - Я знаю. Но нам нужно знать концентрацию. Думаю, нужно поставить тебе несколько капельниц. - Зачем? - Чтобы полностью вывести его из организма. - А, понятно. Думаешь, я сорвусь и продолжу? – Шерлок скептически усмехнулся. – Нет, Джон. Этим балуются в юности и в самом начале. Если я употребляю наркотики, то это тяжелые внутривенные. - Шерлок, ты сказал, у тебя одна почка. Я не видел на тебе операционных шрамов, значит, ты таким родился… - Угу. Я вообще одно сплошное уродство, - тот невесело усмехнулся. – Генетическая аномалия во всей красе. - Да прекрати! – Джон снова подошел к кровати, присел на край и, взяв Шерлока за плечи, встретился с ним взглядом. – С одной почкой живет много людей. Но я не знал, что она у тебя одна. И рассчитывал дозировку лекарств как на здорового в этом плане человека. Это тоже может сказаться негативно. Так что нужно очистить кровь и более щадяще провести терапию. Мы прокапаем детоксикационный раствор, а потом сделаем еще несколько капельниц. Это только для твоего здоровья, Шерлок. Не думай ничего другого. Честно. Веришь? - Да, - Шерлок кивнул. – Верю. Джон взял кровь, а потом Шерлок сходил в туалет и собрал мочу для лабораторных исследований. - И еще, давай поедим. - Я не хочу. - Нужно. Тебе сейчас это нужно. Что тебе сделать? - Кофе, - Шерлок впервые за все это время искренне улыбнулся. – С сахаром. - А к кофе? – Джон тоже ответил ему улыбкой. - Два кофе. - Кофе – не еда. Тебе же сейчас необходимо что-то съесть. - Что, например? - Мясной пирог миссис Хадсон подойдет? У нас остался в холодильнике кусочек. - Подойдет, - Шерлок снова улыбнулся. – И два кофе. - Хорошо, - Джон встал и направился к двери. Шерлок тоже хотел встать, но тот его остановил. - Нет, ты лучше лежи. - Почему? Со мной все в порядке. - Не все. Я принесу еду сюда. - Майкрофту бы это не понравилось, - вытягиваясь на кровати, сказал Шерлок язвительно. - Ну, тогда тем более, - Джон весело подмигнул ему. – Что может быть лучше вкусного пирога и делания того, что не нравится Майкрофту? - Ничего! - Вот именно! Джон погрел пирог, сделал кофе, себе приготовил пару бутербродов и чай и пришел со всем этим добром к Шерлоку. Они поели, потом Джон установил капельницу с детоксикационным раствором и присел на стул напротив кровати. - Джон, если ты что-то хочешь узнать, просто задавай вопросы, - Шерлок вытянулся на кровати во весь рост. – Я буду на них отвечать. Так будет легче. - Хорошо, - вздохнул Джон. – Но если ты на что-то не захочешь отвечать, просто скажи, что не станешь этого делать. - Хорошо. - Тогда… Шерлок, генетически ты явно мужчина. Думаю, тесты это подтвердили? - Да. Ты хочешь знать, почему я не прооперирован? – Шерлок с шумом выдохнул воздух. – Операции делают в раннем детстве или в юности. Или, и тогда, и тогда. Ты это наверняка знаешь. - Знаю, - Джон кивнул. - В раннем детстве мне провели одну операцию. Опустили яички. В ходе нее у меня два раза была клиническая смерть. Потому что у меня не только одна почка. Но и еще целый набор других ур… Джон бросил на него осуждающий взгляд. - Отклонений. Порок сердца, в то время критический, недоразвитие печени и поджелудочной железы, гипоплазия надпочечников… В общем, полный букет. Джон, я живу на лекарствах. - И совершенно не бережешь себя! – Ватсон был просто в шоке. При таком наборе патологий нужно следить за своим здоровьем очень тщательно. А Шерлок всеми способами гробит его. - Ни к чему. - Не начинай опять говорить глупости! – Джон начинал злиться. - Мы отвлеклись от темы, - Шерлок явно не желал выслушивать нотации. У него все было нотацией, что касалось его здоровья. – И помимо этого вся мочеполовая система черт знает как расположена и переплетена. Нужно много часов и не одна операция, чтобы попытаться привести ее в хоть какой-то порядок. Так вот, после той операции врачи категорически отказывались и отказываются от меня, заявляя, что я умру на операционном столе. Мне все равно, я хочу или умереть, или жить хоть каким-то подобием нормальной жизни! – он стукнул кулаком свободной руки по постели. – Мне надоело это все! Я устал так жить! - Не нужно, - Джон успокаивающе погладил его по руке, в которой была капельница. - Ты не представляешь, как это – каждый день видеть себя в зеркале! - Послушай меня, - Джон зажал его ладонь в своих руках. – Я понимаю, тебе очень тяжело. Но несмотря на все эти сложности, ты жив. И я бы никогда не сказал, что у тебя столько проблем со здоровьем. - Майкрофт печется о моем здоровье неустанно, - скептически хмыкнул Шерлок. – Меня обследуют при любом чихе, не говоря уже о каких-то нарушениях. - И тут я его одобряю, - Джон слегка поглаживал ладонь Шерлока большим пальцем. – И если ты позволишь, я тоже буду следить за твоим здоровьем. - Возить меня на осмотры? Нет уж, Джон! Хватит мне Майкрофта! – Шерлок хотел убрать руку. Ничего подобного с ним никто никогда не делал. Это ведь была даже не ласка, просто некое успокаивающее действие со стороны Джона, но Шерлоку было настолько это приятно, что он передумал и оставил свою руку в руке Джона, а тот продолжил свои успокаивающие действия. - Нет. На осмотры пусть тебя возит твой брат. А я буду просто рядом. Я же врач. И я вижу, когда что-то может быть не так. Скажи… - он запнулся, не зная, как покорректнее задать свой вопрос. - Спрашивай, Джон, - Шерлок махнул свободной рукой, как бы давая свое разрешение. - Скажи… У тебя бывают менструации? Я не думаю, что при таком наборе заболеваний, но… - Нет. Но сами процессы в организме иногда случаются. Кровь поступает в мочевой пузырь. - Ясно, - Джон кивнул. – И это болезненно, да? - Да. - И тогда у тебя болела вовсе не голова, да? - Да, - Шерлок вздохнул. - Не скрывай этого больше от меня. Я все понимаю, Шерлок. И хочу и постараюсь тебе помочь. - Сейчас помогают обезболивающие уколы. В юности даже они не справлялись. Но сейчас подобранный курс гормонов и других препаратов практически устранил эту проблему. Конечно, иногда случаются сбои, но сейчас это происходит не так часто. И при каждом Майкрофт таскает меня на обследование. - Никогда не думал, что он такой заботливый брат, - Джон на самом деле был озадачен. В его представлении Майкрофт был настоящим тираном. Но, по словам Шерлока, он следил за его здоровьем, постоянно заставлял обследоваться… Что за странное отношение старшего к младшему? Вопрос, на который Джон, наверное, никогда не найдет ответа. - Угу. Заботится обо мне неустанно, - язвительно прокомментировал Шерлок его слова. - Ну, на самом деле ведь получается, что заботится. - Угу. А еще водит на мюзиклы, в театры, на выставки и прочую скучную ерунду. Считает, что я должен хоть иногда видеть хоть что-то, кроме трупов. - Ну, тоже сложно его винить в этих действиях. Я хотел сходить на выставку Ван Гога, но билеты все были раскуплены, мне не досталось. И когда она теперь еще приедет в Лондон – неизвестно. - Я был на ней. Ничего интересного, - фыркнул Шерлок. – Одни картины. - О, да! – Джон рассмеялся. – И ни одного убийства. Действительно ничего интересного. - Смейся, смейся, - проворчал Шерлок сварливо. – Теперь я знаю, кто будет вместо меня составлять компанию моему брату на всех этих скучных мероприятиях. - Не думаю, что моя компания устроит Майкрофта, - Джон продолжал смеяться. – Но я лично не против. Уверен, у твоего брата везде самые лучшие места. - Ага. Вип-ложи. - Ну вот, наконец-то я рассмотрю во всех подробностях Джульетту. - Лучше смотри на Ромео, - Шерлок фыркнул. – Он хоть не косолапит. - Хорошо, - согласно кивнул Джон. – И на Ромео тоже. - И по сторонам. Мне все еще интересно, кого скрывает мой брат. - Нет, это ты сам, - Джон вытащил иглу из вены, приложил к ранке антисептическую салфетку и сжал руку Шерлока в локте. – Если я буду шпионить за Майкрофтом, он узнает об этом. И я лишусь мест в вип-ложе. Нет! Я еще не был на Лебедином Озере и Щелкунчике Русского балета. - Какая скука, - Шерлок поморщился. – А ты готов ради какого-то балета пропустить самое интересное и узнать, кто же та, ради которой Майкрофт вот уже несколько месяцев сбрасывает вес, - он досадно вздохнул. - Ну, не какого-то балета, а русского. Самого известного в мире. И мне не интересно, ради кого твой Майкрофт сбрасывает вес. Может, все-таки ради себя? - А мне интересно, - Шерлок издал очередной тяжкий вздох. – И если ты не согласен это выяснять, то и нет никакого смысла тебе ходить с ним на все эти культурные мероприятия. - Я расстроен. Нет, я опечален! - Джон состроил несчастную физиономию. - Я никогда не увижу Ван Гога и Щелкунчика. Это жестоко, Шерлок. - Такова жизнь, - тот тоже изобразил лицом что-то подобное. - А счастье было так близко, - Джон вздохнул еще горше. – Ну ладно, посмотрю на ютубе. - Надо было соглашаться на слежку за Майкрофтом! – отрезал Шерлок. - Я пока в своем уме. - Условное понятие. Ты же за ним следил. - Но не в непосредственной близости. - Ладно. Я сам все узнаю. Но тебе не скажу! – Шерлок поднялся с кровати. – Выйди, пожалуйста. Мне нужно одеться. - Только не утягивай себя бинтами. И вообще, Шерлок, когда мы дома одни, если тебе будет удобно, ходи в майке или кофте. Просто делай так, как тебе будет удобно. - Нет. Хотя бы топ. - Пусть так. Но не бинты. - Хорошо. Джон вышел за дверь и не услышал щелчка замка за собой. То есть, Шерлок действительно доверился ему? Это безумно радовало. И еще радовало, что после сложнейшего разговора и выяснений Шерлок наконец-то расслабился и принял Джона. Иначе не было бы этого шутливого разговора про Майкрофта и балет. Шерлок снял майку, натянул топ, потом снова надел майку, сверху натянул тонкую кофту и сменил пижамные штаны на спортивные. Он чувствовал себя вполне неплохо и хотел провести анализ своей крови и мочи. Но не только его физическое самочувствие было нормальным. Он сейчас чувствовал себя еще лучше морально и, наверное, психологически. Джон остался с ним, он принял его, и с ним сейчас было очень комфортно. И даже разговор о патологиях Шерлока и ответы на вопросы Джона оказались не такими болезненными. Шерлок чувствовал себя, можно сказать, почти счастливым. На данный момент у него было все, чего он так боялся лишиться. У него был Джон. И Джон был с ним. И он не испытает чувства отторжения и презрения к Шерлоку. И жалости. И выходит, что так действительно может быть. Шерлок в это не верил, а сейчас поверил. По крайней мере, в конкретное время он мог бы сказать, что счастлив. О дальнейшем думать не хотелось. В его жизни мало хороших вещей и дней, и этот будет определен в его чертогах в раздел именно таких. Шерлок сам провел все исследования, рассчитав изначальную концентрацию наркотика, попавшего в его организм. Это действительно была небольшая доза. Но это не остановило Джона от очередных угроз тому, кто это сделал. А вечером они сидели на диване, Шерлок с кофе, Джон с чаем, ели принесенные миссис Хадсон булочки с марципаном и снова спорили про Майкрофта. Оба наслаждались этим спором, хоть и не показывали этого друг другу. И Джон понимал, что не все еще сказано, но не собирался торопить Шерлока. Да даже если он больше ничего о себе и не расскажет, он уже достаточно рассказал, чтобы понимать, как тяжело на самом деле ему приходится в жизни. И Джон сам себе дал обещание, что постарается делать жизнь Шерлока комфортной, насколько это возможно со всеми его проблемами. Минимизировать их там, где что-то будет зависеть от него. Потому что сейчас очень ясно осознал, что сам он уже точно зависит от Шерлока. Но эта зависимость его абсолютно не пугала и не причиняла какого-либо дискомфорта. Она его попросту абсолютно устраивала. А Шерлока устраивало то, что было здесь и сейчас. И он наслаждался этой обстановкой, которая царила в их гостиной. Ему было очень хорошо, и хотелось, чтобы так было всегда. Ну, или хотя бы долго. А еще лучше - очень долго.