Гинекологиня

      Проведя в бесплодных раздумьях целый час, я решила не мучить себя и не стала выдумывать никакой методики соблазнения. Вдруг во мне живет гений импровизации? Дам ему шанс проявить себя. После этого я решила посмотреть документальный сериал про космос. Он увлек меня настолько, что я чуть не забыла, что мне нужно собираться в клуб. Поужинав, я приняла душ и вырядилась поприличнее, но в довольно стандартном лесбийском стиле. Я собиралась вызвать такси, но позвонила Кейт и сказала, что за мной заедет Света. В половине девятого она приехала, и мы отправились в путь. Пока я думала о том, стоит ли начинать светскую беседу со Светой или лучше ее не отвлекать, мы уже приехали в место назначения. Я поблагодарила Свету, она мило улыбнулась и уехала в неизвестном направлении. На входе меня ждала Кейт.  — А вот и ты, моя ночная бабочка.  — Что? Я же звездочкой была. Меня понизили?  — Ну на тебе же галстук-бабочка надет, поэтому у меня и возникла такая ассоциация.  — А на тебе ковбойская шляпа, так что мне тебя полуночным ковбоем называть?  — Ковбой и ночная бабочка — отличная парочка.  — Что ж, теперь я знаю, кем можно нарядиться на костюмированную вечеринку, если она вдруг состоится.  — Можно устроить. Давненько такого не было.  — А сегодня обычная вечеринка?  — Нет, необычная. У нас сегодня стендап, поэтический вечер и акустический концерт.  — Сначала посмеются, затем поплачут и в конце потанцуют?  — Да. И в каком отделении участвуешь ты? —  Во всех.  — Что? Ты серьезно?  — Ну да. У меня много талантов.  — Ну значит, соревнование устроим в другой раз.  — Нет-нет-нет, хитрюга. Кстати, я нам столик зарезервировала у сцены. Пойдем туда. Мы заняли свой стол, и я решила изучить контингент. Много знакомых лиц со вчерашнего вечера, но сегодня народа побольше. Субботний вечер к тому располагает. У бара сидело около десятка девушек, на танцполе находилось порядка тридцати человек, почти все столы (коих было 15) были заняты. Ди-джейка крутила диски с песнями нулевых. Девушки и женщины задорно отплясывали. Атмосфера была пока еще благопристойная. Кейт ушла по своим делам, и я пребывала в одиночестве. В какой-то момент я обернулась и увидела за одним из столиков женскую компанию. Дамы были примечательны тем, что они слегка перешагнули рубеж бальзаковского возраста и с любопытством озирались по сторонам. Но не это привлекло мое внимание больше всего, а тот факт, что среди них я увидела знакомое лицо. Знакомое до боли. Сердечной. Это была Изабелла собственной персоной. Она меня не видела, но я резко отвернулась. Что в лесбийском клубе делает Изабелла? Кто ее сюда впустил? Уволить фейс-контроль! Моя злость на Изабеллу разгоралась с каждой секундой все больше, но, должна признать, что искорки радости в этом огне все же были. Бежать или зажать? Вот в чем вопрос! Бежать от нее как можно дальше или зажать ее в углу и высказать ей все, что я о ней думаю? Ответ на мой вопрос появился сам собой. Изабелла пошла к бару и, проходя мимо нашего с Кейт столика, заметила меня. Она застыла в полном изумлении, затем побледнела, сделала робкий шаг. Мы смотрели друг другу в глаза, и она мелкими шажочками приближалась ко мне.  — Здравствуй, Соня.  — И вам не хворать, Изабелла Авдеевна. Мужу привет передавайте.  — Передам. То есть… Не передам. А у нас тут с подругами девичник.  — Что отмечаете? Кто-то из ваших подруг раскопал в себе лесбиянку? Жаль, что не вы. Вам бы пошло.  — Ну оказалось, что две мои подруги — бисексуалки, и они встречаются уже пару лет, и вот решили обручиться.  — Это какие из них?  — Вон та брюнетка с каре и рыжая кудряшка.  — Красивая парочка. Ясно, а вы значит порезвитесь в лесбийском клубе и домой в кроватку к своему благоверному вернетесь?  — А я что должна отчитываться? К столу подошла Кейт.  — Вы знакомы? Не представишь меня даме?  — Избелла, это Кейт. Кейт, это Изабелла. Они обменялись любезностями. Кейт включила свое обаяние и, явно, произвела впечатление на Изабеллу.  — Не присодинишься к нам, Изабелла?  — Спасибо, Кейт, но я тут с подругами. Может быть, позже.  — Хорошо, мы будем тебя ждать. Изабелла ушла к своим подругам. Кейт внимательно на меня посмотрела.  — Так вот кто продырявил тебе сердечко амуровой стрелой?  — С чего ты взяла?  — У тебя на лбу прочитала. Раньше у тебя было две морщинки, а сейчас три. Так что я подумала…  — Ты что считаешь мои морщины? Объем целлюлита вычислять не собираешься случайно?  — Хм. А каким образом это можно сделать? Сложная математическая задача.  — Спроси у Изабеллы, может быть, она знает, она медик. Может, у ее коллег есть целлюлитоизмеритель. На ней его и опробуй. Кейт рассмеялась.  — Так она гетеро вроде. Что она тут делает?  — Наверно, ей стало скучно, и она пытается потерять свою гетеросексуальность.  — Значит, мне не показалось, что она со мной слегка флиртовала.  — А ты и рада стараться. Она твоя следующая цель?  — Нет, если ты к ней неровно дышишь, то я не встану между вами. Мне надо подготовиться к стендапу. Кейт ушла, и я снова осталась одна. Мне показалось, что она расстроилась, да и во мне творилось что-то непонятное. Я обернулась, и увидела взгляд Изабеллы. Никаких конкретных эмоций в нем прочитать мне не удалось. Не потому что их там не было, просто они были неопределенные. И эта неопределенность во всем давила с такой силой, что я потеряла сознание.