Поговорим?

      — Эй, ты что здесь забыла? — девушку оглушил голос юноши, что пытался прикрыть своё оголенное тело ванной шторкой, но было уже поздно, из-за секундного замешательства она увидела все, абсолютно все: на стройном, до неприличия изящном теле молодого человека проступали едва заметные крепкие мышцы, более явные на сильных бёдрах, острые ключицы завораживали так же, как и намеки на пресс, как и тонкая дорожка волос, уходящая туда, куда засматриваться было нельзя. Не при таких обстоятельствах.       — Твою мать, — шёпотом выругалась девушка, — закрываться надо! — её щеки и уши тут же стали пунцовые и неприятно покалывали. До этого такой вид мужского тела представал перед ней лишь на экране в фильмах с крайне интересным содержанием, которыми она баловалась в особенно скучные вечера.       — Дурная, ты выходить собираешься? — смущение не обошло и юношу. С горящими розовыми щеками он попытался сделать дерзкий и безразличный вид, но учащенное дыхание выдавало его с поличным.       — Нет.

***

За 48 часов до этого В тёмной комнате, свет в которую поступает лишь от небольшого полумесяца, что пробирается из-за не до конца прикрытых плотных штор, Дживон, наконец-то, удобно устроилась с ноутбуком на своей большой кровати за поиском фильма с красивой картинкой и неприличным содержанием. Большие наушники надеты лишь на одно ухо, чтобы быть в курсе всего, что происходит за закрытой дверью, чтобы успеть вовремя остановиться. Но девушка надеется провести эту ночь в полном одиночестве, а осторожным надо быть всегда. Не прошло и минуты, как дверь внезапно открылась, и в проёме показалась голова темноволосого юноши. Дживон нервно захлопнула крышку ноутбука и приняла сидячее положение, хорошенько прикрыв одеялом нижнюю часть тела.  — Джисон! Тебя мама учила стучаться? На что близнец лишь хмыкнул и присел на край кровати, пытаясь разглядеть, чем же была занята его ненаглядная сестрица, раз сейчас так взволнована. Юноша хорошо знает девушку, поэтому он уверен, что щёки порозовели, но не это его волнует. Взгляд брата был прикован к прикроватной тумбочке, на которой расположились освещенные лунным светом пачка влажных салфеток и небольшая знакомая баночка с оторванной этикеткой, что пропала из его комнаты несколькими днями ранее. Дживон это заметила и решила незамедлительно перевести внимание на себя:  — Ты что хотел? Я спать собиралась.  — Уверена, что спать? — засмеялся Джисон, но затем продолжил серьезно, — родители выставляют на продажу наш загородный дом, предлагаю провести там выходные в последний раз, как в старые добрые времена. Я чертовски уверен, что выкупят его быстро. Это просто шикарный дом, я так расстроен, — юноша лег на колени к девушке и обнял её за талию, утыкаясь носом в её бок, изображая плач.  — Хорошо, — ответила она, запустив руку в волосы брата, нежно массируя кончиками пальцев кожу головы, — ты, я, мама и папа?  — Нет, только мы с тобой, — одинаковые глаза близнецов пристально, но с любовью уставились друг на друга, — добрых снов, малышка, долго не балуйся, тебе к первой паре — трепетный поцелуй в лоб, и брюнет уже стоит у двери, — и ответь ему, я не знаю, что между вами произошло, но ради меня ответь ему, — сказал в полголоса брат, прежде чем плотно закрыть за собой дверь. «Утром мне точно не избежать его подколов, » — потирая лоб, размышляла девушка. Весь настрой исчез, и, приведя себя в порядок и убрав ноутбук, она легла на спину, уставившись взглядом в потолок. Может, Джисон был прав? Может, стоит наконец-то поговорить с ним? Он же не виноват? Или все же виноват? Может, ему стоило остановить её? Но это не выход, нельзя винить одного, когда виноваты оба. Девушка устало закрывает глаза, снова в голове десятки вопросов, что остаются без ответа. Из раздумий её вырывает звонкий сигнал телефона о пришедшем сообщении. «Мой Джинни». Слова неприятно колют где-то в районе сердца, а от содержания пришедшего сообщения, оно вовсе раскалывается на части.       «Я скучаю, Джи»       — Я тоже… Я тоже, — прошептала Дживон, убирая телефон подальше, вновь оставив парня без ответа. Джисон в очередной раз оказался прав, как бы она не хотела признавать. Поговорить им действительно необходимо, но не сейчас. Сейчас Дживон еще не готова.

***

За 28 часов       — Так, мелкая, мы ничего не забыли? — парень чешет затылок после того, как убрал последний пакет с вещами в багажник.       — Эй, вообще-то, мелкий тут ты, не забывай, что я родилась раньше! Где моё уважение? Ах! — Дживон театрально вздыхает и прикладывает тыльную сторону ладони ко лбу, совершая при этом характерный взмах.       — Нуна-а, прости! — умоляет младший, складывая руки в замок у подбородка, а через секунду близнецы нарушают тишину улицы громким смехом.       — Зарядник! Мы забыли зарядник от ноутбука!       — Бестолочь, я его только что упаковал, — брат вздохнул и скрестил руки на груди, борясь с желанием дать подзатыльник сестре от большой любви к ней.       — Так! Дети, хватит ругаться, — внезапно вмешалась госпожа Хан, их мама, что стояла неподалёку и наблюдала за своими детьми, — я не для этого вас 19 лет растила. Самое главное не забудьте взять ключи от дома и как можно скорее заправить машину, а то либо будете ночевать на улице, либо заглохните на полпути.       Дживон лишь закатила глаза на слова матери. Она слишком сильно переживала за них, считала еще совсем детьми, когда близнецы не давали повода усомниться в их ответственности и самостоятельности. Госпожа Хан заметила это действие и укоризненно посмотрела прямо в глаза девушки. Джисон попытался как-то успокоить женщину, вставляя не совсем удачные шутки, которые заставляли волноваться еще больше. Договорившись, что близнецы будут всегда на связи и позвонят сразу же, как доехали, госпожа Хан немного успокоилась.       — А ноутбук вы Берри оставили? — из подъезда вышел отец близнецов, держа в руках то самое устройство, а под его ногами быстро промелькнул маленький и кудрявый рыже-белый комок, — семья Бан не будет рада, если у их собаки сядет зрение по вашей милости.       Джисон кое-как успел схватить за шлейку вертлявое существо, пока оно не убежало на дорогу и не попало под машину. Тогда семья Бан точно не будет рада, что за их поездку к родственникам в Австралию малышка Берри покинет этот мир.       — И почему это мне приходится с ней гулять? — продолжал господин Хан, — это собака твоего друга, Джисон. Будь добр, прогуляйся с ней.       Юноша ласково перебирал шёрстку миниатюрного спаниеля, когда тот лишь высунул язык, наслаждаясь поглаживаниями. Джисон понимал, что неправильно сваливать заботу о Берри на родителей, когда они разрешили приютить малышку с условием, что близнецы будут делать все сами. Абсолютно все. Только он хотел прицепить поводок и без лишних слов отправиться на небольшую прогулку, как госпожа Хан, которая все это время обсуждала что-то с дочерью, вмешалась:       — Дорогой, это только на выходные, скоро начнет темнеть, а дорога не близкая. Детям пора выезжать. Я сама погуляю с Берри, как раз хотела встретить с работы онни. Её дочь вчера привела домой жениха! Ты представляешь? — госпожа Хан забрала из рук мужа ноутбук и, обменяв его на собаку у сына, вновь подошла к нему, — совсем скоро и наша дочь приведет кого-то домой. Я так надеюсь, что это будет Хёнджин.       — Я уважаю семью Хван, но, считаю, что Дживон нужен кто-то постарше. Может, Ли?       — Ёнбоки? Он очень хороший мальчик, но ты сам себе противоречишь! Во-первых, они одного года, а, во-вторых, он родился даже на день позже, — пока родители бурно обсуждали личную жизнь своей дочери, Берри крутилась вокруг ног, временами звонко потявкивая.       Близнецы неловко переглядывались, решая, как прервать данный разговор, пока мать с отцом не успели назначить дату смотрин. Привлекая внимание громким хлопком дверцы серебристого автомобиля, парень с девушкой подошли к родителям за прощальными объятиями.       — Сильно не гонять, газ на ночь перекрывать, входную дверь хорошенько закрыть, — госпожа Хан давала последние наставления.       Стоило детям только сесть в машину, как до их слуха донесся низкий голос отца:       — Дорогая, как насчёт Кристофера? Берри уже стала словно член нашей семьи… — дальнейший разговор близнецы уже не слышали.       Пока Джисон аккуратно выруливал по городским улицам, его сестра настраивала музыку, чтобы эта двухчасовая поездка прошла с наибольшим комфортом.       — А знаешь, — начал юноша, — сейчас родители, наверное, всех наших знакомых перебрали в качестве твоего жениха. Но кому ты такая сдалась, бестолковая? — салон автомобиля заполнился смехом, а Дживон не сильно ударила кулаком в плечо брата.       — Скажи спасибо, что ты родился с этой штуковиной между ног. Нужно было её оторвать, пока находились в утробе.